Хогвартский вор

— Ты запомнил все, что я тебе сказал, Наземникус? — Обижаешь, братан! Да я за тя… Ты только скажи… Я ж сразу… Хотя кто бы сказал неделю назад, что я с тобой буду не только ручкаться, но и дела конкретные делать — сказал бы, что фуфло гонят. — Вот и договорились, — кивнул Гарри, поднимаясь из-за стола. — Все, жду тебя через три дня в главном парке городка Литтл-Уингинг. Думаю, разберешься. Посмотрим, на что ты годишься. И про заказ не забудь. — Все будет в лучшем виде, шеф, можешь не сомневаться. — Все, бывай. Разговор с представителем магического уголовного мира, организованный в одной из второсортных забегаловок магического мира, прошел как нельзя лучше. Разумеется, Флетчер Гарри узнал по шраму, проникся, понял, что «герой» на самом деле свой в доску — и начал «доиться» на информацию легко и непринужденно. Опасался ли Гарри, что Флетчер его выдаст? Да, такие сомнения у него были, однако в самом начале разговора Гарри четко дал понять: если Наземникус хотя бы пикнет что-то лишнее — получит перо под ребра в темном переулке. Флетчер дураком не был, а потому, оценив риски, дал какую-то жутко пафосную клятву, что он будет молчать. Вообще, Гарри поначалу хотел просто отпинать этого урода как следует и сдать местным «бобби», то есть — аврорам, но затем, просчитав всю возможную выгоду, решил дать карманнику шанс отработать право на жизнь и свободу. На роль постоянного делового партнера Флетчер, увы, не годился от слова «совсем», ведь был скорее не полноценным вором, а так — мелким жуликом, контрабандистом и карманником, перебивающимся от случая к случаю. Однако, как базовый источник информации и временный скупщик всякого барахла в магическом мире, Наземникус был бесценен. Через него Гарри узнал практически все, что ему было нужно знать о мире волшебников с точки зрения вора — кто как защищается, кто под кем ходит, кто кому платит, кого грабить можно, а на кого даже косо смотреть не рекомендуется… Кроме того, Наземникус клятвенно обещал, что раздобудет за мзду малую некоторые инструменты и книги, которые никто ни за какие коврижки не продаст несовершеннолетнему, а потому Гарри решил пока оставить карманника в покое. В худшем случае, мир магической Британии, похоже, совсем крошечный, а потому выследить и наказать Флетчера будет не очень трудно. Гарри и впрямь надо было через три дня оказаться в Литтл-Уингинге. Зачем? Затем, что приближалась очередная проверка социальных служб в духе «как ваш приемыш живет — чем харчуется — чем дышит». Да и просто лицом поторговать надо, чтобы не вызывать вопросов со стороны соседей, куда это он снова запропастился. Не то чтобы его это так сильно волновало, особенно теперь, когда появилась возможность полностью пропадать для обычного мира, скрываясь в волшебных кварталах, и наоборот, однако Гарри пока не торопился нарываться. Вообще у него с Верноном и Петуньей было своеобразное негласное соглашение. Гарри не нарывается, говорит заученный текст перед социальной службой или, не приведи Боже, полицией, и вообще ведет себя так, как подобает сироте, который попал в очень хорошую, добрую и вежливую семью. Дурсли взамен терпели его редкие визиты в их дом и не замечали его все остальное время. Обе стороны были довольны, однако Дадли иногда забывался и, все же, пытался иногда отрываться на кузене. Впрочем, все чаще — безуспешно. Однако, до этого момента у него было еще три дня, которые он хотел провести частично в магическом мире, частично — в мире магглов. Например, днем ознакомиться с бытом волшебников и, так сказать, влиться в общество, а ночью выйти в Лондон и оторваться в каком-нибудь из ночных клубов средней паршивости. Может быть, даже подцепить какую-нибудь девчонку на один раз — спасибо чуть