Солнцем для тебя

«Я думал к тебе заскочить, но вдруг наткнулся на еблойда, который решил подраться с шиной.»

Чифую.

Баджи, не спеша, прогуливается по дороге. Теплый весенний ветер играет с его распущенными волосами, заставляя то и дело поправлять их, убирая за ухо. Под ногами путаются два кота. Один полностью черный, а другой - полосатый. Кейске часто их видел, подкармливал. Вряд ли они любили его за то, что он любил их. Скорее, просто за пачку дешевого корма, который был для них деликатесом. Парень присел на корточки и погладил кота, сначала давая ему обнюхать ладонь, привыкнуть. —  Баджи? —  раздается над ухом знакомый голос. Он поднимает глаза и видит улыбающегося Чифую. Не смотря на помятый вид, друг выглядит счастливым. Ссадины и синяки украшают его лицо, шея обмотана бинтами, а правая рука просто сломана и загипсована. Кейске поднимается и внимательно смотрит на друга, оценивая ущерб. Рана на шее кровоточит, наполняя бинты насыщенным алым цветом. — Кому жить надоело, гандоны? — спрашивает он, сжимая руки в кулаки, — это те самые гопники из старшей школы? Мацуно отрицательно мотает головой, отводя взгляд. Зачем ему рассказывать Баджи о личных счетах, снова оставаться у него в долгу. Чифую чувствует себя слабым, не в силах поддержать друга в нужный момент. Его элементарное желание оставаться тенью, страховкой, которая спасет Кейске от смерти, моментально рассеивается. Оставаясь осколками разбитой мечты. Баджи не продолжает расспросы, просто направляется к заднему двору школы, где учеников часто поджидает местная шпана, дабы отобрать деньги на школьный обед или новую обувь. Сегодня здесь собралось человек десять, старшеклассников, уверенно восседающих на своих новых байках. Они довольны жизнью и совсем не обращают внимание на приближающуюся фигуру, излучающую ауру смерти. Кейске не прибегает к подлым методам, не носит с собой биту или дубинку. Его сила состоит лишь в кулаках и желании наказать обидчиков его друга. Наказать так, чтобы кишки выплюнули изо рта. Мацуно спешит следом, не пытаясь отговорить. Таким злым, с горящими огнем глазами, он видит Баджи в первый раз. И если честно, ему становится страшно. Глава первого отряда Токийской свастики собирает волосы в тугой хвост, перевязывая их резинкой, и замахивается, отправляя в нокаут одного ближайшего байкера. Враги не успевают опомниться, как на следующего уже рушатся удары кулаками. Крики и угрозы байкеров разносятся по улице, привлекая внимание людей. Но никто не собирается вмешиваться в разборки гопников. Баджи избивает третьего, садится на него сверху и бьет по лицу, ломая нос, разбивая губы. Лицо врага уже сложно назвать чем-то, кроме кровавого месива, но он не останавливается. Пока чья-то теплая рука не сдерживает его кулак, над почти недвижимым телом. Кейске разворачивается и видит Майки. Тот отпускает его руку и с разворота пинает крадущегося к ним байкера, отправляя его в полет. — Все веселье себе решили оставить, да? — апатично спрашивает Манджиро, не выказывая и признаков веселья, — Кенчин и так спешил, а вы тут нам только семерых оставили. Упс, уже шестерых. Он впечатал ботинок прямо в лицо парню, который пытался встать. Дракен, выдыхая, нацелился на жертву, как змей на добычу. Его колено легко вошло в живот врага, заставляя того согнуться от боли и показать всем содержимое своего желудка. — Я тащил тебя несколько километров, неблагодарный засранец, — Кен выплевывает сигарету, небрежно докуренную лишь до половины, — вот и сам разбирайся с этой проблемой. С чего тебя потянуло вообще к этой школе? Сано легко, словно драка для него - полет, его стихия, укладывает на лопатки еще двоих, прыгая на них сверху, втаптывая в пыльную бетонную дорогу, окроплённую кровью. — Соскучился по Эду. Баджи подходит ближе, двое противников его теснят, а третий подкрадывается к замершему Чифую. И в этот момент Мацуно ощущает свою беспомощность, ничтожность. Губы его слегка подрагивают, а глаза вот-вот готовы увлажниться от непрошенных слез. Но он смахивает их нетронутой рукой и пинает