Лекарство от тревоги

Выходные получились… странными, иным словом Мэй не могла описать их. После неприятного разговора с Леви она ушла на улицу и пару часов гуляла по району, слушая музыку и пытаясь успокоить мысли. Когда Мэй вернулась домой, они с Леви не сговариваясь начали делать вид, что ничего не произошло, вот только разговоры никак не клеились и в воздухе висело мерзкое напряжение. В конечном итоге вечер они провели по отдельности: Леви смотрел фильм в гостиной, а Мэй читала в спальне и уснула раньше, одна. Утром воскресенья она проснулась тоже одна, вдобавок ко всему Леви куда-то ушёл, написав ей, что у него дела и он постарается закончить с ними к обеду. К его приходу Мэй успела позвонить матери, отказаться от денег и поругаться ещё и с ней из-за этого. От обиды и усталости хотелось выть, нервы сдавали — Мэй начала мечтать о том, чтобы поскорее выйти на работу. К счастью, Леви не обострял ситуацию и хотя бы вечер воскресенья прошёл спокойно, будто они не ругались. К счастью, с началом новой рабочей недели стало не до этого — пришлось сосредоточиться на горе задач. Мэй видела Леви утром, пока они собирались и добирались до офиса, и вечером, пока они протискивались в метро сквозь толпу и ужинали дома. Они не игнорировали друг друга, говорили о дедлайнах, обсуждали коллег и общих знакомых, думали, что приготовить на следующий день — казалось, всё хорошо, но Мэй всем своим существом чувствовала, насколько всё не так. Что-то мешало ей касаться Леви как раньше, подшучивать над ним, улыбаться в его присутствии — казалось, шаг влево или вправо, и они снова не сойдутся во мнениях и поругаются. Это безумно утомляло. Погода испортилось, резко стало холодно, постоянно шёл дождь. Очередной ночью Мэй практически не спала — не могла уснуть, потому что стоило ей ненадолго провалиться в дрёму, как мозг решал, что он умирает, и заставлял всё тело вздрагивать. Утром она встала вымотанной, будто вовсе не ложилась и всю ночь занималась какой-то ерундой. Взрослой жизни плевать на плохое самочувствие, поэтому Мэй влила в себя чашку кофе, собралась и следом за Леви отправилась в метро, в толпу таких же бедолаг. Из-за бессонницы день тянулся мучительно долго — к счастью, задач было немного, а Жан, Саша и Конни скрасили обеденный перерыв своей болтовнёй. Мэй даже почувствовала себя лучше, но к вечеру усталость взяла своё и даже навалилась на неё в несколько раз сильнее. Казалось, что стоит Мэй прикрыть глаза, как она моментально уснёт там же, где стоит или сидит. А ведь предстояло ещё ехать домой и заниматься домашними делами — на вечер она запланировала уборку в ванной… Наконец мучительный рабочий день закончился, и Мэй с Леви собрались домой — даже не одними из последних, что безумно радовало. В душном лифте с ними ехал Жан, они с Леви что-то обсуждали вполголоса — кажется, это были какие-то рабочие вопросы. Постоянно заходили и выходили люди, кабина остановилась практически на каждом этаже. Если бы Мэй не была такой уставшей, она бы точно разозлилась, но все её силы уходили на то, чтобы смотреть на свои туфли и изо всех сил держаться за реальность — в то мгновение больше всего на свете ей хотелось оказаться на свежем воздухе. Жан внезапно выбежал на третьем этаже, сказав, что ему нужно зайти за отчётом в другой отдел, Мэй и Леви вышли на первом, а оставшиеся пассажиры поехали на подземную парковку, на выезде из которой постоянно образовывалась пробка. Главная причина, по которой Леви всегда оставлял машину на улице — лучше прогуляться пару метров, чем тухнуть в очереди. Едва не столкнувшись с замешкавшимся работником, Мэй посреди холла поняла, что у неё темнеет в глазах — организм больше не выдерживал, она вот-вот упадёт. — Леви… Голос