Часть 2.
11 июня 2022 г., 22:38
Рабочее место Чонгука оказывается небольшим. Он думал, что ему выделят целую комнату, дабы работы у него может оказаться много, но все, что предстало перед глазами парня, — это стол, стул и вешалка за стулом. Одинокий компьютер покрыт немного пылью, а рядом с мышкой лежит папка с документами. Черная, мрачная и внутри нее Бог знает что лежит. Быть может, это личные данные всех художников, чьи картины представлены здесь. А быть может, что-то связанное с Тэхеном.
Отбросив мысли о плохом, Чонгук расстегивает нижнюю пуговицу пиджака, обходит стол и, отодвинув стул, рассматривает его непонятно зачем, а после садится. Проведя пальцами по гладкой поверхности рабочего стола, внутри Чонгука возникают странные чувства. Он вроде бы и рад, что теперь работает официально, что сможет помогать родителям, но представив то, через что ему еще придется пройти, работая здесь, волосы на руках поднимаются дыбом. Помня о том, какое прошлое было между ним и Тэхеном, Чонгук не может сдержать печаль и досаду того, что сам не увидел имя работодателя, не поинтересовался в интернете, кто такой этот «Ким Тэхен». Однако, сожалеть о чем либо уже поздно. Он уже все подписал: договоры, контракты и остается только работать.
Включив компьютер, Чонгук двигает черную папку ближе. Решаясь ее открыть, он надеется на то, что там нет ничего ужасного, но в какой-то момент телефон, стоящий на краю стола, звонит.
— Слушаю, — отвечает Чонгук, стараясь говорить как можно уверенно.
— В кабинет. Живо.
Коротко и грубо — сразу понятно, кто так нагло зовет к себе. Отодвинув папку в сторону, Чонгук встает, вздыхает, потому что его отвлекли от дела, и спешит в кабинет. Стучит, открывает дверь и заходит. Его шаги нерешительные, а дойдя до стола, Чонгук встречается со взглядом Тэхена и понимает, почему он сразу же, как только оказывается в этом кабинете, чувствует от него сильную мужскую энергетику. Тэхен действительно возмужал. Он не тот мальчик, с которым Чонгук познакомился в кабинете директора еще в школе. Сейчас перед ним мужчина. Сильный и властный. Даже в глаза как-то страшно посмотреть ему.
— Вызывал?
— С уважением, — поправляет Тэхен. — И на «вы».
— Это так необходимо, когда мы вдвоем?
— Да, — отбросив документы, что Тэхен держал в руке, он поднимает взгляд на Чонгука, — Обязательно.
— Хорошо, — не решаясь спорить, соглашается Чон. — Вызывали?
— Да. Эти документы нужно отправить господину Хану. Пусть подпишет.
Указав на документы, которые Тэхен недавно откинул от себя нервно, он наблюдает за тем, как Чонгук делает шаг к столу, забирает документы и отходит назад.
— Что-то еще?
— Даже не спросишь, как связаться с господином Ханом? — усмехается Тэхен.
— Я посмотрю в компьютере. Думаю, там будут данные о нем.
— Смышленый, — ядовито проговорил Тэхен. — Вечером у меня ужин с родителями. Ты меня отвезешь.
Чонгук тяжело сглатывает слюну и начинает дышать тяжело. Часто и кажется, что у парня вот-вот начнется приступ. На его лбу появляются испарины и, заметив это, Тэхен, вскинув бровью, отодвигается от стола, встает и обходит стол, подходит слишком близко к Чонгуку.
— Иди работай, — тихо шепчет он.
— Да.
В кабинете слишком тихо. Здесь будто бы все умерло. Среди этой мертвой тишины, кажется долгой, Тэхен наблюдает за тем, как ноги Чонгука просто отказываются идти. На полпути тот просто замирает, сжимает документы и тяжело поднимает плечи.
— Что такое? — любопытствует Тэхен.
— Ничего.
— Не похоже.
— Просто… — хрипит Чонгук, — Чувствую себя не очень хорошо.
