Paint Our Lives In Color

Кофейня «Лисья нора» спряталась между аптекой и мини-маркетом, над дверью у нее отвратительно оранжевый навес, а на логотипе изображен веселый силуэт лисы. Эндрю останавливается перед вывеской, но не собирается выходить. — Я заеду за тобой через час, — говорит он, протягивая руку через Нила, чтобы открыть дверь. — Не зайдешь? — с любопытством спрашивает Нил. Эндрю качает головой. — У меня назначена встреча. — Ладно, — говорит Нил, решив не совать нос, — увидимся через час, — Эндрю кивает в знак признательности и ждет, пока он выйдет, прежде чем уехать. Нил вздыхает и собирается с духом, прежде чем войти внутрь. Внутри в основном пусто, тихое затишье после обеденного ажиотажа. Кроме нескольких разбросанных по разным углам клиентов и сотрудника за прилавком, здесь больше никого нет. Нил подходит к стойке, теребя рукава. — Э-э, привет. Я ищу хозяина? Меня прислала Рене Уокер, — он делает паузу на секунду, чувствуя себя немного неловко, — я Нил. Сотрудник, возмутительно высокий молодой человек с идеально закрученными волосами, широко улыбается. — Нил! Приятно познакомиться, бро! Я Мэтт. Рене упомянула, что ты придешь. Ты ищешь работу, верно? Он протягивает кулак и ждет с надеждой. Нил какое-то время смотрит, прежде чем сообразить, что он должен сделать, и ударить его кулаком в ответ. Он не замечает выцветших следов на руках Мэтта. — А, да, — говорит он, почесывая затылок, — да. Ты владелец? Мэтт запрокидывает голову и смеется. — Нет, чувак. Я просто бариста. Тебе нужен Ваймак, он — бедняга, которому принадлежит это место. Он найдет для тебя работу, если ты будешь соответствовать его критериям. Нил хмурится. — У меня нет большого опыта в приготовлении латте. — Что? О нет, — отмахивается Мэтт, — я имел в виду не это. Ваймак нанимает только тех, кому нужен второй шанс. Что, не хочу быть грубым, я предполагаю, тебе и нужно, — он кивает на открытые шрамы на руках Нила. Нил снова хмурится и дергает себя за рукава в тщетной попытке скрыть испорченную кожу. — Он здесь или нет? Мне нужно поговорить с ним. Мэтт добродушно улыбается и отходит от стойки. — Он на кухне с Рене. Подожди, я приведу его. Ожидая, Нил беспокойно осматривает крошечную зону отдыха, по привычке нанося на мысленную карту все выходы и возможные пути отступления. Ему не нужно было бежать уже несколько лет, но он не хочет «заржаветь». Мэри бы убила его. Сзади раздается звук приближающихся шагов, сопровождаемый какими-то тихими голосами, которые он не может разобрать. Мгновение спустя возвращается Мэтт, все еще с дружелюбной улыбкой, а за ним высокий мужчина средних лет с татуировками в виде пламени на руках. Он делает паузу, когда замечает Нила, и обходит прилавок. — Ты, должно быть, Нил. Меня зовут Дэвид Ваймак, но большинство придурков, которые здесь работают, зовут меня просто Ваймак. Он подходит немного ближе, протягивая руку. Нил делает автоматический шаг назад, опасаясь. Ваймак кажется достаточно безобидным, но он такого же роста, как Натан, и примерно того же возраста, в котором тот умер. Ваймак поднимает бровь, но опускает руку без комментариев. — Хорошо, — говорит он, — так, когда ты сможешь начать? У меня есть место на неполный рабочий день в заключительной смене, и оно твое, если хочешь. Это с семи до двух, заметь. Работа будет в основном по выходным, но ты можешь мне понадобиться один или два дня в будние. Я не смогу платить тебе много, но это будет больше, чем ты заработал бы в Старбакс. Ну как, идет? — Просто так? Мне не нужно проходить собеседование или подавать заявку, или что-то в этом роде? — подозрительно смотрит на него Нил. Ваймак вздыхает. — Вот так. Мне не нужна вся эта ерунда с поддельными ответами на вопросы. Я сразу понял, что ты подходишь под мои критерии, когда ты так невзначай уклонился от моего рукопожатия. Это все, что мне нужно знать. Нил хмурится, чувствуя себя некомфортно. — Это поздние часы. — Это для студентов, — пожимает плечами Ваймак. — И для нуждающихся в убежище. Но с тех пор, как Сет ушел, у меня не хватает персонала, чтобы держать двери открытыми так поздно. Вот тут ты и понадобишься. — Что значит «нуждающихся в убежище»? Это не приют для бездомных или бесплатная столовая. — Послушай, малыш, — говорит Ваймак, сурово глядя на него, — есть люди, которым просто нужно какое-то безопасное место, чтобы затаиться на некоторое время. Где-то, где можно спрятаться, пока не пройдет буря, которую они пережидают. И здесь я могу им это обеспечить. Нил тяжело сглатывает. Он понимает это лучше многих. Он давно уже потерял счет ночным остановкам для отдыха и закусочным, в которых он и Мэри затаились за эти годы, по очереди спали в липких кабинках и пили дерьмовый кофе, пока не приходили в сознание достаточно, чтобы снова отправиться в путь. Он смотрит на морщинистое, слегка усталое лицо Ваймака. Неплохое предложение, учитывая все обстоятельства. Часы хорошо совпадают с графиком Эндрю, поэтому он сможет довольно легко добираться до работы и обратно. Это может стать скучным, если ночная работа будет такой же неторопливой, как сейчас, но, может