Хогвартский вор

— Здравствуйте, профессор! Можно к вам? — А-а! Мистер Поттер! — Флитвик в воодушевлении едва не подпрыгивал на месте. — Проходите! Проходите! Чем могу помочь? — Да я, собственно… — Не хотите чайку? — Флитвик лукаво улыбнулся. — В замке уже пошел слух, что вы — большой любитель вечернего чая. Можете даже до утра с девушками засидеться, чаи гоняя… — Филч настучал? — Гарри чуть улыбнулся. — Хочу, разумеется. Но чуть позже. Я к вам по делу… — По поводу столкновения с Северусом? — продолжал веселиться Флитвик, взмахом палочки сотворив из воздуха две чашки с богатым узором и начав заваривать чай в небольшом заварнике. — Не переживайте, Гарри… Я уже обо всем в курсе. Прямо сказать, для студентов вы теперь действительно герой, а не просто «Мальчик-который-выжил», о котором они в детстве читали сказки и героические рассказы. — В самом деле? — удивился Гарри. — Это чем же я заслужил? — Ну как же?! — Флитвик улыбался до ушей. — Признаться, меня это несколько насторожило, но все же… Вообще, мне не полагается говорить дурного о коллегах, но… Вы ведь никому не скажете? — Я — могила, — Гарри даже провел пальцами по губам. — Если быть честным, Гарри… Профессор Снейп — редкостная сволочь. Его поступки и методы преподавания — конченые по своей сути, об этом вне Хогвартса говорят прямо, а в Хогвартсе — с небольшой оглядкой, — Флитвик почесал нос. — Честное слово, за все время, что Северус здесь работает, я не слышал о нем ни одного положительного отзыва со стороны студентов. — И почему тогда его не выперли до сих пор? — нахмурился Гарри. — Если он со всеми студентами так себя ведет, то… Это же такой урон волшебному миру?! Столько ребят просто забьют на зельеварение и будут бояться к котлу подходить! Зелья же должны использоваться много где? — Я это знаю и понимаю, Гарри, — Флитвик вздохнул, покачал головой, разлил чай по кружкам. — Однако… Как ты думаешь, почему Северус до сих пор отсюда не вылетел? Даже если учесть, что он — никудышный преподаватель и от его уроков больше вреда, чем пользы? Гарри задумался, прикрыл глаза. Он подозревал, почему Снейпа держат в замке, у него было даже три идеи, которые он тут же и поспешил озвучить: — Либо он превосходный ученый и гений зельеварения, которого держат здесь чисто ради статуса школы — мол, вот, посмотрите, какие люди у нас работают — либо он зарабатывает для школы деньги, изготавливая зелья, которые школа продает куда-то «налево», либо он кому-то в замке очень сильно должен и в отработку долга его заставляют здесь работать. — Бинго! Три из трех, мистер Поттер! — Флитвик даже издевательски зааплодировал. — Снейп действительно варит зелья на всю школу, а также действительно является большой шишкой в мире зельеварения… Ну и должен он, — Флитвик вздохнул. — Должен нашему «драгоценному» директору, на которого работает. — И за что должен? Флитвик вздохнул, сделал пару глотков чая. — Не думаю, что открою военную тайну, мистер Поттер… Северус Снейп был сторонником Темного Лорда. А затем, под конец войны, переметнулся на сторону Дамблдора. Чем наш директор его купил — я не знаю… И именно поэтому не доверяю Северусу ни на ломаный кнат… — То есть, на справедливость можно не надеяться? — Именно, — кивнул Флитвик. — Конечно, ты не одинок в своей ненависти к профессору Снейпу, но Дамблдор его оберегает, а потому постарается замять скандал любыми средствами. На какое-то даже минимальное подобие справедливости надеяться не приходится… Не удивлюсь даже, если директор начнет читать тебе проповедь о том, что ты зря схватил профессора Снейпа за руку, что нужно уважать и прощать слабости других людей и что вообще ты все неправильно понял и Северус хотел помочь тебе исправить зелье… Гарри покачал головой. Нет, разумеется, он подразумевал что-то в этом духе, но чтобы все было настолько запущено?! — Кроме того, — прервал его рассуждения Флитвик. — Я не удивлюсь, если Дамблдор потребует от тебя извиниться и вернуться на занятия. — Этого не будет никогда, — оскалился Гарри. — Хотят — пусть отчисляют. К этому уроду я на занятия не вернусь. Флитвик хохотнул. — Не дадут? — осторожно спросил Гарри. — Не дадут, — подтвердил Флитвик. — Вы для чего-то очень сильно нужны Дамблдору. Я не знаю, для чего, но для чего-то определенно нужны. — Дайте угадаю, — чуть улыбнулся Гарри, сделал маленький глоток чая. — Эта дребедень на третьем этаже… Она для меня готовилась? — Возможно, — кивнул Флитвик. — Вообще, Альбус упоминал, что эта, как вы выразились, «дребедень», построена как некий полигон, но вот что там сделано… Я знаю только про летающие ключи. Может быть, директор запланировал какой-то единый экзамен, а может, просто