All For The Game Musings

Впервые Эндрю заметил это после особенно изнурительной тренировки в июле. Тренировка состояла из одних Монстров, но Кевин предсказуемо сильно подгонял их. Эндрю просто стоял в воротах, теперь ему было не так скучно, ведь он действительно иногда старался, но этот энтузиазм заходил так далеко, что он никогда не распространялся на нелепые прихоти Кевина. Когда они закончили принимать душ, остальные уже вышли к машине, а Эндрю прислонился к стене у раздевалки в ожидании Нила, он заметил, что тот вышел. Нил вышел из раздевалки со спортивной сумкой, перекинутой через плечо, волосы еще не высохли после душа, а глаза блестели от напряжения. В летнюю жару на нем была только майка, а повязки были натянуты на знакомые шрамы. Эндрю оценивающе окинул Нила взглядом, стараясь и, несомненно, не сумев сделать это незаметно. Но только благодаря этому пристальному взгляду он заметил: Нил откинул плечи назад, потягиваясь, и они слегка дернулись, словно зацепившись за что-то. Он не поморщился и не издал ни звука - его терпимость к боли была слишком велика, а сам он был слишком упрям. Но его горло сглотнуло, и челюсть слегка сжалась. В одно мгновение Нил улыбнулся Эндрю своей особой улыбкой и прошел мимо него к машине. Эндрю ничего не сказал, потому что знал, что никто не обидел Нила во время тренировки, но его глаза сощурились в расчете на идиота. Нил не так хорошо умел скрывать свою боль, как ему казалось. Уже нет. Но он пока позволил скрыть это и отвез их всех домой на ужин и семейные посиделки. В течение следующих нескольких недель Эндрю наблюдал за ним внимательнее, чем обычно, и начал замечать, что это происходит все чаще и чаще. Эндрю даже не думал, что Нил замечает это сознательно; он просто занимался своими делами, изредка застывая от боли. Сначала Эндрю был озадачен: насколько ему было известно, в последние месяцы никто не причинял ему вреда. Его психическое здоровье, казалось, было лучше, чем когда-либо, если не считать случайных приступов паники или рецидивов. Фантомные боли? Возможно, но он так не думал. Поэтому однажды ночью, лежа в своей кровати после того, как Нил уснул, Эндрю начал проводить исследование.

#

-Что это?- Нил удивленно поднял брови, захлопнув за собой дверь. Эндрю упорно молчал об их поездке в Колумбию в те выходные. Это был первый раз, когда весь дом был в их распоряжении; Аарон гостил у Кейтилин, Ники получил неожиданную поездку от Эрика, а Кевин (разумно) решил остаться на выходные у Ваймака. Нил остался довольный сидеть на пассажирском сиденье Мазерати с опущенным окном, наслаждаясь ощущением ветра на кончиках пальцев, когда Эндрю вместе с ним мчался в Колумбию. Он не был настолько глуп, он знал, что Эндрю ведет себя подозрительно и, возможно, что-то задумал для них, но он доверял этому человеку и знал, что лучше не задавать ему вопросов, когда он в таком состоянии. Когда они приехали, Эндрю проигнорировал его жалобы и молча ушел в дом, оставив его заниматься тем, чтобы занести их вещи. Он немного поворчал, но не стал возражать и занес все в дом, отворив входную дверь. Теперь, когда он поднялся наверх с их сумками, он увидел, что Эндрю сидит на кровати, держа в руках маленькую баночку с лосьоном, и явно ждет его. Он выглядел странно уязвимым, учитывая, что это был всего лишь лосьон. -Садись,- просто сказал Эндрю, жестом указывая на кровать. Нил послушно сел рядом с ним, бросив свои сумки и с откровенным любопытством разглядывая Эндрю. Эндрю бросил взгляд на лосьон, заставив Нила сдержать улыбку, а затем, казалось, наконец нашел слова, которые искал. -Твои шрамы все еще причиняют тебе боль, не так ли? Это было не то, чего Нил ожидал. Он удивленно моргнул, а затем покраснел. Конечно, болят. Он был весь покрыт ими. Иногда он испытывал покалывающую боль, сильную и открытую, оставляя ощущение, что кто-то содрал его кожу и оставил мышцы открытыми для воздуха. Некоторые из его шрамов ничего не чувствовали; они все еще были онемевшими. Но почти все они, почти все, кроме нескольких старых, болели, когда он двигался. Они тянули, растягивали и вообще раздражали его до невозможности. Нил отвел глаза и сцепил пальцы, наполовину раздраженный тем, что Эндрю так явно это заметил, и наполовину виноватый в том, что вообще скрыл это от него. Эндрю хмыкнул в ответ и подождал, пока Нил снова поднимет глаза. -Почему?- Почему ты ничего не сказал? Нил пожал плечами. -Это ничего. Это была не совсем правда, но достаточно близко. Его шрамы были ничем. Ничто по сравнению с тем, через что он прошел, и не настолько значительное, чтобы отнять у него счастье, которое он испытывал сейчас впервые в жизни. Он мог вытерпеть немного боли. -Ты идиот,- вспыльчиво сказал Эндрю, и Нил слегка поморщился. -Нет, ты больше так не делаешь. Ты не должен держать это дерьмо в себе. Это так не работает. Это был первый раз, когда Эндрю назвал то, что у них было и Нил не смог сдержать улыбку, несмотря на обстоятельства, которые Эндрю проигнорировал. -Я изучал этот вопрос,- сказал Эндрю, подергивая пальцами и привлекая внимание Нила к банке в его руках. -Думаю, я могу помочь. Нил медленно выдохнул, борясь с маленьким огоньком надежды в своей груди. -Эндрю, спасибо, но... я думаю, что пусть все так и останется. Они зажили, просто так. Эндрю нахмурился и протянул руку к футболке Нила. -Ты мне доверяешь? Застигнутый врасплох, Нил ответил: -Конечно, Эндрю. -Да или нет? -Да, хорошо.- Нил стянул с себя футболку, обнажив себя перед Эндрю так, как удобно было только с ним. Эндрю смотрел на его грудь с тщательно пустым выражением лица, обводя глазами более свежие, красные шрамы. Он отвинтил крышку банки и встал, жестом предлагая Нилу лечь. Нил лег на спину, и Эндрю притащил стул, чтобы сесть рядом с ним, поставил банку на кровать, погрузил в нее пальцы. -В первые несколько раз может быть больно,- сказал Эндрю, и это было одновременно и предупреждением, и предложением Нилу остановиться, если нужно. Нил кивнул и уставился в потолок. -Хорошо. Он доверял Эндрю свою жизнь; больше, чем когда-либо доверял кому-либо. Но он также знал, как больно может быть. Он нервничал, но заставил себя расслабиться и довериться суждениям Эндрю и его рукам, которые никогда раньше не обманывали его. Эндрю осторожно положил руки на грудь Нила и начал нежно проводить ладонями по его коже, одновременно разогревая лосьон и давая Нилу привыкнуть к прикосновениям. Руки Эндрю были на нем как всегда: теплые, безопасные, сильные и удобные, и он задрожал от этого ощущения. Но на этот раз эти руки не были направлены на то, чтобы Нил кончил; они просто оставались на его торсе. Чтобы помочь. Затем его руки остановились на одном из старых шрамов Нила, который он получил от ножей своего отца, когда тот учил Нила ими пользоваться. Нил хотел спросить Эндрю, почему он выбрал именно этот, но почувствовал тяжесть тишины и не хотел ее нарушать. Эндрю замер на мгновение, а затем начал надавливать и тянуть шрам, перпендикулярно порезу, сначала осторожно, а затем все сильнее, вгрызаясь в нее. Он двигал руками вперед-назад, растягивая кожу и втирая в нее лосьон. Это заставило живот Нила подпрыгнуть от давления. Он был прав: было немного больно, но совсем не так, как Нил ожидал. Было ощущение, что Эндрю отделяет кожу от мышц, и это было больно, но в то же время похоже на облегчение. Должно быть, он издал какой-то звук, потому что руки Эндрю тут же замерли, но не отдернулись. -Все в порядке,- мягко сказал Нил, его голос был уязвим. -Это не то, чего я ожидал, но это хорошо. Продолжай. Нил не смотрел на Эндрю, но руки возобновили свои толчки и потягивания, потратив, как казалось, бесконечное количество времени на этот шрам, прежде чем перейти к следующему.

