Как пожелаешь

Майк шел по университетскому дворику, а над головой клубились тучи. Опустив голову, он пытался прочесть имейл от одного из профессоров. Через два дня надо было сдать проект по теории красок, и профессор рассылал всем напоминания. Майк вздохнул. У него оставалось добрых три часа на работу над проектом, но после такого насыщенного дня энергии на это не имелось. Он погасил экран телефона, сунул его в карман джинсов, почесал щеку, подумал, что надо бы побриться, и обошел группу студентов, которые обсуждали нечто, ему неведомое и безразличное. Спина у него болела, потому что последние два часа он провел в согнутом состоянии. Вместе с однокашниками он отмывал пол арт-кабинета от пятен лавандового цвета краски, которой почему-то все было заляпано. Майк остановился, поднял руки, потянул спину, стараясь унять боль. Посмотрел в небо, которое было как раз под цвет его хандры. После того, как он выскочил из студенческого клуба, чтобы помочь с баннером для благотворительного мероприятия, день у него шел через пень-колоду. Работы, которые пора было сдавать, недовольные профессора, происшествие в арт-кабинете, а еше Роб с Анной. Насколько ему было известно, они были по-прежнему вместе. А значит, Честер не сделал ничего, кроме как заявил, что все готово. Майк повесил голову, посмотрел на ухоженный газон. Ветерок перебирал травинки и опавшие с деревьев листья. Все кругом пахло природой. Этой дурацкой, тошнотворной природой. И тут он услышал голос Честера. Инстинктивно обернулся, думая, что вот-вот увидит, как бес шагает к нему со своим обычным самоуверенным видом, но его нигде не было. Майк повернулся налево, направо, пытаясь рассмотреть, что творится за спинами студентов, мимо которых он только что прошел, но Честера видно не было. - Майкл, - раздался голос беса, - ты меня слушаешь? Майк застыл, коснулся виска, осознав, что голос раздается у него в голове. - Ступай в общежитие, к комнате, где живет Роб. Прямо сейчас. Майк не сразу понял, что ему говорят. Зачем ему туда идти? Они ведь с Робом не друзья. О! Майк мысленно дал себе по голове и направился к корпусу Д. Руки сжались в кулаки. Шаг полегчал, стал быстрым, и Майк воображал, что, интересно, сейчас происходит. Что такое сделал Честер? Хватит ли этого для того, чтобы Роб и Анна расстались? Может, это что-то такое, из-за чего Анна так и упадет в его, Майка, объятия… Он понятия не имел, что там случилось, да это было и неважно. Он просто радовался тому, что что-то происходит. Что-то получше, чем все события, которыми был полон его неудачный день. Он протиснулся мимо нескольких человек, бормоча «извините», и наконец вошел в корпус Д через тяжелые вращающиеся двери. Комната Роба была на втором этаже, это Майк знал. Он просто видел (не специально!), как Анна стоит и ждет его возле комнаты, а иногда и заходит внутрь. При одной мысли, воспоминании о подобных случаях у него внутри все вскипело. Он поднялся по лестнице, держась за перила, и знакомый запах пиццы и пота делался все ощутимее. Это был отличительный знак корпуса Д, вернее, всех парней, которые там жили. Два парня спускались по ступенькам, и, хоть Майк и постарался посторониться на узенькой лестнице, один из них, Дэниел Лумус, все же задел его локтем. Он был другом Роба и членом борцовской команды. Второго парня Майк не знал. - Робби влип, - хихикнул Дэниел, топая по лестнице вместе с приятелем. – Поверить не могу, что его застукали. - Она ему сладкую жизнь устроит, - посмеиваясь, ответил второй парень. Майк остановился и обернулся, надеясь услышать что-нибудь еще, но они уже дошли до конца лестницы и вышли из дверей. Застукали. Он влип, потому что его на чем-то поймали. Майк тут же вспомнил, как Честер предлагал ему разные способы добиться расставания Роба и Анны. Наркотики, стероиды. Кто знает, какие еще идеи были на уме у беса, пока Майк не заявил, что не хочет, чтобы тот портил Робу будущее? Он что, все равно это сделал? Выходит, он пошел против моей воли? Проворчав что-то себе под нос, Майк вновь двинулся вверх по лестнице. Поднявшись наверх, он почувствовал, что мысли из-за возможных действий Честера и будущего Роба оставили его. Вместо этого он занервничал. В коридоре были люди. Там всегда сновали люди, но не так много. Никто не разговаривал. Не отпускал пошлых шуток, как это делают парни. Никто никого не разыгрывал, не ныл по поводу домашних заданий. Все молчали и неподвижно, словно статуи, стояли в проходе. Майк прошел мимо одного, другого, посмотрел в одну сторону коридора, в противоположную, и тут он это услышал. До комнаты Роба оставалось три двери, и