хочет, чтобы некий герой прошел трудное испытание… Не знаю… Гарри кивнул. В общем-то, ему все стало понятно еще с самого начала. Дамблдор строит полосу препятствий. Поскольку он совсем не знает самого Гарри, он наивно полагает, что его можно будет заманить на испытание, которое, как бы, сам же и запретил проходить. И если «герой» пройдет испытание — можно будет устроить «поимку» и отмазать то ли от тюрьмы, то ли от каких-нибудь других последствий. А это — уже услуга, довольно серьезный должок… — И все же, что делать, профессор? — спросил Гарри. — К Снейпу я не пойду, пусть даже и не надеются. — Ну, на самом деле, не вы один такой, мистер Поттер, — Флитвик отставил чашку с чаем в сторону, полез в ящик стола. — Вообще, радуйтесь, что деканом у вас идет не профессор Макгонагалл — большая сторонница Дамблдора. Она бы еще дополнительно вам взыскание назначила за то, что вы посмели оспорить гений Великого Дамблдора и вообще поступаете не так, как вам скажут, а по-умному. Ага! Вот они где! Флитвик уронил на стол довольно большую кипу документов — Гарри подозревал, что там листов пятьдесят, не меньше. — Заполняйте. — Это что? — насторожился Гарри. — Рабский контракт! — фыркнул Флитвик. — Шутка… Документы на экстернат по дисциплине. Образцы и бланки. Так что заполняйте, проверяйте все… А заверить — это уже мелочи… Экзамен сдадите комиссии в конце года, но вот как вы будете практикой заниматься… — Попрошу кого-нибудь из старшекурсников или, скажем, мадам Помфри, — отмахнулся Гарри, подтащив к себе всю кипу документов. — Спасибо, профессор. — Да не за что, Гарри… — Флитвик усмехнулся. — Не вы один такой, почти на каждом курсе находится человек семь-восемь, которые готовы костьми лечь на ниве самоподготовки, лишь бы не ходить к кому-либо из учителей. Даже я в молодости писал подобное заявление… Терпеть не мог тогдашнего профессора нумерологии. — А директор не может отозвать или не одобрить мое заявление? — По закону — нет, по факту — Дамблдор творит в этой школе почти все, что захочет, — поморщился Флитвик. — В конце концов, я отсюда до сих пор не уволился только потому, что в этом случае Дамблдор поставит на мое место кого-то из своих людей — и все, приплыло образование в Хогвартсе… Школа окончательно превратится в политический полигон. Я соблюдаю нейтралитет и стараюсь не вмешиваться в политику. Кроме того, я мастер в двух дисциплинах, а потому Дамблдор не сможет уволить меня без скандала… Но если я сам уйду — за мной уйдут и другие толковые профессора… Дамблдор только и ждет этого, уверяю вас… — Профессор Флитвик… — Да? — А почему вы мне это рассказываете? Я в чем-то уникален или важен для вас? Флитвик покраснел, сделал глоток чаю. — Не льстите себе, мистер Поттер. Просто я предпочитаю, чтобы мои подопечные знали хотя бы часть того, что администрация Хогвартса пытается скрыть за семью печатями. — Ну, хотя бы честно. — Надеюсь, вы не обиделись, мистер Поттер? — Нисколько, — улыбнулся Гарри, залпом допив чай и вернувшись к заполнению документов. — Профессор Снейп может сколько угодно считать меня заносчивым и тщеславным ублюдком, который только о славе и мечтает. Но, увы, я его разочарую…

***

Со своими мыслями про «подобие справедливости» Флитвик как в воду глядел. Снейпа оставили в Хогвартсе, даже штрафных санкций в его адрес не было почти никаких — мол, «он же заслуженный мастер, вы ничего не понимаете». Что, кстати, нисколько не добавило администрации уважения со стороны учеников — первокурсники успели растрепать всем, что Гарри, фактически, поймал профессора на грубейшем нарушении обязанностей. Ну и, естественно, случай создал прецедент — уже через две недели «занятий» с профессором Снейпом на стол декана Равенкло легли еще пять заявлений, да и у профессора Спраут нашлись двое или трое учеников, выразивших желание учиться зельям самостоятельно. Говорят, были несколько попыток написать заявления и у Макгонагалл, но почти все просители были посланы куда подальше с занесением штрафов в виде пяти очков львиному факультету. На Слизерине же… Может быть, там и были желающие, но принести Снейпу документы, явно свидетельствующие о том, что ученики не выносят того же самого Снейпа, смелости не хватило никому. Да и своему факультету декан — о чем, кстати, знал едва не весь волшебный мир — делал гигантские «послабления режима». Тем не менее, Гарри для студентов стал героем. Еще бы — очень немногие могут высказать преподавателю в лицо все, что о нем думают, без всякой скидки на авторитет, опыт, возраст и все такое прочее. Да еще и Снейпу, который среди большого количества студентов слыл большим специалистам по темным искусствам… А уж то, что Гарри остался