Paint Our Lives In Color

Когда Нил просыпается утром, его встречает очень приятный вид спящего Эндрю.   Должно быть, ночью они переместились, потому что сейчас Нил растянулся на спине. Руки Эндрю все еще обнимают его за талию, и он закинул ногу на бедро Нила. Его щека немного распухла там, где она прижата к груди Нила, прямо над его сердцем. Волосы Эндрю тоже в беспорядке, пучки светлых волос торчат в нескольких местах.   Нил держится как можно тише, не желая будить Эндрю. Он слышал, как Эндрю просыпался несколько раз за ночь. Сон, по-видимому, был для него неуловим, но Эндрю никогда не выгонял его и не уходил.   Ему удается пролежать в тишине еще час, довольствуясь наблюдением за Эндрю и любованием веснушками на его носу, прежде чем Эндрю наконец шевельнется. Есть ужасный момент, когда Эндрю замирает, его тело напрягается, прежде чем его руки находят шрамы вокруг ребер Нила, и он расслабляется. Устало застонав, он уткнулся носом в шею Нила и пробормотал безмолвное приветствие. Нил посмеивается над его ворчливостью.   — И тебе доброе утро, — Эндрю не отвечает, но в ответ чуть крепче сжимает Нила. Нил поднимает руку и делает паузу. — Можно я потрогаю твои волосы?   — Да, — сонно бормочет Эндрю.   Улыбаясь, Нил запускает пальцы в волосы Эндрю, разглаживая спутанный беспорядок и нежно почесывая кожу головы. Эндрю удовлетворенно мычит и одобрительно проводит большим пальцем по животу Нила. Еще через несколько минут покоя Эндрю отстраняется и искоса смотрит на него.   — Еда.   — Ты просишь меня приготовить тебе завтрак? Или просто заявляешь, что голоден? — фыркает Нил.   — Ты готовишь ужасно.   — Неправда, — возражает Нил, — я делаю хорошие блины.   Эндрю какое-то время рассматривает его, прежде чем кивнуть.   — Поправка. Твои блины приемлемы. Однако сегодня я хочу омлет.   — О, — говорит Нил, — ну тут я ничем не могу тебе помочь. Ты гуру омлетов.   — Король омлетов, — надменно поправляет его Эндрю, — говори правильно, крестьянин.   — Правильно, верно, — успокаивает Нил, — чем я могу служить тебе, о могущественный король омлетов?   Эндрю слегка шлепает его по щеке и фыркает. — Иди, покорми кошек, пока они не начали выть. Я приготовлю завтрак.   Нил закатывает глаза в ответ на командный тон Эндрю, но делает то, что ему говорят.   Он только что закончил кормить кошек и менять им воду, когда ему звонит Ваймак.   — Вы рано встали, — комментирует Нил.   — Я всегда рано встаю, — небрежно отвечает Ваймак, — я получил ответ от страховой компании. Они покроют стоимость ремонта. Это должно быть сделано к концу следующей недели, поэтому мы планируем возобновить работу, как только это будет сделано. Я отправлю всем расписание ближе к делу.   — Хорошо, — говорит Нил, сгибая пальцы на забинтованной руке. Она ужасно болит при каждом движении. Он гримасничает, стараясь не слишком много думать о том, как это может повлиять на его способность рисовать. Всего одно препятствие. — Что случилось с человеком, которого они арестовали?   — Ничего. Его отпустили сегодня утром, — говорит Ваймак.   Нил бледнеет. — Почему? Доказательств было предостаточно.   — Было, — спокойно говорит Ваймак, — я решил не выдвигать обвинения и заплатил за него залог.   Нил на мгновение замолкает, в его голове все крутится.   — ...Почему? Он пытался ограбить вас.   — Он был в отчаянном положении, — терпеливо отвечает Ваймак, — не говори мне, что ты не знаешь, каково это.   — Он стрелял в меня, — возражает Нил.   — После того, как ты повалил его на землю. Я прочитал твое заявление в полицию, — отмечает Ваймак.   — Я все еще не понимаю…   — Послушай, малыш, — резко прерывает Ваймак, — иногда, когда люди загнаны в угол, у них нет хорошего выбора. Но, как я это вижу, люди заслуживают шанс сделать лучший выбор. Черт, они заслуживают столько шансов, сколько потребуется. Я готов дать ему это.   — Вы все еще думаете, что я должен был просто отдать ему деньги.   — Ты чертовски прав, да, — ругается Ваймак, — это был не только ненужный риск, но и неправильный выбор. Возможно, в твоей жизни было время, когда все твои выборы были плохими. Это больше не та твоя жизнь, по крайней мере, пока ты работаешь на меня. Прошлой ночью у тебя была возможность сделать лучший выбор, выбрать третий путь, и ты этого не сделал. В этом твоя ошибка.   Нил какое-то время молчит, к нему возвращается чувство стыда прошлой ночи. Никогда за все годы, что он был в бегах, он не чувствовал ни грамма вины за всех людей, которых он убил при самообороне. Тем не менее, вот он сейчас, чувствует себя виноватым перед человеком, которого оставил физически невредимым. Это странное ощущение.   — Простите, — снова говорит он, не зная, что еще сказать.   — Не извиняйся, — пренебрежительно говорит Ваймак, — в следующий раз сделай лучший выбор. Иди по третьему пути.   Нил вздыхает и опускает голову. — Хорошо. Я постараюсь.   — Хорошо. Да, и пока я не забыл — если у тебя нет планов на День Благодарения, мы с Эбби обычно устраиваем ужин для всех у нее дома. Пожалуйста, приезжай.   Нил замирает, немного опешив от приглашения. Они с Эндрю не обсуждали никаких планов, поэтому он предположил, что они не собираются отмечать этот день.   — Могу я взять плюс один? — спросил он.   — Конечно, — легко говорит Ваймак, — если они не сожгут дом. Не стесняйтесь принести какое-нибудь блюдо, если хотите. Эбби готовит индейку, но все остальные обычно приносят гарнир или десерт.   — Хорошо, — отвечает Нил, — я подумаю об этом и дам вам знать.   Когда он наконец заканчивает разговор по телефону, Эндрю уже ждет его за столиком с едой и кофе. Нил садится на свое место и начинает есть свой омлет; как обычно вкусно.   — Итак, — небрежно спрашивает Эндрю, — чего он хотел?   — Еще немного поругать меня, — говорит Нил с набитым яйцом ртом, — и пригласить нас на День Благодарения.   Брови Эндрю приподнимаются, его нос сморщивается от отвращения к привычкам Нила в еде.   — Это приглашение включает меня? Я не работаю на него.   Нил пожимает плечами. — Ты мой плюс один. Если хочешь, то есть. Но я не пойду без тебя.   Эндрю мгновение рассматривает его, барабаня пальцами по столу.   — Хорошо, — наконец говорит он, — мы пойдем. Мы должны принести что-нибудь?   — Гарнир или десерт. Возможно, мы могли бы просто купить что-нибудь в магазине.   — Богохульство, — усмехается Эндрю, — мы не будем этого делать. Купить в магазине. Иисусе. За кого ты меня принимаешь, за варвара?   — Варвара? Нет, — ухмыляется Нил, — ты больше похож на миниатюрного Гордона Рамзи.   Эндрю угрожающе направляет на него вилку. — По тонкому льду ходишь, Джостен. По очень тонкому.   В следующую пятницу Эндрю звонят утром, когда они завтракают, и он выходит на улицу, чтобы ответить. Через двадцать минут он возвращается к столу, не говоря ни слова. Нил поднимает бровь, но ничего не говорит. Если Эндрю не хочет рассказывать, это его дело.   Однако он не может не быть втайне любопытным.   Он все еще думает об этом той ночью в «Лисьей норе». К счастью, кондитерская витрина выглядит как новая. Менее удачлив тот факт, что этим вечером он работает с Рене. Она была с ним вежлива и добра, но по какой-то причине все еще беспокоит его. Ее глаза слишком расчетливы для такой якобы милой личности.   Их смена почти подошла к концу, когда она на мгновение отвела его в сторону и протянула ему небольшую коробку. Он открывает крышку и удивленно моргает. Она полна кексов, украшенных красивой синей глазурью с крошечными кошачьими мордашками, аккуратно украшенными сверху. Нил поднимает голову и смотрит на нее в замешательстве.   — Для Эндрю, — объясняет Рене, улыбаясь, — не мог бы ты передать их ему? У меня не было времени, чтобы лично отдать их ему сегодня, и я знаю, что он не очень любит шумиху.   — Шумиху? — спрашивает Нил, чувствуя себя еще более сбитым с толку. — В честь чего это?   Рене немного вздрагивает, ее улыбка исчезает. — Он тебе не сказал? Сегодня у него день рождения.   Нил хмурится, чувствуя тошнотворный приступ ревности внутри.   — Нет, — огрызается он, закрывая коробку с кексами, — он мне не говорил.   — Прошу прощения, — искренне говорит Рене, — я не хотела, чтобы ты чувствовал себя не в своей тарелке. Я предполагала, что ты знаешь.   Нил вздыхает, беря себя в руки.   — Все в порядке, — он присматривается к ней и хмурится. — Как вы так сблизились?   — Тебе интересно, что Эндрю нашел во мне, — понимающе улыбается Рене.   — Ну да, — прямо говорит Нил. — Ты разыгрываешь эту милую христианскую девушку, и все же…   — Я знаю, что ты мне не доверяешь, — незлобно говорит Рене. — Твои инстинкты верны, по крайней мере частично. У нас с Эндрю схожая история, поэтому у нас есть своего рода взаимопонимание. Видишь ли, я раньше была в банде, — объясняет она, — до того, как меня удочерили и я обрела свою веру.   — Но как вы познакомились? — спрашивает Нил. Рене нежно улыбается.   — Впервые мы встретились на занятиях по смешанным единоборствам в одном спортзале. Эндрю заметил различия в моем стиле боя, поэтому он попросил меня научить его тому, чему я научилась в уличных боях. Ему было интересно узнать, как лучше защитить себя и других, поэтому я дала ему свои ножи. Однако сейчас мы проводим больше времени за разговорами о книгах и выпечке, чем за спаррингами.   Снаружи раздается знакомый гудок. Нил оборачивается, сразу же оживляясь. Эндрю сидит в GS, ждет его.   — Иди, — легко говорит Рене, — я закроюсь.   Нил оглядывается на нее, чувствуя себя теперь немного менее неуверенно.   — Спасибо.   — Нет проблем, — улыбается Рене. — Передай от меня привет Эндрю.   Когда он садится на пассажирское сиденье GS, Нил уже формулирует план. Он вообще не упоминает день рождения Эндрю и не спрашивает, почему ему об этом не сказали.   Вместо этого он протягивает Эндрю коробку с кексами и пристегивает ремень безопасности. — Рене передает привет.   Эндрю откладывает коробку в сторону и отъезжает от тротуара.   — Ты наконец решил перестать относиться к ней как к потенциальной опасности?   — Ага, — говорит Нил. — О, кстати. Я думаю о покупке машины.   Эндрю поднимает на него бровь: — Да?   — Мгм, — серьезно говорит Нил, скользя взглядом по его непроницаемому лицу, — я просто думаю, что было бы проще, если бы у нас была вторая машина, понимаешь? Мне нравится ездить с тобой на работу, но не всегда удобно, когда наши часы не совпадают. И таким образом, если одна машина сломается, у нас будет под рукой запасная, — он поворачивается, чтобы посмотреть на Эндрю, и наклоняет голову. — Не мог бы ты отвезти меня завтра в автосалон? Я не очень разбираюсь в машинах, так что мне очень пригодился бы твой совет.   Эндрю кивает и одобрительно хмыкает, не сводя глаз с дороги. Нил внутренне улыбается; Эндрю ничего не подозревает.   В субботу они просыпаются рано и бодро вваливаются в GS со стаканчиками кофе на вынос. Нил вводит адрес автосалона в GPS и смотрит, как Эндрю ведет машину в мирной тишине. Странно успокаивает наблюдение за тем, как Эндрю ведет машину. Он просто настолько хорош в этом, даже когда он ускоряется и безрассудно петляет через пробки, что Нил едва может отвести взгляд.   Когда они подъезжают к автосалону, Эндрю хмурится. Все автомобили на парковке дорогие, роскошные.   — Ты можешь себе позволить что-нибудь из этого? — спрашивает он Нила, наморщив лоб.   Нил пожимает плечами. — У меня остались деньги мафии, которые я не планирую использовать. С таким же успехом можно потратить их здесь.   Эндрю смотрит на него какое-то время, прежде чем наклониться и обхватить его щеку.   — Да или нет? — спрашивает он, его глаза темнеют.   Нил улыбается ему и отвечает шепотом «да» прямо в губы Эндрю. Тем не менее, он делает поцелуй быстрым, отстраняясь и выходя из машины всего через несколько секунд. В конце концов, им все еще нужна машина.   На паркинге к ним быстро подходит продавец. Кажется, он сомневается, что кто-то из них может позволить себе какую-либо из здешних машин, но Нил игнорирует его сомнительный вид.   — Где хочешь посмотреть в первую очередь? — спрашивает он Эндрю.   Эндрю на мгновение задумывается, прежде чем его глаза, кажется, останавливаются на нескольких опасно выглядящих транспортных средствах.   — Начнем с этого, — указывает он, прежде чем подойти. Нил следует за ним, едва в силах скрыть свое ликование. Эндрю до сих пор не знает.   Продавец следует за ними и объясняет все характеристики автомобиля. Нил почти не слушает, слишком заинтересованный изучением профиля Эндрю, когда он осматривает машины. Его глаза, кажется, продолжают возвращаться к блестящему черному автомобилю-монстру. Нил не знает ни одну из марок автомобилей, но у этого есть маленькая серебряная эмблема трезубца спереди.   — А что насчет той? — спрашивает он продавца, указывая на машину, которая, похоже, привлекла внимание Эндрю.   — Эта? — спрашивает продавец. — Это последняя модель Maserati Quattroporte. У нее расход 4,2 литра, двигатель V-8, плюс 400 лошадиных сил и кожаная отделка сидений. Если хотите, я могу достать вам полную спецификацию?   Нил наблюдает, как загораются глаза Эндрю.   — Не надо, — весело говорит он, — мы возьмем. Вы принимаете оплату наличными?   Продавец фыркает от удивления, но с радостью принимает оплату. Нил следует за ним внутрь, чтобы заполнить некоторые документы, и возвращается с новым набором ключей. Едва сдерживая волнение, он подходит к Эндрю, который все еще ждет у «Мазерати», не сводя глаз с машины.   Он не отводит взгляд, пока Нил не оказывается прямо перед ним.   — Готов ехать? — спрашивает Эндрю.   — Через минуту, — говорит Нил, протягивая руку, — да или нет? — Эндрю поднимает на него бровь, но пожимает плечами и безропотно берет его за руку. Нил переворачивает руку Эндрю и кладет ключи от «Мазерати» ему на раскрытую ладонь. — С днем рождения, — усмехается он, сжимая кулак Эндрю над кнопками. — Надеюсь, она тебе понравится так же сильно, как тебе нравится GS.   Эндрю смотрит на него, его глаза широко раскрыты и потрясены. Его взгляд на мгновение падает на ключи в руке, прежде чем вернуться к Нилу.   — Ты… — хрипит он, — как…?   — Рене проговорилась, — пожимает плечами Нил, — уже на день позже, ну да ладно, — Эндрю просто смотрит на него ошеломленно, кажется потеряв дар речи. Нил чувствует себя таким самодовольным. Он уже может сказать, что справился. — Хочешь прокатиться? — спрашивает он, злобно ухмыляясь. — Мы можем вернуться за GS позже.   Эндрю, кажется, наконец вытряхнул себя из ступора, безмолвно повернулся на каблуках и скользнул на водительское сиденье. Нил следует за ним, чувствуя себя совершенно довольным собой. Машина оживает под ними. Эндрю нажимает на газ и срывается со стоянки, его руки плавно скользят по рулю и рычагу переключения передач.   Мазерати легко управляется, мощный двигатель урчит, как живое существо. Когда они достигают открытого участка шоссе, Эндрю включает более высокую передачу, вдавливая газ и проверяя предельные возможности. Они несутся по пустой дороге на максимальной скорости, так быстро и свободно, что Нил может принять это за бегство. Он опускает окно, крича от восторга. Впервые за долгое время он почувствовал себя по-настоящему молодым. Эндрю более сдержан в своей радости, но Нил не упускает из виду легкое движение в уголках рта.   