Дом пепла.

      Наверное странно, что Амалия сначала боится и не хочет, чтобы Колчек стал ее пациентом, а потом обижается, когда этого не происходит и вообще даже не рассматривается, как вариант.       Она входит в отдельную комнату Джека в тот момент, как Джейсон одевается и на секунду замирает, как рыба на берегу, с открытым ртом. Посмотреть действительно есть на что. И хоть она уже издалека и любовалась этим телом, совсем иное дело, когда ты видишь его вблизи.       — Пришли полюбоваться, Амалия? — выводит ее из ступора голос Колчека и в лицо ударяет жаркая от смущения кровь. Девушка поджимает губы и поворачивается к старшему.       Но как избавиться от прекрасных воспоминаний, которые отпечатались на мозге навечно, заставляя тело гореть?..       — Да… то есть, нет, я принесла Вам файлы с личными делами военных, — она краснеет еще больше, боковым зрением замечая на себе насмешливый темный взгляд. Не поворачиваясь, лишь гордо вздергивает подбородок, протягивает папку в руки своего старшего.       — Спасибо, мисс Бишоп, Вы свободны, — Джек насмешливо и крайне понимающе смотрит сверху вниз на блондинку, которая борется с косоглазием, силясь не посмотреть на лейтенанта.       — А… да… — и все-таки Лия проигрывает, бросая короткий взгляд на мужчину сбоку от нее. Тот поправляет пояс штанов, наклонив голову вниз, и одним движением натягивает футболку. Он не успевает заметить ее взгляд, блондинка отворачивается и покидает комнату Джека.       Прижимаясь к двери спиной, старается успокоить бешеное биение сердца, обхватывает собственные горячие щеки ладонями.       Мужчина за дверью благодарит Джека за помощь. Амалия стартует от двери, понимая, что сейчас этот образец мужественности выйдет и поймает ее, явно не стесняясь отпустить еще пару комментариев, от которых она сгорит изнутри.       — Ты как себя чувствуешь? — Кай замечает её на улице первым, словно поджидал здесь. Приближается, озабоченно касаясь пальцами красных щек. — Ты чего такая красная? Давно на солнце? Достаточно воды пьешь?       Заботливый парень уже давно в их корпусе. Мягкий Кай всем здесь очень нравится. Никогда не отказывал в помощи, сам тренировался с военными и имел довольно неплохие успехи.       Рослый, крепкий блондин с приятными чертами лица и ласковой улыбкой.       И вот что бы не думать о нем? Нет, надо обязательно думать о наглом лейтенанте с прекрасным телом и грубыми прямолинейными намеками.       Боже, неужели это стандарт всех романов? Девка всегда выберет хама, предпочитая его, нежели воспитанного и милого парня.       Вспомнишь, солнце вот и лучик, как говорится…       Кай клонится ниже, изучает ее лицо и ждет ответа, опасается за ее здоровье. Интересуется наличием температуры и возможно неудачной акклиматизацией. Из корпуса Джека выходит Джейсон, и сразу взглядом вычисляет их парочку.       Ну, конечно… Вот правда, бразильский сериал…       Мужчина недолго, но очень внимательно смотрит на них и Лиа, словно ужаленная, уворачивается от рук Кая. Отстраняется и заверяет его, что все хорошо. Отступает назад, ненавидя себя за то, что гаснет улыбка на лице блондина. Он, пару раз кивнув, опускает руки. Снимает свою кепку, надевает ей на голову, потрепав некоторое время по макушке, а затем уходит по своим делам.       «Какая же ты падла!» — возникает в голове противненький голосок совести, отчего блондинка немного морщится. Снимает кепку, поправляет волосы и натягивает ее обратно.       Колчек, словно дух пустыни, куда-то исчезает с поднявшимся в потоке ветра песком. Амалия лишь на секунду слышит все тот же противненький голосок, принадлежащий, однако, здравому смыслу: «Не твой уровень, детка! Они не женятся, такие, как он — люди войны. А хочешь ли ты греть ему постель до отъезда? Уже твое дело».

