Вибрация

— Ну, короче… Я… У меня есть суперспособности. — Что?.. — только и смог выдавить Минхо. Его глаза распахнулись шире, а взгляд застыл на переминающемся с ноги на ногу смущённом Чонине. Ситуация казалась настолько нелепой, что в голове мелькнула мысль: не розыгрыш ли это? Может, Чонин специально устроил какой-то дурацкий спектакль? Минхо лихорадочно пытался вспомнить, не мог ли случайно где-то проявить свои способности, чтобы Чонин заметил и получил повод. — Агхр, я же знал, что будет такая реакция! — в отчаянии воскликнул Чонин. На его лице застыла обида. Минхо, всё больше теряясь в собственных мыслях, наблюдал за тем, как тот нервно притопывает ногой, явно не находя себе места. Серьёзно? Силы? У него? За все девять лет, что Минхо жил со своей скоростью, он встречал людей вроде себя лишь однажды. В другом измерении, и то полтора года назад. И теперь вот это? Может ли Чонин на самом деле обладать какой-то способностью? — Ладно, давай так, я понял, что ты мне не веришь, — мрачно произнёс Чонин. Минхо коротко кивнул. Конечно, не верил. Сложно вот так сразу принять мысль, что у кого-то есть способности. Даже ему, хотя он сам обладал ими. — Давай я просто продемонстрирую. — Ну показывай, — хмыкнул Минхо, скрестив руки на груди и привалившись к холодной кафельной стене. Он не сводил глаз с Чонина, гадая, что именно тот продемонстрирует, если вообще продемонстрирует. Чонин кивает. В момент вся его неуверенность и смущённость исчезают. Он выглядит куда серьёзнее и собранее. — Смотри внимательно, — предупредил Чонин. И исчез. Минхо тут же оттолкнулся от стены, растерянно осматриваясь. Чонина или его вещей нигде не было видно. Минхо даже на потолок заглянул, но тот был пуст. Взгляд метался по небольшому помещению, в поисках Чонина. Минхо был уверен, что заметил бы, если бы тот сбежал, воспользовавшись суперскоростью, как и у него. В конце концов, он достаточно хорошо знал эту силу, чтобы обнаружить её проявление. Даже Джисон говорил, что быстрое движение Минхо ощущались потоком воздуха от быстрого бега, который можно было пропустить, если не знать, с чем имеешь дело. Но Минхо-то знал! — Теперь веришь? — голос прозвучал где-то рядом, прямо в ухо. Минхо обернулся на звук, но перед глазами всё ещё никого не было. Только кафельная стена. Намешливое хмыканье снова прозвучало совсем близко. — Ладно… — медленно произнёс он. — Ладно. Допустим, верю. И в тот же миг Чонин снова проявился. Стоял на том же месте, будто и не исчезал. Минхо невольно втянул воздух, подавляя готовый сорваться вздох, и отшатнулся на шаг назад. — И что это было? — спросил Минхо. Мысленно он корил себя за то, что не активировал свою силу. Ни когда Чонин начал демонстрацию, ни когда закончил. Возможно, ускорив себя, он бы смог заметить, что именно делал Чонин. — Я могу становиться невидимым, — отчеканил Чонин. — Ага… — задумчиво протянул Минхо. Невидимость! Ну конечно! В мгновение ока это стало казаться очевидной мыслью. Наверное, если бы Чонин не заговорил с ним в этой форме, Минхо бы решил, что в телепортации. Мгновение исчезновение в одной точке и появление в другой без каких-либо спецэффектов. Это вполне могло оказаться правдой. В конце концов, Минхо получил подтверждение, что он в этом мире такой не один. — Ладно. Там Сынмин уже заждался. Он махнул рукой в сторону двери, потом перевёл на Чонина внимательный взгляд. — Но вот это… Это мы обязательно обсудим. Только не здесь. Разговаривать о столь серьёзном в тесной кафешной уборной казалось сомнительной перспективой. Да и Сынмин точно не поверит в их долгое отсутствие без веской причины. Чонин сокрушённо вздохнул, запрокинув голову назад. Весь его вид говорил о том, что идея обсуждения суперспособности его не радовала. Словно он ждал от Минхо миллиона вопросов, восхищения или, может быть, страха. Что-то подсказывало Минхо, что Чонин не смог бы ответить на единственный волнующий вопрос: откуда эта сила пришла. Но, возможно, он всё же прольёт хоть какой-то свет на эту тайну? Может, он и Минхо в какой-то момент были в одном месте в одной время? И это место служило бы ключом к разгадке тайны? Минхо вышел первым, захлопнув за собой дверь, и на секунду вдохнул запахи зала: крепкий аромат кофе, сладость выпечки и еле ощутимый запах дешёвого освежителя воздуха. Позади, чуть замедлившись, с унылым видом плёлся Чонин. Наверное, он всё же рассчитывал, что его демонстрация вызовет у Минхо более бурную реакцию. А он посмел не только не проявить интерес, но и не прокомментировал никак. — Долго вы, — хмыкнул Сынмин, убирая смартфон в карман. — Узнал что-нибудь интересное? Минхо безмолвно плюхнулся на место рядом. Чонин, услышав вопрос, испуганно округлил глаза и посмотрел на Минхо. Минхо вздохнул. Он не дурак, раскрывать секрет Чонина так просто не собирался. Как бы он не доверял Сынмину и не любил его, как друга, он всё ещё придерживался мысли, что чем меньше людей знает о силах — тем лучше. — Да так, ничего интересного на самом деле, — бросил Минхо. — Не стоило внимания. Чонин напротив него, не распознав блеф, насупился. — Рад за тебя и твою бесполезную трату времени, в таком случае, — фыркнул Сынмин. — К сожалению, вынужден вас покинуть. Срочно попросили приехать на работу. Спишемся потом? — А? Да, конечно, — растерянно пробормотал Минхо. Уход Сынмина стал неожиданностью. Но какой, чёрт возьми, удачной неожиданностью. У него появилась возможность задать Чонину вопросы без лишних ушей. А сидевшие вокруг люди, увлечённые собственными разговорами и кружками с латте, явно не проявляли к ним никакого интереса. Как только дверь за Сынмином тихо звякнула колокольчиком, тишина за их столиком стала напряжённее. Минхо повернулся к Чонину и, слегка наклонившись вперёд, заговорил низким голосом: — Ну что, человек-невидимка? Чонин съежился под его пристальным взглядом. — Теперь-то понятно, как ты собираешь все эти слухи. Просто ходишь в своей невидимой форме и подслушиваешь. Ну, ничего-ничего, полезно для твоей будущей работы, наверное, — хмыкнул Минхо. — Хотя я бы ставил на сверхслух. Как у… — он замялся и махнул рукой. Чонин же не знал. — Неважно. — Ч-чего? — растерянно пискнул Чонин, сглатывая и округляя глаза. — Так ты специально сказал хёну, что ничего интересного не узнал? — Ну конечно! А ты думал, что я сразу же выдам твой секрет ему? Нет, нет, не беспокойся, твоя тайна со мной в безопасности. Но всё же, у меня есть к тебе вопросы, и я надеюсь получить ответы, — серьёзным тоном проговорил Минхо. — Для начала, как давно у тебя эта сила? — Лет девять… — наконец ответил Чонин после паузы, почесав затылок. Но тут же нахмурился и резко поднял голову. — А что за допрос? Я, между прочим, и так показал достаточно! Может, вообще не буду отвечать! — Тц, тебе лучше бы ответить, в конце концов, от твоих ответов зависят мои дальнейшие действия, — осадил его Минхо. — Как я уже сказал, я не буду тебя раскрывать. В конце концов, у тебя тоже есть, чем меня шантажировать. Но мне есть, что тебе рассказать, только для начала я хочу… кое-что понять, понимаешь? — Не совсем, на самом деле, — фыркнул Чонин. — Не важно, позже поймёшь, — отмахнулся Минхо. — Значит, девять лет. Это получается, что сила проявилась… — Он мысленно подсчитал возраст Чонина. — В десять? Не в четырнадцать? — удивлённо переспросил он. — Причём тут мои четырнадцать? — нахмурился Чонин. — В десять, да. — Девять лет назад, — бормотал Минхо про себя, погрузившись в размышления. — Как раз девять лет назад мне было четырнадцать. Значит, дело не в возрасте, а в определённом промежутке времени. Возможно, мы сможем сузить его вплоть до месяца, хотя не известно, проявилась ли сила с какой-то задержкой или нет… — О чём ты говоришь? — вырвал из размышлений настороженный голос Чонина. Минхо дёрнулся. Он выпрямился и откинулся на спинку стула, стараясь придать себе спокойный и уверенный вид. Пальцы в это время нервно барабанили по столешнице, выдавая напряжение. — Скажи мне, Чонин, ты когда-нибудь встречал других людей с суперсилами? Или ты такой один? — спросил он. — Нет, никогда, на самом деле, — признался Чонин. — То есть я понимаю, ты сейчас скажешь, что со своей силой я бы мог поискать, но я даже не знаю, где искать! Сеул большой! А случайно я никогда не сталкивался… Так что думаю, что я один? Наверное? Но я правда не знаю, откуда появилась эта сила, честно! Пожалуйста, не сдавай меня на эксперименты, — взмолился Чонин. Словно верил, что Минхо действительно мог такое сделать. Минхо закатил глаза. — Да не собираюсь я тебя никуда сдавать. Я просто интересуюсь. И… ты такой не один. Вопрос в том, сколько таких на самом деле во всём Сеуле. Или в мире. Как интересно… Сердце билось быстрее. Он собирался рассказать. Минхо давно не чувствовал такого волнения. В этом мире о его секрете знали всего двое. И один из них случайно. — Да? — воодушевившись, спросил Чонин. — Ты знаешь кого-то ещё? Правда? Ты не шутишь? Познакомишь? Пожалуйста, Минхо-хён, мне очень надо! — Ладно, собирай вещи, — неожиданно резко приказал Минхо. — Найдём место поуединённее. К удивлению Минхо, Чонин не спорил, лишь недовольно поморщился и поспешил за ним на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, пахло выхлопными газами, асфальтом и чем-то жареным от ближайшей забегаловки. Минхо уверенно повёл его к одному из закоулков рядом с университетом, туда, где почти никогда не было людей. — Значит, одежда тоже становится невидимой? — спрашивал он на ходу. — И то, что в руках держишь? — Да и да. Но только если предмет небольшой. С большими — никак, — объяснял Чонин, нервно дёргая рукава толстовки. — Попробую дотронуться, например, до дома, и фокус не сработает. Максимум пара кирпичей исчезнет, и то еле-еле. — Удобно, — бормочет Минхо. — У меня вот техника в руках не ускоряется. — Что? — не понял Чонин и резко затормозил. — Ой, хён, стой! Блять, я там рюкзак свой оставил, поспешил за тобой, блин! Минхо хмыкнул, уголки губ поползли в довольную усмешку. Его план был немного другим, но обстоятельства сами подыгрывали. Не дав Чонину развернуться и побежать обратно к кафешке, он затолкал его в переулок, подальше от людей. — Хён! — успел возмутиться Чонин. — Стой тут, — приказал Минхо. — Сейчас принесу. От него не укрылась нервозность Чонина. Наверняка в том рюкзаке, помимо учебных материалов, были его деньги и документы. Маловероятно, что его кто-нибудь бы взял, но переживать всё равно стоило. Он сорвался с места. Ощущения от бега были столь привычными и знакомыми, но сейчас их подпитывал восторг от сложившейся ситуации. Он жаждал увидеть лицо Чонина в тот момент, когда тайна раскроется. Всего миг, и он уже снова стоял рядом, протягивая Чонину тот самый забытый рюкзак. — Ебануться, — протянул Чонин с удивлённо округлёнными глазами, хватая вещь обеими руками и прижимая к себе. Минхо довольно улыбнулся. — Так уж вышло, что ты уже знаком с другим сверхчеловеком. Твоей невидимости у меня нет, но меня очень даже устраивает моя сверхскорость. Чонин сглотнул, не сводя с него взгляда. — Я в ахуе, — только и выдохнул он. — Кстати, если у нас был обмен, то ты должен мне ещё одну тайну.

