Укол в сердце

      Обработав руки обеззараживающим раствором, Майлз надел белые резиновые перчатки. Рабочий день начинается с самого обычного — обхода подконтрольных станций. С несколько хмурым взглядом, лис внимательно осматривал датчики экспериментальных камер, записывая показатели в серый блокнот с матерчатой обложкой. Снующие вокруг коллеги его как будто бы даже не задевали — ни физически, ни морально. Он просто машинально делал свою работу, ожидая чего-то большего.       После вчерашнего визита Софи Майлз несколько переживал, что было заметно по более торопливым, чем обычно, движениям и более беглому взгляду. Он весь как будто бы стал движением, в скучной и однообразной работе выделяясь особым образом.       — Показатели в норме у всех объектов, несмотря на вчерашние происшествия. Саймон, объекту семь нужен гепатромбин, займись этим. Нужно как можно скорее закончить его изучение — камер на всех не хватит, а на подходе еще один объект.       — Ещё один? Гм… вам не кажется, что для нашего отдела это много?       — Размышлять здесь моя юрисдикция. Выполняй то, что сказано, ясно?       Зеленовато-желтый ящер в очках со скоростью лани стал выполнять данные ему поручения, в то время как Майлз обошёл ещё несколько камер и отправился в координационный центр. Узкий белый коридор с неестественно белым освещением был пройден так же быстро, как и несколько соседствующих с отделом Майлза станций. Почти никто не обращал внимания на лиса, лишь неопытные еще новички-ассистенты иногда перешептывались между собой, кивая на доктора-легенду. Поднявшись вверх на скоростном лифте, Прауер быстро минул ещё несколько коридоров, после чего упёрся в железные двери.       Вот и координационный центр Организации. Кажется, здесь Майлз не был уже достаточно давно. По крайней мере со времени инцидента с объектом три он здесь не появлялся даже близко. Оценивающе глянув снизу вверх на внушительных размеров двери, Майлз сглотнул, после чего прошел внутрь.       — Ого, какие посетители! — сходу встретил лиса мобианец-медведь с красновато-бурой шерсткой, ехидно посмотрев на доктора. — Проходите, доктор Прауер.       Лис сел на кресло напротив руководителя центра координации О.П.И., скрестив пальцы и с толикой наглости глядя на визави. Лису не свойственно было лично обращаться с просьбами к руководству, однако сейчас был особый случай. Возможно, от результатов именно его исследований будет зависеть будущее всей Организации, и тогда жизнь будет точно прожита не напрасно.       — Мистер Ганора, нашему отделу необходима камера повышенной защищённости.       Медведь искоса посмотрел на Майлза, опершись на стол.       — Благодаря вашему отделу Организация лишилась как минимум четырех камер, каждая стоимостью около семисот тысяч. Не многовато ли будет требовать ещё и такой презент за практически нулевой результат?       — Мистер Ганора, наши исследования так же, как и другие, дают свои плоды. Номер седьмой уже практически самостоятельно способен вырабатывать антитела к вирусу Y-401, а объект девять…       — Майлз, мне нужны результаты, а не «практически самостоятельно»! Вы чёртов гений, но ваша результативность опровергает этот факт!       — Наша программа без камеры не сможет осуществиться в полной мере, и вам стоит это понимать. Объект десять без должной защиты может быть не только подвержен угрозе извне — он сам станет опасен для всех сотрудников Организации. И если вы хотите осуществить программу, я прошу вас: просто выделите из бюджета денег на эту чёртову камеру, и я уверяю, уже через месяц плоды нашего эксперимента поразят вас.       