противника, выходя из оцепенения. Он не жертва - он самый крутой гопник в средней школе, стоит и пытается не разрыдаться? С каких это пор его воля настолько слаба, что лишь одна сломанная рука может сломить его. Отказаться от мечты, которую он поклялся защищать любой ценой. Защищать Баджи, став его тенью. Но байкер оказывается не из робкого десятка. Он вытаскивает из кармана нож-бабочку, и парень замирает, узнав в нем того самого, кто утром полоснул его по шее в пылу сражения. Чифую делает пару шагов назад. Сейчас его некому подстраховать, у Баджи и двух его друзей есть свои противники. Положение явно не из лучших, Мацуно оценивает ситуацию и едва успевает увернуться, когда нож рассекает воздух в сантиметре от его уха. Парень на секунду прикрывает глаза, и в тот же момент, перед ним, возникает фигура Кейске. Слышится ругательство. Парень немножко наклоняется вбок, и Чифую поддерживает друга свободной рукой. Футболка Баджи разрезана и из раны, благо неглубокой, течет кровь. Это мигом отрезвляет Мацуно. — Сука, ты хочешь сдохнуть здесь? — шипит он, — это его любимая футболка. Последний противник летит на землю, словно тряпичная кукла. И Чифую еле сдерживает себя, чтобы не забить его до смерти. Наслаждение видом крови, адреналин, быстро уходит и сменяется слабостью в детском теле. Кейске поддерживает его и подставляет свою спину, чтобы друг забрался. А он и не против. Баджи морщится, глядя на свою рану, но обхватывает ноги Мацуно, направляясь к додзё семьи Сано. — Кенчиииин, — по-детски капризно тянет Майки, — я тоже хочу кататься. — Идиот, ты не вовремя, — ругается Дракен, но легко поднимает Манджиро, закидывая на плечо, — так покатаешься. Медленно, будто во сне, уставшие после драки друзья направляются к дому Майки. Зайдя в додзё, Баджи бережно опускает Чифую на татами, придерживая за здоровую руку. Он что-то бормочет в состоянии полузабытья, а Кейске убирает налипшие на его лоб светлые волосы. Дракен и Майки, ничуть не пострадавшие в потасовке, уходят за чаем, и друзья остаются одни. Мацуно медленно открывает глаза и видит перед собой обеспокоенное лицо Баджи. Их ладони лежат рядом. Он никогда, кажется, не осмелится тронуть его длинные пальцы своими, прикоснуться к теплой коже. — Чиф, как ты? — Кейске ловит его взгляд бирюзовых, как море, глаз и пытается сфокусировать на себе, — Чиф, смотри на меня, не отключайся, слышишь? Смотри н-а м-е-н-я. Мацуно пытается, но перед глазами плывут красные пятна, солнечный свет кажется слишком ярким и слепит, заставляя закрыть глаза. Баджи тяжело вздыхает. Ему снова придется перенести друга в комнату Майки, где он мог бы перевязать его рану и, если нужно, вызвать скорую. Кто знает, насколько серьезным мог бы оказаться порез на шее. Дракена и Манджиро долго нет, и Кейске решается пройти к ним самостоятельно. В комнате Сано младшего не горит свет, его гараж словно находится в состоянии забытья. Когда Баджи нажимает на переключатель, комнату озаряет приятный мягкий глазу свет. Он кладет Чифую на диван и достает с верхней полки аптечку, предусмотрительно подготовленную Шиничиро для Майки. Тот всегда боялся, что брат поранится. А после того, как Ши не стало, обновлять аптечку приходилось Дракену, который пропадал с Манджиро почти каждый день. Кейске вытаскивает бинты и ножницы, антисептик - все, как учил "старший брат". В такие моменты он явно осознает, как не хватает Шиничиро. А если ему не хватает Сано старшего, то Майки и подавно. Мацуно дернулся, но в сознание не пришел. Хотя, судя по его размеренному дыханию, можно было сделать вывод, что он просто спит. Баджи осторожно расстегнул школьную рубашку друга, обнажая его торс. Несколько синяков и ссадин - ничего серьезного. Другое дело - рана на шее. Он снял старые бинты, промокнул все антисептиком и наложил новую повязку. Не так идеально, как получилось бы у Дракена, но сойдет. Чифую поморщился от боли, перевернулся на бок и свернулся калачиком. А на следующее утро, когда он проснется, Мацуно обнаружит Кейске, сидящего на полу и мерно сопящего, уткнувшись в его плечо.