— Да? Отчего же?
— Не знаю, — качает головой Чонгук, а Тэхен усмехается, причем громко, заставив тем самым пробежаться мурашкам по спине Чонгука.
— Не знает он. Конечно, — засунув руки в карман брюк, цедит Тэхен. — Ты просто услышал…
— Нет, — чуть повысив тон, отмахивается Чонгук. — Дело не в них. Пожалуйста, не впутывай сюда это.
— То, что ты называешь «это», дали тебе денег и ты…
Резко разворачиваясь, Чонгук бросает документы на пол и кричит:
— Прекрати! Достаточно уже, Тэхен!
— Почему же? Правда режет глаза или тех денег было мало?
— Тэхен, перестань, — понизив тон, хмурится Чонгук. — Ты не знаешь причин, по которым я взял их.
— А ты не объяснял, поэтому теперь ты продажный ублюдок в моих глазах, — выдает Тэхен. — И так будет всегда.
— Хорошо. Пусть я буду ублюдком. Я согласен, но хватит уже этих слов. Думаешь, мне приятно?
Тэхен начинает смеяться, запрокинув голову.
— Ты смеешь об этом заикаться? — вскинув бровями, Тэхен делает шаг к Чонгуку. — Ты забыл обо всем? Забыл, что ты сделал? Что сделал твой гребаный друг?
— Тэхен, прошу, — отводя взгляд в сторону, Чон хочет его спрятать, но сильная энергетика Кима просто не дает даже мыслить здраво. Все туманится, когда он стоит вот так близко. Все рушится, когда он начинает давить прошлым, в котором он виноват только один. В котором он не понял того, что в школьные годы подростки способны шутить на разные темы. Вот и Чонгук пошутил.
***
Спортивный зал весь в пыли и пахнет краской. Здесь пока что нет никого, поэтому уверенно шагая по полу, Чонгук не замечает ограждения и наступает чистыми кедами в краску. — Вашу мать! — ругается он, и идущий впереди Тэхен резко оборачивается. — Почему ты не сказал, что часть пола уже покрашена? — злобно глядя на парня в очках, Чонгук источает ненависть. — Я не знал. Я первый раз пришел сюда. — Сука, — процедив мат сквозь зубы, Чонгук убирает ногу, вытирает краску об пол и выдохнув, стараясь тем самым успокоиться, прикрывает глаза. — Если я еще раз во что-нибудь вляпаюсь, то я предпочту лучше отчисление. — Это же всего лишь обувь. Ничего страшного не случилось же, — улыбается Тэхен. — Да, но мои родители с трудом заработали деньги на эту обувь. Лицо Тэхена становится озадаченным и виноватым. — Прости, не знал. Мне стоило осмотреть зал перед тем, как… — Забей. — Но ты же… — Уже ничего не исправить. Дома постараюсь отмыть чем-нибудь краску и все. От слов Чонгука Тэхену становится не по себе. Во время работ Ким только и делает, что поглядывает на Чона, который трудится, помогая рабочим и другим ребятам, которые пришли сюда. Он не отлынивает, не уходит даже на обед, а чтобы воды попить, рабочие гонят его силой, потому что парень с головой погружается в работу. Спустя четыре часа, когда на улице стемнело, рабочие ушли и другие ребята тоже, Чонгук падает на стул, который оставили рабочие. Только сейчас он чувствует, как сильно гудят его ноги, как болит спина и как сильно хочется кушать. До этого он как-то этого не замечал: был слишком занят работой. Желание помочь как-то само возродилось в нем, а когда все стихло и все ушли, Чонгук понимает, что его ноги трясутся от нехватки еды. Что он в последний раз поел только в обед, а сейчас время уже больше восьми вечера. Вздохнув так громко, что в спортивном зале появляется эхо, Чон встает, отряхивает штаны, которые тоже запачкал, и поднимает рюкзак с пола. Перекинув его через плечо, парень забирает так же школьный пиджак и, еле-еле, заплетаясь, направляется к выходу. Мечтая о том, что когда он окажется дома и примет душ, ляжет на постель и почувствует прохладу