Медведь задумался. Он не особо доверял лучшему учёному в этом огромном здании, однако был ли у него выбор? Дирекция самолично одобрила программу Майлза и поручила координационному центру руководить всеми расходами в данном отношении. Так что… словесная перепалка между доктором и руководителем центра была скорее обязательной формальностью, чем действительно решающим фактором в принятии решения.       — Что ж… я распоряжусь по этому поводу. Не подведи нас, Прауер: история с вашим объектом три до сих пор отголосками проходит по всем, кто хоть как-то был причастен к ней. Удивительно, как после этого вас вообще не сняли с должности… Майлз?       Отвернувшийся в ворчании Ганора обернулся, но лиса уже и след простыл: получив добро, доктор благополучно покинул центр, минуя нежелательного разговора о недавней неудаче. Настроение, несколько приподнятое удавшимся началом плана, заставляло несколько приподнять голову лису, потому тот как будто бы свысока смотрел на своих коллег и их ассистентов. Было занятно наблюдать за вечно хмурым лисом при подъёме духа — он весь как будто бы светился, как пламя, источал даже какое-никакое тепло. Так он прошелся по коридорам, возвратившись в свой отдел.       — Софи, подготовь мне справки учёта объекта семь за предыдущую неделю. Саймон, каково состояние номера семь?       — Относительно стабильное. Регенерационные процессы улучшились, но я все же слежу за его поведением.       Лис, глянув бегло на датчики номера семь, убедился в верности слов ассистента и направился через узкий коридорчик в помещение, обитое железными панелями. Казалось, что это место было отрезано от отдела, однако оно было просто хорошо забыто: именно здесь до инцидента находился номер третий. Покорёженные металлические стены как будто бы были порваны острыми лезвиями; тут и там можно было заметить следы охлаждающей жидкости, которую не сумели устранить даже работники клининговой службы О.П.И.; как сейчас, Майлз помнил лязганье стекла и скрежет острых когтей о сталь… помнил рёв неизвестного существа, в которое он превратил разумное создание своими опытами… он помнил то, как задыхался в крови его коллега Марк, поражённый прямо в грудь тяжелым куском толстого стекла, выбитого объектом изнутри… пусть прошло уже несколько лет, лис помнил каждую деталь своей страшной ошибки.       — Не допусти её во второй раз, Майлз…       Именно в этом помещении и придется располагать камеру повышенной защищённости, ведь она не поместится в заполненный с верхом отдел. Нужно было демонтировать искорёженные щитки и установить несколько дополнительных источников питания, подсоединить вспомогательный генератор и, в принципе, можно устанавливать. Главное, что не пострадали капитальные стены и укрепления, иначе помещение пришло бы в негодность.       Записав что-то в блокнот, Майлз прошёл к себе в кабинет, устраиваясь на мягком кресле. За бумажной работой время пролетело практически незаметно — казалось, ещё недавно за обедом лис спокойно попивал кофе, а солнце уже клонилось к закату. Умная панель, установленная заместо окна, прекрасно отображала происходящее снаружи даже под землёй — отдел находился на минус третьем этаже. Ни капли не уставший, Прауер спокойно продолжал свою работу даже тогда, когда рабочий день большинства сотрудников давно закончился. В его кабинете царила абсолютная тишина.       Уведомление на смартфоне прервало эту тишину. Лис сразу его заметил, однако по-настоящему обратил внимание лишь после нескольких повторных уведомлений.       «Доктор Прауер, необходимая Вашему отделу камера повышенной защищенности будет установлена к 10:00 завтрашнего дня. Из соображений Вашей безопасности и безопасности персонала Организации, камера будет установлена в отсек №217. К полудню завтрашнего дня Вы сможете активно пользоваться камерой повышенной защищенности.

Администратор координационного центра О.П.И.»