более взрослой, чем следовало бы, внешности. Слова у Гарри с делом никогда не расходились. Сняв комнату в «Дырявом Котле» — дороговато, конечно, по меркам волшебников, но не так много, если участвовать в финансовых махинациях на пару с гоблинами, да и живешь, можно сказать, в самом эпицентре новостей магического мира — Гарри последующие два дня шлялся по Косому Переулку. Запоминал, беседовал с разными людьми, которые его узнавали, делал заказы на некоторые мелочи у торговцев — например, купил простую сумку для ношения на уроках в Хогвартсе, чтобы не привлекать внимания и забрал заказ у мадам Малкин… С точки зрения волшебницы, это была просто одежда для вечерних прогулок на природе. По факту же… По факту, костюм был специально заточен для «темных дел». Темно-серая, сливающаяся с ночной темнотой, износостойкая и теплая ткань. Множество карманов на штанах, кофта с высоким воротником и капюшоном, способные легко сформировать маску, под которой будет спрятано почти все лицо. В рукавах — «кармашки» под отмычки и мелкие предметы… Удобные высокие сапоги с мягкой подошвой, в которых легко поместится нож или кусачки. Тонкие перчатки, не стесняющие движение пальцев, ремень с распорками для мелочей и инструментов… Мечта, а не костюм. А уж если надеть под прилагающуюся темно-серую мантию и застыть в темном помещении без движения — то человек и вовсе может пройти в считанных метрах, не заметив юного вора. Одну ночь Гарри от души оторвался в небольшом маггловском клубе на окраине Лондона. С девушкой, правда, не вышло — то ли он выбрал неудачный образ, то ли просто не повезло и клуб оказался с какими-то неправильными девушками, что клевали исключительно на парней постарше, — но хоть повеселился от души, а заодно и утянул у хмельной молодежи кучу ценных штуковин. Вторую же ночь он нагло проспал в комнате в «Дырявом Котле» — на встрече с Дурслями следовало выглядеть хорошо, соблюдая образ приличного человека. И вот, наконец, настал день долгожданной встречи с «любимыми родственниками». К этому событию Гарри всегда готовился профессионально, будто к какой-нибудь крупной краже или махинации. Подобрать более-менее приличную одежду труда не составило — все же, после визита к мадам Малкин у него теперь было, в чем пощеголять. Правда, непослушные волосы не удалось уложить как следует (как всегда, придется сорок минут слушать сетования тетки в духе «причешись, неряха»), но в остальном Гарри, глядя на свое отражение в не очень чистом зеркале, был доволен. Даже лучше, чем обычно… Остается надеяться, что Дурсли не станут задавать идиотских вопросов. Двадцать минут толчеи в автобусе, сорок минут сна в пригородном поезде — и вот уже он на вокзале Литтл-Уингинга. Погода, правда, выдалась так себе — уж больно душно было, однако Гарри было не привыкать. В конце концов, самая душная атмосфера будет впереди, в доме номер четыре по Тисовой улице. Памятуя о недавнем визите волшебников в этот дом и о целом ворохе писем, надо ли упоминать, что Дурсли были не очень довольны, увидев племянника на пороге. — Ты где шлялся, урод ненормальный? — И вам не кашлять, — отмахнулся Гарри от подобного приветствия. — Не ваше дело, где я был. — Да как ты смеешь?! — взорвался гневом Вернон. — Да я тебя… — В день визита социальной инспекции? А ты смелый, дорогой дядюшка. Я ведь могу и ляпнуть что-то не то… Мистер Патт и миссис Джонс будут рады узнать, что ребенка в этой чудной семье содержат не так, как полагается, а государственные пособия и вовсе… — Тихо ты! — шикнул дядя, багровея от ярости. — Хочешь, чтобы соседи услышали? Заходи быстрее и скройся с глаз моих. Гарри кивнул, подхватил рюкзак и бодро потопал в сторону своей привычной спальни. Вообще, это была вторая спальня Дадли, где тот