Часть 2
1 июня 2022 г., 19:17
На следующее утро, Дазай проснулся с ужасной головной болью. Кое-как встав с дивана, Осаму понял, что после сна ломит все тело, в глазах плывет, во рту и горле настолько сухо, будто бы он пробежал через раскаленную пустыню. Немного посидев с закрытыми глазами, детектив посмотрел по сторонам, понимая, что он все ещё находится в штабе мафии, в кабинете Чуи. Пора бы сматываться по-добру, по-здорову, пока его не увидели.
— Как же голова болит… — прошипел детектив, собираясь встать с дивана, когда понял, что на нем кто-то или что-то лежит. Подняв свой взгляд, шатен увидел, как на его груди умостился Чуя. Лицо спящего мафиози выражали спокойствие и умиротворенность. Даже жалко такое милое солнышко будить.
«Я же могу его сфотографировать!» — мелькнула мысль в голове шатена, после чего он начал искать телефон. На его радость, телефон находился на тумбочке, поэтому до него можно было легко дотянуться. Взяв телефон в руки, Дазай сфотографировал спящего Чую и убрал мобильник обратно. Головная боль все ещё присутствовала, но она отошла на второй план. На первый вышел Чуя, мило сопящий на груди шатена.
Через полчаса Накахара проснулся и увидев довольное лицо Осаму, отскочил, упав с дивана. Дазай засмеялся, а рыжеволосый начал тихо ругаться на детектива. Дазай отметил про себя, что когда Накахара начинает злиться он похож на котенка. Очень милым.
— Ты не ушибся? — спросил шатен, протягивая руку. Чуя недовольно зыркнул на напарника и с гордым видом встал, показывая, что помощь ему не нужна.
— Скумбрия перебинтованная, ты, нахуя, так сильно напился вчера? — спросил Накахара, протягивая детективу воду и таблетку от головной боли, которые лежали на одной из тумбочек. На второй тумбочке стоял светильник, видимо для того, чтобы читать документы, если Чуя задерживался на работе, и не привлекать излишнего внимания. Шатен промолчав, выпил лекарство, после чего скривился, так как таблетка была горькой. Чуя прекрасно знал, как его напарник ненавидит горькие таблетки, но все равно давал их. Это было одной из черт характера мафиози, которая сильно раздражала Дазая.
— Не знаю. Ты сам предложил выпить. — ответил Осаму, вставая с дивана, потягиваясь и разминая затекшее тело.
— Но я не думал, что тебя унесет, уже после третьего бокала… Ты никогда таким не был. — немного обеспокоенно проговорил Чуя, смотря на лицо детектива, которое в лучах утреннего солнца показалось совсем другим. Каким-то расслабленным, хотя возможно это лишь игра света.
— Я просто отвык уже. Все таки, когда работаешь детективом бухать сильно нельзя. — с улыбкой сказал шатен, слегка привирая. Он почти каждый вечер опрокидывал стакан хорошего виски, но Чуе об этом знать было не обязательно, как и его коллегам. Опустив взгляд, Дазай заметил, что щеки напарника приобрели румянец, что было необычно. От чего он покраснел? Снова на что-то разозлился? Или заболел? По сути Чуя никак не мог заболеть, так как в конце апреля стояла достаточно жаркая погода, даже вечером чувствовалась стоящая в городе духота.
— Ты чего покраснел? — поинтересовался детектив, хитро улыбнувшись, что Накахаре не понравилось тут же. Выдумал несуществующих вещей и теперь лыбиться идиота кусок.
— Н-ничего. Иди уже, придурок. — огрызнулся голубоглазый, идя умываться, и приводить себя в порядок, стараясь не думать о вчерашнем недо-домогательстве со стороны Дазая.
Шатен молча проводил друга взглядом и ушел на работу, понимая, что он сильно опоздал и кроме криков Куникиды он больше ничего не услышит. Конечно же он надеялся, что блондин сейчас на задании, но вероятность такого события был крайне мала. Подумав, что можно будет спокойно прогулять рабочий день, Дазай отправился было домой, однако сообщение от Акико, в котором она писала о задании с эспером, расстроил его планы на день. Пришлось идти в агентство и узнавать всю информацию.