      Что ж, завтра, так завтра. Лис переместил письмо в папку «Прочитанное» и достаточно быстро закончил писанину. Он как будто ждал этого письма, потому как после его получения живо окончил всё, собрал вещи, сбросил с себя халат и направился к выходу из кабинета. Закрыв дверь на ключ, Майлз вновь поднялся наверх на лифте, наконец выйдя из исследовательского центра О.П.И. Часы показывали половину восьмого. Солнце, отправляющееся в объятия розоватых облаков, подсвечивало контуры бетонных джунглей теплым светом, ласкающим глаза. Кое-где на небе роились клоки туч, что были несколько темнее кучевых облаков, однако это не исключало их своеобразной легкости, воздушности и особой красоты. Прауер поднял голову чуть вверх, перед тем закурив. Густой во влажном, предгрозовом воздухе, дым слегка клубился, чуть касавшимся всего и везде ветром разносимый куда-то вдаль. Майлз левой рукой, согнутой в локте, придерживал папку-дипломат с обилием документов, чтобы даже дома не отрываться от столь важных для него дел. Длинный шоколадно-коричневый плащ из плотной ткани скрывал ноги почти полностью, как и халат на работе. Даже вне лаборатории лис практически не изменился.       Шумный Тэдо был по-особому тих в этот вечер. Машины гудели в свой непонятный, неописуемый такт, задавая ритм вечерней жизни большого города. Мобианцы сновали туда и сюда, вокруг мелькали лица, то упёртые в экраны, то смотрящие под ноги, то зыркающие по сторонам, то глядящие ровно, прямо и уверенно. Во всём этом разнообразии лиц Майлз не смешивался с толпой, оставаясь стоять посреди бурного потока пешеходов на тротуаре и спокойно, с некоторой элегантностью и незримым пафосом докуривая сигарету. Он всегда был немного другим, отличным от окружения. Не по годам умный, быстро усваивающий абсолютно любую информацию, лис при этом отличался острым чутьём и практически чудом избегал разного рода ошибок в выборе, правда, всё же допустив ошибку, чуть не прибившую на месте его столь крутую карьеру. Сбой в коде объекта три мог просто раздавить только начинавшего свой научный путь Прауера, однако, на счастье лиса, этого не произошло. Почему? Наверное, потому, что эксперимент имел важные задатки, необходимые О.П.И. для реализации глобальной программы перестройки общества. И именно проект ZERO, разработанный молодым учёным, мог ознаменовать начало этой перестройки. Но… кандидат номер три оказался слишком активен для этого. В попытке сбежать он разрушил камеру, а вместе с ней и часть лаборатории. Разработку, почти доведённую до совершенства, пришлось уничтожить, что доставило Организации огромных проблем и возни…       — Доктор Прауер! Доктор Прауер!!! — запыхаясь, кричала откуда-то позади Софи, нагоняя лиса. — Доктор Прауер, у меня не очень позитивные новости!..       — Не успел я отойти, а в отделе что-то не так?       — Не совсем. Наш план пребывает сейчас в некоторой угрозе неосуществления…       — Мы вне офиса, так что можешь выражаться простым языком, хорошо?       — Приня… то есть да, Майлз.       — Так что ты хотела мне сообщить?       — Тот парень, кандидат номер десять… В общем, его поймали блюстители правопорядка, и теперь он находится в отделении полиции. Всё довольно сложно.       — Разбой? Избиение? Он проявляет агрессию?       — Оуф, нет, что вы… простой вандализм. Изобразил свой силуэт на стене Администрации Тэдо, представляете?       — Ну, что ты ещё хотела от 16-летнего ежа-беспризорника? Не беспокойся, мой рабочий день окончен: уже сегодня ёж будет в нашем отделении. Иди домой.       — Вы точно хотите тратить на это своё время? Я могла бы…       — Не стоит. Ты и так многое сделала сегодня. Отдохни, а если и правда жаждешь работать… можешь составить отчёт по всему отделу за последний месяц.       — Шутите?       — Полагаю, нет.       Ассистент сначала как-то диковато посмотрела на доктора, и лишь убедившись, что он говорит вполне серьёзно, отправилась назад — выполнять ответственное поручение от самого начальника отдела.       