здесь ее было слышно. Анну. Он мог узнать ее голос из тысячи, и это была она. Она находилась у Роба в комнате и явно была в ярости. Услышав, как она ругается, Майк застыл на месте. До открытого двери в комнату Роба оставалось всего несколько шагов. Склонив голову набок, он принялся слушать ее. Сглотнул, пытаясь не потерять самообладание. - Ты что, думаешь, я сучка тупая? – выплюнула Анна. Майк ее не видел, зато кожей ощутил ее ярость. - Милая, нет, конечно, нет! Я же тебе сказал, это не мое. Я понятия не имею, откуда они взялись! Майк раскрыл рот, услышав голос Роба. Он никогда не слышал, чтобы тот так нервничал. Точнее, паниковал. - Не смей больше называть меня милой! Ты лучше свою новую девушку так зови! - Нет у меня никакой новой девушки! - Да я же ее лифчик у тебя нашла на кровати! И черные трусы! Кружевные! - А я тебе сказал, что не знаю, откуда они взялись! - Это вещи Лизы Мейерс, да? Тебе она всегда нравилась. Я видела, как ты на нее смотришь. Как будто ждешь не дождешься, когда я отвернусь, и можно будет ее облапать! - Да я ее даже не знаю! – воскликнул Роб со слезами в голосе. Майку показалось, что он плачет. В его интонациях так и слышалась боль. Настала тишина. Анна выбежала из комнаты в коридор, где царила напряженная атмосфера. Ее карие глаза так и сверкали, каштановые волосы растрепались, как будто она их теребила, лицо раскраснелось. Глаза тоже были красными. И тут она врезалась в Майка. Тот попятился назад, сделал шаг, другой. Он испытал такой шок от физического контакта с Анной, что в мозгу перегорели все пробки. - Извини, Мик, - сказала она, всхлипнув, и вытерла глаза ладонью. - Все… все в порядке, - пробормотал он с колотящимся сердцем. – У тебя все хорошо? - Нет, - выпалила она и сжала кулачки. – Почему все мужики такие свиньи? Можешь мне сказать? Майк покачал головой. - Я просто этого не понимаю. Ты бы стал изменять человеку, который тебя любит? – плача, сказала она, приложив руку к груди. На ней была белая блузка с кружевами, облегавшая небольшие груди, и на мгновение Майк опустил на них взгляд. – Ты парень хороший, - добавила она, - ты бы не стал изменять своей девушке, правда? Он поднял взгляд на ее лицо, залитое слезами, и снова покачал головой. - Вот именно. Видишь? – крикнула она, развернувшись в сторону двери Роба. Тот все так же стоял в комнате. – Мик не стал бы изменять своей девушке. Он знает цену хорошему человеку! – Он повернулась, обхватила Майка за щеки и торопливо чмокнула. – Спасибо, - сказала она и пошла прочь по коридору. У Майка все в голове пошло кувырком. Он никак не мог разобраться в своих мыслях, пульс так стучал, что ему казалось, будто он летит. Дыхание сперло, он успел завестись, осознав, что Анна только что поцеловала его. Вокруг перешептывались другие студенты, и он пришел в себя. Развернулся, увидел, как Анна спускается по лестнице, и крикнул вслед: - Вообще-то я Майк! – Но она уже скрылась из глаз. Он стоял, постепенно расслабляясь. Все направились по своим делам. - Я не понимаю, что произошло. Майк повернулся и чуть не подпрыгнул, увидев, что рядом стоит Роб. Тот медленно качал головой, выражение темных глаз было отсутствующим. Майк почувствовал его одеколон, видимо, дешевый. Он явно купил его в каком-то сетевом магазине или заказал по каталогу. От него отдавало сыром, и это было явным признаком того, что крутым одеколон не был, в отличие от Cartier EAU DE PARFUM II L'HEURE CONVOITÉE, который подарили Майку родители на прошлый день рождения. Деньги у него были, а вот у Роба - нет. Может, Анна в конце концов заметит эту разницу? - Не знаю, почему она мне не верит, - продолжал Роб. Казалось, он сдерживает слезы. – Я ей никогда не изменял и не собирался. Я ведь не идиот. Я знаю, как мне с ней повезло. Майк кивнул. - Да, тебе повезло, - согласился он. - Я даже не понимаю, как мне удалось заполучить такую девушку, - сказал Роб, махнув рукой в сторону лестницы, по которой ушла Анна. - И я не понимаю, - не задумываясь, подтвердил Майк. Роб повернулся к нему. Он был выше ростом. Тут до Майка дошло, что он его оскорбил. Майк сделал шаг назад, на лице был страх. Роб выдохнул, закатил глаза и сказал: - Знаю я. Я ее не стою. Я все равно что неандерталец, а она… она… - Богиня, - ввернул Майк. Роб широко раскрыл глаза и склонил голову набок. Майк чуть не дал стрекача. Он понял, что снова сказал нечто такое, чего говорить не следовало, а значит, пора спасаться бегством. - Верно, - согласился Роб. Шокированное выражение лица куда-то улетучилось. – И это хорошо, - сказал он и шутливо пихнул Майка в плечо, - у меня будет отмазка