We are dragons

Проснувшись наутро из-за копошения за закрытыми дверями залы, Тэхен с болезненным стоном поднялся с софы, осторожно выпутываясь из крепких рук дракона. Все его тело ныло, мышцы, испытавшие прошлой ночью всю прелесть растяжки, болели, особенно болело в области ягодиц, и парень, не сдержавшись, тихо замычал. Поморщившись, он кое-как поднялся, тут же потягиваясь до хруста в позвоночнике. Его не заботила нагота его тела, поскольку Тэ был уверен, что Чонгук еще крепко спит. Он не мог сказать, какое время суток сейчас было, потому что окон в комнате не было, а часов и подавно. Прикинув, что еще раннее утро, так как их никто не спохватился, парень первым делом решил собрать все вещи, в порыве страсти разбросанные по полу тут и там. Его сорочка каким-то образом оказалась на изогнутой в витиеватом узоре полочке, болтаясь у самого огня и чудом не сгорев. Конечно за ночь камин потух, и слуги не зажгли его вновь, поэтому в помещении было достаточно зябко. Поначалу Тэ этого не чувствовал, находясь вблизи горячего тела дракона, который грел не хуже печки, но, встав, он ощутил легкий сквозняк ступнями, поэтому поспешил натянуть хотя бы рубашку Чонгука, лежавшую на спинке дивана. Не спеша собрав все вещи с пола, Тэхен сложил их в аккуратную стопку и положил на кресло. Присев на краешек софы, он с нежностью и толикой любопытства рассматривал умиротворенное лицо черного дракона. Он обычно такой хмурый, угрюмый. Только с Тэ и с некоторыми братьями он позволяет себе улыбки. А сейчас он так безмятежен, черты его лица разгладились, и он стал выглядеть так молодо, совсем по-мальчишески. Тэхен даже с удивлением рассмотрел на сероватой коже нечто похожее на очаровательные веснушки. — Солнечный мальчик… — шепнув с нежностью, парень не удержался и коснулся кончиком указательного пальца одной из родинок под губой. И совершенно не ожидал для себя, что его руку перехватит крепкая, мужская и одним движением утянет в свои объятия. — Кто бы говорил… — хрипло прошептал дракон с закрытыми глазами, зарываясь носом в спутанные волосы графа, некогда уложенные всякими гелями и пудрами. — Как давно ты не спишь? — заранее смирившись со своим проигрышем, Тэ расслабился в руках дракона и легко улыбнулся, слушая стук чужого сердца. — С тех пор, как ты начал ворочаться. К слову, за дверью уже давно дежурит Джин. Он знает, чем мы занимались, и он знает, что сейчас мы не спим, — все так же шептал Чонгук, прижимая парня ближе к своему телу. — Откуда он это знает? — спрятав покрасневшие щеки, Тэхен пожелал не вспоминать, чем же они занимались, хотя яркие картинки сами лезли в голову, заставляя бедного парня краснеть еще больше. Увидевший это дракон лишь хрипло рассмеялся, игриво прикусив кончик красного ушка графа, и в ответ услышал приглушенный вскрик. Вздохнув, Чонгук все же поднялся с софы вместе с Тэхеном. Спустив ноги на холодный пол, он, дабы не смущать графа еще больше, придержал легкое покрывало на бедрах и дотянулся до своих форменных брюк. Надев их, он поднялся, подавая ладонь своему возлюбленному. — Нам пора. Скорее всего, королева уже обыскалась нас, да и твой друг будет переживать, поэтому давай вернемся. — Согласно кивнув, граф поднялся с помощью /своего/ дракона. Улыбнувшись друг другу, они взяли оставшиеся вещи. Чонгук натянул на обнаженный торс свой камзол, решив не застегивать его, а на бедра Тэхена повязал то покрывало. Нижнее белье парня было в непригодном виде, как и пыльные брюки, а рубашка едва доставала до середины бедра, что совсем не нравилось ревнивому дракону. В таком виде они и показались перед другом, который резко обернулся, услышав скрип двери. Первым вышел Чонгук, растрепанный, наполовину одетый и босиком, а за ним семенил смущенный граф, одетый еще хуже дракона. Прыснув в кулак от вида парочки, Джин с удивлением приметил, как заботливо его товарищ сжимает ладонь человека, и как тот доверчиво жмется к