***
Вернувшись, Чуя осмотрел свой кабинет, думая, что шатен где-то прячется, ожидая момента, когда можно напугать. — Дазай? — спросил парень в пустую комнату, после чего хлопнул себя по лбу, понимая, что его вчерашний собутыльник свалил на работу, даже не сказав «пока». «Это в его стиле. Уйти не попрощавшись.» — подумал Накахара и вышел из кабинета, сталкиваясь нос к носу с Тачихарой Мичизу — командира десятки из отряда «Черные ящерицы». — Доброе утро. — поздоровался с коллегой Чуя, на что тот молча кивнул. Чуя и Тачихара общались мало. Разные социальные положения никак не давали сесть за чашечкой кофе и узнать друг о друге получше. Накахара знал то, что Мичизу командир десятки отряда «Черные ящерицы», работает в паре с Гин под командованием Хироцу, а вот весь отряд находился в прямом подчинении у босса Портовой мафии и Акутагавы Рюноске. — Тебя босс искал. — проговорил Мичизу, после чего ушел. Чуя проводив коллегу взглядом, отправился к боссу Портовой Мафии, надеясь, что ему не дадут утреннее задание, дав время придти в себя после вчерашних ощущений…***
Мори как всегда сидел в своем кабинете, о чем-то переговариваясь с Элис, попутно просматривая документы лежавшие на его столе пачками. Какого же порой было желание сжечь их к херам собачьим и уйти на заслуженный отдых, хотя бы на неделю-две. Девочка увлеченно что-то рисовала на бумаге мелками, поэтому не слушала, что говорил Ринтаро, но когда дверь открылась и на пороге появился Чуя, блондинка отвлеклась от своего занятия и посмотрела на вошедшего. — Босс, вы вызывали? — спросил Чуя, посмотрев на Мори и полностью проигнорировав взгляд Элис. Сейчас его интересовало лишь то, за чем его вызвал Мори, при чем с самого утра. В голове мелькали лишь смутные догадки насчет вчерашнего дня, отчего Чуя невольно начинал волноваться, так как его могли обвинить в сговоре с предателем. — Да, Чуя. Вызывал. Дело в том, что тебя вчера заметили с Дазаем на территории порта, а чуть позже из твоего кабинета доносились стоны. — серьёзное лицо босса вызывало у Чуи страх, упорно скрывавшееся под маской похуизма. Их заметили. Что теперь? — И? — спросил парень, выжидающе смотря на Мори, надеясь, что его в скором времени отпустит, и он пойдет выносить своему напарнику мозги. — У вас с ним что-то есть? — спросил мужчина, введя подчиненного в ступор. Тишина в комнате стояла минуты три, после чего послышался смех. Чуя смеялся, едва не сгибаясь в три погибели. Настолько сильно его рассмешил вопрос Огая. — Босс, вы серьёзно думаете, что у нас с ним что-то есть? Странного вы обо мне мнения, Мори-сан. — смеялся Накахара. — Мы вчера были бухими в стельку и играли в правду иди действие. Дазай мне задание дал и я его выполнил. — закончив смеяться, рыжеволосый утер выступившую от смеха слезу. Так давно он не смеялся уже года три, если не больше. — Тогда все в порядке. Просто я думал, что… — начал было говорить Мори, но был резко перебит Чуей. — И не надейтесь. Он свое решение не переосмыслит. — сказал он, понимая, что Мори все еще надеется на возвращение Осаму в мафию. Хотя, шатен при встрече организаций дал понять, что возвращаться не собирается ни за какие коврижки. — Если это все, то я пойду. — Чуя развернулся и вышел из кабинета босса Мафии, не заметив странных огоньков, сверкающих в глазах Мори.***
Зайдя в офис, Дазай увидел привычную для глаза картину: Ацуши и Джуничиро что-то печатавшие на компьютерах, не заметивших вошедшего коллегу. Куникида так же был занят, видимо выяснял все детали дела, которое им поручили этим утром. Наоми и Харука, старающиеся помочь. Молча пройдя к своему рабочему месту, Осаму сел и посмотрел в окно. Он смутно помнил произошедшее вчера вечером, но ощущения остались и от них становилось так тепло на душе, что по лицу сама собой расползалась улыбка, которую увидеть на лице Дазая было редкостью. Причем она была искренней, а не натянутой, как это было обычно. — Доброе утро! О, Дазай, привет. — сказал вошедший в офис Рампо. В руках детектив нес целый пакет сладостей. И на что только он всю зарплату тратит… — Привет. — кивнул Дазай и приступил к работе, которой было не много, что не могло, не радовать шатена. Быстро скинув всю информацию на компьютер Куникиды, отвел взгляд и заметил, что Ацуши сидит в телефоне и покраснев, набирал кому-то сообщение. По лицу понятно было, что юноша сильно волнуется. — Эй, Ацуши, ты чего весь покрасневший? — спросил