хранил все вещи и игрушки, что не помещались у него в основной комнате, но иногда там ночевал Гарри. В такие дни Дадли выл белугой и ходил по дому с видом обиженной касатки. Гарри знал причину ненависти кузена. Речь шла не только о том, что Дадли не желал делиться вниманием родителей или подарками к Рождеству, нет. Гарри превосходил кузена во всем, кроме габаритов и тупости: у него были большие успехи среди девчонок, падких на «плохих парней», было больше авторитета среди городской шпаны, было даже больше денег на карманные расходы — Гарри всегда умудрялся обзаводиться деньгами в любом людном месте… Гарри был быстрее, ловчее, умнее и хитрее свиноподобного родственника. Но самое главное — у Гарри, в отличие от Дадли, была свобода. Самая настоящая свобода. Он мог ходить куда хочет, носить что захочет, делать что хочет… И все это без оглядки на родителей, которые о Дадли беспокоились и пусть давали ему много свободы, но контролировали где он и с кем. Ну и, естественно, в десять Дадли должен был быть дома, в то время, как Гарри мог вернуться домой когда хочет… Вернон сопроводил Гарри ненавидящим взглядом. Да уж, миновали те времена, когда племянник готов был молча терпеть разные издевательства и наезды в свой адрес… Почуяв возможность, Гарри моментально уходил от любых попыток установления контроля над собой. На любой шантаж находился ответный шантаж, попытки силового подавления упирались либо в угрозу звонка в социальную службу, либо и вовсе в острие ножа, с которым племянник даже в душе не расставался. — Из-за тебя к нам посреди ужина с Мейсонами ввалились какие-то сектанты. Что ты уже натворил, поганый мальчишка?! — Родился, — отбрехался Гарри, поднимаясь по лестнице. Надо сказать, он успел вовремя. Стоило только ему подняться наверх и навести в комнате творческий беспорядок (ведь помещение должно выглядеть так, как будто там постоянно живет подросток), как в дверь позвонили. Гарри присел на кровать, схватил со шкафа первую попавшуюся книгу, как выяснилось — «Три Мушкетера» и весь обратился в слух. — Мистер Вернон Дурсль, я полагаю? — раздался внизу незнакомый голос. Гарри наторожился, голос принадлежал не мистеру Патту, известному своей доверчивостью. Видимо, дядю это тоже насторожило. — Да, это я, — осторожно проговорил он. — А-а… А где мистер Патт? — Он заболел, я вместо него буду, пока он не поправится, — ответил «социальщик». — Меня зовут мистер Маус. — Очень приятно, — кивнул Вернон. — Вы, наверное, по поводу Гарри, да? — Именно, мистер Дурсль. Могу я поговорить с вашим подопечным? — Разумеется, конечно-конечно. Он наверху, у себя в комнате… Проходите. Может быть, чаю или кофе? Или чего покрепче? — Я на работе не пью, — сухо ответил Маус. — Благодарю, мистер Дурсль, я сам найду вашего подопечного. Гарри чуть улыбнулся. Да уж, это вам не Патт, которого можно пригласить на рюмочку Шерри, затем заболтать, а затем и вовсе непрозрачно намекнуть, что ему пора. Похоже, сегодня будет именно проверка, а не тот бардак, что происходил прежде. В дверь его комнаты постучали. Гарри оторвался от книги. — Войдите! Дверь распахнулась, в помещение шагнул человек. Гарри чуть усмехнулся, внешность нового инспектора в полной мере оправдывала его фамилию. В самом деле похожий на мышь или крысу, инспектор, однако, выглядел далеко не по официальному кошельку. Гарри прекрасно умел оценивать людей по внешности, прекрасно знал цену той или иной фирмы одежды и стоимость украшений… Мистер Маус, будучи социальным инспектором, должен был зарабатывать примерно четыреста фунтов в неделю, что, разумеется, является неплохой зарплатой, но явно недостаточно для того, чтобы носить не самые дешевые швейцарские часы и иметь дипломат из натуральной кожи. Да и костюмчик