при этом безнаказанным… Об этом некоторые студенты даже мечтать не смели. На этом фоне откуда ни возьмись возникли «почитатели таланта» в виде двух рыжих раздолбаев с Гриффиндора. По правде сказать, сначала поведение близнецов Уизли Гарри откровенно раздражало. Не в меру наглые, почти все время на виду, репутация дебилов, которые ищут только как поржать и на чем заработать. Однако, спустя некоторое время, Гарри несколько изменил отношение к ним — все же, выражение «хлеба и зрелищ» является девизом человечества уже многие годы и, если судить только по этим данным, то в моральные уроды можно записать почти все человечество. Конечно, близнецы не были белыми-пушистыми, все же испытывать нелицензированные зелья и чары на подростках — это совсем не то, что вызывает у людей симпатию. Но были и некоторые преимущества, которые перекрывали их поведение. У близнецов были большие таланты в зельях, трансфигурации и чарах, что делало их отличными потенциальными ремесленниками или поставщиками каких-нибудь эксклюзивных штуковин по заказу. Да и их товары, «ужастики умников Уизли»… Некоторые вещицы из «каталога» — куска пергамента, на котором был перечень товаров с описанием и ценой — даже заинтересовали юного вора. Конфеты с различными эффектами, отвлекающие обманки — по сути, крошечные големы, которые отбегают подальше от владельца и производят много бытового шума, — разные несерьезные чары, которые могут временно задержать или обезвредить человека… Да и более серьезных вещиц у ребят хватало — тот перуанский порошок мгновенной тьмы… Если работаешь ночью и надо экстренно смыться — идеальное решение, чтобы раствориться в ночной темноте. Были перья со встроенной проверкой орфографии и возможностью писать разным почерком — идеальное решение для подделки документов. Разные амулеты, мелкие талисманы… Кроме того, малолетние… Ну, как «малолетние» — по шестнадцать лет… В общем, эти мелкие жулики имели связи с некоторыми поставщиками не самых легальных или просто ограниченных в продаже товаров и компонентов для зелий. Конечно, Гарри не собирался с ними строить дружбу или какое-то подобие оной, но как деловые партнеры и поставщики разных полезных штуковин, они были незаменимы. И тот факт, что они были из семьи Уизли, Гарри нисколько не смущал — все же, претензии у него пока были только к наглому, невоспитанному и совершенно тупому Рону. Самого юного вора, кстати, случившаяся история со Снейпом совершенно не устраивала. Точнее, не устраивал результат столкновения. Конечно, минимальной цели он добился — занятия по зельям он теперь не посещал, проводя свободное время в библиотеке за чтением некоторых понравившихся книг. Однако, то, что Снейпу ничего не было за столь вопиющее нарушение… Гарри считал, что это, как минимум, не честно и не справедливо, а потому тайно готовился устроить декану Слизерина небольшую месть. Тем более, что Кэтрин хоть и училась на Слизерине, но подобного поведения собственного декана не поняла. — Скотина… — прокомментировала она одним словом. — Учти, если что — я с тобой за любой маневр, кроме голодовки. На разработку плана мести Снейпу ушло немногим больше трех дней. Поскольку как-то давить на более взрослого человека было трудно для подростка, а уж о какой-либо поддержке администрации говорить не приходилось, Гарри решил воспользоваться единственным талантом, которым он обладал в этой жизни. А если говорить просто — он собрался обокрасть Северуса Снейпа. При этом, сделать это не в Хогвартсе — Гарри совсем не был дураком, прекрасно понимал, что подумают в первую очередь именно на него. Нет… Красть у Снейпа, пока он находится в Хогвартсе — это плохая идея. Да и что красть, по большому счету? Компоненты? Так он не знает, какие из них дорогие, а какие — дешевые, а грести все подряд — слишком заметно. Аналогичная ситуация и с эликсирами — Гарри банально не смог бы опознать большую часть из них. Красть уникальные артефакты или документы — это фактически то же самое, что расписаться в авторстве преступления… Так что Гарри решил поступить умнее — он решил обокрасть профессора вне школы. В конце концов, не живет же Снейп в Хогвартсе? У него же должен быть какой-то дом? Оставалось только выяснить, где обитает эта летучая мышь из подземелий. И вот там уже развернуться на полную катушку. Гарри не знал, через кого можно узнать адрес. Вообще, наверное, Драко мог бы помочь с этим, но Гарри опасался, что блондин проговорится преподавателю по поводу такого интереса. Так что надо было узнавать у другого человека. Кого-то, кому Гарри мог бы хоть немного доверять. И такой человек у Гарри был. Нужно было как можно скорее разыскать Наземникуса Флетчера.