#

К тому времени, когда Эндрю закончил с торсом Нила, солнце опустилось за холмы, и комната Эндрю погрузилась в полумрак. Нил чувствовал себя так, будто плывет по течению; он был доволен и изнемогал от спутанных ощущений. Руки Эндрю, наконец, оторвались от его спины, и Нил слегка застонал, чувствуя себя так, словно двигался сквозь поток. Его глаза закрылись, и он не потрудился их открыть, услышав, как Эндрю перемещается по комнате. В конце концов, он почувствовал, как теплая рука коснулась его щеки, и он перевернулся на спину и открыл глаза, чтобы посмотреть на Эндрю. -Вот,- немного грубовато сказал Эндрю, прежде чем бросить пижаму Нилу на грудь; должно быть, он взял ее из сумки Нила. -Одевайся, я не собираюсь спать рядом с кем-то, кто в джинсах. Он повернулся и ушел, предположительно, чтобы сходить в туалет перед сном. Нил вяло сел и натянул пижаму. Он подумал о том, как хорошо чувствовать руки Эндрю на себе, не прикасаясь к нему ни с каким другим намерением, кроме как исцелить. Это ощущение наполнило его грудь всепоглощающим теплом. Никто никогда не хотел прикасаться к нему подобным образом. Нил никогда бы этого не захотел. Он встал и почистил зубы, когда Эндрю вернулся, его немного пошатывало и тело побаливало, но в остальном он чувствовал себя очень довольным. Он моргнул, глядя на свое отражение: похоже, он очень хорошо провел время в постели, занимаясь гораздо более интересными вещами, чем массаж. Немного покраснев от этой мысли, он закончил в ванной и вернулся в комнату к Эндрю, на ходу выключая свет. Эндрю уже лежал в кровати у стены, держа книгу над лицом и полностью игнорируя Нила. Нил догадывался, что это было сделано исключительно для его пользы, и он это очень ценил. Весь день на нем были чужие руки, и хотя это было прекрасно, и он чувствовал себя лучше, чем когда-либо за долгое время, это все же было немного подавляюще. Он лег в постель, свернулся калачиком и посмотрел на Эндрю нежными взглядом, чувствуя, как сердце колотится в груди. -Пялишься,- пробормотал Эндрю, но ему не хватило настоящего жара, и он отложил книгу, прежде чем перевернуться на бок, чтобы посмотреть в ответ. Нил улыбнулся и положил руку на кровать между ними. Эндрю воспринял это как вопрос и накрыл руку Нила своей. -Завтра мы займемся твоими руками и лицом.- Тихо сказал Эндрю, и Нил кивнул, удовлетворенно вздохнув. -Спасибо, Эндрю. Я не знал, что может быть лучше.- Это уже так хорошо. Эндрю на минуту закрыл глаза, а затем пристально посмотрел на Нила. -110%. Выключи свет. Нил улыбнулся еще раз, прежде чем протянуть руку и выключить свет. Эндрю не убрал руку. Нил тоже.