Майлз же, озадаченный новой проблемой, казалось, прекрасно знал, что его ждёт, и поэтому незамедлительно изменил направление движения в сторону полицейского участка — высвобождать несчастного художника, чтобы убедить его участвовать в безумном, если судить на трезвую голову, эксперименте…       Путь был достаточно хорошо знаком Прауеру. Он знал город, как свои пять пальцев на ладони, да и с такими возможностями, как у него, он действительно на этой самой ладони мог держать весь город. О.П.И. было опекаемой Правительством организацией, так что полномочий у него было действительно много. Поэтому Майлз шёл прямиком в отделение полиции, шёл крайне уверенно и даже слегка с приподнятым носом. Со стороны он был похож на актёра черно-белого немого кино: ветер слегка шевелил нижнюю часть его плаща, широкие лисьи уши и волосы, сейчас не сползающие не глаза, а поднимающиеся вверх-назад; прямой рот продолжал оставаться прямым, а выражение лица — абсолютно серьёзным, пусть ярко-голубые глаза выражали некую заинтересованность и даже таинственную озабоченность происходящим вокруг.       На ресепшене лиса встретили весьма сносно.       — К вам поступил сегодня один юноша… ёж, промышляющий вандализмом.       — Простите, вы кем ему приходитесь?       — Я? Кхм… опекуном.       — Секундочку… — администратор быстра выхватила из кармана трубку телефона, справившись о наличии ежей, промышляющих вандализмом. — Да, есть один. Пройдёмте со мной, составим протокол… Представляете, он никак не хотел признавать, что у него есть законные представители, прикидывался сиротой и беспризорником… Нужно подписать несколько бумаг и заплатить штраф, и мы отпустим парня с удовольствием.       — Я думаю, нам не придётся ничего подписывать… Можно ли мне увидеться с вашим начальством?       Через десять минут Майлз уже направлялся к месту временного пребывания.       — Привели ещё одного допросчика?.. Я же говорил вам, что нет у меня никого.       Синий ёж, в зеленоватой толстовке и рваных на коленях джинсах, сначала не обращал внимание на то, что творилось за решёткой. Но, не получив ответ на свой вопрос, обернулся.       — А ты не похож на допросчика…       Ключ прогремел в замочной скважине, не успел ёж даже закончить фразу. Художник сразу смекнул, в чём тут дело: этот мужчина пытается вызволить его из этой дыры.       — Идём, Соник: дома тебя уже заждались.       Шумно вздохнув, будто бы изображая надутого и обиженного сыночка, ёж вышел из камеры временного пребывания, выходя вслед за лисом из отделения. Майлз шёл молча, не прерывая напряжённую тишину ни на секунду. Соник как-то снизу-вверх смотрел на высокого мужчину, так неожиданно явившегося к нему на выручку. Ёж был уверен, что видел его впервые в жизни — безусловно, это было именно так. Как только лис отвёл парня подальше от полицейского участка, на него тут же посыпались вопросы. Ёж остановился.       — Во-первых… кто вы такой?! Зачем ты меня вытащил оттуда?       — Послушай меня внимательно, Соник. Меня зовут Майлз Прауер. Доктор наук в области робототехники и кибернетики, а также вирусологии. Ты явно помнишь женщину, которая ещё на днях брала у тебя иглу из головы?       — Ту серую кошку?       — Именно. Это мой ассистент, София. Она взяла твою иглу для детального анализа, вследствие которого выяснилось, что ты — наиболее подходящий из кандидатов для осуществления проекта ZERO… Это долгая история, но важно в ней вовсе не то, что должно было следовать в моей речи. Если ты согласишься участвовать в проекте, я гарантирую тебе защиту и кров. Ты — тот самый жданный гость, Соник.       — В чём суть вашего проекта?       — Мх, это трудно объяснить сходу. — Майлз глянул на кафе «Силестия», кивнув на него Сонику. — Как насчёт того, чтобы всё обсудить за чашкой кофе? Ты явно голодный, да?       