Лекарство от тревоги

Всю неделю Леви был не в духе — Мэй впервые видела, чтобы его плохое настроение длилось так долго. Он мало разговаривал, практически не улыбался, хотя это и так происходило редко, много курил и без особого интереса пересматривал фильмы, которые видел уже сто раз. Мэй раздражало собственное бессилие, но худшее, что она могла сделать в этой ситуации — навязываться. Она пыталась поговорить с Леви, но он вяло отмахивался и отвечал, что с ним всё в порядке. Ужасно, насколько сильной была его обида на Кенни — даже спустя столько лет. В пятницу во время обеденного перерыва Жан предложил Мэй после работы сходить выпить вместе с Сашей и Конни — без повода, просто так, чтобы разбавить рутину. Она сначала хотела отказаться, но затем задумалась и решила повременить с ответом до конца дня. Уже через час она заглянула в кабинет Леви. — Что-то случилось? — спросил он, как обычно отрываясь от документов. — Жан и компания зовут выпить, — Мэй села на стул напротив него и облокотилась на стол. — Если хочешь, иди, — Леви кивнул. — А ты пойдёшь? Он, конечно же, помотал головой — было бы странно, если бы он согласился, учитывая его настроение. Мэй думала над ответом несколько секунд, а затем решила, что, во-первых, она хочет выпить, а во-вторых, Леви нужно побыть одному — может, это быстрее вернёт его в нормальное состояние, и всё будет так, как было до злополучной встречи с Кенни. — Хорошо, — Мэй пожала плечами. — А я, пожалуй, схожу. — Куда идёте? Заберу тебя. — Нет, не дёргайся, сама на такси приеду. — Уверена? — Уверена. Если что, сразу позвоню тебе. Несколько мгновений они сверлили друг друга взглядами, а затем Леви будто заставил себя сказать: — Ладно. Будь аккуратна. — Разумеется, — Мэй поднялась. — Увидимся дома. Отдыхай, неделя тяжёлая была. Внимательно посмотрев на неё, Леви кивнул. Вечером Мэй, Жан, Саша и Конни направились в свой любимый ресторан в центре города — они всегда ходили туда, когда собирались выпить. Много еды, алкоголя, шуток, сплетен и смеха. Лапша, мясо, закуски, вино… Мэй старалась сдерживаться, но в один момент всё равно поймала себя на том, что ей чересчур весело, а в ресторане стало слишком жарко. Хотелось петь, танцевать, спать, рассказывать историю всей своей жизни — и всё одновременно. В один момент, бросив взгляд на телефон, Мэй заметила там уведомление. Леви (23:09) Всё нормально? Пока Жан и Конни спорили из-за песен старой рок-группы, Мэй начала набирать ответ — она с трудом попадала по чересчур маленьким клавишам, а автозамена никак ей не помогала. Вы (23:16) Жа Вы (23:16) Да Несколько мгновений она гипнотизировала экран телефона, думая, нужно ли что-нибудь добавлять, а затем ей пришло новое сообщение — кажется, Леви всё это время ждал ответа. Леви (23:17) Точно не нужно тебя забрать? Вы (23:17) Точно Вы (23:17) Скоро рриеду Отложив телефон в сторону, Мэй вдруг поймала себя на мысли, что утром явно пожалеет о том, сколько бокалов вина она выпила. Но ничего — Мэй готова стойко принять все последствия своих решений, однако пить всё же перестала, чтобы не усугублять своё состояние. Ей ещё домой возвращаться, где её ждёт Леви… При мысли о нём внутри всё ухнуло и спуталось в странный клубок. Мэй хотелось, чтобы он был счастлив, но она устала от того, что он с любой проблемой пытался справиться самостоятельно и постоянно отталкивал её, когда что-то случалось. Из-за этого она боялась помогать и поддерживать — не раз видела, как Леви злится на тех, кто лезет к нему, когда он об этом не просил. Не хотелось ссориться с ним, подкидывать проблем в и без того сложной ситуации, нервировать его, но и бездействие было невыносимым. Ближе к полуночи все решили расходиться. Конни вызвался проводить Сашу, а Жан решил поехать на одном такси с Мэй, чтобы убедиться, что она доберётся до дома в целости и сохранности. — Леви мне потом голову открутит. Если… если ты до дома не доберёшься, — пробормотал Жан, пока они ждали машину. На свежем воздухе захотелось спать, поэтому Мэй в ответ смогла лишь обнять его за руку в знак благодарности — на слова не было сил. Вскоре приехало такси и они помчались по пустой дороге. Играла тихая музыка, Жан о чём-то разговаривал с водителем, сидя на переднем сиденье, а Мэй устроилась сзади и как будто по-новой смотрела на город, в котором она прожила всю жизнь. Редкие прохожие, яркие огни, неоновые вывески — все эти виды завораживали. Мэй любила кататься и гулять по городу ночью, несмотря на то, что в темноте