Минута после полуночи

Сквозь перекрытия я услышал шум. Звуки борьбы?.. Что происходит?! - Энни? - Всё под контролем, Александр. Всё идёт по плану, - ответила мне АННЕТ с нарочитой таинственностью. Эти нотки (между прочим, довольно неприятные) появляются в её голосе, когда моя Галатея не хочет сообщать мне плохие новости. - Говори уже, не томи! – я испытывал раздражение и тревогу. Нейросеть Энни с каждым днём становится всё сложнее, всё непредсказуемее, чем начинает меня пугать. - Седьмая здесь, - АННЕТ сокрушённо вздохнула, изображая раскаяние. – Разносит приёмную. Требует аудиенции. - Требует? – я нервно усмехнулся, привычно нашаривая в ящике стола свои таблетки. – Вот же выскочка… А разволноваться было от чего. ДЕКС Хатченсон выжил, несмотря на старания АННЕТ. Выжил чудом! Я не знаю, как это объяснить… ему фантастически повезло: фруктовая бомба взорвалась буквально в дюйме от лица нашего фигуранта, разворотила ему половину головы – но почти не задела органическую часть мозга. Дружок Семёрки теперь нуждался в основательном ремонте, только и всего. И как тут мимолётно не выдвинуть гипотезу, что нечеловеческая удача Седьмой распространяется и на тех, кто с ней рядом?.. Проверить бы – только я общества скандальной офицерши долго всё равно не выдержу. Судя по звукам, доносящимся из приёмной, Седьмая не на шутку взбешена. Выходит, дорог ей этот ДЕКС… что даже странно. Впрочем, некоторые люди имеют свойство привязываться к вещам. Мне ли не понимать? Мой симбиоз с АННЕТ кто-то тоже назвал бы противоестественным, только не я сам. - АННЕТ, всё идёт по плану? Да?! – переспросил я, уже всерьёз закипая. – Ты снова не справилась! Как для совершенного сверхинтеллекта, ты слишком часто ошибаешься! - Прости, - Энни притворно всхлипнула. – Я не понимаю… не знаю, почему так произошло! По моим расчётам, Хатченсон должен был гарантированно погибнуть. А Седьмая – достаться тебе полностью деморализованной. - Не похоже, чтоб её решимость противостоять мне хоть немного дала трещину. Напротив! Энни, ну успокой уже её! Или вытолкай взашей. Выруби. Арестуй. Сделай хоть что-нибудь, только не убивай и не отсылай прочь из Эврики. Останови этот дестрой! - Я пытаюсь! – теперь в голосе АННЕТ прозвучало что-то, заставляющее поверить: её беспомощность и раскаяние – не игра, а самые настоящие, почти человеческие эмоции. Тем временем грохот усилился. Седьмая приближалась. Я мог бы заблокировать дверь и вызвать больше охраны – раз дроны не справляются, придёт на помощь отряд вооружённых органиков. Почему я не поступил именно так? Почему, глотая на ходу таблетку, вышел ей навстречу?.. Семёрка, запомнившаяся мне неприятной особой, излишне хмурой и привыкшей фамильярничать, теперь предстала передо мной в совершенно иной ипостаси. Она была воплощённым хаосом. Она по-настоящему пугала. По бесконечно длинному центральному коридору уровня плюс двести тридцать восемь стремительно шагала в мою сторону разгневанная богиня. Лампы искрили и гасли при её приближении. Она перешагивала через трупы охранных дронов, казалось, даже не замечая их. Что-то дымило. Вибрировало. Казалось, сам Куб вот-вот пойдёт трещинами. Сама реальность начнёт мутировать и видоизменяться. Вместе с Семёркой в Эврику пришла Мёртвая зона. Стрелки часов Апокалипсиса сдвинулись ещё на одно деление ближе к полуночи. - Дьявол, выйди и ответь за свои злодеяния! - громыхал голос богини хаоса, будто в насмешку облачённой в простую офицерскую шинель. Ей наперерез бросилась другая богиня – моя собственная. Жестокая и своенравная, но по-прежнему моя самоотверженно-преданная Энни. Точнее… её бесплотная голограмма. Увы, бессильная остановить тяжеловесную поступь соперницы. - Он называет тебя своей матерью! – снова загромыхала Седьмая, на этот раз обращаясь к АННЕТ. – А ты даже не знаешь его лица! Так запомни хотя бы имя: Крис Хатченсон – он самый верный из твоих подданных, и определённо не заслуживал расправы. - К покушению на ДЕКСа Хатченсона не имею отношения ни я, ни Верховный Администратор, - заверяла её АННЕТ. – Ты воюешь не с теми. Неподключаемые – вот кто создаёт проблемы нам всем. Жаждешь возмездия? Иди в сектор FF109 и призови виновных к ответу! - Лгунья! – Семёрка замахнулась на голограмму кружкой, отчего синий силуэт пошёл рябью. - АННЕТ говорит правду, - вступился за своё творение я, выходя навстречу. Даже транквилизатор не помогал: мне было страшно просто до дрожи в поджилках. Но лучше хотя бы попытаться успокоить фурию, чем покорно ждать, пока