***

— Минхо? — М-м-м? — устало протянул Минхо, не поднимая головы. Лоб упирался в раскрытую тетрадь, которая уже начала казаться ему вполне сносной подушкой. Веки наливались свинцом. Спать хотелось неимоверно, но гора домашних заданий была сильно против. Конечно, он мог бы использовать свою скорость и справиться со всем за считанные минуты, но внутри не осталось ни капли сил. К тому же от формул мозг будто закипал. — Может, пора спать? — мягко спросил Джисон, наклоняясь к нему. — Я бы с радостью, если ты позволишь мне сдать все задания натурой, — пробормотал Минхо. Он тут же заметил, как Джисон растерянно нахмурился, словно не мог понять, шутка это или реальная просьба. Кажется, во взгляде мелькнула странная обида. И Минхо вдруг понял: формально-то он и правда его студент. В начале их отношений у Минхо не было причин встречаться с ним ради оценок или какой-либо ещё выгоды, но теперь, когда они официально стали женаты, вновь оказаться в отношениях «преподаватель-студент» было странно. — Хей, чаги-я, — торопливо проговорил Минхо, поднимая голову и выпрямляясь, с трудом подавляя зевок. — Я шучу. Просто… слишком много заданий. Кажется, за год я отвык учиться. Сонливость накатила с новой силой. Слова перед глазами расплывались, формулы в голове складывались в какую-то бессмыслицу. — Ладно, наверное, всё же спать. Бессмысленно трачу время только. Попробую завтра на ускорении, — всё же сдался Минхо. — Хорошо, — кивнул Джисон и, разминая плечи, первым направился в спальню. — Расправлю пока кровать. Минхо остался собирать разбросанные тетради, закрыл ноутбук и только тогда позволил себе тяжёлый вздох. Учёба давалась куда труднее, чем он ожидал. Знания, которых ему хватало на втором курсе, в этот раз не помогали. Их было катастрофически мало. Каждый день он боролся с желанием всё бросить, и каждый день собственная мотивация казалась всё более и более сомнительной. Казалось, ни лекции, ни задачи по физике не приближали его к пониманию своих способностей. Но уйти сейчас — значит признать поражение уже на старте. Прошёл всего-то месяц. А ещё внутри зудела навязчивая мысль, что всё бросив, он подведёт Джисона, не осилив его предмет. И это ощущение давило куда сильнее, чем сама учёба. Он снова вздохнул и поплёлся в ванную. Тёплая вода смыла часть усталости, но тревога никуда не делась. И всё же мысль о том, что через минуту он окажется в постели, придавала немного сил. Кровать встретила его мягким теплом. Минхо забрался под одеяло, раскинулся на простынях и выдохнул с блаженным стоном. После мучительных часов за столом это ощущение было сродни спасению. Намного лучше, чем сидеть в обнимку с тетрадями, пытаясь понять хоть что-то. — Может, у тебя что-то интересное на работе было? — пробормотал он, подтянувшись к Джисону под бок. — М-м-м, — задумчиво протянул Джисон. — В целом, ничего особенного. Только если… Он замолчал. Минхо насторожился и поднял голову. Какая-то нерешительность, застывшая на лице Джисона, давала понять, что-то на работе всё же было. — Выкладывай. Что-то случилось? — потребовал Минхо, нависая над ним, упираясь руками в матрас по обе стороны от головы. — Мелочи, правда. Не так уж важно. На самом деле, беспокоиться не о чем, — замялся Джисон, отводя взгляд. — Просто ты не единственный студент, кому пришло в голову, что у него может что-то получиться с преподавателем. — Кто? — холодно спросил Минхо. Внутри тут же вскипело возмущение. От того, что кто-то смеет лезть к его Джисону, который, между прочим, носит кольцо и не скрывает, что он в браке. — Эй-эй, потише, — немного нервно рассмеялся Джисон, притягивая его к себе в успокаивающие объятия. — Ничего серьёзного, просто мелкие неудобства. — Но мне правда интересно, — пробурчал Минхо, уткнувшись носом ему в шею. — Может, за кем-то стоит приглядывать? Я бы мог… У тебя же кольцо! Вообще ничего не смущает? — Она решила, что кольцо просто прикрытие, — вздохнул Джисон. — Студентка с третьего курса. Прошарила мои соцсети и сделала вывод, что раз ни одной фотографии с «женой» нет, значит, я свободен. Теперь приходится видеть её чаще, чем хотелось бы. — Кошмар, — Минхо цокнул языком. — Почему люди не понимают, что это не настойчивость, а навязчивость? Только жизнь портят. В голове он сразу же начал прикидывать варианты по спасению Джисона. Самые очевидные пришлось отмести. Как бы ни хотелось, выкладывать сейчас фотографии с их свадьбы было не лучшим вариантом. Хоть брак и был заключён до повторного поступления, Минхо всё же считался студентом. Более того, студентом Джисона, исправно появляющимся на всех его парах. Такое несвоевременное раскрытие могло плохо отразиться на Джисоне. — Минхо, — позвал Джисон. — М-м-м? — Ты был таким же, — одёрнул его Джисон. Минхо застыл, осознавая. Слова были словно пощёчина. И правда, разве он сам когда-то не вёл себя так же? Четыре года прошло с их знакомства, воспоминания о первых встречах размылись, но теперь открылись в памяти с другой стороны. — Я… Блять. Я тоже тебя бесил, да? — Да, в начале очень сильно, — беззлобно усмехнулся Джисон. Минхо вымученно простонал. Стало стыдно за себя прошлого. — Спасибо за честность, но мог бы и сгладить углы, — проворчал он. — Мне жаль, что я тогда не знал меры. Правда жаль. — Настолько сильно бесил, что я согласился выйти за тебя замуж, — добавил Джисон с лёгкой улыбкой в голосе. — Больше ни у кого нет и не будет такой возможности. — Конечно не будет, — фыркнул Минхо. — Я не собираюсь отдавать тебя каким-то там студенткам.