явно заказной, далеко не дешевый. Ясно… Чиновник социальный обыкновенный. То есть — взяточник. — Мистер Поттер? — Я, сэр, — кивнул Гарри, поднимаясь с кровати. — Мне нужно задать вам несколько вопросов касательно вашей жизни с опекунами. — Надо — задавайте, — пожал плечами Гарри. Далее шла стандартная беседа с инспектором — не обижают, не домогаются, арбайтен не заставляют сверх меры, к преступлениям не привлекают, наркоту не гонят, не избивают, голодом не морят, одевают-обувают и бла-бла-бла… Инспектор свое дело явно знал и знал хорошо, а потому пару раз повторял вопросы, выражая их несколько иначе — явно пытался поймать подростка на лжи, не важно — сознательной или наказной. Судя по довольной улыбочке, он, все же, заметил некие несоответствия в словах Гарри, но виду не подавал. Наконец, спустя долгие минут двадцать, инспектор свернул беседу, отблагодарил Гарри — и потопал вниз. Гарри весь обратился в слух. — Мистер Дурсль, неужели вы думаете, что я не могу распознать заученный текст? — Боюсь, я не понимаю, о чем вы, сэр, — голос дяди Вернона предательски дрогнул. — Я, право… Что бы вам ни наговорил этот мальчишка — это неправда… — Мистер Дурсль, вы же понимаете, что если я отдам свой отчет в Службу — вам хорошо, если придется уехать из страны… В худшем же случае по вам и вовсе будет тюрьма рыдать кровавыми слезами… Слова мальчишки у вас, видите ли, ложь… Вы от меня так просто не отделаетесь. — А как тогда отделаюсь? — тут же уцепился за оговорку Вернон. — Мистер Дурсль, вы что — намекаете на взятку? Внизу раздался шелест бумаг, дядя Вернон что-то проворчал едва слышно, инспектор хохотнул. — Впрочем, если вы готовы, так сказать, оплатить штраф на месте… Кто я такой, чтобы препятствовать правосудию… Скажем, двести фунтов на первый раз могли бы загладить вашу вину… Гарри довольно улыбнулся. Кажется, он только что придумал для себя идеальный «финальный аккорд» перед отправлением в магический мир. Воровство — дело хоть и преступное, но, в определенных условиях, может быть благородным поступком. Конечно, воровать у вора — неправильно, но ведь инспектор и не был вором. Взяточником — да, но не честным вором… Гарри усмехнулся. Почему бы и нет? Заодно и появится шанс погасить расходы родственников без ущерба для собственного кошелька. Убедившись, что инспектор ушел, а Дурсли заперлись на кухне, обсуждая произошедшее и сетуя на коррупционеров, из-за которых страна разваливается к чертям, Гарри просочился в коридор, подхватил рюкзак — и вышел прочь из дома. В конце концов, его уже должен ожидать возможный подельник. Естественно, Наземникус уже был на месте. Гарри присел на скамейку, подал Флетчеру знак — и через мгновение жулик, взмахнув палочкой, присел рядом. — Чары отвода глаз, — ответил Флетчер на немой вопрос. — Не хочу, чтобы на нас пялились лишний раз. Ты, как я понял, вор конкретный и точно не хочешь к себе лишнего внимания. Научу потом, если надо — Полезное знание никогда не будет лишним, — кивнул Гарри, вообразивший перспективы подобных чар. — Ладно, слушай ухом…

***

За столом небольшого кафе-мороженого сидели два человека, с удовольствием наворачивая двойное шоколадное. Вообще, они выглядели так, будто отчим решил прогуляться с пасынком, а заодно — и поучить его жизни. Однако, никто и заподозрить не мог, что ведущим в этой паре жуликов является именно младший с виду человек. — Что имеем? — Плевое дело, — Гарри покачал головой. — Особенно под этими твоими чарами будет легко. — И все же? — спросил Наземникус. — Неделю следил, — Гарри сделал глоток минералки, бутылку которой постоянно таскал в рюкзаке. — Живет с женой, минимум два раза в неделю посещает любовницу, живущую в соседнем Коукворте. Жена — домохозяйка, но посещает курсы