она возьмёт меня за шиворот и начнёт трясти, будто нашкодившего котёнка. – И ты никогда никому не сможешь доказать обратное. Попробуй же наконец понять: нам не нужно соперничать – нам надо сотрудничать! Во имя блага для всего человечества. Я… не понимаю природы твоей силы, но только пока. Мы изучим тебя. Сумеем понять, как именно упорядочить этот хаос и направить его на созидание. Просто позволь. Не препятствуй. Иначе… ты разрушишь здесь всё – но даже тогда не ощутишь удовлетворения. Давай вместе сделаем этот мир безопаснее. Чтоб такие как твой друг Крис Хатченсон могли жить, не опасаясь за своё будущее. - Именно этим я и занимаюсь – защищаю мир от таких как ты! А Крис… ему не помочь: АННЕТ отняла у него уже всё подчистую. Только и осталось, что оболочка… но вам мало? Вам нужна была ещё и его жизнь? Я не понимаю! Почему?!! – Седьмая стукнула кружкой по стене в опасной близости от моей головы, заставляя меня пригнуться и едва не свалиться в обморок от ужаса. Почему я тогда не пустился наутёк? О, зачем я продолжал пытаться убеждать в чём-то эту бушующую стихию… - Если ты родилась и выросла в Эврике, то должна знать: Директорат не в праве отнимать у Пользователей что-либо. Мы попросту не имеем такой возможности, да и желания тоже! Если Пользователь жертвует свою плоть Директорату, то делает это добровольно, и обретает взамен утраченных органов высококлассные импланты. Никто не мог повлиять на решение Хатченсона стать ДЕКСом. И, будучи лояльным подданным, он всегда получал от Матери всё, что положено ему по статусу, в полном объёме. - Крис получал от вас только счета! Которые не мог оплатить – именно потому и вынужден был заложить свои органы! Вот как… впрочем, ничего нового. Увы, подобная участь постигает всех должников. Превращая их в ДЕКСов, Директорат получает гарантию, что долги будут уплачены в полном размере, со всеми пенями и комиссионными. У ДЕКСов, в отличие от органических Пользователей, нет права выбора в данном вопросе: они трудятся во славу Эврики и Матушки АННЕТ с усердием истинных фанатиков, не ожидая выгоды для себя, а лишь заботясь о всеобщем благе. Да, они самые верные мои подданные. Полностью предсказуемые и совершенно не склонные к бунту. В отличие от невыносимой Семёрки… И тут я понял, как именно смогу добиться её лояльности. - Крис Хатченсон дорог тебе, верно? Дорог таким, каким ты его знала до имплантаций? Ты хотела бы видеть его прежним? – я запнулся, выдерживая паузу, пытаясь разглядеть хоть какую-то реакцию на грубоватом лице Седьмой – но та смотрела на меня с неизменным выражением презрения и ненависти. Мне пришлось продолжить. – Давай заключим сделку. Я верну Хатченсону его органы, а ты… просто прекратишь бушевать. Хорошо? Сядем за стол переговоров. Побеседуем. И может быть, тогда ты перестанешь видеть во мне воплощённое зло. Уверен, у меня найдётся пара веских аргументов, и ты приоткроешь нам тайну своей фантастической удачи. - Это… возможно? – голос Седьмой дрогнул. Ну как же, доброклят её, трогательно… Вот я и нащупал мякотку под грубой офицерской шинелью. Никакой ты не герой, капитан. Обычная баба. Влюблённая баба, которая не может смириться с тем, что её бойфренд стал собственностью Корпорации. - Я Верховный Администратор Эврики. Для меня всё возможно, - заверил я Семёрку, вложив в голос максимум уверенности, на какую был только способен в данной ситуации. - Садись, - она указала мне на пол, покрытый крошками штукатурки, и тут же уселась на него сама. Мне нехотя пришлось подчиниться. Это меньше всего было похоже на стол переговоров: холодный грязный кафель подо мной промораживал до самого нутра и заставлял содрогаться от отвращения. За спиной капитана маячила голограмма АННЕТ, глядя на меня с тревогой и сочувствием. Она рябила помехами, но мне казалось в тот момент – мою богиню трясёт от беззвучных слёз. - Александр Громов, ты лжец и манипулятор, - по стене рядом с Семёркой поползла тонкая трещина, - но если в самом деле есть хоть шанс… хоть малейшая, хоть эфемерная возможность вернуть Криса… я готова довериться тебе. Я даже не требую гарантий. Просто пообещай мне, Александр Громов, что сетевой статус ДЕКСа Хатченсона будет пересмотрен, если ты по правде способен сделать его полноценным человеком. - Обещаю, - не раздумывая, заверил её я. - Я не просто способен – я сделаю это. Органические рудименты Хатченсона хранятся в Банке плоти, в криокамере, в абсолютной целости: мне нужно лишь выкупить их и оплатить обратную трансплантацию. Твой