***

От начала учёбы прошло всего чуть больше трёх месяцев, а Минхо уже чувствовал себя до предела вымотанным. Словно каждый день выжимал из него остатки сил, и мысль о том, что в таком ритме ему предстоит жить ещё полтора года, сводила с ума. Прошлые четыре курса в сравнении казались совсем лёгкими: он знал, ради чего учится, ему это нравилось. А сейчас всё чаще ловил себя на вопросе: «А надо ли оно мне вообще?» С одной стороны, у него уже был диплом, позволяющий работать и жить без вечных учебников и бесконечных конспектов, без преподавателей — кроме Хан-сонсеннима. Хотя и на него порой хотелось ворчать и ругаться. С другой, мысль бросить всё теперь казалась равносильной предательству. Не только по отношению к себе, но и к Джисону. Словно он подведёт того, кто в него верил. Теперь Минхо в полной мере понимал слова Сынмина, сказанные когда-то на первом курсе: мол, Хан-сонсенним преподаватель строгий, даже жестокий. Тогда это казалось преувеличением, а теперь он прочувствовал всё на собственной шкуре. Домашние задания копились, словно снежный ком, и у Минхо всё реже хватало сил хотя бы сдвинуть его с места. Вместо тетрадей и учебников он выбирал сон, пустое залипание в телефон или работу, которую, хотелось или нет, но выполнять нужно было. Долги росли, как и вероятность, что он завалит сессию. Чёрт возьми, ему так хорошо жилось без всех этих спешек и беготни, как бы странно ни звучало, в его-то положении. Зачем полез опять? Да ещё и на совсем другую специальность. Когда Сынмин говорил, что часть предметов повторится из прошлых курсов, Минхо успокоился. Казалось, этого хватит, чтобы безболезненно влиться в процесс. К тому же друг обещал помогать. И помогал, по мере сил. Но этого оказывалось катастрофически мало. Всё чаще Минхо чувствовал себя беспросветно глупым, а попытки взять у Джисона книги по физике оборачивались провалом: скучные тексты было невозможно читать, они только убаюкивали. Теперь он прекрасно понимал другого Сынмина, парня Хёнджуна. (Джисон как-то жаловался, что путается, когда речь заходит о «Сынмине» без фамилии: о ком именно они говорят?) К тому же Хёнджун частенько бывал у них по выходным, прячась от тараканов в общежитии и нотаций родителей. Нотаций после свадьбы Джисона, судя по всему, стало больше. Вместе с Хёнджуном приходил и его парень. Казалось, что в их квартире они видели своеобразное безопасное место. Ни Минхо, ни Джисон не были против. Честно говоря, ещё пару лет назад Минхо не понимал, как можно так ненавидеть учёбу, как о ней отзывался О Сынмин. А теперь очень даже понимал. Более того, у них даже появилась общая тема для задушевных разговоров. А ещё он совсем отвык проводить в университете так много времени. Уже не оставалось сил даже на то, чтобы заскочить к Джисону в перерывах, хотя на четвёртом курсе он умудрялся бегать к нему чуть ли не каждый день. Дойти от одной аудитории до другой — особенно, если они находились в разных корпусах, — уже казалось подвигом. Особенно тяжело было в дни, когда пары длились с утра и почти до ночи. Хотя почему «почти»? К концу занятий на улице уже сгущались сумерки, студенты, кому не повезло быть в университете допоздна, высыпали из корпусов и спешили разойтись по своим делам. Каждый понедельник и четверг превращались в испытание. Сегодня был как раз четверг. Минхо медленно брёл к выходу, не стараясь за ними поспевать. Компанией друзей — или хотя бы знакомых — он в этом году не обзавёлся. Не сложилось как-то. Джисон задерживался из-за какого-то преподавательского собрания. Ещё он собирался переговорить с Сынмином, но того тоже задержали на паре, словно преподаватель сам не хотел скорее попасть домой. Поэтому оставалось только ждать. Сынмину он мог бы просто написать позже, а вот с Джисоном у них одна дорога. Минхо с тоской подумал, что было бы проще выпросить у Джисона ключи и пересидеть это время в машине. Но для этого пришлось бы отвлечь его прямо на собрании преподавателей, а там уж наверняка появились бы вопросы. Почему это один из студентов бесцеремонно прерывает разговор? Почему просит у одного из преподавателей ключи от машины? Проще было подождать на улице. Как раз, пока он ждёт, толпа бы разошлась, и никто бы не заметил, что они с Хан-сонсеннимом сели в одну машину. Он шагал туда-сюда вдоль здания, пинал мелкие камешки и возвращался обратно к углу. В один из таких моментов дверь корпуса распахнулась, и на крыльцо выскочил Чонин в окружении нескольких одногруппников. Но стоило ему заметить Минхо, как он моментально оторвался от компании и поспешил к нему, приветливо махая рукой. Встречаться с Чонином Минхо не планировал. Даже не знал, что у них занятия допоздна в одном и том же корпусе. Вид Чонина напомнил о ещё одном гиблом деле: происхождение сил. Их общение после обнаружения общего секрета стало куда ближе, но сколько бы они ни обсуждали, ни к какому выводу не приходили. В момент получения сил Минхо был в Кимпхо, Чонин — в Сеуле. Они не появлялись в одних и тех же местах до этого, не встречались с одними и теми же людьми. Тупик. — Привет, хён, — поздоровался Чонин, улыбаясь слишком ярко и счастливо, словно за день не было ни одной изматывающей пары. — Всё ещё задаюсь вопросом, зачем ты снова пошёл учиться. — Ты не поверишь, но я тоже, — безрадостно усмехнулся Минхо. — Ждёшь кого-то? — не отставал Чонин. — Ну, пары-то уже закончились… Эх, я себя чувствую таким вымотанным. Хочу домой и просто рухнуть спать. Минхо хмыкнул, бросив на него косой взгляд. Чонин выглядел куда менее весёлым, чем минутой ранее. — Сынмина жду, но его препод задерживает, — всё же объясняет он. — И Джисона, но у него собрание. Они двинулись дальше вдоль здания. Теперь уже вместе. Чонин шагал рядом, наперебой рассказывая о своих лабораторных, дедлайнах и проваленных работах. Минхо только кивал и мычал в ответ, радуясь, что хоть в этом ещё мог что-то понять. Всё это он уже проходил, когда-то и сам выполнял похожие задания, только не собирал долги, как теперь. Предпочитал всё сдавать в срок. Вечерний воздух был прохладным, улица вокруг привычно пустовала. Редко проезжали машины, прохожие торопились мимо, не обращая на них ни малейшего внимания. Рассуждения Чонина вернули его ко времени, когда он разбирался в том, что делает. Сейчас — нет. Мысль, что физика помогла бы ему разобраться с силой, снова показалась ужасно глупой и необоснованной. С тем же успехом он, наверное, мог бы попытаться поступить в медицинский, чтобы больше узнать о работе человеческого тела и сравнивать всё с собой. Какая нелепость. Вместо знаний он получил только усталость и ощущение, что всё, что он делает, неправильно. А ведь мог бы сейчас быть дома: закончить с работой, приготовить ужин, ждать, когда вернётся Джисон. Простая, тихая идиллия. Которой он сам себя лишил. Он почти перестал слушать Чонина, когда они дошли до края корпуса и свернули за угол. Здесь начиналась узкая улочка, зажатая между университетом и соседним зданием: полоска асфальта с припаркованными машинами у бордюра и тесной пешеходной дорожкой. Метро оставалось в другой стороне, а сюда никто не заходил, дверей нет, лишних людей тоже. Чонин отстал, присев завязать шнурок, а Минхо продолжил идти вперёд, так и не вынырнув из размышлений. Стоявший у тротуара автомобиль он не заметил. Таких тут было несколько, этот ничем не выделялся. Не обратил внимания и на тихий скрип раздвижной двери. Мужчину, шагнувшего наружу, Минхо увидел лишь тогда, когда на его плечо легла тяжёлая ладонь. Он резко поднял брови и обернулся, намереваясь спросить, что нужно незнакомцу, но не успел сказать и слова, как рот и нос накрыла чужая рука, перекрывая дыхание. В тот же миг другой человек схватил его за руки. Минхо дёрнулся, пытаясь вырваться, рвануться вперёд, разогнаться. Он никогда не использовал свою силу так открыто, но ситуация, странная и пугающая, словно не оставляла выбора. В тот же момент с непонятным щелчком всё ощущение силы в теле исчезает. Минхо ещё шире распахнул глаза, поняв, что ничего не может сделать. Он чувствовал себя совершенно пустым. Он услышал позади испуганный оклик Чонина. Самого Минхо уже волокли к машине, он упирался, отбивался ногами. Запястья туго стягивало что-то тяжёлое и холодное. Наручники. Казалось, именно из-за них он ни на что не способен. Вспомнилось путешествие. Тогда его силы тоже заблокировали наручниками. Скосив глаза, он успел увидеть, как Чонин сорвался с места и кинулся к ним, но больше ничего. Зрение затянула темнота. В голове стучала лишь одна мысль: только бы Чонина не успели тронуть.