его спине. — Вот это да! Что я вижу? Неужели сегодня в нашем королевстве вдруг выпадет снег? — захохотал голубой дракон, тут же получив пинок под зад от Чонгука. — Погоди, это что это? Укусы? Чонгук? — Джин неверующе уставился куда-то в шею Тэхену, смутив того до невозможности. Чонгук, спрятав за своей спиной Кима, от любопытных глаз подальше, злобно фыркнул, и, обогнув весельчака, пошел по коридору в сторону спален, таща за собой на буксире Тэхена. Тот обернулся, виновато улыбнувшись дракону, который в ответ только помахал ему. Пара дошла до общей спальни графов, и Чонгук остановился около нее. Повернувшись к парню, он взял его худые, изящные ладошки в свои и поднес к губам. — Увидимся сегодня в оранжерее? После обеда. — Мужчина с надеждой заглянул в глаза Тэ, в ответ увидев его нежную улыбку и слабый кивок. — Твой друг в комнате не один, так что не бойся. — Поцеловав его напоследок в лоб, Чонгук махнул рукой на прощание и скрылся в одном из коридоров замка. Тэхен не совсем понял, о чем говорил дракон, поэтому несмело толкнул дверь в спальню. Та неприятно скрипнула, и парень, немного скривившись, просунул в образовавшуюся щель голову, осматривая помещение. Никого не обнаружив, он зашел. Облегченно вздохнув, Тэ отвязал с бедер мешающее одеяло и откинул на спинку кресла. Он подошел к зеркалу, рассматривая припухшее после сна лицо, гнездо на голове и немного помятую рубашку дракона. Проведя пальчиками по маленьким серебряным пуговичкам, он улыбнулся своему отражению, думая о том, что буквально прошлым вечером Чонгук носил эту рубашку на своем теле, касался этих пуговиц. Закусив губу, Тэхен расстегнул несколько верхних пуговок, оголяя свои плечи и ключицы. Нежная кожа была усыпана красными отметинами и следами от зубов, которые в порыве страсти оставлял дракон. Честно, Тэхен даже и не почувствовал ничего такого, но на плече выразительно проглядывала запекшаяся кровь. Тэхен коснулся ранки пальцами, тихо зашипев из-за саднящей боли. — Тэ? Это кто тебя так? — в испуге граф обернулся, обнаружив в ворохе одеял своего друга, а рядом с ним светлую макушку, довольно шумно сопящую в тэхенову, между прочим, подушку. Та самая макушка, услышав разговоры, недовольно приподнялась, осматривая помещение. — Спи, Юнги, это просто Тэхен вернулся, — нежно проговорил Чимин дракону, и тот послушно откинулся в кровать, накрываясь с головой одеялом. Друг же, наоборот, осторожно выбрался из плена рук зеленого и поправил сбившуюся к животу рубашку. Слава богу, на нем хотя бы были трусы. — Пойдем, ты мне все расскажешь. — Старший взял друга за руку и вывел в соседнее помещение, усадив парня на бортик купальни. — И где ты провел эту ночь, маленький алкоголик? — с ехидной улыбкой спросил Чимин, совсем не коря друга за его небольшую слабость. Все же эти рептилии были слишком обаятельны для их слабых, впечатлительных сердечек. — В том зале с камином, помнишь? — смущенно улыбнулся Тэ, обескуражив графа ярким румянцем на щеках. Смущение Тэхена — это чуть ли не одно из самых редких явлений, с которыми сталкивался Чимин. Младший теребил в руках краешек рубашки, явно ему не принадлежащей. — А это чье? — Чимин обвел пальчиком одежду Кима, смотря, как тот заливается краской пуще прежнего. Он уже не старался скрыть своего космического удивления, ведь его Тэхен так редко был чем-то взволнован до такой степени. Чаще всего парень оставался невозмутимым даже в самых компрометирующих ситуациях. — Это… Чонгука. Моя одежда грязная, поэтому я надел его рубашку, — тихо пробормотал граф, опуская голову все ниже и ниже, пытаясь скрыть пылающие щеки. — А значит сам он ушел без рубашки? — Чимин усмехнулся, догадываясь, в каких обстоятельствах могла запачкаться одежда его друга. Но его мучило несколько вопросов, которые так и норовили слететь с языка. Поэтому он все же не сдержался и задал их. — То есть это он тебя так покусал? — Чимин обвел взглядом выделяющиеся