такая, когда в следующий раз заговорю с ней. Если, конечно, мне выдастся такой шанс. – Он повесил голову, широкие плечи поникли. На нем была облегающая синяя футболка с логотипом борцовской команды. Он обхватил себя руками. – Я люблю ее, чувак, - пробормотал он, не поднимая взгляда. – Она моя первая любовь. И моей семье она нравится. Даже моей бабушке, а ей вечно никто не нравится. Я собирался сделать ей предложение. У Майка что-то сжалось в груди. - Что, правда? Роб кивнул и опустил руки. - Я уже и кольцо купил. Так, ничего особенного, но, когда мы закончим учебу и я получу нормальную работу, куплю получше. Но теперь… - Он отвел взгляд и замолчал. Предложение. Он собирался предложить Анне выйти за него замуж. Интересно, она бы согласилась? Майк ощутил нечто вроде паники. Руки слегка дрожали. Она бы за него не пошла, верно ведь? Он, должно быть, очень ее любит. То, что Роб был таким симпатичным, раздражало Майка. Его небольшая темная бородка была идеально подбрита. Мускулы у него смотрелись что надо, причем в любой одежде, какую бы он ни выбрал. В ту минуту на нем была футболка и спортивные штаны, но, несмотря на это, он выглядел, как модель с обложки журнала мод. И прическа у него тоже всегда была идеальной. Майк запустил пальцы в свои черные пряди, жесткие от геля. Ему так трудно давалась укладка. Так непросто было зачесать их назад, а потом набок, чтобы смотрелось как надо. Стильно, а не так, словно он только что вылез из кровати. А у Роба волосы всегда лежали идеально. Он был высоким, темноволосым, красивым. Майку хотелось зарычать. И сказать Робу, что ему нужно просто жить дальше. Проявить мужскую солидарность, охаять Анну и посоветовать ему забыть о ней. Ему ведь выпал шанс. Майк мог бы повернуть ситуацию в свою пользу. Это был поворотный момент. Анна сердилась, а Роб страдал, и, как казалось Майку, ничего не стоило обернуть его боль в гнев. Надо было просто подобрать правильные слова. Он раскрыл рот, собираясь заявить, что Робу надо разгневаться вместо того, чтобы ныть о любви, но вместо этого он произнес: - Блин, чувак, мне так жаль. Роб кивнул. Лицо у него было такое грустное, как будто кто-то пнул его щенка. - Что же мне делать? Она мне не верит. Как доказать ей, что я не изменял? Майк пожал плечами, переключаясь на другие мысли. Как же Робу доказать свою невиновность? - Хэй, - Роб повел рукой в сторону Майка, - а ты не мог бы замолвить за меня словечко? Майк тут же сосредоточился на его словах. - Я?.. - Ну да, - сказал Роб, шагнул ближе и похлопал его по плечу. – Она на меня сейчас так зла, что не станет слушать. Ну а ты, - он чуть приобнял его и хлопнул по груди, - ты ей нравишься. Если бы ты сказал ей, что я не изменял, и что я люблю ее, она бы тебе поверила. - Ну, я… - Пожалуйста, чувак, помоги мне, - взмолился Роб. – Я не знаю, что делать, если потеряю ее. Она для меня как воздух. Я только из-за нее до сих пор не бросил это все. Если бы не она, я бы не лез из кожи вон, чтобы чего-то добиться. Понимаешь? Она мой стимул. Роб положил ему на плечи свою мускулистую руку. И тут Майк согласился. - Хорошо, чел, я поговорю с ней. **** Твою ж мать! Что со мной не так? Зачем я пообещал ему поговорить с Анной? Я такой тупой. Это так тупо! Вот что Майк ворчал себе под нос, направляясь на третий этаж корпуса Д. Разговор с Робом был еще свеж в его памяти. Я могу все исправить. Еще не поздно. Но не знаю… что делать-то? Подойдя к своей комнате, он вздохнул и открыл дверь. За единственным окном нависло унылое небо, что никак не улучшало его настроения. Он зашел, закрыл дверь и порадовался тому, что хотя бы убрался подальше от коридора и сплетен, которые разлетались быстрее, чем одежда с тела порнозвезды. - Привет, - сказал Майк, падая на кровать. Джо поднял взгляд от своих заметок, которые разбирал уже полчаса в свете маленькой настольной лампы. - Привет, - проговорил он и нахмурился. – Ты как, нормально? Майк почесал щеку. Выражение глаз было загнанное. - Я только что сделал глупость. Они немного помолчали. Джо сжал губы, вертя в руках листок. - Это как-то связано с Честером? Майк замер и, не отнимая руки от щеки, уставился на соседа. - С чего ты взял? – наконец спросил он. Ему стало не по себе. Джо пожал плечами, глядя куда-то в пол, а не в глаза Майку. - Тебе не кажется, что он какой-то странный? - В каком смысле странный? - Не знаю я, - пробормотал Джо, вздохнул и поднял взгляд. – Просто ты, кажется, к нему привязался, а он… ну… - Что? – Майк выпрямился. - Он кажется таким… ну, знаешь… - Джо повел рукой, словно пытаясь вручить Майку свой ответ. - Не знаю. Просто