Лекарство от тревоги

Как только Мэй окончательно выздоровела, она вышла на работу — за неделю больничного она успела соскучиться по ранним подъёмам, пробкам, обедам в “Маяке” и куче работы, с которой нужно было справиться час назад. Леви, кажется, тоже устал ездить в офис в одиночестве, потому что по утрам он стал выглядеть веселее обычного — Мэй это только радовало. Последний месяц зимы пролетел незаметно — ничего удивительного, когда жизнь сводится к маршруту “дом-работа-дом”. Ни сил, ни настроения, ни желания ни на какие развлечения не было, но, когда от рутины уже начало тошнить, Леви предложил Мэй съездить к Кушель, чтобы повидаться с ней. Сказано — сделано, поэтому в воскресенье утром они поехали на другой конец города. Леви снова купил матери целый пакет продуктов. Он делал это каждый раз, совершенно не спрашивая, нужно ей что-нибудь или нет — и каждый раз Кушель ворчала на него, но, судя по взгляду, была благодарна ему. Мэй всегда смотрела на это с улыбкой и думала о том, как здорово, что мать и сын есть друг у друга. Втроём они только сели за стол и только открыли новую коробку с печеньем, как кто-то позвонил в дверь. Кушель удивлённо пробормотала что-то себе под нос и пошла смотреть, кого это принесло в столь ранний час. Леви следил за ней, пока она выходила с кухни, Мэй пила чай и жевала бутерброд с маслом и сыром, потому что не успела нормально позавтракать. В повисшей тишине чересчур громко хлопнула дверь и раздался мужской голос: — Ну привет, Кушель. Мэй не знала, кому он принадлежит, зато явно знал Леви — впервые за всё время их отношений она увидела, как он побледнел. От этого зрелища ей стало не по себе, но спрашивать что-либо она не рискнула — показалось, что сейчас не время для вопросов. — Ты что тут делаешь? — удивлённо спросила Кушель. — Давно не виделись же, — судя по звукам, незнакомец принёс с собой пакет. — Ехал мимо, думал дай-ка заскочу, и вот я уже тут. Сюрприз, бэм. — Постой… Раздались шаги, и на кухне показался мужчина в длинном чёрном плаще — высокий, широкоплечий, с тёмными седеющими волосами по шею и щетиной. Лицо его было испещрено морщинами, особенно много — вокруг глаз. В его присутствии Мэй сразу стало не по себе. — О. Привет, Леви, — мужчина ехидно улыбнулся. — Да ты совсем не изменился. В ту же секунду Мэй словно током ударило — она поняла, что этот человек… — Кенни, — прохрипел Леви, стиснув руки в кулаки. …не кто иной, как дядя Леви, бросивший его в детстве. Атмосфера на кухне накалилась до предела — казалось, стало нечем дышать. Кушель стояла в коридоре и недовольно смотрела на внезапного гостя, который оказался её братом, Мэй не знала, куда деться и что делать, а Леви и Кенни сверлили друг друга взглядами — казалось, между ними происходит какой-то немой диалог, понятный лишь им двоим. — Зато ты постарел, — наконец добавил Леви. — Двадцать с лишним лет прошло, чего же ты хотел? — Кенни пожал плечами. — Я ничего не хотел. — Тогда, может, расскажешь, как у тебя дела? Или познакомишь меня со своей дамой? Кенни перевёл взгляд на Мэй, и от жуткого чувства неловкости она вся сжалась — ужасно хотелось провалиться сквозь землю или слиться со стеной. — Не бойтесь, я не кусаюсь, — он улыбнулся ещё шире, показывая зубы. — По крайней мере, не при первой встрече… — Не разговаривай с ней, — резко прервал его Леви. — Ух, как грубо, — Кенни перевёл взгляд на него и покачал головой. — Ладно, я не дурак и прекрасно вижу, что мне тут не рады, — он вручил пакет Кушель. — Заеду в другой раз. Можешь не провожать. Кенни ушёл обратно в коридор, а Кушель поспешила за ним. На кухне вдруг стало так тихо и пусто, что у Мэй зазвенело в ушах. Ну как так вообще получилось, что они втроём решили проведать Кушель именно сегодня и пересеклись именно на этой кухне? Мэй не знала, что говорить или делать — казалось, стоило ей напомнить о своём присутствии, как Леви взорвётся и начнёт кричать, хотя он никогда так не поступал. Вот только безразличие казалось ещё более неправильным. Будто прочитав её мысли, Леви оглянулся на неё — уже не такой бледный, но в его взгляде появилось то, что Мэй всегда боялась увидеть. Боль. Усталость. Тоска. — Леви… — Не надо, — практически прошептал он. Леви снова отталкивал всех, предпочитая оставаться наедине со своими переживаниями — он делал так столько, сколько Мэй его знала, но ей казалось, что в последнее время они отошли от этой модели поведения. Но нет. Она ошиблась — ничего не изменилось. Несколько мгновений Мэй вглядывалась в лицо Леви, а затем кивнула, принимая его правила игры — не хотелось причинять ему добро, но в то мгновение она чувствовала себя самым беспомощным человеком на свете. — Леви, клянусь, я не знала, что он придёт, — заговорила вернувшаяся на кухню Кушель. — Я бы никогда и ни за что не устроила вам вот такую встречу. Помню же о твоём отношении к нему. — Я знаю, — Леви наконец-то отпил чай из кружки — голос его звучал ровнее и громче, но в нём всё равно слышались нотки недовольства. — Как уж вышло. — Извини… — Кушель села обратно за стол. — Не за что извиняться. Ты не виновата. Леви перестал смотреть кому-либо в глаза, Кушель явно расстроилась и с грустным видом мешала чай, а Мэй чувствовала себя самым лишним человеком на кухне. Дальнейший разговор, естественно, не клеился, поэтому вскоре Мэй и Леви собрались и, скомкано попрощавшись, поехали домой. Всю дорогу Леви молча и напряжённо смотрел на дорогу, вот только в глаза сразу бросалось, что мыслями он находится где угодно, но не за рулём. Может, он вспоминал счастливые моменты с Кенни, которые теперь приносили лишь боль? Снова стал тем двенадцатилетним ребёнком, которого предали? Или думал обо всех годах, что они с дядей не виделись и не разговаривали? — Остановись, — наконец сказала Мэй. — Чего? — Леви покосился на неё. — Остановись, говорю, — твёрже повторила она. Через пару минут он припарковался у какого-то магазина и с недовольным видом обернулся к Мэй — в то мгновение Леви явно видел во всех врагов. Ему понадобится время, чтобы прийти в себя. — В чём дело? Мэй залезла в бардачок и, достав оттуда сигареты и зажигалку, протянула их ему. — Иди. Подумай, приди в себя. Я знаю, что ты еле сдерживаешься. Поэтому давай, я подожду столько, сколько надо. Несколько мгновений Леви устало смотрел на неё, а затем молча забрал сигареты с зажигалкой и вышел из машины. Мэй наблюдала за ним, пока он шёл до скамейки, а как только он сел и закурил, отвернулась, чтобы не мешать своим вниманием. Она просто знала, чувствовала, что Леви нужно время наедине с собой, чтобы успокоиться. Наверняка он закрылся бы на балконе сразу после возвращения домой. Зачем мучиться и терпеть все эти бурлящие эмоции?.. Лучше разобраться с ними сразу, пока они не начали причинять вред. Мэй шумно выдохнула и достала телефон, чтобы что-нибудь почитать. Воскресенье было определённо испорчено — и всё из-за одного внезапного визита.