Седина

      В понедельник Джейсон и Линда встретились на подходе к школе. Джейсон подходил быстро и целеустремлённо, Линда - неспешно и расслабленно.       - Доброе утро, мистер Аллен.       - Доброе утро, Холливелл. – Он заметил на лице Линды уже знакомую ему бледность с зеленоватым оттенком, которую ещё не успел вытеснить медленно возвращающийся румянец. – Снова кого-то лечила?       - Да, собаку, которую сбила машина.       - Собаку? – Он дольше суток занимался самоуспокоением и самовнушением, а она одним словом перечеркнула все его труды. Впрочем, тон Джейсона был спокойным.       - Вы что-то имеете против собак? – весело полюбопытствовала Линда.       - Нет, собаки прекрасные животные. Уверен, когда ты умрёшь, твою семью будет согревать мысль о том, что ты потратила свою жизнь на спасение не только людей, но и зверей. – Голос оставался спокойным, однако ощутимо похолодел.       Линда рассеянно хлопнула ресницами. До неё дошло, что её тут критикуют.       - Вы меня осуждаете?       - Не осуждаю. Хотя, нет, осуждаю. Меня уже тошнит от твоего нытья. – «Остановись! – кричала Джейсону уцелевшая рациональная часть разума. – Когда она ныла? Да ни разу! Джейсон Аллен, прикуси язык, посильнее!» Увы, остальной разум к ней не прислушался. – Тебе нравится внимание и жалость, верно? Строишь из себя Мать Терезу? Постоянно кого-нибудь исцеляешь и заботишься, чтоб про это непременно узнали! Однажды тебе показалось, что терзать так только свою семью уже недостаточно, и ты решила расширить аудиторию? Переключиться на меня? Нет уж, не выйдет. Тратишь свою жизнь на других людей и на животных? Прекрасно. Главное – не забывай, что это твой личный выбор, тебя никто – никто! – не заставляет. Не надо перекладывать ношу на других, не надо портить им настроение и в целом жизнь. У людей есть собственные проблемы, если ты вдруг не знала, никто не обязан тратить себя на сочувствие тебе! – Он быстро прошагал вперёд, не дожидаясь её реакции.