быть, он сможет взять свой скетчбук, чтобы занять себя. По крайней мере, он не будет сидеть дома один всю ночь. — Вторник, — решает он, — я могу начать во вторник. — Хорошо, — говорит Ваймак, — присаживайся, я пока схожу за документами. Давай покончим с этим, и я смогу добавить тебя в расписание, — когда они закончили заполнять документы и все официально оформлять, Ваймак вернулся в свой офис, чтобы все это подшить. Рене выходит из кухни вскоре после этого, пастельные волосы завязаны сзади, а фартук присыпан мукой. Она любезно улыбается и протягивает ему коричневый бумажный пакет. — Для Эндрю. Он обычно это берет. Передай ему привет от меня, хорошо? Нил кивает и берет у нее пакет. — Спасибо, я передам. — Подожди, ты дружишь с Эндрю? — говорит Мэтт из-за стойки. — Да, — осторожно говорит Нил, которому не нравится недоверчивый тон Мэтта. — Я даже не знал, что у этого монстра есть друзья, — говорит Мэтт, не замечая, как напряглись плечи Нила, — без обид, но он не кажется мне человечным. Единственный человек, с которым я когда-либо видел, чтобы он охотно говорил здесь, это наша Рене, но ее практически невозможно не любить. — Я не знаю, — мягко говорит Рене, безмятежная улыбка не сходит с ее лица, — Нил может не согласиться с этим мнением. Мэтт смотрит на них обоих, явно сбитый с толку. Нил морщится, но не протестует. Она не совсем неправа. — Ну, подожди, — говорит Мэтт, махнув рукой, — откуда ты знаешь Эндрю? Давно ли ты его знаешь? Нил качает головой. — Нет. Я встретил его в Германии несколько недель назад и теперь живу с ним здесь. Мэтт ошеломленно смотрит на него. — Так, подожди, ты переехал к этому парню, практически ничего о нем не зная?! Это так опасно, чувак! Он все время носит с собой ножи, и несколько лет назад он чуть не убил нескольких парней возле бара. Я был там, я видел это. После этого мне несколько недель снились кошмары. — Мэтт, — упрекает Рене. Мэтт отмахивается от нее рукой, его глаза широко раскрыты и обеспокоены. Нил хмурится, его гнев нарастает. — Я много знаю об Эндрю. Готов поспорить, гораздо больше, чем вы. Эндрю — самый безопасный человек, которого я когда-либо встречал. Я думал, в этом месте людям дают второй шанс. Кто ты такой, чтобы судить его, а? Мэтт успокаивающе поднимает руки. — Эй, эй, прости, чувак. Ты прав. Это не мое дело. Я больше не буду об этом говорить. Снаружи звучит знакомый автомобильный гудок. Нил оборачивается и едва сдерживает вздох облегчения; Эндрю ждет снаружи в блестящем черном GS. Нил встает и направляется к двери, желая уйти. Незадолго до того, как он уходит, Мэтт окликает его. — Увидимся позже, чувак! Нил игнорирует его и выходит наружу. Он спешит на улицу и садится в GS. Эндрю наклоняет к нему голову и приподнимает бровь. — Ну? Нил пожимает плечами и бросает коричневый бумажный пакет на центральную консоль. — Я начинаю работать во вторник. Это вечерняя смена. Можешь подвозить меня по ночам, когда работаешь? Эндрю кивает и отъезжает от бордюра, руль плавно поворачивается под его руками. Нил удовлетворенно мычит и на мгновение позволяет своим мыслям блуждать. — Как прошла твоя встреча? — спросил он. Эндрю пожимает плечами. — Хорошо. Нил поднимает бровь. — Мне позволено знать, что это была за встреча? Или это секрет? Эндрю немного ускоряется, пальцы барабанят и неровно бьют по переключателю передач. — Не секрет. Я встречался со своим психотерапевтом. — О, — морщит нос Нил. Эндрю немного насмехается над ним. — Что, теперь думаешь, что я сумасшедший? Нил бледнеет. — Что? Нет! Я просто не люблю мозгоправов. Эндрю делает паузу, по-видимому, удивленный. — Есть какая-то конкретная причина, почему? — Это принцип, — пожимает плечами Нил. — Я им не доверяю. Эндрю хмурится. — Я бы с тобой согласился, но Би другая. Она действительно слушает. Нил какое-то время смотрит на него. — Если ты обычно согласен, то как ты вообще оказался на терапии? — Это длинная история, — предупреждает Эндрю. — У нас есть время. Эндрю вздыхает и делает глубокий вдох. — Однажды ночью, когда он еще был в Штатах, на Ники напали четверо парней недалеко от Сумерек. Я остановил их. Единственным способом избежать тюрьмы после этого были назначенные судом лекарства и терапия. Прошло три года, прежде чем мне наконец разрешили отказаться от этих чертовски ужасных наркотиков. Его костяшки пальцев побелели от того, как сильно он сжимал руль. — Таблетки довели меня до такого безумия, что я едва мог сказать, что было на самом деле. Все было ярче и громче. Это было ошеломляюще. Я был зависим, все время. Я не мог перестать улыбаться, даже если бы захотел, — хмурится он, мускулы на его челюсти дергаются, — я прошел через дюжину терапевтов, прежде чем наконец нашел Би. По закону мне больше не нужно ходить на терапию, но привычка просто прижилась, и иногда это помогает. Нил некоторое время молчит. Это, безусловно, объясняет историю Мэтта. — Хорошо, — наконец говорит он, — если это помогает, то я рад. Эндрю ничего не говорит на это, но кажется, что его хватка на руле заметно ослабла. Нил прислоняется к окну и позволяет уютной тишине везти их домой.