***

Чонин успел ухватить за руку одного из мужчин, но тот, даже не напрягшись, резко сбросил его хватку и с силой толкнул в сторону. Спина ударилась о стену, и почти сразу ладонь чужака врезалась в его голову. В виске вспыхнула острая боль, разливаясь по черепу горячей волной. Мир на мгновение поплыл, веки сами собой сомкнулись, будто на него обрушилась внезапная сонливость. Может, всё дело в травме. Единственное, что он сумел сделать в этот момент, инстинктивно укрыть себя невидимостью. Автомобиль сорвался с места почти мгновенно. Шины коротко взвизгнули по асфальту, и машина растворилась в темноте улицы. Чонин сполз по стене, оседая на холодный асфальт и чувствуя только собственное бешено колотящееся сердце и сбитое дыхание. Людей вокруг почти не было; редкие прохожие заглядывали в переулок лишь на мгновение и не видели ни его, ни того, что только что произошло. Мысль о том, почему Минхо не использовал свои силы, сама отпала. Чонин видел, как его силуэт дёрнулся, будто собирался разогнаться… и в ту же секунду движение угасло. Что-то перекрыло его силу. Это осознание пугало. Кем бы ни были эти люди, они знали про силу Минхо и знали, как помешать ею воспользоваться. Но ещё страшнее был сам факт: у него на глазах Минхо увезли неизвестные. Чонин смотрел в одну точку, осознавая, что его мозг просто отказывается работать. Что, чёрт возьми, он должен сделать? Позвонить в полицию? Логично, но что-то внутри подсказывало, что это бесполезно. Эти люди знали, кого они похищают и как с ним справиться. Возможно, они не знали о Чонине, поэтому не взяли его. И Минхо так быстро перестал сопротивляться. Слишком быстро. Если это был хлороформ или что-то похожее, разве оно должно действовать мгновенно? К кому ему идти? В памяти всплыло: Минхо собирался встретиться с Сынмином и ждал Хан Джисона-сонсеннима. Чонин с усилием поднялся на дрожащие ноги. Всё тело было словно ватным, но он заставил себя побежать обратно к главному входу. Невидимость исчезла на бегу, но ему было плевать, если кто-то заметил. Люди на пути оборачивались, кого-то он толкнул плечом, в спину раздалась ругань, но Чонину было не до этого. Он влетел в почти пустой холл университета и тут же налетел на Сынмина. Хорошо ещё, что не сбил его с ног. — Какого… — начал возмущённо Сынмин, но Чонин схватил его за плечи. — Хён! Хён, помоги, это срочно! — выпалил он, голос дрогнул от паники. — В чём дело, Чонин? — Сынмин нахмурился, раздражённо сбросил его руки — Минхо похитили, — выдохнул он уже тише, пересохшим горлом. Лёгкие будто горели после короткого бега. Спорт никогда не был его сильной стороной. — Что? — Сынмин резко отстранился, глаза расширились. — Это шутка? Подожди… У тебя кровь. Он поднял ладонь к его виску, и только теперь Чонин почувствовал влажное тепло на коже и усиливающуюся пульсацию. Прикосновение вызвало болезненный отклик. Он поморщился и отшатнулся, сразу заметив красные следы на пальцах Сынмина. В виске зазвенела новая волна боли. — Нет! Я бы, блять, не стал о таком шутить! Я видел, как его затолкали в машину и увезли! Глаза Сынмина расширились, он приоткрыл рот, но так и не вымолвил ни слова. — Я… я не знаю, что делать, — сбивчиво продолжил Чонин. — У меня есть кое-какие догадки, но… наверное, надо сказать Хан-сонсенниму? Ты знаешь, где его найти? — Блять, — выдохнул Сынмин и провёл рукой по лицу. — Да, он, наверное, в преподавательской. Пошли бегом, может, они ещё не разошлись. Ты хоть полицию вызвал? И скорую, тебе помощь нужна. — Нет… ещё нет, — покачал головой Чонин. — Со мной всё нормально. Сынмин медленно кивнул и и потянул его за собой. Шаги эхом отзывались в пустых коридорах и лестничных пролётах. Подъём на третий этаж дался Чонину с трудом. Сердце бешено стучало в грудной клетке, дыхание сбилось, горло горело. Перед нужным кабинетом Сынмин помедлил. Дверь была закрыта, но за ней слышались приглушённые голоса сразу нескольких человек. Оттолкнув Сынмина, Чонин быстро заколотил по двери и, не дожидаясь ответа, распахнул её. Как бы это ни выглядело со стороны, они не могли терять время. Разговоры тут же стихли. На них уставилось несколько пар глаз. — Молодые люди, что вы себе позволяете? — резко произнёс один из преподавателей, пожилой мужчина в очках, с которым Чонин раньше не пересекался. — Простите… — голос Чонина сорвался, он обвёл взглядом стол, цепляясь за знакомое лицо. — Хан-сонсенним… пожалуйста. Это срочно. Вы должны выйти с нами. Это очень важно. Джисон нахмурился и медленно отложил ручку, вставая со стула. — В чём дело? — спросил он, но Чонин только отчаянно покачал головой. — Не здесь, Хан-сонсенним, — заговорил Сынмин. Его голос прозвучал настолько умоляюще, что Джисон не стал спорить. Им повезло и нет одновременно. Хоть Джисон и согласился поговорить с ними наедине, вместе с ним из преподавательской вышел Бан Чан-сонсенним. Чонин едва ли знал этого мужчину. Только по рассказам Минхо о том, что он и Джисон дружат, а также о скверном характере преподавателя. Дверь закрылась за их спинами, оставив позади гул голосов. В пустом коридоре, казалось, было слишком тихо. — Теперь объясняйте, — первым нарушил тишину Бан Чан. — Это Минхо, — на выдохе произнёс Чонин. — Его кто-то забрал. Он пытался говорить тише, чтобы никто другой не услышал, но голос то и дело норовил сорваться. — Что? — непонимающе нахмурился Джисон. — Минхо… Хан-сонсенним, я видел, как Минхо похитили. Прямо на моих глазах. Затащили в машину и увезли, — торопливо продолжал Чонин. — Что? Как? — испуганно зашептал Джисон. — Ты видел что-нибудь ещё? Вы звонили в полицию? — Если это какая-то глупая шутка… — холодно начал Бан Чан, но замолк. Он сделал шаг навстречу к Чонину и прищурился. Чонин инстинктивно отшагнул. Этот мужчина пугал его просто из-за всех рассказов Минхо. — Студент, откуда у вас кровь? — с едва слышимым замешательством спросил Бан Чан. — Это сейчас не важно! — вспылил Чонин. — Надо что-то делать с Минхо. Я думаю… Я думаю, его не просто так забрали, а из-за… из-за… Он замолчал. Мог ли он так просто выдать тайну Минхо и вместе с тем свою? Минхо говорил, что никогда не рассказывал об этом Сынмину, мол, старался максимально сократить количество знающих людей. Но он рассказал Джисону. Если бы только Чонин мог увести Джисона подальше от Бан Чана и Сынмина. — Сынмин, может ты объяснишь, что происходит? — попросил Джисон, когда молчание Чонина затянулось. — Я сам знаю не больше, — сухо произнёс Сынмин. — Мы пришли сюда сразу, как… — Вы же знаете, да? — перебил его Чонин. — Про способности Минхо? Вы должны знать. Минхо могли забрать из-за них. Я видел. Джисон замер и удивлённо уставился на Чонина. Как и Сынмин, явно не понимающий, о чём речь. Бан Чан нахмурился. — Я видел… — продолжил Чонин, его руки дрожали. — Он пытался разогнаться, но не смог. Он мог бы вырваться, но они… словно заблокировали его. Я видел, как его тело будто задрожало, словно он вибрировал, и всё резко оборвалось. А потом он слишком быстро потерял сознание. Это ненормально. Даже хлороформ так быстро не действует… — Минхо что?.. — глухо спросил Сынмин, его лицо побледнело. Чонин покачал головой, взгляд метался: сначала он столкнулся с ошарашенными глазами Сынмина, затем с задумчивым выражением лица Бан Чан-сонсеннима. — Но… откуда ты знаешь о силе Минхо? — резко спросил Джисон. Его голос звучал напряжённо. Чонин сглотнул, осознавая, в каком свете себя выставил. В глазах Джисона он практически незнакомец, который каким-то образом узнал хорошо скрываемый секрет. — Один толкнул меня в стену… Я не знаю, от удара это или нет, но я словно провалился в сон, пусть и на секунду, — выдавил Чонин, стараясь оправдаться. — И я не успел им помешать, скорее… спрятался. Даже номера машины не разглядел… — его голос становился всё тише, а взгляд — беспомощнее. — Вот так. Единственный способ доказать свою непричастность и объяснить, почему он знал о способностях Минхо: раскрыть свою. И Чонин исчез. Для них для всех просто растворился в воздухе. Буквально на мгновение, но этого достаточно, чтобы они увидели. — Что за… чертовщина… — пробормотал Сынмин, не отрывая от него взгляда. На его лице отражались смесь страха и недоумения. Чонин сжал губы. Перед Сынмином ему придётся объясняться отдельно. Так же, как и Минхо, если… если они его вернут. Хоть бы вернули. — Говоришь, его силу могли заблокировать? И погрузить в сон? — вдруг уточнил Бан Чан. Звучал он всё так же спокойно. Даже не выглядел удивлённым. Неужели он тоже что-то знал? В голове тут же зароились вопросы, но он лишь быстро, почти машинально кивнул. — Чан-хён? — позвал его Джисон. — Чёрт… — Чан выругался сквозь зубы и провёл ладонью по лицу. — Я понятия не имею, кто его забрал. Но… — он запнулся, словно решая, стоит ли говорить дальше. — Но предполагаю, что знаю того, кто сможет его быстро найти. — Чан-хён? — ещё раз встревоженно зовёт Джисон. — Потом, — отрезал он. — Джисон, потом, я всё объясню. Сейчас некогда. Если его действительно похитили, мы должны ехать немедленно. Если не получится, тогда звонить в полицию. Но у нас есть шанс. Есть человек, который может помочь. Он связан… с силой Минхо. И с силой Чонина. — Он глубоко вдохнул, после чего добавил тихо, но отчётливо: — И с моей тоже. — Что?.. Хён, какого чёрта? — голос Джисона дрогнул. — Я всё объясню, — раздражённо повторил Чан. — Не сейчас. Иди заводи машину, я заберу наши вещи и спущусь. Джисон заторможенно кивнул. — А мы?.. — неуверенно спросил Чонин, бросив взгляд на Сынмина и надеясь, что их не оставят позади. — И вы тоже. Хотя я бы предпочёл без лишних ушей. Но вы уже и так достаточно много знаете.