скажи, что думаешь. Джо подавленно вздохнул, положил листок на стол и повернулся на стуле лицом к Майку. - Он, по-моему, не твоего поля ягода. Я это не в плохом смысле говорю, просто так и есть. И не только. Он слишком уж напористый. И… - Ему не хотелось этого говорить, но Майк смотрел на него так хмуро, что он понял: придется так и сказать. – У него один секс на уме, Майк. Посмотри, как он двигается, как одевается. Как трогает тебя. У Майка сделался растерянный вид. Он медленно покачал головой, раскрыв рот. - Почему ты так решил? Ты же с ним общался минуту от силы, - парировал он и поднялся с места. Ему не хотелось этого слышать. День был дерьмовый, с Анной и Робом вышел полный провал, не хватало еще слушать, как Джо оскорбляет его и называет его беса шлюханом. - Того, что я видел, достаточно, - отрезал Джо, подавляя желание точно так же вскочить с места. Если бы он тоже поднялся, они начали бы орать друг на друга, а у него было слишком много домашних заданий. – И я с ним разговаривал. Правда, мало что припоминаю, - признался он, почесав в затылке, - но он… Майк, не доверяю я ему. В нем есть что-то странное. Он не знает. Откуда ему знать? Конечно, не знает. И рассказать ему я не могу. Ведь не могу же? Сказать, что Честер – бес? Боже, он бы решил, что я рехнулся. - Он особенный, - наконец ответил Майк, стараясь говорить спокойным голосом. – И да, мы с ним знакомы недавно, но между нами установилась связь. - Связь? Майк, не то чтобы я лез в твои дела, но… - Тогда и не лезь, - выпалил Майк. – Джо, я знаю, ты хочешь как лучше, - признал он, чувствуя прилив адреналина, - просто не лезь в это дело. В то, что касается Честера. Я знаю, что делаю. – Он приложил руку к сердцу, наткнувшись пальцами на пуговицы. Строгая рубашка, которую он надел в тот день, чтобы произвести впечатление на Анну, бесила его. Она теперь вся была заляпана краской после того неприятного случая в арт-кабинете. Джо сел, не спуская с него глаз. Он не хотел огорчать Майка, понимая, что тот и без него испытывал стресс. Но удержаться от беспокойства тоже не мог. - Ты просто будь осторожнее, - сказал он. Майк развернулся, чтобы уходить. – А как насчет задания по теории красок? – спросил он. Но тут Майк вышел и захлопнул за собой дверь. Шумно выдохнув, Джо повернулся на сиденье лицом к столу. За окном была жуткая погода. - Наверняка пошел на встречу с Честером. От этого типа одни неприятности. – Он посмотрел на часы в телефоне и издал недовольный звук. Переживания за Майка предстояло отложить на потом. Надо было доделать свой проект. **** Майк стоял, стиснув кулаки. Однако у него крепкие нервы. И у Роба тоже. Попросил меня поговорить за него с Анной! Это невыносимо. Невыносимо! Он замер, дойдя до двери Честера, и, уставившись на темное дерево, которое давно пора было покрасить, почувствовал, как тяжко на сердце. В голове было пусто. Он знал лишь то, что и выглядит, и чувствует себя дерьмово. Он постучал. Внутри все полыхало. Ясно было, что это Честер устроил так, чтобы лифчик и трусы оказались у Роба в комнате. И это было хорошо, но он почувствовал, что теперь ему снова понадобилась помощь беса. Ему предстояло признать, что он все запорол, и надеяться на то, что правила Честера не запрещают ему дважды оказывать помощь по одному и тому же вопросу. В этом случае Майк остался бы ни с чем и без Анны. Майк скомандовал себе успокоиться и прислушался, стараясь отвлечься от болтовни в коридоре. Наконец он услышал голос Честера: тот приглашал его войти. Майк открыл дверь и зашел, ничего не соображая от расстройства, запутанных чувств и того самого стресса, из-за которого образуются язвы. Захлопнув дверь за собой, он уже совсем было собрался изложить Честеру события дня, чтобы разобраться во всем, но замер. Казалось, что сердце остановилось. Он не мог пошевелиться, в голове было шаром покати, гнев куда-то девался, и сказать он тоже ничего не мог. Он просто остановился на полном скаку. Свет наверху не горел, за исключением огоньков по периметру потолка. Честер стоял возле кровати. Прикида в духе фаната рок-музыки как не бывало. На нем не было футболки, и яркие татуировки на фоне светлой кожи смотрелись так, словно и в самом деле полыхали огнем. На нем были свободные черные джинсы, которые чуть не сваливались со стройных бедер, розовый ремень, украшенный бабочками, был вдет в петли, но расстегнут. Внимание Майка привлекло одно: на бесе была розовая женская сорочка. На бедрах виднелись тонкие бретельки, шелковистая ткань была заправлена в штаны, а одна из полосок спускалась куда-то между ягодиц. Майк с трудом сглотнул, обводя