Лекарство от тревоги

Неделя после обеда у мамы пролетела незаметно, но это далось Леви слишком большой ценой, будто внезапная встреча с Кенни выкачала из него все остатки сил, которых и без того оставалось мало. Леви ничего не мог с собой поделать и ему было противно от себя — двадцать с лишним лет не может отпустить всё произошедшее с дядей. Оставалось лишь ждать, пока всё плохое и хорошее, связанное с ним, скроется в глубине памяти и перестанет отвлекать от действительно важного, но на это требовался самый ценный ресурс в мире — время. В субботу, в долгожданный выходной, Леви как всегда пошёл в зал с утра пораньше. Когда он уходил, Мэй ещё спала после того, как накануне вернулась домой в час ночи. Наверняка она ещё будет спать, когда он вернётся, но ничего удивительного в этом не было — кажется, прошлым вечером Мэй выпила чуть больше вина, чем обычно. Случайно или специально — вопрос открытый. Пока Леви разминался, упражнялся и отрабатывал удары вместе с Миком, ему пять раз позвонил Эрвин — когда он чего-то хотел, то мог быть чертовски настойчивым, но это было слишком даже для него. Леви решил, что что-то случилось, но всё оказалось намного проще — Эрвин пригласил их с Мэй в гости с ночёвкой. Он недавно переехал в новый дом, в котором делал ремонт последние полгода, так что это можно считать новосельем. В шесть часов вечера Леви с Мэй собрались и поехали за город — именно там теперь жил Эрвин вместе с Мари, своей невестой. Дом было видно издалека — большой, современный, с кучей свободного места и с ремонтом, кричащим о богатстве владельца. Леви не смог сдержать удивления от увиденного, Мэй даже не пыталась скрывать свои эмоции и рассматривала украшения во внутреннем дворе с нескрываемым восторгом, пока они парковались, но быстро посерьёзнела, когда их вышел встречать Эрвин. Как оказалось, он забыл упомянуть, что пригласил в гости ещё и Ханджи, поэтому на тихие и спокойные выходные можно не рассчитывать. Впрочем, на это никто не злился — будет веселее и Мэй не утонет в чувстве неловкости. Это Леви видел в Эрвине друга, а она каждый раз тушевалась в его присутствии, потому что для неё он оставался начальником, несмотря на то, что они часто пересекались в неформальной обстановке. Дом оказался по-настоящему огромным: двухэтажным, со множеством комнат и просторной столовой — именно там и ужинала вся компания. Эрвин рассказывал о проблемах, возникших при ремонте, Ханджи задавала ему столько вопросов, будто сама вот-вот собиралась переезжать за город, Мари иногда вклинивалась в разговор с короткими комментариями, Леви пил вино и слушал остальных, а Мэй медленно ела и сдержанно улыбалась, изредка кивая. Вскоре разговор зашёл о работе, и Леви, которому не хотелось даже думать о ней, ушёл на улицу, чтобы покурить. Однако дойдя до скамейки в саду, он решил, что не будет этого делать — за прошедшую неделю Леви купил намного больше сигарет, чем обычно. Уже давно стемнело, на улице пахло чем-то сладким, погода была чересчур тёплой для весны, поэтому можно было спокойно посидеть на улице. Какое-то время Леви вертел в руках пачку сигарет и щёлкал зажигалкой, глядя на пламя, пока в голове снова не всплыло воспоминание о прошлом. Когда Леви был ещё мелким, Кенни взял его в поход в лес. Они долго шли по тропе куда-то в глушь с большими рюкзаками наперевес, обходя камни и ручьи, пока не разбили лагерь на какой-то поляне — судя по тому, как уверенно вёл себя Кенни, он часто там бывал. Когда солнце скрылось за горизонтом, они начали готовить ужин и жарить сосиски на костре. Пламя было такое яркое и сильное, что вся еда едва не сгорела, но даже такой она была вкусной. По крайней