***

Чонин напрочь отказался обращаться за помощью, убеждая всех, что в его травме нет ничего серьёзного. Боль притупилась, а остатки крови он стёр влажными салфетками. Он быстро и слишком смело забрался на заднее сидение автомобиля, словно боялся, что они могут уехать без него. Правда, потом несколько раз поспешно извинился за дерзость, но Джисону, если честно, сейчас было совсем не до того. Сынмин тихо пристроился рядом. Чан занял место за рулём, понимая, что Джисон сейчас совсем не в состоянии вести машину. — Что ты им сказал? — рассеянно спросил Джисон. Вопрос едва ли был важным. Ему нужно было на что-то отвлечься. Гнетущая тишина в машине не помогала. Мысли всё время возвращались к Минхо. В голове мелькали варианты его похищения и того, что могло произойти после. Чан внешне сохранял невозмутимость, но Джисон видел, по тому, как побелели костяшки пальцев, сжимающих руль, что он нервничал не меньше. Студенты на заднем сиденье притихли. Первые минуты Сынмин пытался вытянуть из Чонина хоть какие-то детали. Тот держался, но всё же сболтнул, что в начале учёбы рассказал Минхо о своей силе в обмен на какую-то тайну, а после Минхо сам рассказал ему, что тоже обладает сверхспособностями. — Пришлось сказать, что твой брат попал в беду, а они его друзья, пришли сообщить, — вздохнул Чан. — Мне показалось лучше это, чем правда. — Ого, Хан-сонсенним, у вас есть брат? — раздался позади энергичный голос Чонина. — Да… Он сейчас на четвёртом курсе, — тихо ответил Джисон. Они ехали куда-то в пригород. Городские многоэтажки постепенно сменялись аккуратными частными домиками. Джисон всё это время не выпускал телефон из рук. Снова и снова набирал номер Минхо, надеясь наконец дозвониться. Но всякий раз после паузы холодный голос автоответчика твердил, что абонент недоступен. Примерно на пятнадцатом дозвоне гудки сменились коротким сообщением: «Абонент вне зоны действия сети». Телефон выключен. Напоминало прошлую пропажу Минхо. Но тогда они совсем не знали, куда он подевался и что с ним произошло. А в этот раз знали, но легче от этого не становилось. Кем бы ни был человек, к которому их везёт Чан, Джисон лишь надеялся, что он на самом деле может помочь. И этот человек каким-то образом знал про силы Минхо. Силы Чонина. Силы Чана, что бы это ни значило. Мысль, что Минхо не один такой, звучала для Джисона абсурдно и дико. Конечно, он помнил гостей из параллельного мира — в памяти всплыло то странное ощущение, когда он буквально смотрел на самого себя, только моложе. Но там был другой мир. А здесь? В их мире?.. И ещё Чан, который подливал масла в огонь. Что значит, у него тоже есть силы? Они знакомы уже много лет, но он никогда даже не заикался о подобном. Даже после того, как Минхо раскрылся. Неужели Чан совсем ему не доверял? Эта мысль больно кольнула в сердце, но быстро затерялась в вихре паники и тревоги о Минхо. Чёрт возьми, второй раз за два года. Джисон никогда не представлял, что его жизнь вдруг станет похожа на сценарий к какому-то фантастическому фильму с суперсилами, похищениями… Он не хотел бы преувеличивать свой возраст, но он чувствовал себя слишком старым для этого дерьма. Чан продолжал молчать. Ни на один вопрос о своих способностях не ответил. Даже не рассказал, к кому и куда они едут. Просто просил подождать. Говорил, что на месте всё объяснит, мол, так будет проще. На улице совсем стемнело, когда они подъехали к дому в частном секторе. Машина остановилась у невысокого, ничем не примечательного коттеджа. Дом выглядел таким же, как и десятки других по соседству: серые стены, простая крыша, пара окон, в которых даже свет не горел. Ничто не выдавало в нём особенного места. Казалось, что его хозяин либо не дома, либо уже спит и не будет рад гостям. Чан первым вышел из машины и повёл остальных за собой. Калитка забора оказалась открыта. Джисон шёл следом. Он хотел доверять Чану, но сомнений пока было слишком много. Однако стучать или звонить им не пришлось. Стоило ступить на крыльцо, как дверь открылась сама, будто их уже ждали. На пороге появился высокий парень с ярко-красными волосами, падавшими на лоб. Он стоял, чуть склонив голову набок, и смотрел прищурившись. — Мы к Феликсу. Нам нужна помощь, — коротко сказал Чан. — Удивительно видеть тебя здесь, Чан-щи, после стольких лет, — хмыкнул незнакомец. — Да ещё и не одного. Ладно. Заходите. — Прошу, — жестом зовёт незнакомец. Скрип деревянных половиц сменился лёгким эхом от металлических ступеней. Спустившись до конца, вместо затхлого подвала или кладовки, Джисон шагнул в просторное помещение, никак не сочетающееся с непримечательным видом домика. Огромный зал явно превышал размеры дома сверху. Белые, гладкие как стекло стены, вдоль которых тянулись ряды консольных пультов. Полупрозрачные экраны с бегущими строками данных словно висели в воздухе, а тонкие кабели тянулись куда-то вглубь, под пол. В одном углу стояла пара низких диванчиков, больше похожих на декоративные, явно не подходящие для длительного отдыха. В другом сиял монолитный компьютерный терминал. Вдали тихо жужжали механизмы, перемигивались индикаторы. У Джисона перехватило дыхание. Это было похоже на декорации к фантастическому фильму, а не на что-то реальное. — Добро пожаловать, — произнёс чей-то голос. Он был глубоким, бархатным. Джисон резко обернулся и увидел человека, вышедшего из-за голографической панели. На вид совсем молодой, особенно для такого голоса. Бледная кожа, мягкие черты лица, чуть приподнятые уголки губ. Внешность могла быть обманчива, и, казалось, это был тот самый случай. — Феликс, нам нужна помощь, — заговорил Чан. У Джисона в голове щёлкнуло: так вот кто перед ним. И именно он должен помочь найти Минхо? С одной стороны, Джисон не понимал, каким образом. С другой, глядя на всё это окружение, верилось почти безоговорочно. Но вместе с верой росли и новые вопросы. — И тебе привет, Чан. Давно не виделись, хотя я надеялся, что ты однажды решишь заскочить к нам на чашечку кофе, поболтать, вспомнить прошлое, — мягко улыбнулся Феликс. — Но, поверь, я искренне рад встрече. — Его взгляд скользнул по остальным. — Так что у вас случилось такого срочного? — Минхо похитили, — не выдержал Джисон. Феликс приподнял брови, чуть наклонил голову, будто смакуя услышанное. — Минхо… — протянул он задумчиво. — Я понял, о ком вы. Но откуда такая уверенность? Не думали, что он просто… — уголок его губ дёрнулся, и он тихо рассмеялся. — Сбежал? Насмешка прозвучала издевкой. Джисон ощутил, как в груди вскипает злость: этот мальчишка вёл себя так, словно всё происходящее было лишь шуткой. Возможно, им следовало обратиться в полицию, а не тратить тут время. В конце концов, все эти навороченные механизмы не были гарантией, что им смогут помочь. — Я видел, как его затолкали в машину! — резко вступился Чонин. — Он бы сбежал, просто ускорился… но они сделали что-то, и он не мог использовать силу! Он слишком быстро потерял сознание, словно… словно заснул! С каждым словом Чонин выдавал всё больше, но, похоже, это уже не имело значения. Феликс и так это знал. Только откуда? Может, у него тоже была какая-то способность? Хорошо бы, если бы она позволяла ему выслеживать людей. Лицо Феликса изменилось: мягкость исчезла, уступив место серьёзности. Взгляд стал тяжёлым. Джисон готов был поклясться, что на мгновение глаза Феликса вспыхнули тусклым, потусторонним светом. Он не человек. Эта мысль появилась в голове Джисона сама собой. — Я думал, в прошлый раз объяснил достаточно ясно, что можно делать, а что нельзя, — пробормотал Феликс. — Но, похоже, некоторые люди плохо понимают подобные объяснения. — Он на секунду замолчал. — Я верну вашего Минхо. У меня нет другого выхода, раз в его похищении есть и моя вина. Вам не стоит волноваться. Он жив. И он в порядке. Джисон резко поднял голову. — Что значит: есть твоя вина? — с вызовом переспросил он. Ему не хотелось делать поспешных выводов, но от того, как легко этот человек говорил о чужой жизни, становилось не по себе. Минхо был неизвестно где, возможно, в опасности. А этот юнец просто заявлял, что может его вернуть, что он жив и в порядке. Без каких-либо доказательств. — Я расскажу всё, когда Минхо будет рядом. Поймите меня, повторять одни и те же вещи из раза в раз утомительно. Но кое-что вы можете узнать уже сейчас, — медленно произнёс Феликс. — Я ощущаю всех людей, наделённых искрой. Их присутствие невозможно скрыть. Минхо — не исключение. Я найду его без труда. И того, кто помог в похищении, тоже. И да, его действительно могли усыпить. Один из носителей искры владеет именно такой способностью. К нему я и намерен отправиться. — Я тоже поеду, — тут же выпалил Джисон. — Я должен… — Я понимаю, — оборвал его Феликс, не дав закончить. — Не беспокойтесь, всё закончится совсем скоро.