на коже друга следы от зубов. Честно сказать, раны были хоть и неглубокие, но все же пугали. Этот динозавр прокусил шею его друга! — Я даже не почувствовал ничего, только в комнате заметил, — Ким пожал плечами, с робкой улыбкой вспоминая, что Чонгук, вроде, только целовал его… Когда только пожевать успел? — А что насчет Хосока? Я думал, он тебе нравится, а тут Чонгук… надо же. — В ответ Тэ раздосадовано захныкал, поднимая взгляд на друга. — Я не знаю, Чимин. Все так запутанно. Хосок мне нравится, он добрый, забавный, хоть и раздражает иногда. А Чонгук, он… такой таинственный, всех вокруг пугает, но ты бы видел, как нежно и тепло он мне улыбается. Я бы вечно смотрел на эту улыбку. — Тэхен улыбнулся, вспоминая те самые улыбки дракона, подаренные только ему. Он взял за руку озадаченного друга, тихо прошептав, — Я не знаю, что мне делать, Чимин. Вчера меня посетила мысль, что я не хочу отсюда уходить. Но потом я испугался. Там наш родной дом, наши близкие. Вся наша жизнь в другом мире. Тут же мы на волосок от смерти, все эти отношения шаткие до безумия, но меня все равно невыносимо тянет именно к этому месту… — Парень затих, внимательно следя за реакцией Пака на свои слова. Тэхен, честно говоря, боялся признаться в этом даже самому себе, но поделившись с Чимином, ему стало немного легче. Вместе они всегда справлялись со всеми трудностями. — Знаешь… Я всегда поражался твоей смелости. Я хочу быть хотя бы каплю таким же отважным, как и ты. Вчера, когда мы с Юнги вернулись с бала, я совершенно забыл о том, что мой мир не тут, что у меня была другая жизнь. Мне было так хорошо и спокойно с ним, — Чимин опустил голову, дрожащим голосом проговаривая слова. В руках он сжимал ладонь друга, нервно перебирая пальчики. — Я думал так же, как и ты, и меня это тоже пугает. Я уже не знаю, чего хочу больше. Тэхен понимающе кивнул. Сейчас им было необходимо выговориться, и обоим полегчало, когда они излили душу. Парни еще немного поговорили, рассказывая о событиях прошедшей ночи. Как оказалось, Чимин, в отличие от друга, провел этот вечер в культурной компании Юнги, который любезно проводил графа до спальни и так же любезно лег с ним спать. И на этом все. А Тэ, стесняясь и краснея, сбивчиво тараторил о том, какой Чонгук обалденный и вообще, видел бы Чимин эти рельефы. Их хихиканье прервала скрипнувшая дверь и недовольное лицо Юнги, скривившееся в какой-то глупой гримасе. Он прошел в ванну, садясь напротив, и переводил взгляд с одного графа на другого. — Вы бы еще громче делились своими сексуальными фантазиями. Вы ведь не в замке с драконами, вас же никто не услышит, — ворчливо проговорил парень, следя за тем, как оба вмиг краснеют, понимая, что были бесстыдно подслушаны. Чимин вдруг вскочил, схватив висевшее рядом полотенце, и огрел парня по спине, на что тот лишь весело фыркнул. — Да ты ведь мог и не слушать, поганец! — А как тут не слушать? Когда я, оказывается, такой чуткий, нежный, а глаза у меня такие зеленые… — дракон старался пародировать речь графа, влюбленным голоском щебеча все, что услышал из ванной, добавляя еще от себя. — Чудовище ты чешуйчатое! — Чимин кинулся на парня с полотенцем, а тот, весело хохоча, соскочил со своего места и зеленым вихрем понесся в спальню, а оттуда в коридор, спасаясь бегством от такого милого парня. Он и впрямь находил чиминовы красные щечки и взгляд, мечущий молнии, чересчур привлекательными. Наблюдая за этим безобразием, младший граф лишь снисходительно улыбнулся, в душе радуясь за счастье своего друга. У него-то все понятно и однозначно, один рептилоид в образе принца и «долго и счастливо» только с ним. А у самого Тэхена что? Он разрывался меж двух огней, понимая, что сердце падает в пятки каждый раз при виде одного из его потенциальных женихов. Чимин их почетно окрестил жертвами. «Жертва номер один и жертва номер два, потому что с тобой, наверное, любой парень захочет повеситься».