мере, тогда Леви казалось, что вкуснее этого и правда ничего нет. Это было самое яркое воспоминание из детства — и оно же причиняло больше боли, чем все остальные. Леви мотнул головой, отгоняя от себя образы и возвращаясь в реальность. В последнее время воспоминания лезли в голову всё чаще, но за прошедшие дни они стали вызывать меньше раздражения. Открылась дверь и послышались шаги. Леви поднял голову и увидел, что к нему идёт Мэй, на ходу надевающая куртку. — Выглядишь так, будто что-то случилось, — он нахмурился и спрятал зажигалку с сигаретами в карман. — Ага, — она села рядом с ним. — Ты от толпы отдыхаешь, а не куришь, да? — Как ты догадалась? — Леви усмехнулся. — Духи со мной связались и рассказали всё, — Мэй скрестила руки на груди и недовольно посмотрела на него. — Ладно, не дуйся, — он приобнял её. — Так что случилось? Она вздохнула и тихо заговорила: — Хорошо, что Ханджи тоже тут. Я не знаю, о чём говорить с Мари или с Эрвином. Я пытаюсь, но разговор вообще никак не идёт. — Жалеешь, что приехали? — Нет, — Мэй мотнула головой. — Хоть какое-то разнообразие. Но ты ушёл, Ханджи с Эрвином говорят о людях, которых я не знаю, Мари смотрит на меня, а мне спрятаться охота от всех… — Не бери в голову… — Леви ободряюще похлопал её по плечу. — Да как тут не брать, — она фыркнула, перебив его. — …немного вина, и разговоры начнут завязываться сами собой, — закончил он. — О нет, никакого вина, — Мэй замотала головой. — Мне вчера хватило его с головой. Леви усмехнулся и отпустил её. — Я, кстати, спросить хотела… — она замялась. — О чём? — Я же… ничего лишнего вчера не сказала? — спросила Мэй, посмотрев на него и сложив руки на коленях. — Ты не помнишь, что ли? — Леви вопросительно выгнул бровь. — Я помню, что мы с тобой о чём-то говорили на кухне, а о чём конкретно, не помню. Это же сколько вина Мэй выпила?.. А ведь пьяной она почти не выглядела, всего лишь засыпала Леви комплиментами и словами, от которых ему хотелось провалиться сквозь землю. Лишь позже, когда Мэй уже спала и что-то бормотала себе под нос, он понял, что ему нужно было услышать всё, что она сказала. Леви всегда чувствовал её заботу и поддержку, но обычно она делала это ненавязчиво и мягко, а тут, когда у неё отказали тормоза из-за алкоголя, Мэй обрушилась на него и высказала то, что творилось у неё внутри. И про любовь, и про поддержку — он и так знал всё это, но слышать эти слова всё равно было невероятно приятно. — Ничего лишнего не сказала, — ответил Леви. — А что… — Ты говорила о Кенни. Мэй побледнела и с явным ужасом на лице опустила взгляд. — Ничего лишнего, говоришь… — пробормотала она, скрестив руки на груди. — Извини. — Не за что извиняться. Потому что твои слова помогли. Теперь Мэй бросила на Леви удивлённый взгляд, а он пожал плечами и невозмутимо продолжил: — Стало легче. Достаточно, чтобы вернуться к тому, что было до встречи с ним. Вздохнув, Мэй обняла его за руку и положила голову ему на плечо. — Если захочешь поговорить со мной трезвой об этом, я всегда рядом. — Я знаю, — Леви кивнул. — Но не сейчас. Может быть, в другой раз. Он помнил её слова о том, что он может на неё положиться и она всё выдержит, но в глубине души всё же надеялся, что до этого не дойдёт. — Хорошо. А я больше не буду пить… — Мэй вздохнула. — Ближайшую неделю точно не буду. — А я бросаю курить, — пробормотал Леви. — Надоело. — На что потратим сэкономленные миллионы? — Варианты? — он оглянулся на неё. — Я подумаю, — Мэй подняла голову и улыбнулась ему. — Хорошо, — Леви потянулся и поцеловал её в лоб. — Теперь давай вернёмся, а то я уже слишком долго курю. Поднявшись со скамьи, они вдвоём пошли в сторону дома.