The enemy of my enemy

Город Фэрфакс, штат Виргиния 4 июля, 2006 г. 06:15 Сегодня будильник прозвенел как-то необычно резко и неожиданно, от чего Джейсон невольно дёрнулся на кровати и больно ударился большим пальцем о её край. Он по-кошачьи зашипел, параллельно пытаясь угомонить дребезжащую "кукушку", но спросонок ладонь не попадала на чёртову кнопку. Наконец, злосчастный будилок замолчал, а пульсирующая боль в ноге стала утихать. Для Колчека это была совершенно знакомая ситуация - тот то и дело упирался конечностями в несчастную доску, а иногда даже ставил табуретку рядом с койкой и спал почти на ней. Ну не по размеру была ему мебель - росту в этом парне было нехерово, без двух сантиметров сто девяноста, а кровать была для мужчины среднестатистического размера. Что ж, дизайнеры прогадали. Джей внезапно почувствовал привычную головную боль, посещающую его по утрам. Чего уж тут греха таить, такое событие не редкость в его жизни - стабильный алкоголизм стабильно вёл его личную жизнь под откос. Тут его взор устремился на какую-то стеклянку изумрудного цвета, именно стеклянку, поскольку это был лишь кусок... Чего? Бутылки? Колчек стыдливо прикрыл лицо ладонями. Сколько это может продолжаться? Как можно выпивать настолько, чтобы по утрам с усилием вспоминать, что происходило вчера? Обычно после этой мысли всё и вспоминалось, но не в этот раз. Видимо, его впечатления о вчерашнем дне были настолько глубокими, что не всплывали на поверхность. - Милый, тебе понравилось? - раздался сзади томный женский голос, ещё не успевший пробудиться. Джей удивлённо повернул голову влево и обнаружил у себя в постели лениво потягивающуюся брюнетку, глупо хлопающую нарощенными ресницами. Кажется, она ждала от него ответа. Ещё одна кукла. Модель, вроде. Джейсон вспомнил, как вчера с бутылкой в руке, будучи до неприличия полуодетым, взъерошенным после ночной смены и бухим в стельку, зашел на сайт знакомств и, закрыв глаза, ткнул пальцем в экран на первую попавшуюся девушку. Парень ехидно улыбнулся - эта красотка была горяча. Наверное, тупая и скучная до жути, но его это не интересовало. Не собирался же он связывать с ней свою жизнь - это же просто игрушка на ночь! Кукла вновь потребовала к себе внимания, на этот раз прикоснувшись миниатюрными пальчиками к сильному плечу партнёра, легко пробежалась по статной спине и обняла обеими руками рельефный торс бойца. Её ладони были такими ледяными, что по телу Джея пробежали мурашки, покрыв его с ног до головы. Незнакомка ещё долго что-то томно шептала ему на ухо, чувственно массировала его мощное, накачанное тело, но Джейсон её не слушал. Ему вдруг стало настолько мерзко, противно и неприятно, что захотелось сбежать, сбежать от себя, от проблем, от привычек, сбежать... на небеса? - Отойди от меня, сука! - рявкнул Колчек, подорвавшись с кровати и встав в боевую стойку: выпад на правую ногу, полусогнутое левое колено, оттопыренные руки и сконцентрированный корпус. Это получилось у него машинально, автоматически. Армейская привычка. Он не хотел бить женщину. - Отойди, иначе... Иначе зарежу! Дальше он себя не ощущал. Им руководил даже не его собственный мозг или подсознание. Верх брал бутылочный осколок, совершенно непонятно как оказавшийся в его ладони из совершенно понятного места. Осколок приказал даме собирать манатки и убираться вон. Добавил, чтобы убиралась далеко и надолго, иначе у него связи и он её вычислит. И заключил, что та должна немедленно перекраситься в блондинку, иначе она уродина. Девушка едва успела нацепить на себя кружевное боди и прикрыться смольным кожаным плащом. С истеричными всхлипами и просьбами, мольбами и призывами, она босыми ножками преодолела небольшое расстояние от спальни до холла и, выскочив за дверь, торопливо бросилась вниз по лестнице. Куда угодно, главное подальше от этого психа. Пару секунд Джейсон стоял посреди спальни и пялился в одну точку, сощурив глаза. Отходил от оцепенения, сковавшего его тело настолько, что тот и пальцем пошевелить не смог. Наконец, когда его посетила умиротворённость, он сел на прохудившийся пуфик, одиноко