простыни, Чонгук начинает спешить. Это лучшая мотивация для него и, достигнув двери, толкнув ее, встречается с испуганным взглядом Тэхена. — Прости, напугал, — сразу же извиняется Чон. — Да ничего. Это я стою не там, где надо. — Ты забыл что-то? — не понимая зачем ему это, спрашивает Чонгук. Он просто отходит в сторону, пропуская Тэхена. — Ладно, я пошел. Пока. — Подожди. Я тебе купил еды, — растерянно бегая глазами по полу, Тэхен протягивает Чонгуку кимпаб. — Ты ничего не ел, я обратил внимание, поэтому… — Спасибо, но не стоило, — отмахивается Чонгук. — Я пойду. Съешь его сам. Пока. Уходит Чонгук быстро. Оставаться в школе ему совсем не хочется. Даже задержаться на пару минут, чтобы принять от нового знакомого вкусный ужин, тоже не особо хочется, поэтому он спешит к выходу, не оглядываясь. Дома Чонгук засыпает очень быстро. Труд во благо «любимой» школы дает о себе знать, а на следующее утро он плетется в учебное заведение медленно. Даже, можно сказать, нехотя. Зевая, Чонгук поправляет лямку рюкзака, моргает, стараясь не спать на ходу и, не обращая внимания, случайно правым плечом задевает стоящего возле ворот ученика. Тот пошатывается, роняет сумку и кряхтит, нагибаясь. — Чонгук. На зов своего имени Чонгук оборачивается. — Тэхен, да? — взглянув на парня, который поднимает сумку, Чон сжимает лямку рюкзака крепче. — Я ждал тебя. — И зачем? — напрягается Чонгук, — Кстати, извини. Не заметил тебя. — Ничего, — смеется парень, — Меня вообще мало кто замечает. Проговорив эти слова, Тэхен медленно направляется к Чонгуку. Подходит близко и тот чувствует запах чего-то сладкого. Выпечки или чего-то схожего. — Так зачем ждал? — спрашивает еще раз Чонгук. — Хотел спросить, ты пойдешь сегодня на работы? — Да. Тэхен улыбается смущенно. — Вот как, — тихо шепчет Ким, — Хорошо. Тогда, — чуть громче проговаривает Тэхен, — Увидимся вечером. — Да, хорошо. Слова Чонгука звучат равнодушно в сторону парня, а тот осчастливленный совершенно не обращает внимания на тон Чона, чуть ли не прыгает от счастья. — Вау, Чон, нашел нового друга? — низкий голос друга Чонгук узнает сразу и тут же начинает улыбаться. — Пошел ты, Мин. — Да брось. Вижу, что с ним ты время больше проводишь, чем со мной. На такую речь Чонгук разворачивается лицом к другу и смотрит в темные глаза парня. Светлые волосы со светлой кожей, ровные губы, всегда равнодушный взгляд и форма небрежно одета — все это относится к Юнги, другу Чонгука. Тот никогда не выделялся ответственностью, усердием и стремлением казаться лучшим. Нет. Юнги — один из тех типов людей, которые плюют на все и всех, свое благо для них превыше всего. Возможно, именно из-за этих качеств, Чонгук с ним и подружился. Ему был необходим человек, который мог показать, что необязательно идти у всех на поводу, и Юнги смог это сделать. Пнув рюкзак ногой, Мин подходит к Чонгуку и тычет локтем в его ребра, продолжая издеваться. Он смеется, окрестив его и Тэхена лучшими друзьями, а в ответ на издевательства Чонгук просто молчит. Чего тут спорить? Просто смысла нет. Так проходит полдня, а после последнего урока Чонгук, попрощавшись с Юнги, уходит в спортивный зал, где во всю уже работают как рабочие, так и ученики. Среди них Чон замечает Тэхена. Тот, постоянно сдувая челку с глаз и поправляя очки, красит стену. Стоит в углу, размахивает кистью и краской, создавая видимость того, что он рисует. — Здравствуйте, — заметив, что рабочие смотрят в сторону входной двери, Чонгук кланяется и заходит. — Я немного опоздал. — Ничего, — отвечает один из рабочих. — Что мне делать сегодня? — Помоги