***

— Так ты считаешь, что он — тот, кто нам нужен? — Абсолютно уверен, сэр! Вор очень молодой, даже несовершеннолетний. Но это не мешает ему действовать с воистину сверхъестественными навыками. Карманные кражи, взломы замков, несколько попыток обхода электронных систем, идеальная скрытность, превосходное знание улиц и умение маскировки выше всяких похвал… Черт, да он меня смог поймать и прижать так, что пришлось идти на контакт! — Он и в самом деле настолько хорош? Мне кажется, ты преувеличиваешь… Хотя, конечно, то, что он поймал за руку нашего лучшего специалиста по кражам… Звучит не очень правдоподобно. — Полковник, я когда-нибудь врал вам? Говорю вам, он — идеальный вариант. В конце концов, не везде и не всегда можно позволить работать профессионалам, не мне вам рассказывать, что происходит при поимке агентов. Объект «шрам» был бы очень нам полезен для проведения операций с… — человек нахмурился. — С душком, так скажем. — И все же, я не знаю, — полковник покачал головой. — Нет, разумеется, то, что малец в четырнадцать лет сумел на улице ускользнуть от наружки «Интеллидженс Сервис» — впечатляет. Но это еще не повод пытаться привлечь его для контрактной работы. Тем более — он несовершеннолетний, да еще и непрофессионал. — Когда это нас останавливало, полковник? Мне напомнить вам про несовершеннолетние «результаты» экспериментов доктора Орт-Майера? Или, может быть, про инициативу подготовки юных кадетов по сведениям, полученным из архивов лагеря Саласпилс? — Это другое. Созданием суперсолдат или подготовкой киллеров действительно нужно было заниматься с раннего возраста, — полковника, к слову, нисколько не озаботили ни упоминания нацистов, ни намеки на участие спецслужб в многочисленных преступлениях. — Но воры! Да еще и из числа, так сказать, «паранормального населения»? Ты серьезно? — Абсолютно. Если не мы, то кто-то другой догадается. «Шрам» — идеальный кандидат. В конце концов, если поймают профессионального шпиона — это скандал и риск разглашения государственных тайн, а если поймают одного непрофессионала — это просто «индивидуальная инициатива», да и получить от него какие-либо сведения будет невозможно. Хотя бы причине незнания таковых… — Меня больше волнует, что он — несовершеннолетний, — признался полковник. — Я не против использования мага, тем более — юного вора. Куда больше меня волнует использование несовершеннолетнего. Черт с ней, с порядочностью, что мы скажем руководству? Да и его родители… — У мальца нет родителей, а опекунам на него насрать, он даже не живет с ними большую часть времени, перебивается в мотеле на окраине Лондона. Самостоятельный человек, почти полноценный оперативник. Тем более — маг. Всегда можно спихнуть вину на этого их министра… Как там его? Фордж? Фарш? — Фадж, — поправил полковник. — И все же… — Полковник, давайте хотя бы попробуем! — продолжил давить человек. — Я не говорю о постоянной работе. Одноразовый контракт, что-нибудь несложное из списка второстепенных операций. Полковник сел за стол, уложил голову на руки, прикрыл глаза, серьезно задумавшись. Да, у Секретной Разведывательной Службы в последнее время катастрофически не хватало талантливого вора. Не разведчика и не шпиона — и тех, и других хватало с запасом. Нужен был именно профессиональный вор с воистину феноменальными навыками, с умением тащить все, что плохо лежит и не попадаться на глаза. Конечно, такие тоже были, но все они состояли именно на службе у Ее Величества и, в случае поимки, могли стать причиной жуткого международного скандала. Вот таких, «вольнонаемных работников» было очень немного, профессионалов же из этого списка вообще были считанные единицы… Некоторое время в душе полковника боролись остатки морали и человечности со здравым смыслом и осознанием пользы, которую мог бы принести такой вот «нелегальный сотрудник». Наконец, спустя полные три минуты мертвой тишины, он решился: — Под твою ответственность. — Есть, сэр! Разрешите приступить к вербовке? — Выполняйте, агент Флетчер… Но помните — вся ответственность за успех операции полностью лежит на вас.