взглядом стройное тело беса, и почувствовал, что заводится. Расширенными от возбуждения глазами он вгляделся в то, что покрывало голову Честера: это была черная вязаная шапочка с парой кошачьих ушек. Майк сделал шаг вперед, хоть и не чувствовал под собой ног. По сути, сейчас он чувствовал только то, как кровь пульсирует в члене. - Ты… ты… - проговорил он. Во рту пересохло, и ничего, кроме этого, он сказать не смог. - Салют, Майкл, - сказал Честер, чуть поклонившись. – Ты нормально себя чувствуешь? Вид у тебя вымотанный. Майк покачал головой. Нормально ли он себя чувствовал? Он и сам не знал. Казалось, нет: он ведь так из-за всего расстроился. Но, подойдя поближе к Честеру, протянув к нему руки и погладив его по обнаженным бокам, он понял, что даже не может вспомнить, из-за чего он грустил. И грустил ли вообще. - Выглядишь потрясающе, - сказал он, приник к бесу и вдохнул знакомый запах меда и печенья. - Все для тебя, - ответил Честер. Его глаза сияли в свете потолочных огоньков. – Давай, - прошептал он, прижавшись к нему и поднявшись поцелуями по щеке к уху Майка, - потрогай меня. Майк закрыл глаза и положил ладонь на гладкую щеку Честера, тут же ощутив, что все напряжение и стресс куда-то девались. Он поцеловал его, сначала мягко, чуть вобрав в рот его нижнюю губу. На вкус Честер был таким же, как и исходивший от него аромат: сладким и вкусным. - Люблю котов, - прошептал Майк, разорвав поцелуй. Он поднялся рукой выше и поиграл с черным вязаным ушком. - Знаю, - промурлыкал Честер, положил руку ему на талию и потянул за шлевки ремня. – Для того, что тебе хочется сделать, на тебе чересчур много одежды. - Ты в точности знаешь, чего мне хочется. Знаешь, что меня заводит, да? – спросил Майк, выдохнув. Честер кивнул, медленно облизнув губы. Из-под шапочки виднелись черные с серебром плаги в ушах. Он снова подался к Майку и обдал его ухо горячим дыханием. - Я – твое воплощенное желание, - низким, соблазнительным голосом сказал он. – Просто отдайся ему, Майкл. Бери то, что хочешь. Не отнимая руки от ушка на шапке, Майк провел ладонью по его животу, спустился до джинсов. Погладил розовый шелк. Где-то на задворках сознания он сказал себе, что все в порядке, никаких правил он не нарушает, никаких граней не переступает. Бес – это бес. А кроме того, на нем ведь была женская сорочка. Оправдание было никуда не годным, но Майк как-то убедил себя в его правомерности, откинул в сторону сомнения и запустил свои длинные пальцы Честеру в джинсы. Шелковая ткань была приятной и очень мягкой на ощупь. Майк впервые дотронулся до члена беса. Стояка не было, но все же он начал твердеть, и после этого Майк уже не мог себя остановить. Оставив в покое ухо, он опустил руку и поласкал бок Честера. Сжал его ягодицу через плотные джинсы, но вскоре оставил это и запустил руку внутрь, благо они были свободными. Накрыв рукой ягодицу, он почувствовал, какая она теплая и манящая, и потянул за розовую полоску ткани. Вытащив ее наружу, он ощутил, что теперь шелковая ткань еще сильнее обтянула твердеющий пенис беса, и тот качнул бедрами. - Бля, - то ли прошептал, то ли простонал Майк и провел пальцем там, где до этого была бретелька, - между ягодицами. - Раз уж ты так этого хочешь… - сказал Честер, вытянул руку Майка из своих джинсов, развернулся и, опершись руками на кровать, склонился над ней, поиграл задом и бросил на него взгляд через плечо, - тогда бери все, что хочешь. Майк тяжело дышал, ощущая прилив возбуждения во всем теле, и смотрел на макушку Честера в черной вязаной шапочке, на изгиб шеи, на очертания плеч, на ложбинку на пояснице, сорочку, черные джинсы, которые, казалось, грозили с него свалиться. Майк взял его за бедра, погладил по мягкой светлой коже, прижался грудью к его спине, коснулся членом маленькой задницы, изнывая. Несколько движений спустя он отпустил его, отодвинулся и расстегнул ремень. С трудом расстегнул пуговицу и ширинку, чувствуя, как голова идет кругом от предвкушения, жажды, страсти. Спустив штаны вместе с бельем, он снял их, отпихнул ногой в сторону и тут же принялся гладить себя, размазывая смазку по стволу. Не спуская глаз с Честера, он положил ладонь на его ягодицу, сжал ее, а возбуждение все росло и росло. Скользнув рукой вниз, он потянул с Честера джинсы: ему хотелось сбросить их на пол. Честер искусно выбрался из них, не нарушая позы, скинул одежду вниз, и вот уже Майк держал его за зад обеими руками, прижимаясь к нему сзади. Майк не закрывал глаз: ему не хотелось отводить взгляд от кошачьих ушек и сексуальной ямочки на пояснице. Честер подтянул колени чуть