***

Джисона с собой не взяли. Как бы он ни уговаривал, что должен поехать и лично убедиться, что с Минхо всё в порядке, Феликс решительно отказал. Вместо этого увёл с собой только того самого незнакомца, который представился Хёнджином, а остальных оставил ждать здесь, в этой странной подземной лаборатории, или как ещё можно назвать это место? Только Чан, казалось, чувствовал себя спокойно. Складывалось впечатление, что он бывал в этом доме раньше. Это ощущение подтвердилось, когда после ухода Феликса и Хёнджина он без лишних слов поднялся наверх и вернулся обратно с небольшой аптечкой. Джисон так и не понял, где именно он её раздобыл и зачем, пока Чан не остановился перед Чонином, сидящим на краю диванчика. Чонин поднял на него удивлённый взгляд. — Всё нормально, правда, не стоило беспокоиться, — торопливо проговорил он. Но Чан уже устроился рядом и без лишних комментариев достал из аптечки вату и антисептик. — Синяк в любом случае будет, — тихо сказал он, смачивая вату антисептиком и осторожно прикладывая её к виску Чонина. — Чувствуешь головокружение? Тошноту? Звон в ушах? Сонливость? — Нет, нет и нет. И ещё раз нет, — поспешно выпалил Чонин, морщась от прикосновения. — Болит, конечно, но в целом всё в порядке, честно. Чан кивнул. — Хорошо. Значит, скорее всего, ничего серьёзного. Похоже, сотрясения нет. — О да, здорово, — пробормотал Чонин, пытаясь улыбнуться, хотя лицо его всё ещё кривилось от боли. Больше они не разговаривали. Сынмин время от времени косился на Чонина, особенно когда тот невольно морщился от неприятных ощущений. Чан тем временем аккуратно закрыл рану сложенным в несколько слоёв бинтом, закрепил пластырем и, не произнеся больше ни слова, поднялся и унёс аптечку обратно. Смотря ему вслед, Джисон на секунду почувствовал себя совсем беспомощным. Конечно, они должны были подумать о том, что травма Чонина может оказаться хуже, чем выглядит. Побыть ответственными взрослыми, в конце концов. Но таковым был только Чан. А он в это время полностью ушёл в себя. Джисон места себе не находил. Чан вернулся и занял второй, полностью свободный диванчик, глядя куда-то в пустоту с отстранённым выражением, Сынмин и Чонин, которые вообще не должны были здесь оказаться, уткнулись в телефоны, а он не мог усидеть на месте. Разумеется, трогать аппаратуру строго запретили, после добавив, что она всё равно на них не отреагирует. Делать внутри лаборатории было нечего. Комната тонула в тишине, нарушаемой только редкими звуками уведомлений, гудением каких-то механизмов и шорохами, когда кто-то менял позу. Ходить по кругу казалось единственным способом не сойти с ума. Прошедшие полчаса казались вечностью. Джисон ловил на себе раздражённые взгляды Чана, которого явно раздражало его назойливое мельтешение, но остановиться Джисон не мог. Слишком много мыслей и слишком мало ответов. Он не понимал, что происходит. У него не было ни малейших причин доверять Феликсу или его загадочному помощнику. Но хуже всего было не это. Он не знал, где сейчас Минхо. В каком он состоянии? Жив ли? Несмотря на все заверения, что с ним «всё в порядке», в голове раз за разом прокручивались самые отвратительные сценарии. Для чего его похитили? Что собираются с ним сделать? — Джисон, — наконец не выдержал Чан. Джисон резко развернулся, встречаясь с нахмуренным взглядом. — Ты только хуже делаешь, накручивая себя. — Серьёзно? — взорвался он. — Моего мужа похитили! А ты хочешь, чтобы я сидел спокойно? После того, как ты притащил нас непонятно куда, к человеку, о котором мы ничего не знаем, и заявил, что у тебя тоже есть какая-то сила?! Серьёзно, хён?! Столько лет дружбы, и я узнаю об этом только сейчас?! Чан сжал челюсть и отвёл взгляд. Но Джисон продолжал смотреть на него, надеясь услышать хоть какой-то ответ. Хоть какое-то объяснение от Чана, от его лучшего друга, которое поможет ему успокоиться и поверить, что всё действительно под контролем. Даже Сынмин и Чонин, до этого прятавшиеся за экранами, подняли головы и прислушались. Ситуация становилась напряжённее. — Потому что мои способности не такие зрелищные, как у Минхо, — наконец проговорил Чан. — Я не поддерживал общение с Феликсом уже долгое время, но я знал его и знал, что он поможет. Мы познакомились девять лет назад, когда из-за него появились все эти сверхспособности. — Что… Что за сила, Чан? Что значит, из-за него появились сверхспособности? — Он не из нашего измерения. Но не мне тебе про параллельные миры рассказывать, — усмехнулся Чан. — А моя сила… Ну, назовём её языкознанием. Я способен понимать любой язык, даже мёртвый, и говорить на нём. — Прямо на любом? — неожиданно встрял Чонин. — Ну, может, тогда поболтаем на джава скрипт? Джисон и Чан одновременно уставились на него. Чонин неловко съёжился и втянул голову в плечи. — Ладно, понял, неудачная шутка, — пробормотал он, — извините, сонсеннимы. — Никогда не считал, что это настолько важная или значимая информация, чтобы рассказывать кому-то, — тихо продолжил Чан. Джисон, тяжело выдохнув, подошёл ближе и буквально рухнул рядом на диван. Он устроил локоть на подлокотнике и подпёр голову кулаком, устремив рассеянный взгляд на низкий металлический стол, где мерцали синие диоды. Сил уже не осталось, всё высосала тревога за Минхо, но отпустить её он не мог. Мысли, одна мрачнее другой, крутились в голове по кругу. — Но я знал, что есть и другие люди со способностями, — продолжил Чан. — И, скажем так, сильно удивился, когда понял, что Минхо один из них. А потом… — он кивнул в сторону Чонина, — и он. — Простите, что вмешиваюсь… — неожиданно заговорил Сынмин, подняв руку так, словно сидел на школьном уроке. — У меня правда очень много вопросов. Начиная с того, что Минхо… кто он? Какой-то мутант из «Мстителей»? Или типа того? Потому что мне он об этом никогда не говорил, а ощущение такое, будто знают все, кроме меня. — Минхо сверхбыстрый, — безэмоционально отозвался Джисон монотонно. — Как Флэш или кто-то в этом роде. Он рассказал мне на четвёртом курсе. Чан узнал случайно, примерно тогда же. А… — Мне он признался в начале этого учебного года, — перебил Чонин, нервно почесав затылок. — Точнее, сначала я сам рассказал ему про себя. Решил, что честнее будет обменяться тайной на тайну. И только тогда он показал свою способность. Я вообще не думал, что есть кто-то ещё. — Тайны на тайну? — сморщившись, переспросил Джисон. — Без обид, но Минхо тот ещё балабол, — усмехнулся Сынмин. — А он — сорока-сплетница. Расскажет обо всём, что происходит вокруг. Например, что, цитата: «Хан-сонсенним, краш всех первокурсниц, женился!» И, конечно, Минхо сразу показал фото со свадьбы. — О, боже… — простонал Джисон, закрыв лицо ладонями. Плечи тут же дрогнули, и вскоре он уже тихо смеялся, не в силах сдержаться. Минхо мог такое провернуть. И наверняка добавил что-нибудь вроде: «Хан Джисон мой бывший, потому что теперь он мой муж». Этот ненавязчивый разговор немного разряжает атмосферу. Даже Чан позволил себе усмехнуться и расслабленно откинуться на спинку дивана. Но внезапный грохот откуда-то сверху заставил всех вздрогнуть и вновь насторожиться. Джисон даже не успел повернуться на звук, только лишь замер, а в следующее мгновение перед ним возник Минхо. Взъерошенный, с безумным блеском в глазах, он рванул вперёд и прильнул к нему, обвив руками и уткнувшись лицом в шею. Джисон машинально подхватил его, крепко прижимая к себе и водя ладонями по спине, убеждаясь, что тот настоящий, тёплый, живой. Следом к ним вернулись Хёнджин и Феликс. Совершенно спокойные, словно не произошло ничего необычного. — Я же говорил, что всё будет хорошо, — безмятежно заметил Феликс. — Тот человек больше не доставит проблем. В прошлый раз ему оказалось недостаточно моих объяснений, но на этот раз я объяснил ему более доступно для его маленького мозга. — Надеюсь, ты его не убил? — хмыкнул Чан, прищурившись. Наступившее молчание, казалось, стало ответом на вопрос. — М-м-м… нет, — наконец протянул Феликс. — Просто лишил его сил. Давно стоило это сделать. Может, пора снова проверить всех носителей и слегка проредить списки. — Я ни черта не понял, что произошло, но вроде жив, — пробормотал Минхо. Джисон чуть отстранил его, чтобы заглянуть в лицо, осмотреть на наличие травм и царапин, убедиться, что всё действительно в порядке. Лишь красные полосы на запястьях напоминали о произошедшем. Весь этот кошмар наконец-то закончился. — Чёрт возьми, Минхо… — выдохнул Джисон. — Ты точно в порядке? Точно не ранен? — Всё хорошо, чаги-я, — прошептал Минхо так, что услышал только Джисон. — Я в порядке. Они ничего не успели сделать, меня вытащили раньше… кем бы они ни были. — Он коротко кивнул в сторону Феликса и Хёнджина. — Кажется, им нужно было, чтобы я что-то украл. Но я так и не понял, откуда они узнали о моей силе… О, привет, Сынмин, а ты тут откуда? — Да вот узнаю, что мой друг всё это время скрывал от меня сверхспособности, — недовольно фыркнул Сынмин. — Но я рад, что ты в порядке. — Айщ, — поморщился Минхо. — Может, нам стоит обсудить это чуть позже в более спокойной обстановке. Не знаю, что именно тебе рассказали, но я сам знаю немного. Мы с Чонином даже не смогли выяснить, откуда эти силы! — Всё просто, — вмешался Феликс. — Эти силы у вас от меня. — А? — протянул Минхо. Чонин выглядел менее удивлённым. Всё же он уже слышал, как Чан говорил о том, что Феликс является источником сил, пусть и не получил должных объяснений этому утверждению. Джисон пообещал себе обязательно расспросить Чана позже об этой всей истории. За более чем пятнадцать лет дружбы он никогда даже не слышал о Феликсе, а тут оказывается, что они давно знакомы. Феликс подошёл к одному из своих гигантских компьютеров, на полупрозрачном экране вспыхнул голубой свет. — Оба твоих похитителя обладали искрой. Один мог усыплять людей, второй — блокировать чужие способности. — Искра? — переспросил Минхо, слегка нахмурившись. Он нехотя отлип от Джисона, но остался сидеть рядом на диванчике, заняв место между ним и Чаном. Джисон же не мог отделаться от одной навязчивой мысли: увезти Минхо домой. Прямо сейчас. Замотать в одеяло, держать при себе столько, сколько потребуется, пока не утихнет тревога. Может, это звучало безумно, но желание казалось сильнее всякого рассудка. И всё же они не могли упустить шанс узнать правду. Кто знал, будет ли Феликс благосклонен рассказать им позже. К тому же это, судя по всему, было важно не только для Минхо, но и для Чонина. А вот Чан всё это знал, но почему-то не посчитал нужным рассказать. — Искра — это осколок магии из иного мира, получив который, вы обзавелись своими способностями, — спокойно объяснял Феликс. — Так уж вышло, что именно мое появление здесь вызвало всплеск силы. Магия разлетелась, словно осколки зеркала, небольшой коллапс от неконтролируемого перемещения, — он небрежно пожал плечами, будто речь шла о чём-то обыденном. — Но… Ты же уже бывал в параллельном мире, верно? Минхо кивнул. — Да. Но ты точно не тот Феликс, которого я встречал. Джисон задумался. Он тоже видел того Феликса. Он казался гораздо мягче и дружелюбнее, нежели этот. — Ты прав. Я не из того мира. Мультивселенная велика, — усмехнулся Феликс. — Ты был в параллельном мире?! — восторженно пискнул Чонин. — Ты был в параллельном мире… — вместе с ним растерянно пробормотал Сынмин. — Да, — кивнул Минхо. — В прошлом году. Пропал здесь, появился там, встретил… нас, только версии того мира. — А меня там видел? — подался вперёд Чонин, смотря умоляюще. — Да. Там у тебя что-то вроде суперслуха. Я думал, что и здесь ты сплетни собираешь точно так же, — хмыкнул Минхо. — И ещё… Тот Чонин состоит в супергеройской команде. — Ого… — Чонин даже прикрыл рот ладонью, чтобы скрыть улыбку, но глаза сияли. — Значит, у меня прямо судьба быть супергероем! — протянул он мечтательно и сразу же добавил, понизив голос: — А ещё что-нибудь? Отношения, например? Минхо нервно икнул. От Джисона не укрылось, как он едва заметно покосился в сторону Чана, а тот в момент помрачнел. Местные Чан и Чонин совсем не были похожи на версии из другого мира. — Есть, но… поверь, ты не захочешь знать с кем, — поспешно отмахнулся он, отведя взгляд. — Ну хоть где-то они есть, — протянул Чонин с преувеличенно горестным вздохом и опустил плечи. — Может, всё-таки расскажешь? Вдруг и здесь что-то сложится… — Кхм. Феликс вновь привлёк к себе внимание и тем самым спас Минхо от неловкого расспроса. Всё это время он наблюдал за их обменом репликами с откровенным удовольствием. — Итак, всего было сто семьдесят три искры. В основном они разлетелись в пределах Кореи. Многие я сразу же забрал, всё же с моей стороны было бы слишком безответственно оставить младенца со способностью создавать ураганы или преступника со способностью проходить сквозь стены. Но остальные я оставил. Захотелось посмотреть, что из этого получится. Периодически приходится лишать кого-то способностей, как сегодня. Сейчас таких носителей осталось двадцать девять… ой, прошу прощения, двадцать семь. Экран за его спиной ожил, и пространство залил холодный голубоватый свет. Один за другим появились портреты: имя, возраст, способность. Минхо сразу же разыскал взглядом своё лицо. Затем — Чонин. Он нахмурился, пытаясь разглядеть остальные имена и лица, но часть экрана загораживала фигура Феликса. Всё же его любопытство было сильнее осторожности. Ему хотелось понять, какие ещё силы скрывались за этими чужими лицами. Мог ли он знать кого-нибудь из них? — Хван Хёнджин, двадцать пять лет. Сверхсила, — почти беззвучно прочитал он с экрана и бросил быстрый взгляд на Хёнджина, стоявшего неподалёку от Феликса. — Да, теперь понятно, как он вынес ту дверь, словно она картонная… — Правда, не все догадываются о своих силах. Так уж сложилось, что у некоторых они проявляются не так явно, — продолжал Феликс. — Вот, например, носитель искры эмпатии не понимает, почему так остро ощущает чужие эмоции. Для него это просто «слишком сильная чувствительность», но на самом деле проявление дара. И поскольку ваши способности связаны со мной, они являются частью моей силы. В вашем мире это, пожалуй, назвали бы магией. Я могу отслеживать, где вы находитесь: на самом деле я чувствую не вас, а те самые осколки магии. И если кто-то решит использовать их во вред… — он слегка наклонил голову и, задержав паузу, добавил мягким тоном: — тогда быстро лишится своих сил. Просто маленькое предупреждение.