звучал откуда-то издалека и будто принадлежал кому-то другому. Ноги подкосились. Мэй успела подумать лишь о том, что она сильно ударится головой, когда рухнет на пол, но её вовремя подхватил Леви и не дал ей упасть. На мгновение она всё же потеряла связь с реальностью — и это была лучшая секунда за последнюю неделю. — Тише-тише, держу, — раздался голос прямо над ухом, который и выдрал её из навалившейся темноты. — Мэй? Слышишь меня? — Голова кружится… — пробормотала она, вцепившись Леви в руку. — Идти можешь? — Да… С помощью Леви Мэй добралась до дивана и села, откинувшись на спинку. — Дай мне минуту, и я… — начала она. — Сиди, — он прервал её и, оставив сумки, ушёл. Мэй наблюдала за Леви, пока он не скрылся за углом. Больше всего на свете хотелось закрыть глаза и уснуть, но она не могла себе этого позволить. Доберётся до дома — тогда да, а до тех пор она должна держаться. Перед глазами всё плыло от усталости, зазвенело в ушах. С Мэй раньше такого не случалось — она и раньше плохо себя чувствовала из-за бессонных ночей, но до обмороков никогда не доходило. — Держи. Леви сел рядом с ней и протянул ей стакан — кажется, с чаем — и шоколадный батончик. К тому моменту Мэй немного пришла в себя и уже не чувствовала себя такой слабой, но голова всё ещё кружилась. — Такси вызвал, но хрен знает, сколько оно по пробкам будет сюда ехать. — Спасибо, — Мэй кивнула и отпила сладкий чай. — Ты обедала сегодня? — Да… Её хватало только на короткие ответы. Леви покачал головой, но ничего не сказал — в то мгновение Мэй как никогда сильно хотелось, чтобы он как обычно приобнял её и что-нибудь проворчал, но нет — он просто сидел рядом и смотрел по сторонам. От чая и батончика стало легче — у Мэй перед глазами хотя бы перестали мелькать вспышки, но она всё ещё чувствовала себя слабой. Хотелось домой, но при мысли о том, сколько придётся ехать по пробкам, она еле сдерживалась, чтобы не завыть и не остаться в офисе на ночь. — Что у вас тут? Будто из ниоткуда рядом с ними возник Эрвин. Мэй подняла голову и устало посмотрела на него — у неё не было сил, чтобы даже просто поздороваться с ним. — Мэй, тебе плохо? — Эрвин нахмурился. — Она чуть в обморок не упала, — ответил Леви. — Ждём такси. — Давайте я вас отвезу. — Ты же Мари забираешь. — Думаю, она не обидится, если я немного задержусь, — Эрвин пожал плечами. Мэй бросила взгляд на Леви и внезапно поняла, что он смотрит на неё с нескрываемым беспокойством — таким она не видела его уже давно, и от этого сердце пропустило удар. В обычной ситуации Мэй отказалась бы от столь щедрого предложения Эрвина, чтобы не стеснять его и не ставить себя в неловкое положение, но в то мгновение ей так сильно хотелось отдохнуть в тишине и покое, что она готова была на всё. И Леви это понял. — Хорошо. Спасибо, — сказал он, оглянувшись на Эрвина. Мысленно поблагодарив обоих, Мэй выдохнула. Леви быстро отменил вызов такси, после чего они могли спокойно выдвигаться. — Идёмте, — Эрвин кивнул и взял с дивана сумки. С помощью Леви Мэй поднялась и взяла его под руку. Сквозь слабость и усталость она заставила себя сказать: — Эрвин, спасибо большое. — Отдыхай побольше, Мэй, — он улыбнулся ей. — И ни о чём не переживай. Она кивнула, думая о том, что этих самых переживаний у неё в последнее время было более чем достаточно, а вот отдыха катастрофически не хватало, и вот к какому результату это привело. Втроём они пошли на парковку — на свежем воздухе Мэй сразу стало легче. Ведя её к машине Эрвина, Леви свободной рукой накрыл её ладонь — от этого простого, но такого нужного сейчас действия к горлу подступил ком. Хотелось улыбнуться, но на это не было совершенно никаких сил, поэтому Мэй просто сжала локоть Леви в ответ.