***

      Три дня проходит без лишних приключений: изучение полученных от военных и местных жителей анализов, организация курсов лечения, уколов с витаминами и прививками от известных и самых опасных вирусов.       Медики начинают вливаться в обычную рутину, из которой главным развлечением все еще остаются утренние тренировки морских котиков.       Кто-то из состава становится любовницами военных, кто-то же наоборот избегает подобного, сконцентрировавшись на работе. В конце-концов, внимание мужчин этот факт не отбивает — лишь усиливает упорство этого любящего бой народа.       Амалия завтракает в одиночестве, замечая, как к Каю весьма настойчиво клеится девушка из отдела связи. И признать, совесть, замечая подобное, успокаивается, притихает.       Блондин выглядит немного растерянно, кажется, слишком быстро сдаваясь под осадой этой особы. Сдает боевые позиции, загоняет себя в кольцо ее ловко расставленных ловушек.       — Ревнуешь? — как Колчек оказывается справа, сменяя девушку из ее корпуса, она не успевает заметить. Однако тут же отвлекается от созерцания своего друга на рядом сидящего мужчину.       — С чего бы? — отпивает чай блондинка и чуть морщит нос, откровенно скучая по кофеину, который тут выдают редко.       — Мне показалось, что вы вместе… — его тон все такой же спокойный, он продолжает свой прием пищи. Но легкий блеск в глазах выдает чужой интерес.       — Вам показалось, лейтенант Колчек, — отвечает блондинка, впервые за все три дня ощущая себя не роботом в лаборатории, а вполне живым человеком. — Кай мой лучший друг, мы вместе с самого начала моей карьеры в военной медицине.       — Не обязательно оправдываться, ты мне не жена, — отзывается мужчина. Стягивает кепку со своей головы и устраивает ее рядом с рукой, более не смотря на блондинку.       Странные у них отношения, даже в обращении друг другу — то ли официальный тон, то ли фамильярный. Она не понимает этих перепадов в их общении.       — Ты прав, прости… — однако, иногда он своей прямолинейностью задевает ее. Поэтому девушка отворачивается к подсевшей к ней связистке. Та, с шутками-прибаутками за то недолгое время, что они здесь, уже удачно вписалась в ее компанию.       — Лейтенант Колчек, как насчет расслабиться? Верхушка пока молчит насчет каких-либо приказов, давайте один вечерочек устроим танцы? — Хэйли обращается к старшему через Амалию, вынуждая ту отстранится, вжаться в спинку своего стула. Мужчина, привлеченный зовом, переводит взгляд на миловидную брюнетку. — Нет, ну правда, все уже устали в этой бесконечной рутине. Я, конечно, не медик… Однако… Лиа… Скажи ему, как доктор.       Темный взгляд карих, почти черных глаз проходит по ее груди, удачно выставленной вперед и останавливается на слегка растерянном лице.       — Что скажите, мисс Бишоп? — интересуется Колчек, вздернув темную бровь. Блондинка буквально слышит щелчок снимаемого предохранителя, и кто застрелит ее из этих двоих — непонятно.       Поддержи — застрелят.       Скажи против, тоже застрелят. <tab- Я недостаточно высокого ранга, чтобы мое слово имело вес перед лейтенантом, Хэйли, - уклончиво, аккуратно подбирая слова, перекладывает ответственность на чужие плечи Лиа. Джейсон улыбается слишком уж понимающе и насмешливо, поставив пистолет на предохранитель обратно. Как и возмущенная подружка, которая, прихватив тарелку со своим завтраком, уносится в сторону столика Джека.       — А ты полна талантов, Амалия, — все, что говорит брюнет перед тем, как подняться и покинуть блондинку; натягивает ей на голову одну из своих кепок, тут же извлекая из мешкового кармана еще одну и удаляется в сторону стойки выдачи.       Нужно признать две истины: что Джейсон Колчек потрясающий мужчина, и что такие противоречивые чувства в ней кто-то вызывает впервые.       «Ты будешь лишь греть его постель! Знаешь же, что он на войне живет, дышит ей и останется в рядах ее до своей смерти!» — взывает разум, стараясь успокоить бешеный пульс сердца.