выше, опустился грудью на кровать, а Майк все так же держал его за ягодицы. Он потянул за рубашку, отодвинул полоску ткани, чтобы потереться членом о его кожу, вжаться между половинками, коснуться головкой входа. Он все чувствовал. Чувствовал, как влажная, чувствительная головка касается его. Ему хотелось толкнуться, отдаться еще более сильным ощущениям, но в груди все сперло, и дышать было тяжело. Он перевел взгляд с задницы Честера на кошачьи уши, потом обратно. Бес повернул голову, посмотрел на него через плечо, насколько это было возможно в его позе. - А ты знаешь, что делать? – спросил он слегка раздраженно. Майк покачал головой. На лице читалась паника. - Понятия не имею, - признался он. Чем дольше он стоял в такой позе, тем сильнее ему хотелось, но и тем больше вопросов и загонов роилось в голове. – Мне нужен презерватив, да? То есть, забеременеть-то ты не можешь, но безопасность не помешает, верно? – Он огляделся, но ведь это была не его комната. Тут не было его вещей. Маленькая пачка презервативов лежала у него в нижнем ящике. Может, пойти и принести? Уходить в такой момент казалось ему отвратительной идеей. – У меня давно ни с кем секса не было, - сказал он, сглотнув комок в горле, - а недавно я сдавал анализы в колледже. Для минета мы презервативом не пользовались, но это другое дело. Ты проверялся? – Он тут же вспомнил все то, что им на протяжении всей учебы вбивали в головы. Честер вздохнул, вывернулся из его рук и сел к нему лицом. - Вот смотри, - сказал он с самым невинным видом, глядя на Майка все в той же шапочке, - это тело создано специально для тебя. Никто до тебя его не касался. Я совершенно чист, никаких болячек. Так что, если ты из-за этого паришься, не стоит. - То есть, ты… - шепотом проговорил Майк, - девственник? - Нет, - сказал Честер таким тоном, как будто хотел сказать «держи карман». – Мое тело девственно, но сам я – нет. Я бессчетное количество раз сексом занимался. Майк почесал висок, пытаясь переварить эту информацию. - Слушай, Майкл, - сказал Честер, встав на колени и приобняв его за шею, - ты слишком много загоняешься. Я твой. Я с тобой до конца, - пообещал он, подался вперед и коротко чмокнул его в губы. – Затрахай меня хоть до потери сознания, если хочешь. Я же знаю, что хочешь. Потому я и выгляжу именно так. Я тут для твоего удовольствия. Майк накрыл руками его талию, ответил на поцелуй раз, другой, опустил ладонь ниже, сжал задницу и потянул Честера на себя. Потерся о него через розовую ткань. Разорвав поцелуй, он осыпал поцелуями щеку Честера, потом шею, сладкую, теплую. - Я никогда не занимался сексом без презерватива, - признался Майк. Он стянул с Честера сорочку, и ему захотелось большего. Теперь они и вправду касались друг друга обнаженными телами, и он потерся своим стояком о не совсем твердый член беса. Тот взял его за плечи, обрывая прелюдию. - Тебе понравится, - сказал он, глядя на него сияющими глазами, повел рукой и щелкнул пальцами. Рядом с ними вспыхнул свет. Майк опустил взгляд на кровать и увидел флакон смазки. - Что, ты просто взял и наколдовал ее? – спросил он, тут же отвлекшись от своего возбуждения. - Не забивай себе голову деталями, - сказал Честер, взял смазку, открутил крышку и выдавил прозрачную жидкость себе в руку. – Думай о приятном, - проговорил он, придвинулся к Майку и обхватил влажной рукой его пенис. Майк закрыл глаза, запрокинул голову, а Честер водил рукой вверх-вниз по всей длине, как следует смазывая член. - Готов? – спросил Честер, бросив флакон на кровать. - Готовее некуда, - ответил Майк. Стоило Честеру убрать свою теплую ладонь, как он раскрыл глаза. Ему не нравилось ощущение прохлады и покинутости. Он посмотрел, как бес избавляется от одежды, становится на четвереньки и подается навстречу его жаждущим рукам. - То есть, мне просто приступать, да? – спросил Майк, на ощупь отыскивая вход. – Но… тебе же будет больно, да? Я никогда этого не делал… но видел кое-что, - признался он, вспоминая сцены с гей-сексом, которыми порой ублажал себя годами. - Делай, как хочешь, Майк, - отозвался Честер, повесив голову и даже не глядя на него через плечо. – Мое тело все вынесет. - Мне кажется… мне кажется, что сначала надо тебя растянуть. Не то чтобы я изучал сам процесс, но… - Майк скомандовал себе заткнуться. Ему доводилось растягивать нескольких девушек, и он решил, что это, наверное, то же самое. Растягивание пальцами было частью прелюдии, а значит, имело смысл сделать это и сейчас. Он погладил пальцами вход, который, казалось, вовсе его не жаждал. - Ммм, - протянул Майк, потянулся за смазкой, которую