стоящий около старинной прикроватной тумбочки. Парень позволил полностью отдать себя раздумьям и закрыл слезящиеся глаза. Что за нахрен сейчас произошло? Совершенно не похоже на Джейсона. Он, конечно, распиздяй, но не настолько. Он ли это был, или его мёртвой хваткой держат бесы? Бесы... Почему-то это слово кажется ему знакомым. Почему-то ему кажется, что он уже бывал взаправдышном Аду, прикоснулся к Преисподней и лицезрел тёмные чудеса. Он будто чётко понимал, что был там, но в то же время это казалось ему глупостью. Бред какой-то. Джей с самого колледжа топил с пацанами за атеизм. Коллеги по работе в ЦРУ (да-да, Джея повысили до работы в ЦРУ, более того, он теперь не лейтенант, а майор) часто расспрашивали его о его походе в Ирак в две тысячи третьем, подразумевая какую-то спасительную миссию и даже как-то заумно её называли, ("Целус", вроде?) пытались добиться истины и ответов на терзающие вопросы, в частности и на то, как им удалось выжить в каком-то Аккадском храме, полной нечисти; но в ответ получали лишь неловкое удивление и тупое мычание. После этого собеседники молча махали на него руками и разбредались кто куда по своим "цээрушным" делам. А Джейсон оставался стоять как вкопанный посреди снующих туда-сюда работников и чувствовать себя провальнее некуда. Но Колчек был не виноват. Искренне не виноват. Он правда ни черта не помнил. Были ли это последствия его стабильного алкоголизма или что-то ещё такое, что звучало бы на грани правды и безумия, - хер его знал. Сейчас он просто хотел закрыть глаза и забыться беспробудным сном недельки эдак на две, всё равно продолжая себя гнобить и ругать, призывать бросить пить по-чёрному и ходить по бабам каждую божую ночь, да только... бессмысленно это всё. Джей осознал, что он так и останется таким конченным уёбком на всю свою оставшуюся никчёмную жизнь. Из дрянных мыслей майора вывел звонок его мобилы. Кто-то отчаянно пытался до него достучаться. О чёрт, это Мэри Беннетт. Бригадный генерал их отдела. У Джея она была занесена в телефонную книгу как "Ни в коем случае не брать", но не брать трубу не получалось. Такой вот парадокс. - Да, мэм - с напущенной услужливостью произнёс Колчек, вытягиваясь на пуфике в полный рост. - Произошло что-то серьёзное? - Через полтора часа чтобы явился в Зал Собраний. Твоё опоздание будет равносильно вылету с позором, майор Колчек, - Беннетт никогда ни с кем не церемонилась и разговаривала лаконично. За это, отчасти, её и чморили за спиной. - Да, мэм, понял, мэм, - бодро отчеканил майор и подорвался с места. Мысленно прикидывая, ко скольки ему нужно будет прибыть в штаб, Джейсон быстро застелил постель (очень аккуратно, опять таки армейская школа подсобила) и направился в ванную комнату. Мужчина облокотился сильными руками на раковину и осмелился взглянуть на себя любимого в зеркало. Господи, любой фильм ужасов показался бы милой комедией по сравнению с его внешним видом. В отражении он увидел бледного и раздражённого человека, заросшего густой бородой наполовину лица. М-да, дорисовать бы сюда ещё сигару, да только Джей завязал. Хоть это как-то обнадёживало. Что он такое? Пьяница, почти насильник. А что дальше? Убийца и террорист? Майор слегка прикоснулся к своей шевелюре и пальцами расчесал пару прядей. Хорошая, густая борода. Седины вроде нет, хотя откуда ей взяться в его то тридцать три. Но сбрить её всё равно было нужно, так как любая растительность на его теле быстро стала бы местом скопления пота, вдобавок к тому, что на улице и так лето. Джей занёс бритву над щекой и тут же вообразил себя отцом счастливого семейства, состоящего из его молодой красивой жены и двух детей: старшей девочки и младшего мальчика. Нет, наоборот. Представил он и то, как около их ног бегает их собака, ньюфаундленд, (он всегда любил крупные породы) а его маленькие дети маленькими ручками теребят его бороду, тихо улюлюкая и по-детски смеясь. Но тут же осёкся. Он не достоин семьи. Мелкие волоски бесшумно падали в раковину, уносясь холодной струёй воды. Всё-таки, тот бутылочной осколок не стоит выбрасывать. Может, ещё пригодится.