она иногда чувствовала тревогу. Наконец они доехали до её дома. Попрощавшись с Жаном и поблагодарив таксиста, Мэй побрела к себе. После всего выпитого и съеденного её не особо шатало, но на поворотах кружилась голова. Ключ попал в замок со второго раза. Мэй зашла в квартиру и, тихо прикрыв за собой дверь, прислушалась — стояла тишина. Кажется, Леви всё-таки спал, потому что в противном случае он бы уже давно вышел её встречать. На мгновение Мэй показалось, что она учуяла запах горячих тостов, только из тостера — сразу же жуть как захотелось шоколадной пасты, которая покоилась на верхней полке в холодильнике. Скинув с себя куртку и пиджак, Мэй поспешила на кухню. Тостов там не обнаружилось, что весьма разочаровало её, зато паста оказалась на месте — к ней никто не прикасался. Мэй достала самую большую ложку, взяла банку и, усевшись за стол, начала есть шоколадную пасту. Именно за этим занятием её и застал сонный Леви. — И что это такое? — хрипло спросил он. Мэй внезапно ощутила такой прилив радости от его появления, что её придавило им — она смогла лишь раскинуть руки в стороны и с улыбкой протянуть: — Приве-ет, люби-имый! — Ясно, — Леви вздохнул, выгнув бровь. — Что тебе ясно? — Что пила? — он сел на соседний стул. Мэй облизнула ложку, тут же забыв, что Леви не ответил на её вопрос, и тихо сказала: — Вино. Красное полусладкое. Вку-усное, капец… — А паста зачем? — Не знаю, просто захотелось сладости какой-нибудь, — она пожала плечами. — Понятно, — Леви усмехнулся. — А ты как? Ж-жаль, что с нами не пошёл, там такая лапша вкусная была… — Вы ходили в “Митрас”? — Угу… — Мэй съела ещё ложку пасты и почувствовала, что с неё хватит. — Я её брал, когда мы были там в прошлый раз, — продолжил Леви. — В самом деле вкусная. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, а затем Мэй подалась вперёд и спросила: — Что делал? — Фильм смотрел, уснул, пока тебя ждал. Настолько он скучный был. — Тебе лучше? — тихо спросила она. — А мне было плохо? — Ну… Да?.. Всю неделю. Он вздохнул и уставился на что-то за её спиной. Забыв о шоколадной пасте, Мэй взяла Леви за руку и заговорила: — Извини, что напоминаю… просто… Я просто хочу, чтобы у тебя всё было х-хорошо. — У меня всё хорошо, — он нахмурился. — Ты мрачнее охранника на проходной, — она поморщилась. — Я вижу. Ничего не могу сделать, потому что боюсь навредить… а это последнее, что я хочу. Я же знаю, когда ты искренне радуешься, а когда притворяешься. Ей показалось, что на мгновение Леви удивлённо вскинул брови, но она не была уверена в этом, поэтому просто продолжила говорить: — Я же люблю… тебя. Никого в жизни так не любила. И х-хочу, чтобы у тебя всё было хорошо, всё самое лучшее. Потому что дерьма ты не заслужил. Ты же такой… такой… замечательный… а все, кто поступал с тобой хреново, плохо говорил или думал… они козлы. Они не знают тебя. — Мэй… — начал Леви, но она его перебила: — Мне очень-очень-очень жаль, что у вас с Кенни так всё сложилось. Ни одного ребёнка нельзя бросать, это уж-жасно. Ты когда мне рассказал, я так хотела обнять тебя того, маленького… но я не могу, поэтому… просто знай, что я тебя ни за что и никогда не брошу и всегда буду на твоей стороне. Вывернусь наизнанку, но буду. Обещаю. Клянусь. Ты всегда можешь положиться на меня. И я прошу… доверься мне? Положись на меня? Я всё выдержу. Несколько мгновений Мэй и Леви молча смотрели друг на друга, а затем она добавила: — Просто скажи, что я могу сделать, чтобы тебе легче было. Я всё сделаю. Что смогу. А что не смогу… — Ты уже делаешь более чем достаточно, — он сжал её руку. — Уверен? — Уверен. — А если что, ты мне скажешь?.. — Мэй склонила голову набок. — Скажу. — Пообещай. — Обещаю, — Леви нахмурился и кивнул. — Точно? — Когда я не выполнял своих обещаний? Мэй улыбнулась, удовлетворённая ответом Леви, и с трудом подавила зевок — всё выпитое вино, ранний подъём и целый день на работе снова дали о себе знать. Несколько мгновений Леви смотрел на неё, а затем отпустил её руку и поднялся со стула. — Обними меня, — сказал он, нависнув над ней. Его внезапная просьба смутила её, но Мэй не нужно было повторять дважды. Обвив его шею руками, она прикрыла глаза, а затем почувствовала, как Леви взял её на руки и выпрямился. — Да что ты?.. — Хватит болтать, пошли спать, — перебил он её. — Ты устала. — А ты? — И я. — Тогда пошли… Мэй положила голову Леви на плечо, чувствуя, что вот-вот заснёт, но она должна держаться — хотя бы до тех пор, пока не переоденется.