***

Он ещё какое-то время отвечал на вопросы. Их было так много, что казалось, присутствующие одновременно накинулись на него со всех сторон, но Феликс, похоже, получал от этого искреннее удовольствие, словно давно ждал возможности объяснять и рассказывать. Его друг Хёнджин, напротив, стоял чуть поодаль, отстранённый и молчаливый. За весь вечер он проронил всего пару слов, и от его холодного взгляда становилось неуютно. Минхо же, несмотря на всю необычность происходящего, ждал только скорейшего возвращения домой. Его голова гудела от информации, а тело словно помнило на себе чужие руки и стальной холод наручников. Когда наконец они уехали, параллельно развозя всех, так как машина была только у Джисона, он выдохнул с облегчением. Феликс в любом случае предложил им вернуться. В своей квартире он первым делом отправился в душ. Горячие струи воды стекали по коже, смывая с волос въевшуюся пыль и напряжение, но вместе с теплом накатывало и осознание. Его похитили. И если бы не этот Феликс, о котором почему-то знал Чан, неизвестно, чем бы всё обернулось. Минхо в тот момент не мог сделать ничего. Сила не работала не из-за наручников, как ему показалось сначала, а из-за силы другого человека. Без способностей в такой ситуации Минхо чувствовал себя до боли беспомощным. Минхо торопливо смыл остатки шампуня и выскочил из ванной. Воздух за дверью показался ледяным. За секунду кожа покрылась мурашками. Он поспешил туда, где было безопаснее всего. К Джисону. Тот сразу прижал его к себе. Обнял крепко, словно боялся отпустить. Его грудь поднялась в тяжёлом вздохе. Джисон снова пережил из-за него слишком многое. — Я рад, что ты цел, — прошептал Джисон, коснувшись губами его лба. Его голос дрогнул, но при этом в нём звучало столько облегчения, что у Минхо сжалось сердце. — А я рад, что смог вернуться к тебе, — тихо ответил он, устроив ладони на лопатках Джисона. — Сумасшедший день, — вздохнул Джисон, слегка покачав головой. — Всё произошло слишком быстро. Что? Зачем? Почему? Я уже перестал адекватно соображать. — У меня там было время подумать. Похоже, в моей жизни обязательно должна случиться какая-то хуйня, чтобы я решил что-то менять. И вот… Пришёл к двум выводам. — И каким же? — Во-первых, — голос Минхо стал серьёзным, — я тебя очень сильно люблю. А во-вторых, — продолжил Минхо, — это уже второй раз, когда подобная хуйня толкает меня к важным решениям. В прошлый раз я понял, что хочу видеть тебя своим мужем. Сейчас… Это касается скорее меня самого. И я, наверное, ещё немного поразмыслю… — Минхо, — перебил его Джисон устало и почти умоляюще. — Не пугай меня. Скажи кратко и по делу. Сегодня я и так достаточно понервничал. Честное слово, ещё немного, и я начну седеть. — Не волнуйся, это связано с учёбой, — мягко успокоил его Минхо, перебирая пальцами волосы на затылке. — Ну и ещё… Может, заведём кота? — Минхо… Хоть десять котов, — выдохнул Джисон с облегчением, — если сможешь их прокормить. Минхо коснулся губами его ключицы и почти мурлыкнул: — Хм… Я запомню… Кстати. А откуда Бан Чан-щи вообще знает этого Феликса? Я так и не понял. — У Чан-хёна тоже есть сверхспособности. — У него что?! — Минхо едва не задохнулся от удивления.

***

Минхо признавал: всё произошло слишком быстро, чтобы он успел в достаточной мере осознать своё положение. Уже спустя несколько дней воспоминания о похищении казались туманными и расплывчатыми. Но всё же последствия у произошедшего были. Или, точнее, влияние на его жизнь. Оставшееся время до конца семестра прошло заметно спокойнее, чем его начало. Не потому, что учёба вдруг стала легче, вовсе нет. И не потому, что Джисон взялся репетиторствовать для него, хотя и предлагал. Минхо категорически отказался, заявив, что не переживёт, если Джисон будет для него преподавателем ещё и дома и не в рамках ролевой игры. Минхо просто начал относиться к происходящему спокойнее. Делал ровно необходимый минимум, перестал бояться оказаться в самом низу рейтинга по баллам. Короче говоря, он просто забил. Решил, что может себе это позволить. Удивительно, но совесть его не терзала. Хотя, наверное, должна бы. Но нет, даже совесть устала от всего этого и махнула рукой. Зато он отлично помнил слова Джисона и уже через неделю притащил домой котёнка из приюта. Маленький рыжий комочек, которого назвали Суни, сначала относился к ним с недоверием, но очень быстро освоился и, кажется, начал считать себя полноправным хозяином квартиры. Суни оказался бесконечно самоуверенным и наглым котом. Особенно он любил спать на подушке Минхо, укладываясь ровно по центру и не оставляя Минхо возможности лечь, и истошно орал по утрам, требуя еды. И Минхо потакал всем его прихотям. Он только улыбался и гладил пушистую спинку. На такого ребёнка Минхо готов был тратить всю свою зарплату, покупая когтеточки, игрушки, дорогие корма. Сам факт, что рядом всегда было это маленькое, тёплое, мурчащее чудо, становился лучшим антистрессом во время работы или выполнения нудных домашних заданий. Суни радостно подставлялся под руку, требуя больше ласки, и мурлыкал, не уступая по шуму трактору. К концу семестра Минхо с нетерпением ждал сессию, как бы абсурдно это ни звучало. Джисон тревожно поглядывал на него и несколько раз спрашивал, всё ли у него в порядке. Порой он даже всерьёз опасался, что похищение оставило на психике Минхо незаметные трещины, и теперь он медленно сходил с ума. Минхо лишь улыбался и уверял, что всё в порядке, и что во время сессии ему нужно кое-что проверить, чтобы наконец принять то самое важное решение насчёт учёбы. Он так и не признался Джисону, что именно задумал, хранил это в тайне, словно секрет государственной важности. К концу сессии Минхо прекрасно понимал, что несколько предметов он завалил, но совсем не беспокоился об этом. В то же время, словно снег на голову, университет внезапно объявил, что закрывает общежитие на два месяца. Кажется, там произошла какая-то серьёзная авария. Минхо не был уверен, до него едва дошло несколько слухов. Студентам предложили переехать в другие, но крайне немногочисленные комнаты в дальних общежитиях или вернуться домой, к родителям. Минхо бы это не волновало, сам-то он давно не жил в общежитии, но это волновало Джисона. Просьба, с которой он вскоре подошёл к Минхо, была более чем предсказуема. Родители Ханов восприняли новость о свадьбе старшего сына с мужчиной в штыки. С тех пор каждый приезд Хёнджуна домой на выходные превращался в пытку: нравоучения, бесконечные упрёки и колкие речи о том, каким «ужасным человеком» оказался его брат. Нюанс заключался в том, что сам Хёнджун давно встречался с парнем и не считал Джисона плохим человеком. Выслушивать эти тирады раз за разом было невыносимо. Поэтому Джисон предложил Хёнджуну жить с ними. Минхо не возражал. Только мысленно благодарил судьбу за то, что его родители приняли его выбор и не отвернулись. Отправлять Хёнджуна обратно на растерзание, какими бы ни были их отношения, казалось ему жестокостью. Тем более в их квартире имелась свободная комната. С того момента по утрам Хёнджун корчил самое страдальческое выражение лица, когда они сталкивались на кухне или в прихожей, собираясь в университет. Минхо был уверен, что дело было вовсе не в предстоящем учебном дне, а в том, что Хёнджун, хотя и принимал отношения брата, никак не мог смириться с тем фактом, что Минхо всего на два года старше. Иногда Минхо даже казалось, что тот воспринимает его младшим. Впрочем, большую часть времени Хёнджун предпочитал отсиживаться в выделенной ему комнате, а не проводить время в компании Минхо и Джисона. Выходил он оттуда только на ужин или обед, и то с видом мученика. К счастью, Сынмин был куда более лёгким и приятным в общении. Ни Минхо, ни Джисон не возражали, когда тот оставался у них. В разгар сессии даже выпал вечер, когда все трое собрались в комнате, завалив стол учебниками, конспектами и билетами. Джисон, взявший на себя готовку, шутил, стоя у плиты, что у них собрался школьный учебный кружок. Минхо только фыркнул. Сосредоточиться было трудно. Информация сливалась в сплошной поток, факты путались между собой. Но хуже всего было смотреть на Хёнджуна. Тот сидел, уткнувшись в небольшой ноутбук, и с бешеной скоростью листал конспекты. — Чёрт возьми, да как он вообще может ни на что не отвлекаться? — не выдержав, пробормотал Минхо. — Да его даже пожарная тревога не остановит. Будет эвакуироваться из здания и на ходу конспекты листать. Иногда мне кажется, у него суперсила какая-то, — раздражённо фыркнул Сынмин. — Нет, так я с ума сойду, — сказал Минхо, откладывая тетрадь и направляясь на кухню. Вернулся через минуту с горстью карамелек. Одну — вишнёвую, в блестящем фантике — кинул Сынмину. Другую метко швырнул в Хёнджуна. Конфета ударила того прямо в лоб. — Говорят, сахар стимулирует работу мозга, — ухмыльнулся Минхо, опускаясь обратно и подхватывая проходящего мимо Суни. Рыжий котёнок с радостным «мяу» устроился у него на коленях. Хёнджун поднял на него недовольный взгляд, потёр лоб и молча протянул конфету Сынмину. — Мне сейчас и тонна сахара не поможет, — горестно простонал Сынмин, уронив голову на руки.