Через некоторое время Эндрю останавливается у обрыва и выходит в долину. Других машин здесь нет, и они отделены от дороги несколькими деревьями. Солнце уже начало опускаться за горизонт, день становится туманным и теплым. Эндрю открывает дверь и выходит из машины с сигаретой в руке. Нил следует за ним, прислонившись к капоту рядом с Эндрю, пока тот прикуривает.   — Здесь красиво, — тихо комментирует он. Эндрю не отвечает, но, судя по тому, как его глаза прикованы к происходящему, Нил думает, что он может согласиться. — Тебе нравится твой подарок? — настаивает Нил. Взгляд Эндрю метнулся к нему.   — Да или нет? — спросил он.   Нил улыбается и кивает, прежде чем наклониться. Эндрю яростно целует его, говоря своим телом то, что он не может сказать словами. Спасибо, говорят его руки, обхватывая челюсть Нила. Я хочу тебя, говорит его язык, когда колени Нила подгибаются. Я люблю тебя, говорят его глаза, когда они отстраняются чтобы вдохнуть воздуха.   — Давай переночуем на заднем сиденье, — игриво говорит Нил. Эндрю фыркает и притягивает его для еще одного поцелуя.   В итоге он садится на заднее сиденье машины, а Эндрю нависает прямо над его бедрами, стоя на коленях. Они все еще целуются, едва глотая воздух. Руки Эндрю блуждают под его рубашкой, его пальцы теребят край джинсов. Руки Нила запутались в волосах Эндрю, снова и снова притягивая его к себе для еще одного поцелуя. Жарко и тесно, а они так, так близко.   Нил не мог по-другому.   С согласия Нила Эндрю стягивает с Нила рубашку, расстегивает джинсы и стягивает их вокруг бедер, обнажая его эрекцию и доставляя ему столь необходимое облегчение. Он тоже стягивает свою рубашку, хотя и немного медленнее.   — Можешь посмотреть, — бормочет он в губы Нила.   — Хорошо, — задыхаясь, спрашивает Нил, прежде чем погрузиться в очередной поцелуй, — где я могу прикоснуться?   — По пояс, — дышит Эндрю ему в челюсть, оставляя кусачие поцелуи по всей коже, — хочешь вместе, да или…?   — Да, — стонет Нил, блуждая руками по мускулистой спине Эндрю, — прикоснись ко мне, Дрю.   Эндрю заставляет его замолчать еще одним страстным поцелуем, прежде чем расстегнуть собственные штаны и стянуть их достаточно, чтобы освободить свой член, посылая горячий всплеск желания в живот Нила.   Медленно, осторожно Эндрю опускается на колени Нила, пока полностью не сядет, их члены соприкасаются друг с другом. Нил стонет и обнимает Эндрю за талию, ослабляя хватку. Он целует Эндрю в шею, посасывая чувствительную кожу, пока Эндрю не начинает дрожать от удовольствия.   Эндрю обхватывает руками оба их члена и на мгновение останавливается. Кажется, он пришел к решению, потянувшись к неповрежденной руке Нила и положив ее поверх своего кулака.   — Вот здесь, — говорит он, встречаясь с широко раскрытыми глазами Нила.   Нил отчаянно кивает, благоговея перед доверием, которое Эндрю оказывает ему. Мгновение спустя Эндрю начинает двигать их руками вместе, и мысли Нила становятся блаженно пустыми.   После этого, когда они оба вымотаны и дрожат от кайфа, Эндрю задерживается у него на коленях, обхватив руками плечи Нила и пряча лицо на его шее.   — Иногда, — шепчет он Нилу в волосы, словно это его собственная версия исповеди, — я думаю, что, должно быть, ты мне приснился. Что ты не можешь быть настоящим. Я все время думаю, не ускользнешь ли ты из моих пальцев, как какой-то мираж.   Нил тихонько мычит и целует кожу Эндрю.   — Если тебе нужно что-то настоящее, за что можно ухватиться, — тихо бормочет он, — тогда я открою тебе другую правду. Это самая настоящая часть меня.   Эндрю отстраняется и испытующе смотрит на него. — Что это?   — Мое имя, — бормочет Нил, нежно беря Эндрю за щеку, — мое настоящее имя. То, как звала меня моя мать. Единственная настоящая часть меня, за которую я всегда держался. Мой стержень; Абрам.   — Абрам, — выдыхает Эндрю, и то, как он говорит, кажется, как будто его держат, будто его видят. Как возвращение домой, — Абрам.