отбросил Честер, смазал палец и попробовал еще раз. Много усилий не потребовалось: небольшое движение вперед, и дело пошло. Изнывая от нетерпения, он понемногу двигал пальцем, чувствуя, как там тепло и туго. Настало время бросить игры с пальцем и перейти к тому, что, как не сомневался Майк, принесет ему удовольствие. Сделав глубокий вдох, он попытался занять правильное положение, чувствуя, что ноги уже покалывает от возбуждения. Честер пришел ему на помощь, подаваясь навстречу его толчку. Майк почувствовал, как головка прошла в тугое тепло, распахнул рот и застыл, наслаждаясь чувством поглощенности телом Честера. - Блин, - выдохнул он. Член пульсировал от напряжения, и он толкнулся чуть глубже. Малейшее движение посылало острые ощущения по всему телу. Он чувствовал все, что было у Честера внутри, теплые, плотные стенки, которые сжимали его, и ему показалось, что он слился с его телом. – Ты как, нормально? – спросил Майк, поскольку Честер не шевелился и ничего не говорил. - Продолжай, - ответил Честер, и в его голосе Майк не заметил никаких негативных эмоций. Кивнув, он положил обе руки на его стройные бедра, подался чуть назад, а потом толкнулся вперед. Сначала он двигался медленно, наслаждаясь каждым движением, каждым тугим сжатием вокруг члена и стараясь найти подходящий темп и размеренный ритм. Он подумал, что, чем дольше будет удерживаться от оргазма, тем сильнее будет удовольствие. Чем дольше он сможет удерживать волну наслаждения, которая в итоге накроет с головой, тем сильнее он в итоге кончит, и это будет стоить усилий. Майк старался думать о чем угодно, лишь бы не о том, чем он сейчас был занят. Он задумался об огоньках над их головами, о грозе, бушевавшей за окном. До него доносились удары грома, и даже с закрытыми глазами он ощущал вспышки молний. Он думал о Честере, о черной шапочке с кошачьими ушами, о его плоском животе и пламенных татуировках, сексуальнее которых он никогда ничего не видел. Толкнувшись глубже, он ощутил, как дрогнули ноги Честера, и ускорил темп. Майк запыхался, дыхание сбилось, в груди все сжалось. Капелька пота скатилась по щеке, и тут он почувствовал, как попал головкой по чему-то влажному и мягкому у него внутри. Он ощутил, что из него выплеснулось еще немного смазки, и это было признаком, что долго ему не продержаться. Раскрыв глаза, он склонился вперед, держа одну руку у Честера на бедре, а второй прихватив ухо на шапочке. - Бляяя, Чез, - простонал он, толкаясь сильнее, еще и еще, наращивая скорость до предела. Внутри что-то копилось, прошило собой ствол и выплеснулось одним мощным залпом, залив Честера изнутри. Еще несколько секунд Майк продолжал двигаться, после чего замедлился, излившись до капли, и навалился грудью Честеру на спину, не выпуская уха из пальцев. Тяжело дыша, словно в комнате не хватало кислорода, он спросил беса, как тот себя чувствует. - Со мной все хорошо, - отозвался Честер, и впервые Майк услышал усталость в его голосе. Майк улыбнулся. Он решил, что это означает, что Честер получил удовольствие. Повернув голову, он поцеловал его во влажную спину, выпрямился и вышел. Увидев, как Честер поморщился, он понял, что сделал это быстрее, чем следовало. - Извини, - тут же сказал Майк. – Больно? Честер покачал головой, развернулся и медленно уселся на кровати. Ноги у Майка ослабли, спина болела. Он хотел сесть рядом с Честером, но, увидев его обмякший член, замер. - Ты кончил? – спросил он и бросил взгляд на кровать, пытаясь рассмотреть влажное пятно на простыне. Но его там не было. - Нет, - пожал плечами Честер. – Но ведь все это было не ради меня. Майк тут же помрачнел. - То есть, ты даже не получил удовольствия? Но почему, я что-то не так сделал? – Он провел рукой по потным волосам. Казалось, спина заныла в два раза сильнее. - Все ты правильно делал, - заверил его бес. - Тогда почему ты не кончил? Я видел, как парни, которые снизу, кончают. Я попал по простате. Вроде бы, - сказал Майк. Он так обрадовался, когда попал головкой по какой-то вязкой стенке, которая вызывала засасывающее ощущение, но теперь уже не был ни в чем уверен. – Попал ведь? Мне казалось, что да. - Попал, - заверил его Честер, прикрыл глаза и зевнул. – Все ты сделал правильно, Майк. Просто вот так все устроено. - Что это значит? Вдалеке сверкнула молния, донесся раскат грома. Честер поднялся с кровати, подобрал розовую сорочку и черные джинсы, скатал их в шар и бросил в корзину для белья возле шкафа. Майк наблюдал за ним, чувствуя, как его клонит в сон. Честер по-прежнему был лишь в шапочке. В ожидании ответа Майк опустился на кровать. - Секс – это занятие для людей, - сказал Честер, открыв шкаф. – Земная штука. А я существо неземное, Майк. Я бес. Я не человек, и человеческих чувств во мне нет. – Он выбрал красную футболку, натянул через голову, не снимая шапочку, расправил ее на себе и надел подходившее по цвету вишнево-красное белье. Майк так и поник. Мысли в голове путались от усталости. - Значит, секс тебе не нравится? – спросил он. Ему стало грустно. - Дело не в том, нравится он мне или нет, - ответил бес, надевая черные пижамные штаны. – Моя оболочка, то есть мое тело, чувствует некоторое удовольствие от него, но не особенно большое. – Он сказал это довольно безразличным тоном, словно говорил о печенье, которое ему не пришлось по вкусу. – У меня нет тех эмоций, что есть у тебя, Майк, и я не могу раздуть в себе страсть и сделать так, чтобы мне все это понравилось. Майк сидел, удобно положив руки на чуть волосатые обнаженные бедра. - Зачем тогда мы сейчас этим занимались? – спросил он. Веселое настроение улетучилось. Он смотрел, как Честер надевает белые носки с красными стежками с той стороны, где находились пальцы. - Потому что тебе хотелось, - ответил бес, не поднимая на него взгляда. - Да, но, раз тебе не понравилось… Честер посмотрел на него. Верхние огоньки отражались в его блестящих глазах. - Понравилось, насколько мне вообще может что-то нравиться, - сказал он и слабо улыбнулся, заметив, как расстроился Майк. – Советую одеться, - добавил он, закрыв дверцы шкафа, поднял руки и зевнул. Почесав голову через шапку, он направился к изножью кровати, забрался на нее и лег рядом с подушкой в форме сердца. – У меня найдется для тебя одежда, - пробубнил он, указав на кресло возле шкафа. – Раз уж твоя запачкана краской. Майк повернулся, и ему показалось, что больная спина затрещала. Охнув, он предпринял еще одну попытку. Честер уже повернулся к нему спиной, к стене. Майк вздохнул, встал и поковылял к креслу. У него было такое ощущение, что он может навернуться по дороге. Перебрал аккуратно сложенную одежду: синие клетчатые штаны, черную футболку и черные трусы. Майк надел все это и вынужден был признать, что Честер был прав: ему тут же стало лучше. - Честер, - окликнул он, вернувшись к кровати. – Можно я у тебя останусь на ночь? - Не стоит тебе со мной спать, Майкл, - отрешенно отозвался бес. Казалось, он уже засыпает. - Ты всегда так говоришь, но… после того, что между нами произошло, - с трудом подбирая слова, указал он на кровать, - мне бы очень этого хотелось. Вот что я хотел сказать. – Дождь все сильнее барабанил по стеклу. После недолгого молчания Честер сказал: - Ну, если ты настаиваешь… Майк вздохнул с облегчением. Ему хотелось одного: прилечь. Мысль о том, чтобы возвращаться в свою комнату и пустую кровать, его не радовала. Ему хотелось повалиться на согретую кровать Честера и прижаться к его теплому телу, которое успело стать ему таким близким. Честер лежал поверх покрывала, и Майку не хотелось его тревожить. Он просто подобрался поближе и прилег на краешек подушки в форме сердца. Зевнув, он закрыл глаза и уже начал было отрубаться, когда вдруг вспомнил… - Анна! – выпалил он и сел. Лицо выражало полнейший шок. – Бля. Чез, - сказал он и потряс беса за плечо, - я о ней вообще забыл. Честер, я все запорол! Честер повернулся в его сторону, едва приоткрыв глаза. - И что ты натворил? Я же все для тебя подготовил. Ты что, не ходил к Робу? - Ходил, - заверил его Майк и, потирая шею, вспомнил всю цепочку жалких событий. – Она разоралась на него и убежала, и он был такой грустный. Он-то собирался сделать ей предложение. Честер на секунду выгнул бровь, пожал плечами. - Ну и? - Что ты хочешь сказать этим «ну и»? Это же важное дело! А потом я сделал глупость. Роб попросил меня замолвить перед ней словечко, и я согласился. Согласился! – Он навис над Честером, стараясь втолковать ему все это. Но тот лежал с совершенно бесстрастным лицом, закрыв глаза. – Ну и что скажешь? – спросил Майк и положил руку ему на бок. – Что делать-то? - Не знаю, - пробормотал бес. – Утром разберешься. Майк подождал, но вскоре понял, что тот больше ничего не скажет. И никаких широких жестов делать не будет. И не скажет, чтобы Майк не волновался по этому поводу. Майк снова лег, лихорадочно думая, что сказать Анне. То ли доказывать, что Роб ни в чем не виноват, то ли потопить его, подлив масла в огонь. - Пойдем со мной, - наконец выдал Майк, открыв глаза, и уставился на огоньки над их головами. Дождь все так же молотил по стеклу. – Чез? Пошли завтра со мной, поговорим с ней вместе. Пойдешь? Через минуту Честер ответил: - Как пожелаешь.