***

Начало второго семестра наконец позволило Минхо приступить к плану, который он так долго вынашивал внутри — не девять месяцев, но всё же. О своём шаге он рассказал Джисону лишь после того, как подал заявление в деканат. Джисон выглядел потрясённым. Глаза расширились, пальцы замерли над листом бумаги, и несколько долгих минут он молчал, обдумывая услышанное. Минхо, наблюдая за ним, чувствовал себя школьником, пойманным на двойке и ждущим родительского приговора. Но в конце концов Джисон прикрыл глаза и медленно кивнул. Сказал, что ожидал чего-то подобного. Не потому что не верил в него, а потому что слишком хорошо видел, как сильно происходящее было Минхо не по душе. Минхо подал заявление на отчисление. Теперь ему оставалось собрать подписи, подтверждающие, что он ничего не должен университету. Университет же, по справедливости, был должен ему компенсацию за потраченные нервы, но это никого не волновало. Минхо перестал посещать пары с чистой совестью. Формально он ещё числился студентом, но от очередной «Н» в ведомости ему уже не было ни холодно, ни жарко. Группа жила своей жизнью, вероятно, даже не замечая его отсутствие. В университет он теперь заходил только по двум причинам: узнать, как продвигается рассмотрение заявления, и повидаться с Джисоном. Транспорт и дорога почти не занимали времени, так что причин лишать себя этих встреч он не видел. К тому же, несмотря на обещания скорого открытия общежития, Хёнджун по-прежнему жил у них. Минхо с каждым днём убеждался: они слишком разные, чтобы стать близкими друзьями. Хёнджун, казалось, был слишком закрытым, чтобы говорить по душам с кем-то вроде Минхо. Пусть формально они и стали почти родственниками, сблизиться по-настоящему не получалось. В университете Минхо также сталкивался с Сынмином и Чонином. Сынмин лишь усмехнулся, узнав об отчислении, совсем не удивившись. Чонин же засыпал вопросами про параллельные миры и свои альтернативные версии. Идея мультивселенной явно не отпускала его воображение. А ещё Минхо встретил ту самую третьекурсницу. На первый взгляд, обычная студентка, ничем не примечательная. Он бы и внимания не обратил, если бы Сынмин однажды не рассказал, что именно она всё крутится вокруг Хан-сонсеннима. Оказалось, об этом знали почти все. Джисон после их первой встречи не раз раздражённо вздыхал, сетуя, что очень хочет просто ткнуть ей кольцо под нос и раз и навсегда закрыть тему. Минхо только понимающе кивал. У него уже созревала мысль, как решить этот вопрос. Но сперва — забрать документы. До этого момента он едва ли не считал минуты. Когда наконец пришло уведомление, что его заявление рассмотрено, он сорвался с места и бегом направился в деканат, не совсем решив, как объяснить своё появление у них спустя минуту после звонка. Поэтому первым делом он забежал в столовую, чтобы немного протянуть время. Там стоял привычный гул голосов, гремела посуда, пахло острым кимчи и жареным маслом. Минхо огляделся и, не заметив нужного человека, громко крикнул: — Эй, мелкий! Вычислить среди студентов того, который не обернулся, а только сильнее вжал голову в плечи, было несложно. Минхо ухмыльнулся и направился к Хёнджуну, хмуро сидящему в дальнем углу в компании Сынмина и ещё одного незнакомого студента. Из троицы он единственный был без обеда. Этим утром Хёнджун проспал, кажется, впервые за много лет. Видимо, всему виной Суни. Кот устроился спать у него на груди и в самый ответственный момент ткнул лапкой по экрану телефона, отключив будильник. — Чего тебе? — недовольно буркнул Хёнджун, даже не поднимая головы. Словно это не Минхо заботливо разбудил его в восемь тридцать утра и предложил готовый завтрак, понимая, что первую пару тот уже пропустил. — Привет, Минхо-хён, — дружелюбно улыбнулся Сынмин. — И тебе привет, — кивнул Минхо. — Ну, я понимаю, от завтрака с утра отказаться, но ещё и обед, и кошелёк дома забыть — это проёб сто из десяти. Решил голодным сидеть? — с беззлобной усмешкой протянул он, укладывая руку Хёнджуну на плечо. Что ж, Минхо давно понял, что учёба для Хёнджуна всегда стояла на первом месте. Он спешил на занятия, зубрил конспекты, забывал о себе. — А тебе больше всех надо? — фыркнул Хёнджун, раздражённо дёргая плечом, пытаясь сбросить руку. — Что ты вообще тут делаешь? Справедливости ради, за последние недели Хёнджун слишком часто видел, как Минхо прогуливал пары. И о его отчислении знал, так что его вопрос имел смысл. Вместо ответа Минхо порылся в рюкзаке и извлёк оттуда пластиковый контейнер. Поставил его прямо перед Хёнджуном. — Твой брат просил передать, — сказал он спокойно. — Увидел, что ты ушёл без еды, волновался, что ребёнок весь день голодать будет. Я бы мог просто принести твой кошелёк, но не знаю, где ты его прячешь. Копаться в твоих вещах не стал. — Спасибо, — растерянно пробормотал Хёнджун, потянув контейнер к себе. Пальцы задержались на тёплой крышке. Еда, заранее разогретая дома, ещё не успела остыть. Всё же дорога у Минхо не заняла много времени. — Вот видишь, а ты собрался сидеть голодным, — вмешался Сынмин, а после поднял взгляд на Минхо. — А ты ради этого сюда ехал? — А? Нет, мне ещё в деканат надо. А потом в другой корпус, встретиться с вы-сами-знаете-кем, — хмыкнул Минхо, уже предвкушая оставшуюся часть дня. — М-м-м, — протянул Сынмин, поняв, о чём речь. — Ну, удачи, что ли. — Ага. Ну я пошёл тогда, бывайте. Минхо развернулся и, не задерживаясь, вышел из столовой. До деканата было всего три этажа вверх по лестнице. Минхо поднимался медленно, намеренно растягивая каждую секунду, чтобы не показалось, что он «телепортировался» в университет сразу после звонка. Хотя в глубине души Минхо понимал, что никому на самом деле не было дела. Лёгкий стук в дверь, разрешение войти. Когда ему в руки отдали документы вместе с приказом об отчислении, Минхо испытал невероятное облегчение. Он чувствовал себя свободным. Поблагодарив, не скрывая довольной улыбки, он поспешил выйти из офиса. Впереди оставалось одно дело. Для этого нужно было встретиться с Джисоном. Тот писал не так давно, сообщив одновременно радостную и разочаровывающую новость. Минхо ускорил шаг на повороте. Коридор был пуст. Он почти бежал по лестнице, торопясь скорее выбраться. На улице воздух показался особенно свежим. Он вылетел из здания и помчался к Джисону. Нужный корпус находился не так уж близко, именно поэтому Джисон и не смог сам передать Хёнджуну обед. Но для Минхо несколько километров не представляли проблемы. Казалось, он мог пересечь весь город за одно мгновение. Отчисление необыкновенно сильно воодушевило. Главное, чтобы он не попал случайно в другой мир, ускорившись слишком сильно. Этот корпус он знал лучше, чем предыдущий. Оказавшись внутри, незаметно проскочив через охрану, Минхо шагал уже спокойнее, параллельно написывая Джисону. Тот отвечал с задержкой, не имея возможности много отвлекаться посреди пары. На один из вопросов пришло простое «Да». Минхо тяжело вздохнул. Аудиторию, о которой написал Джисон, Минхо отыскал без труда. Огромное помещение с высоким потолком и длинными рядами столов. В таких аудиториях обычно проводили потоковые лекции, собирая сразу несколько десятков студентов. Занятие подходило к концу. Минхо остановился у прохода, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая пальцами по локтю. Он ждал, когда Джисон завершит лекцию и отпустит группу. Сегодня это должна была быть его последняя пара. После неё они собирались вместе ехать домой. Сынмин же, сияя энтузиазмом, обещал наконец увести Хёнджуна на свидание сразу после пар. С начала семестра у них едва ли находилось время побыть вдвоём. Когда Джисон объявил, что лекция окончена, Минхо не сдвинулся с места. Студенты суетливо собирали вещи и торопились покинуть аудиторию. Внимание Минхо привлекла одна студентка, спустившаяся ниже и подошедшая к преподавательскому столу. Минхо её узнал. Она едва слышно задала какой-то вопрос, склонившись к Джисону слишком близко. Минхо сжал челюсть. Он не считал себя ревнивцем или собственником, но это уже переходило границы. Он поймал взгляд Джисона. Всего на секунду, чтобы не вызывать подозрений, и кивнул. Минхо обещал не вмешиваться. Он здесь только в качестве моральной поддержки. Джисон мог сам с этим разобраться. Стоило только последнему студенту — за исключением девушки — покинуть аудиторию, как он бесшумно закрыл дверь. В какой-то степени стоял на страже, чтобы никто другой не помешал разговору. — Мин Инсо-щи, присядьте, пожалуйста, — попросил Джисон, указав на стул рядом с преподавательским столом. — Думаю, нам давно стоило поговорить с вами. Девушка на мгновение замерла, удивлённая такой просьбой, после чего медленно села. — Да, Хан-сонсенним, я вас слушаю, — протянула она. Минхо мысленно фыркнул. Инсо даже не подозревала, о чём пойдёт речь. Вероятно, напридумывала себе всяких нереалистичных сценариев, в которых Джисон приглашал её на свидание. Как бы не так. — Мин Инсо-щи, я хотел обсудить ваше поведение. Возможно, раньше мне бы польстило ваше внимание, но сейчас это даже близко не так. Я надеюсь на ваше благоразумие, что вы сможете понять, какую мысль я хочу донести. Я ваш преподаватель, один только этот факт делает какие-либо отношения неприемлемыми. Это противоречит моим профессиональным обязанностям и может негативно сказаться на учебном процессе. В конце концов, я старше вас на четырнадцать лет, и я женатый человек. Инсо слушала его, не перебивая. Минхо не мог видеть её лица, но что-то подсказывало ему, что студентка напряжена до предела и едва сдерживает спокойствие. На секунду ему даже стало её жаль. Всего на секунду. Пока мысли не переключились на то, что он сам, будучи второкурсником, мог сидеть так перед Джисоном. Тело проняло дрожью. Мысль звучала как какой-то ночной кошмар. Сейчас он не мог представить себе жизнь, в которой бы не было Джисона. — Мин Инсо-щи, — продолжал Джисон, — я выбрал поговорить с вами наедине, потому что не хочу, чтобы этот разговор негативно отразился на вашей репутации. Однажды это может поставить и меня, и вас в неловкое положение перед вашими одногруппниками или другими студентами. Вы понимаете, о чём я говорю? — Да, конечно, Хан-сонсенним. Я всё понимаю, — тихим, дрожащим голосом ответила Инсо. — Я очень надеюсь, что в дальнейшем наши взаимоотношения останутся в профессиональных рамках, не более. Уверен, что вы сможете найти объект симпатии среди своих сверстников. На этом всё, Инсо-щи. Хорошего вам дня. — Вам тоже, сонсенним, — ответила Инсо. Она встала со своего места и с опущенной головой побрела к выходу. Минхо она заметила только когда подошла к двери. Заметно вздрогнув от направленного на неё взгляда, она поспешила выбежать из аудитории. — Надеюсь, на этом всё, — пробормотал Джисон, подхватывая сумку и тоже направляясь к Минхо. — А уж я-то как надеюсь, — фыркнул Минхо. — Поехали скорее домой.