с покраской стены. Тэхен знает, что нужно, обратись к нему, — указывает на стену мужчина. Кивнув, Чонгук поджимает губы и направляется к парню, который все так же поправляет надоедливые очки на переносице и размахивает кистью. — Какую часть стены мне взять? — сразу же интересуется Чонгук, и Тэхен оборачивается. — О, ты пришел. — Покажи, где взять краску и перчатки, — спокойно говорит Чонгук, ставя рюкзак на пол. — А, конечно, — растерянно отвечает Ким. — Краска вот эта, — показывая на банки рядом с собой, Тэхен продолжает: — А стену… Можешь помочь мне с этой стеной, а потом вместе перейдем к другой. — Было бы не быстрее, если бы я начал другую? Тэхен теряется и бегает глазами по полу. — А, ну да, конечно. Вскинув бровью, Чонгук приступает к заданию. Молчит, красит стену, изредка морщится, потому что от запаха краски становится дурно, а маску никто не предоставил, но не отвлекается. Ему не хочется надолго задерживаться здесь. Дома тоже есть дела, поэтому, терпя недомогание, он присаживается, макает кисть в краску и тяжело вздыхает. Голова начинает кружиться, а в глазах темнеет. — Чонгук? — слышится голос. Тихий и спокойный. — Эй, ему плохо! — Чонгук, ты слышишь меня? — снова спокойный голос зовет его. — Воды! Принесите воду и откройте дверь! Суета и паника мгновенно окружают Чонгука. Теперь возле него собираются люди и смотрят как-то странно, а сам Чон не понимает, что же происходит, ведь он присел просто чтобы кисть в краску макнуть. — Помогите его вывести из зала. Ему воздух нужен. Чувствуя прикосновения рук, кто-то ведет Чонгука куда-то. Кажется, за пределы зала и как-то резко становится светло. Яркий свет ослепляет его, требуется время, чтобы парень смог прийти в себя. Минут десять точно и лишь спустя это время, Чонгук осознает, что он сидит на скамейке возле открытого окна в коридоре. — Пришел в себя? — раздается голос мужчины и, подняв еще мутный взгляд, Чонгук кивает. — Ты напугал нас, парень. — По технике безопасности вы должны были предоставить мне респиратор. — возмущается Чонгук. — А еще, Тэхену. — Да, я понимаю, но мы ими не пользуемся. — Как вас допустили к ремонту, если даже такие простые требования безопасности не можете выполнить? — снова возмущения летят от Чонгука к мужчине. А тот поджимает губы и не возражает. — Чонгук! Звук обуви по кафелю и тяжелое дыхание вперемешку с мягким голосом дает Чонгуку понять, что зовет его Тэхен. А повернув голову, Чон в действительности убеждается, что это он. Измазанный краской, со стаканом воды в руках парень подбегает слишком уж быстро к Чонгуку и чуть было не падает перед ним на колени, присаживается перед его ногами. — Выпей, — протягивает стакан холодной воды Ким. — В таких случаях помогает молоко. — Да, я знаю, но где я найду его сейчас? — с печалью спрашивает Тэхен. — Я просто так сказал. Чтобы на будущее ты знал. Между ними возникает молчание. Появляется ощущение, что бездна между ними резко распахивается и первого засасывает туда Чонгука. Он первый чувствует напряжение и дискомфорт, однако покосив взгляд на Тэхена, замечает, как парень начинает часто моргать. — Спасибо, — быстро и тихо вдруг произносит Чонгук. — За воду. Тэхен начинает улыбаться. Видимо, этих слов он и ждал. Следующий день, как последующий проходит в спокойствии. Учеба, после работа в спортивном зале и дом — этот круг длится два дня, а после наступают выходные. Раскидываясь на кровати, Чонгук тянется и зевает. Сегодня он планирует провести так целый день и единственные места куда он сходит — это туалетная комната и кухня. За неделю он вымотался знатно и