Дазай, облокотившись на стол. Парень-тигр от неожиданности и испуга едва не уронил телефон. Посмотрев на наставника, тот пролепетал сначала что-то невнятное, путаясь в словах. Прошло минуты две, прежде, чем Дазай получил внятный ответ. — Дазай-сан… Эм… У меня сегодня назначена встреча… Не могли бы вы передать Куникиде-сану, что я после обеда уйду? — немного заикаясь, спросил Накаджима, продолжая коситься в дисплей телефона, будто бы там была вся его жизнь. Дазай молча кивнул, понимая, что парнишка в кого-то влюбился и ждёт не дождётся встречи со своей возлюбленной. Ацуши поблагодарил Осаму и начал быстро печатать на компьютере, выполняя оставшуюся часть работы. Он был воодушевлен и рад. Даже самому улыбнуться захотелось, видя потенциал юноши перед встречей. Вскоре вернулся Куникида, вместе с Кенджи и Наоми. Все настолько погрузились в работу, что не сразу заметили, что этой троицы не было в кабинете. Первым Дазая заметил Доппо, что-то дописав в своем драгоценном блокноте, за который он любому глотку порвет. — О, Дазай. Я думал ты не придешь. — сказал Куникида, искренне надеясь, что хоть один день отдохнет от своего коллеги-бездельника, который только и делает, что поет или говорит, о двойном самоубийстве, мешая другим работать. Конечно это надоедало, но день без Осаму будет каким-то обыденным и скучным. Так хотя бы можно было повеселиться и выпустить гнев. — Наивно с твоей стороны, Куникида. Я в принципе уже закончил, и если заданий больше нет, пойду поищу себе девушку для двойного суицида. — на этих словах шатен, с улыбкой на лице, встал и пошел к выходу из офиса, как вдруг его перекинули через плечо и уронили на пол, придавив ногой. Перед глазами Осаму пронесся весь мир, прежде, чем его лицо встретилось с твердым полом офиса. — Что за… — парня резко взяли за подбородок и повернули голову. — Так вот оно что… Теперь ясно чем ты занимался вчера вечером. — сказал Куникида, отпустив Осаму и отходя от коллеги. На лице Доппо была очень странная ухмылка, которая Дазаю совершенно не понравилась. Кряхтя, шатен встал и посмотрел на Доппо, после чего взгляд прошелся по зеркалу, висевшее на стене. Увиденное, повергло детектива в неописуемый шок. На его шее было 2 засоса, которые находились на самом видном месте. «Вот гавнюк, мелкий.» — подумал Дазай, прикрыв место рукой и посмотрел на ухмыляющегося Доппо. Осаму по взгляду напарника понял, что тот так и хочет его подколоть. — Долго собирался прикидываться идиотом, говоря, что нет девушки и идешь её искать? — спросил блондин, холодно смотря на Осаму. — Хах. Думай, как хочешь, но я ничего говорить не собираюсь. — на этих словах Дазай вышел из офиса и пошел к своему дому, собираясь написать Накахаре по дороге.***
Чуя спокойно шел по коридору в сторону своего кабинета, и разговаривал с Акутагавой, когда взгляд Рюноске остановился на его шее. Накахара даже не заметил этого, увлеченно что-то говоря своему собеседнику. — Чуя, ты девушкой обзавелся? — на лице обладателя рассемона появилась хитрая улыбка, которую он поспешил убрать, пока не получил звездюлей. Чуя непонимающе посмотрел на коллегу, после чего достал телефон и включил фронтальную камеру. То, что он увидел его шокировало. На шее светлели три засоса. «Скумбрия, блять, убью!» — разозлился Накахара, после чего прикрыл засосы рукой и рванул в комнату, чтобы больше вопросов не возникло. Акутагава, не понятно почему, улыбался, смотря вслед Накахаре. Придя в комнату, Чуя схватил телефон и начал писать Дазаю. Как он был разгневан, даже словами не описать. Желание стереть Осаму в порошок после этой сцены, росло с каждой минутой, разжигая в душе пламя ярости. Чуя: Скумбрия перебинтованная! Суицидник несчастный! Убить тебя мало! Какого хуя, ты мне засосы поставил?! Как я это объяснять буду?! Скумбрия: Не ты один. У меня к тебе тот же вопрос. Нахуя? Чуя: …Ты серьёзно? Скумбрия: Да. Два засоса на шее. Чуя: 😂😂😂 Скумбрия:? Ты чего? Чуя: Офигеть… Ну мы и бухнули. Скумбрия: Ага… Свободен этим вечером? Чуя: хз. Наверно. А что? Скумбрия: Могли бы покататься на твоем мотоцикле. Чуя: Я подумаю. Скумбрия: оки) Чуя отложил телефон и вновь тихо засмеялся. Он даже и представить не мог, что все так обернется. Он помнил, что после того, как он уложил Дазая спать, вышел из кабинета, а вот что было дальше оставалось загадкой для обоих. Однако, теперь в голове напарников зрел один единственный, тревожащий душу, вопрос: Что я чувствую к нему?