Соник чувствовал некий подвох в словах лиса. Хватало уже и того, что Майлз — лис, так ещё такими речами он лишь подтверждал опасения Соника. Светло-синий ёж заметно косился на незнакомца, однако… чем-то он даже начинал нравиться парню. Молчаливый, прямолинейный, решительный… успешный, в конце концов.       Вдвоём они зашли в кафе. На удивление, здесь было мало посетителей, и свободных столиков нашлось в достаточном количестве. Соник сел за круглый столик у окна, по-домашнему плюхнувшись на диван всем весом. Мягко и уютно.       — Капучино? Эспрессо? Или же что-нибудь менее «кофейное»?       — На ваше усмотрение.       — Слушай, парень, не стесняйся. Ты не представляешь, насколько ты важен для всего общества. Не скромничай, выбирай. — Майлз протянул меню ежу.       — Из-за чего такая важность? Я что, какой-то особенный? В моём районе полно таких же, как и я.       — Думаю, стоит объяснить твою неповторимость… Во-первых, твой тип крови абсолютно универсален — мы зовём это Rh-0, или же резус-ноль. Во-вторых, один из твоих генов, а именно DEC-2 мутировал так, что тебе… мог заметить сам, почти не нужен отдых. Ты спишь практически вдвое меньше обычного мобианца, но при этом работаешь гораздо продуктивнее. Также это позволяет тебе восстановиться гораздо быстрее. Но что в тебе удивительнее всего… так это наличие гена DAF-16. Он был найден только у червей, да и то… не у всех. Чтобы ты понимал, скажу по-простому: благодаря этому гену ты практически невосприимчив к вирусным и иным заболеваниям. Давно болел?       — Даже вспомнить не смогу.       — Вот видишь — твоё тело уникально. Уверен, что твой внутренний мир тоже по-своему уникален… но мы заговорились.       — Наверное, я возьму просто чёрный чай…       — Официант! Пожалуйста чашку эспрессо и что-нибудь согреться парнишке. Что-нибудь вроде клафути... писсаладьера… в общем, у вас как всегда лучший выбор.       — Завели себе нового друга, доктор Прауер?       — Мой новый сотрудник. Коллега.       — Отлично. Подождите немного, сейчас ваш заказ будет готов.       Официант тут же ушла реализовывать заказ постояльца, в то время как лис продолжил диалог с ежом, в надежде, что он станет не просто мимолетным встречным, а объектом десять.       — Так в чём будет заключаться моя роль в этом проекте? Я буду кем-то вроде подопытного?..       — Мы не называем так своих коллег. Они скорее… объекты. Мы не в коем случае не расчленяем и не приносим вред объектам…       — Тогда зачем вам именно я?       — Только ты сможешь выдержать проект ZERO… в этом вся твоя важность, парень. Согласись, тебе не особо-то есть, что терять.       Ёж задумался. Лис явно был не так хорош в дипломатии, как хотелось бы: сквозь уверенные речи прорывались намеки на опасность сего эксперимента, однако… в чём-то этот мужчина был прав: ежу было вообще нечего терять. Он был готов абсолютно на всё, чтобы хоть как-то изменить своё нынешнее положение. Так почему бы не попробовать, если уж и выпала ему такая честь?       — Я должен убедиться, что мне не грозит опасность, и тогда… я согласен.       — Правда? Это замечательно. Завтра приходи к этому кафе к полудню, я тебя встречу и предоставлю все объективные доказательства того, что тебе не стоит переживать за свою жизнь и здоровье. А вот и наш кофе.       Лис как-то аристократично взял чашку, украдкой наблюдая за Соником. Парень, на удивление, принимал пищу не торопливо и жадно, а с почти той же аккуратностью, что и Майлз. Когда, даже после нескольких отнекиваний со стороны синего ежа в стиле «спасибо, я больше не голоден», трапеза была окончена, лис предложил Сонику ночлег.       — Софи всё ещё в отделе. Я могу распорядиться, и ты спокойно заночуешь у меня в кабинете.       — Спасибо, мистер Прауер… но я пожалуй пойду к себе, правда. Мне стоит всё хорошо обдумать.       — Ну… как знаешь. Жду тебя завтра к двенадцати, здесь же.       Оставив на столе чаевые, лис тут же встал и вышел из кафе. Синий ёж, немного посидев в раздумьях, последовал его примеру, направившись к себе. Наступала густая, влажная осенняя ночь…