считает, что просто заслуживает этот отдых в два дня. Проведя полдня в кровати, рисуя рисунки прямо в ней, Чонгук погружается в мир, который сам выдумал. На листе бумаги закат и деревья. Место похожее на лес. Он не мрачный, а наоборот, красивый и яркий в свете уходящего солнца. Чонгук его красиво изобразил и ему бы хотелось погулять по такому месту. Забыться, вдохновиться идеями и просто подышать свежим воздухом. Прикрыв глаза, он представляет, как идет по узкой тропинке среди высоких деревьев и травы. Все кругом зеленое, а верхушка деревьев отливает оранжевым и красным цветом. Парень словно начинает чувствовать то, что земля начинает холодеть. Запахло сыростью. И от этого ему становится хорошо на душе, однако, такое умиротворение заканчивается весьма быстро. В комнату заходит мама. — Гук, ты хоть покушать выйди, — произносит ласково женщина. — Не хочется. — Рисование никуда не денется. — Когда приходит муза — денется. — Боже, — закатывает глаза женщина, — Здоровье важнее должно быть. Посмотри на себя, худой какой. — Я всегда был таким, мам. — Вот именно. А мне хотелось бы, чтобы ты набрал вес. — Ма-а-а-м, — тянет, прикрывая глаза Чонгук. — Ладно, ладно, — отмахивается она. — Просто я переживаю. Покушай обязательно. Договорив, женщина выходит из комнаты и Чонгук наконец-то остается в одиночестве. Он снова погружается в свои мысли, в свой выдуманный мир и не замечает, как засыпает. А просыпается он, когда за окном уже стемнело, а дома как-то подозрительно тихо. Взглянув на часы, Чонгук видит, что время далеко за полночь, почти час и, пожав плечами, парень засыпает вновь.***
Сейчас тоже час. Без одной минуты. В коридоре тихо и спокойно. Где-то в другом конце здания блуждают посетители и рассматривают картины, а кто-то, наоборот, только пришел, чтобы насладиться искусством. Собрав все нужные подписи и бумаги, Чонгук откладывает их на край стола, смотрит дальше в компьютер, листая личные данные художников. Посчитав, что ему необходимо знать о них хотя бы что-то: имя и фамилию, дату рождения и то, что пишут эти люди, Чонгук погружается в чтение. Казалось, проходит довольно много времени, глаза устают смотреть в экран монитора, но взглянув на часы, Чон видит, что прошло всего двадцать минут. Время утекает слишком медленно. Быть может, даже вообще останавливается, потому что рабочий день все никак не может подойти к концу, а после рабочего времени, Чонгуку вести Тэхена на встречу с родителями и от одной только мысли, что они встретятся, по телу пробегают мурашки. Чонгук не хочет видеться с ними. Вообще. Это последние люди, с которыми он вообще бы поздоровался или просто произнес какое-либо слово, но сегодня ему придется поздороваться и даже поклониться в знак уважения. Это его раздражает куда больше, чем то, что он не знает, оплатит ли Тэхен ему часы, которые Чонгук потратит, отвозя его к родителям. Тэхен не обмолвился, а Чонгук не спросил, что крайне глупо. Откидываясь на спинку стула, Чонгук бегает глазами по столу. Нервничает, отчего-то. Внутри как-то неспокойно и он решается пройтись по галерее. Покинув рабочее место, парень подходит к первой картине, что попадается на глаза, принимается ее рассматривать. Изучает детали, смотрит, как художник положил краски, как сочетал между собой цвета и какая в итоге получилась красота. Его душа замирает, сердце начинает биться быстрее, а ладошки потеют — все это говорит о том, что картина перед которой он стоит, понравилась. Перейдя к следующей, Чонгук так же застывает. На холсте изображен мальчик, но его вид заставляет Чона испытать тревогу и