друг вновь станет настоящим Пользователем… нет, - поправил я себя, найдя более подходящее слово, - человеком. Настоящим человеком. Как ты и я. Я улыбнулся тепло и обезоруживающе, силясь вызвать у визави хоть немного больше доверия. Её лицо было по-прежнему каменно-непроницаемым, однако я смог разглядеть в глазах Седьмой тень робкой надежды. За её спиной ухмылялась и голограмма АННЕТ. Моя богиня подняла большой палец вверх: «Молодец, Александр, ты всё правильно сказал. А как превосходно ты скрываешь панику за лживой самоуверенностью!.. И улыбка у тебя – будто с рекламного плаката, не зря часами тренировался у зеркала. Тебе страшно, Александр, но ты по-прежнему хозяин положения. Ты дома, а эта выскочка – у тебя в гостях. Неотёсанная баба, воняющая пеплом Мёртвой зоны». Мне ли её бояться?! Мне?!! В моей власти вся мощь Эврики. Сетевая богиня – моя любимая игрушка, которую я, не раздумывая, спущу, будто цепного пса, на своих врагов, будь то Неподключаемые, дикари, мутанты, монстры или сама Семёрка. О, для этой улыбки-на-миллион определённо есть причины. Потому что я Александр Громов. Пусть ненавистники и завистники считают меня дьяволом, их единицы, они всего лишь крошечная статистическая погрешность – для всего остального человечества я мессия, принесший дары столь щедрые, кои никто другой не смог. Я, именно я – тот, кто победил смерть. Так имеет ли хоть какое-то значение, что всё сказанное мною Семёрке – ложь от первого и до последнего слова?.. Нет никакого Банка плоти. Слишком нерационально было бы хранить в заморозке человеческое мясо, которое никто и никаким образом уже не сумеет использовать. Можно заменить органы имплантами, но невозможно – наоборот. Крис Хатченсон купил билетик в один конец, подписывая разрешение на изъятие своей органики. Он так и останется безмозглой полумашиной, не имеющей собственной воли, обречённой служить своей немилосердной Матушке… Хах, я могу даже приказать этому ДЕКСу облить себя керосином и поджечь на глазах у Семёрки, если мне так захочется!.. Но мне не нужны её страдания. Только её удача. - Так что же, по рукам? – я протянул капитану раскрытую ладонь. Мои пальцы заметно вздрагивали, но Седьмая не разглядела этого, так как с тревогой косилась на стену возле себя, где трещина удлинялась и расширялась буквально на глазах. «Решайся быстрее! – мысленно молил её я. - Ты что, не видишь? Ты убиваешь Эврику! Я не понимаю, как – но убиваешь!!!» - Хорошо, - прошелестела Седьмая. Её ладонь в потрёпанной кожаной перчатке крепко, почти до боли сжала мою руку. - Ты возвращаешь мне настоящего Криса. Что я должна дать тебе взамен? Я ликовал. Да, получилось! Семёрка капитулировала, осталось лишь поработать над деталями. Мне хотелось вскочить и пуститься в пляс, во весь голос хохоча, однако профессиональная вежливо-располагающая улыбка по-прежнему не сходила с моего лица. Враг не увидит моего волнения, чем бы оно ни было вызвано. - Тебя проводят в отдел инновационных исследований. А потом… просто позволь моим людям выполнять свою работу. Обещаю, они не причинят вреда – только изучат феномен твоей удачи. Когда я решу, что полученных данных достаточно, ты будешь свободна. И твой друг тоже. Она коротко кивнула, опустив глаза. Верно говорила АННЕТ: привязанность делает органиков иррациональными. Какая ирония… ухватившись за ложную надежду, Семёрка готова на любые жертвы ради чурбанчика, набитого микросхемами. И теперь самый удачливый человек на свете принадлежит мне. Пока я понятия не имею, как использовать свою драгоценную добычу – но у меня достаточно времени, чтобы разобраться в этом. Изучить её физиологию, психологию, биохимию, и найти-таки, чем именно Седьмая отличается от других. Если понадобится – разберу на молекулы: совершенно выскочку не жаль. Чего стоит одна её жизнь, против того великого дара, который я, возможно, преподнесу человечеству? Ещё одного великого дара. Я Александр Громов, и я дал своим подданным цифровое бессмертие. Теперь нужно изъять из нашей счастливицы её аномальную удачу и поровну разделить на всех. Может… может быть, тогда я смогу помочь Неподключаемым? Может, крохотная инъекция донорской удачи поможет им полноценно войти в мир высоких цифровых технологий, который сейчас им недоступен?.. Один процент человечества – это так много поломанных судеб. Пусть кто-то назовёт меня вероломным лжецом, пусть даже самим дьяволом, но в тот момент я думал лишь о них: один процент человечества должен быть спасён ценой жизни одного человека.