йоги. С девяти утра до двенадцати часов дня в доме стабильно никого не бывает. — Авроры местные не дернутся? — Нет, — покачал головой Гарри. — Магглы, сам понимаешь. Дом, конечно, на сигналке, но примитивной, даже запасного источника питания не водится. Я проверил пару дней назад, если вырубить электричество — сирена не воет и «бобби» не приедут. Полиция тут, конечно, ленивая до ужаса, но к уважаемому человеку, если что, должны были приехать быстро, да и от участка до дома не так далеко. В любом случае, пока раздуплятся, пока приедут… Минут семь у нас будет точно. Этого же тебе хватит? — За глаза, — кивнул Наземникус. — За семь минут мы на другом конце Британии будем. Магия, знаешь ли… — Ну, смотри, Флетчер… — Смотрю, — фыркнул волшебник, за что удостоился недовольного взгляда Гарри. — План прост как апельсин. Ты накидываешь на меня и на себя чары отвода глаз и встаешь на шухер. Я делаю остальное. — По рукам. Моя доля? — Учитывая, что всю операцию я мог бы провести и без напарника… — Гарри прищурился. — Твои… Ну, скажем, пятнадцать процентов. За чары и за то, что обеспечишь отход, если полиция, все же, приедет. — Двадцать. — Перебьешься, — тут же отсек всякие поползновения Гарри. — Я тебя не знаю, действую на свой страх и риск, но с перспективой на дальнейшее сотрудничество. Покажешь себя хорошо — будет тебе и больше. Но пока — пятнадцать. Моя стандартная ставка для помощника. И это, заметь, при том, что тебе даже толком делать ничего не надо. — Ну да, ты всего лишь заманиваешь меня в ограбление… — В простое ограбление, — напомнил Гарри. — Или скажешь, что сам никогда не вторгался в дома магглов и не тащил все, что намертво не прикручено? Не поверю ни в жизнь… — Ну ты и сволочь, Поттер… А как же геройские бескорыстность и щедрость? — Съел их в голодные годы, — огрызнулся Гарри. — Короче, ты в деле или мне искать другого партнера? — В деле, — кивнул Флетчер. — Когда начинаем? Гарри улыбнулся, посмотрел на часы, кивнул сам себе, поднялся из-за стола. — Сейчас. У нас как раз есть полчаса на то, чтобы добраться до места. Флетчер только и смог покачать головой, а затем потопал за Гарри, будто собачка на привязи. Через полчаса они и впрямь оказались у необходимого дома, разминувшись с жильцами буквально на пять минут. Гарри оценил обстановку, кивнул сам себе. Вообще, такой дом он мог бы «взять» и сам, без помощи волшебника, но надо было как-то привязать к себе Флетчера. Крепче, чем общим делом — не привяжешь. Собственно, поэтому он отказался от плана использования слишком большого количества заклинаний — Гарри не знал наверняка, единственный ли он маг на весь Литтл-Уингинг, а потому не желал лишний раз «светить» магические следы в деле. Достаточно будет всего одного следа. Желательно — чужого. — Так, Назем… Давай свои чары. Я пошел. — Все будет бархатом, сынок… — Флетчер провел палочкой по воздуху, Гарри ощутил небольшую вибрацию в пространстве. — Ни пуха… — К черту. Гарри перемахнул через низенькую ограду участка, прокрался к белой коробке электрического щитка. Замок здесь был совсем примитивным, открывался отверткой — следовало только посильнее надавить. Замок с хрустом открылся, Гарри приоткрыл дверцу, щелчком выключил электричество, замер на пару мгновений, опасаясь воя сигнализации — мало ли, вдруг он, все же, ошибся в своих наблюдениях и опытах? Но нет — пока что ему везло. Убедившись, что сигнализация не сработала и уже не сработает — погас едва заметный красный индикатор над дверью — Гарри взялся за замок. Присев рядом с дверью, Гарри достал из рукава отмычки. Натяжитель ушел в верхнюю часть замка, повернул цилиндр замка настолько, насколько получилось это сделать. Тонким крючком Гарри начал поддевать штифты — вообще, мог бы воспользоваться