грусть. От неё исходит холод и одиночество. Она мертвая. Картина странная и возле нее задерживаться надолго Чонгук не планирует, поэтому быстро взглянув, он переходит к следующей. Дальше же, на черном холсте изображен круг. Простой, белого цвета, а внутри круга маленькая черная точка. Глядя на это, Чонгук вновь приходит в замешательство. Он не понимает своих чувств, не ощущает вдохновения или умиротворения. Просто пустота. — Странные картины, — бубнит он. — Ты так считаешь? Голос за спиной заставляет Чона вздрогнуть, и он оборачивается. — Тэ… Господин Ким, — поджимает тут же губы Чонгук. — Почему картина для тебя странная? — Она мертвая. — То есть ты считаешь, что все картины должны дарить радость? — интересуется Тэхен. — Нет. Просто эта картина пугает. — А мне она нравится, — делает шаг ближе к Чонгуку Тэхен. — Мы с ней похожи. — Чем? — У нее нет души и у меня нет. Тишина. — Тэхен, я… — начинает говорить Чонгук, но Ким лишь одним взглядом заставляет его замолчать. — Почему ты отошел от рабочего места? Кто разрешил тебе? — засыпает вопросами Тэхен. — Я сделал все дела и хотел ознакомиться с картинами. — Есть для этого выходной день. — Да, я понимаю. — Раз ты понимаешь, — Тэхен заглядывает в глаза Чонгука, смотрит около минуты, не моргая, и начинает улыбаться, — иди работай. А Чонгук застывает, потому что только сейчас замечает, что у Тэхена цвет глаз серый. — У тебя всегда был такой цвет глаз? — вдруг спрашивает Чонгук. Лицо Тэхена меняется мгновенно. Он мрачнеет, губы сливаются в одну тонкую линию и, сжимая кулаки, он отстраняется от Чонгука, делая шаг назад. — Постарайся сам вспомнить, — отвечает Ким. — Ты раньше носил очки. Я не мог разглядеть из-за них и челки. — Я снимал очки не раз при тебе и челку убирал. — Тэхен, — сделав нерешительный шаг, Чонгук пытается взять Кима за руку, но тот, дернув ею, отталкивает Чона от себя. — Давай поговорим? — О чем? — Обо всем. После работы. — Ты все сказал мне три года назад. Бросив эти слова, Тэхен уходит. В кабинет, а Чонгук продолжает стоять перед мертвой картиной, понимая, что работа с Тэхеном принесет ему только муки. В машине Чонгук пристегивается и просит тоже самое сделать Тэхена. Хоть он и сидит на заднем сиденье, это не означает, что безопасностью нужно пренебрегать. Однако, получив несколько раз отказ, Чонгук сдается и просто смиренно заводит машину. В таком дорогом авто парень первый раз. У его родителей нет машины, и хотя Чонгук сдавал на права в надежде, что когда-нибудь купит себе ее, он так и не сделал этого. Не было возможности, а после переезд в Пусан и все по новой. Деньги нужны были на жилье, а не на транспорт, зато сейчас, сжимая кожаный руль и вдыхая запах дорогой кожи, Чонгук наслаждается этим. Выезжая на проезжую часть, парень старается вести машину аккуратно. Не быстро, но и немедленно. Средне и по всей видимости Тэхену это не нравится. Он несколько раз делает Чону замечание. Приказывает ехать чуть быстрее, но Чонгук на возмущения Тэхена указывает тому на дорожные знаки, проговаривая, что здесь разрешена только такая скорость. Тэхен в итоге сдается, складывает руки на груди, надувается и смотрит в окно. Спустя сорок минут они приезжают к нужному месту. — Нет желания поздороваться? — ехидно задает вопрос Тэхен. — Во сколько забрать тебя? — словно не услышав вопрос, Чонгук спрашивает свое. — Через час? — Через два. — Понял. — Я позвоню тебе. — У тебя нет… — Есть, — Тэхен открывает дверь машины и вылазит. А Чонгук наблюдает, как парень, который раньше был тихим и спокойным, вдруг превратился в него самого. В прошлом.
