Дни недели

Самый счастливый вторник шестилетнего Шэнь Юаня начался тогда когда Отец Цзю поддался его недельному уговору и решился взяться за «– Это совершенно дурацкое задание, А-Юань». Учитель собрал десяток младших учеников ловить головастиков Лунных Лягушек для дяди Му Цинфана, под смешки Лю Цингэ отправляясь в недолгий однодневный путь. Конечно, оставляя пик на Мин Фаня, который смотрел на десяток детей под своим руководством с натянутой улыбкой и горой документов в руках. Добывать этих странных существ не выходили давно. Для Лордов это недостойно внимания, для старших учеников слишком муторно, ведь им нужно совершенствоваться, а не деградировать. Ну и младших никто туда не отпустит. Эти бабочки умели калечить себя просто дыша и не двигаясь. Удивительно, что на эту просьбу согласился именно Шэнь Цзю, ведь выдвигали вопрос о помощи пополнить запасы пика Цяньцао уже просто по привычке. Все на собрании Пиковых Лордов знатно повеселились. Ялианг Ху, что означает Лунное Озеро, было чудесным наполненным чистейшей природной Ци местом. Оно строго охранялось Цанцюн на протяжении веков, как один из немногих заповедников заклинательского мира. Озеро было схожим с малоизвестной, из-за своей ценности, пещерой, которая содержала в себе чудо для человеческой жизни, сокровище Хуанхуа. Те самые цветы Росы Луны и Солнца. Лучше не спрашивать откуда, кхм, простой Учитель знает о них. Просто знает. И если честно, Шэнь Цзю начинало казаться, что названия всех этих пафосных мест повторяются. Пора бы уже развить свою фантазию, а не смешивать воду с воздухом для очередного свитка, который испортят чернилами из-за такого длинного имени для места, которое даже нельзя посещать. Хотя, если предположить, что это озеро нашёл кто-то из Байчжаня, то такое скудоумие вполне оправдано. В общем, своё сокровище Цанцюн тоже имел, только вот из-за своих лицемерных дел, люди пропустили лучший момент для добросовестного создания так называемого стазиса на подлежащей им территории, и теперь вместо того чтобы постигать бессмертие в этих удивительных водах путем медитаций, рядом поселились простые люди, а место, заполненное целительной водой, теперь заселили сотни лягушек, которые удачно впитывают в себя Ци, становясь очень хорошим материалом для лекарственных делишек Му Цинфана. Людей не выгнать, лягушек жалко(Не Му Цинфану). Какая прискорбная ситуация. Лицо Шэнь Цзю, в противовес ожидающих свою первую работу адептов, было кислое и мрачное. Весьма заслужено, кстати, ведь именно ему, горному лорду пришлось бы держать их за шкирки, чтобы они не утонули весьма жалко в этой луже. Кстати, тогда же и выяснилось, что Шэнь Юань и его семилетняя Шицзе Нин Инъин не умеют плавать. Действительно, где бы им этому научиться. Это означало, что никто не пойдет собирать головастиков, ибо Шэнь Цзю разрываться не умеет и следить за двумя кучками детей по отдельности вообще не имеет желания. Пока все приехавшие на "задание" дети дулись в комнате, спрятанные под тонкими пледами, Нин Инъин и Шэнь Юань плакались бедному Учителю и по совместительству отцу для второго самого младшего компаньона их группы. Сумерки сгущались, озеро, спрятанное в сосновом лесу, уже издалека было видно, ведь то сияло бирюзовым светом, который вода отражала от миллионов лунных детёнышей лягушек. Шэнь Юань прилип к открытому окну, дыша прерывисто, в восторге от прекрасного ореола созданного природой. Шицзе повисла рядом с ним и оба так громко разочарованно вздыхали. Ах. Как жаль, что Шэнь Цзю было все равно на жалкие попытки манипуляции со стороны детей. Настолько все равно, что они оказались возле этого самого озера. Учитель стал сомневаться в своей профессиональности, пока смотрел, как самые старшие малявки выдают оставшимся малявкам их ведра. Цзю потащил сына и его маленькую подругу чуть дальше. Он зашёл в воду, наплевав на свои дорогие заклинательские одежды цвета Цин, которые потемнели на пару тонов сразу же и чьи подолы промокли насквозь, делая его поступь чуть-чуть тяжелее. Но, впрочем, ему было все равно. Одежду высушить можно, особенно с его способностями. Какой позор его репутации, осталось держаться только за надежду, что негодники из-за возраста все забудут. Нин Инъин и Шэнь Юань щеголяли по светящемуся озеру голышом, сверкая задницами ярче, чем то, за чем они сюда и пришли. Дети были весьма счастливы. Хорошо быть ребёнком. Подумалось бы Шэнь Цзю от вида их улыбок и неловких барахтаний на поверхности воды, в попытках научиться держаться на ней. Как прекрасно, что он лишился этой глупой наивности ещё в младенчестве. Шэнь Цзю не мог представить себя таким глупым. Он вздохнул, не понимая почему вообще тут стоит с мокрыми ногами, когда он мог бы уже сидеть у себя дома и спокойно читать какую-нибудь не официальную полную биографию, допустим, третьего главы Хуаньхуа с нелепыми ситуациями из жизни оного. Теория из недавно прочитанной биографии Тяньлан Цзюня про его спрятанного сына была весьма увлекательной. Где-то рядом чихнул и упал в воду семилетний Ло Бинхэ, уронив ведро с головастиками и вызвав брызги, которые окатили его ближайших одноклассников, вызвав ропот недовольства. Шэнь Цзю поморщился от шума, безучастно смотря (В конце концов это не его задание) как под поверхностью воды, прозрачные светящиеся детёныши лягушек активно уплывают прочь. Их единственными видимыми органами были синие желудочки, которые и издавали свечение. Это же сколько люминофоров нужно сожрать, чтобы так слепить глаза. Цзю достал из-под воды Нин Инъин, которая нырнула за камнем. Дурочка. Вода прозрачная, а дно усыпано круглой галькой и даже хождение по ней не вызывало помутнения в жидкости, но озеро искажает видение того, что находится под поверхностью, из-за чего могли произойти различные неприятные казусы. Если кратко, то вытаскивать трупы детей - не самое чудесное занятие в мире. Вокруг все ещё сверкал потусторонний свет, переливаясь на темных столбах деревьев и их иголок, десяток детей купались в этом свете даже больше, чем их босые ноги в воде. Озеро ближе к берегам было мелким, самое то для икры земноводных. Шэнь Цзю боролся с желанием ударить собственное лицо ладонью, пока он наблюдал за самыми младшими. Как хорошо, что остальные "младенцы" их пика уже достаточно разумны, чтобы придерживаться официальности в отношениях учителя и ученика. Шэнь Юань и Нин Инъин утащили в свои игры Ло Бинхэ. Удивительно, что они не сделали это сразу, как пришли сюда, или сам Бинхэ не прибежал к ним, сверкая пятками, глазами и уже голым седалищем. Будто бы какое-то недовольство Учителя хоть когда-нибудь их останавливало делать всякое радужное дерьмо. Мальчик стоял красный и со смущённой детской улыбкой сбрасывал с себя мокрый халат, кидая неуверенные взгляды в сторону учителя, прося разрешение. Бедный Шэнь Цзю, ставший жертвой невинности своего сына и этих обаятельных букашек, постоянно ошивающихся рядом с ним. Ах, пускай играются. Послышался вой, всплеск и по озеру проплыла новая волна сбежавших головастиков. Ему стало жаль себя ещё больше.