и одной из наборных отмычек, но не стал. Во-первых, за ней лезть надо, терять время. Во-вторых, не факт, что наборные, выполненные в форме типовых ключей, отмычки подошли бы. Да и терять навык Гарри очень не хотелось, а потому вот на таких, простеньких замках, он набивал руку, пользуясь исключительно крючковой отмычкой и натяжителем — универсальный инструмент. Универсальный и незаконный на всей территории Великобритании, без лицензии это дело даже просто хранить дома нельзя… Фокус был прост: натяжителем — тонкой и ровной полосочкой металла — создавалось натяжение внутри замка, точно такое же, какое возникает, когда замок пытаются отпереть ключом; крючком же по очереди опускались штифты замка, выстраиваясь в ту же комбинацию, что и при наличии ключа в замке. Гарри делал такое уже не в первый раз, был опыт. Уже вскоре замок с тихим щелчком повернулся, Гарри приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы суметь пролезть в проход, просочился в помещение и тут же прикрыл за собой дверь, у которой тут же объявился Флетчер — он должен был подать сигнал, если кто-то появится на участке. — Начнем с самого главного… За неделю наблюдений за домом, а особенно — за происходящим внутри (по счастью, окна были широкие и вид на комнаты открывался неплохой) — Гарри вызнал все, что ему требовалось знать: сейф в гостиной, за картиной; ключ лежит в декоративном камине, на потайной полочке в трубе. Конечно, Гарри нервничал, отпирая сейф — мало ли, какая защита у неправедных капиталов? Вдруг там устройство с краской или самострел? Однако же, повезло и здесь. Гарри, вытащив из сейфа два пухлых конверта с деньгами и какой-то тонкий пакет из картона, поспешил захлопнуть дверцу. Теперь можно было браться за остальное. Скинув с плеч рюкзак, на котором, напомню, были чары незримого расширения, Гарри принялся за вторичные цели, намеченные им еще в ходе разведки. Ему следовало успеть снять несколько картин, упаковать и спрятать несколько старинного вида ваз, стащить шкатулку с украшениями миссис Маус, собрать столовое серебро, целую коллекцию клюшек для гольфа, пару явно очень дорогих сервизов, а также взять игровую приставку, видеомагнитофон и компьютер — все остальное было либо слишком габаритным, чтобы пролезть в горловину рюкзака, либо не таким ценным, чтобы тратить на эти вещи время. Все было относительно спокойно, Гарри кое-как успел упаковать все свои «заметки», которые полагал самыми ценными вещами в доме. Подумав, он даже успел умыкнуть несколько бутылок коллекционных напитков из бара владельцев дома, однако большего сделать не успел — будильник в наручных часах, исполняющий роль таймера, запищал. Это означало одно — время сейчас одиннадцать сорок, хозяйка вот-вот будет дома, а потому следовало сворачивать удочки. Почти одновременно с этим Наземникус подал сигнал — к участку кто-то приближается. Гарри едва успел подхватить рюкзак и прикрыть за собой дверь в дом, когда калитка открылась и миссис Маус шагнула на территорию придомового участка. К чести Наземникуса, сработал он быстрее, чем Гарри ожидал от него. Уже через мгновение он схватил Гарри за руку — и в следующее мгновение юный вор ощутил, первую в жизни трансгрессию, о которой знал еще с момента похода в Косой Переулок. Флетчер выбрал координаты выхода идеально — как раз рядом с «Дырявым Котлом». — Ну что — разбежались? — Разбежались, — кивнул Гарри, мысленно прикидывая стоимость украденного и прекрасно понимая, что за один раз все это продать без вопросов он не сможет даже далеко не болтливому Джорди. — Встретимся на вокзале Кингс-Кросс первого сентября. Там я отдам тебе долю и заберу обещанные книги с инструментами. — Заметано. Удачи тебе… Герой, блин… — И тебе не кашлять, Флетчер…