Поспешишь - людей насмешишь

Ажиотаж в социальных сетях на фоне будущих съёмок нового выпуска Читки не заставил себя долго ждать. Билеты в амфитеатр были раскуплены меньше чем за пять минут, а в группах ВКонтакте тут же начались обсуждения и дискуссии на тему, кем же окажутся гости, и почему был такой долгий перерыв. Морозовы не ожидали, что зрители настолько сильно изголодались по Читке, но это их только сильнее обрадовало. Значит, ещё горят проектом и минимум четыре миллиона просмотров им обеспечено. В ожидании дня икс, команда Лены Куки не сидела без дела. За это время они успели отснять две рекламных интеграции, а также оживить свой телеграмм-канал, снимая туда то, как они дурачатся. Тем самым они значительно разогрели интерес аудитории, большая часть которой ещё не знала, что их ждёт. Но прошло время, и настал день, которого вся команда ждала уже несколько месяцев. Ближе к трём часам вся команды Лены Кука, Рустам Джибилов, Серёжа Орлов и съемочная группа были на месте. Зрители так же уже за полчаса до начала шоу занимали практически весь амфитеатр. Сидя в гримерке, ребята шутили и переодевались в одежду, что приготовили для них костюмеры. Выбор стилистов в этот раз немного озадачил комиков. Все, кроме Тамби, были одеты в более-менее официальную одежду, а на Орлова даже нацепили очки без диоптрий. Спустя тридцать минут, свет в зале приглушили, и под трек Джигана все ребята выбежали на сцену, сопровождаемые бурными аплодисментами и восторженными криками. Оттанцевав под музыку пару минут, комики сели на свои места и Рустам вышел на середину сцены чтобы произнести приветственную речь: — Вы думали что этот формат умер, но вы ошибались! Вы все снова здесь, в этом зале, на новом выпуске Шоу Читка! — новая волна аплодисментов и рёва аудитории чуть не сбила Джибилова с ног, — Поскольку за то время, что мы все тухли в молчании, боясь лишний раз пискнуть чтобы не отгрести, есть вероятность что на фоне всего что произошло за этот год, вы могли забыть суть данного шоу. Поэтому я с удовольствием вам его напомню. Сейчас будет зачитываться сценарий, который ребята увидят впервые. И им нужно, не выпадая из образа, играть его и выполнять задания, которые будут в нём. — Сценарист медленно зашагал к своему столику сбоку, все так же не отворачиваясь от зрителей, — Но для нового сценария нам был просто необходим гость, чей внешний вид и голос больше всего походит для юнца, встречайте, Сергей Орлов!!! Зал взорвался аплодисментами, и из-за кулис, подобно теннисному мячику, выпрыгнул Серёжа, и поскакал к ребятам, которые, хлопая встретили гостя рукопожатиями. — Странно, что для отыгрыша ребёнка вы не позвали Руслана Белого, — заметил Орлов, когда после приветствий, присел в свободное кресло. — Он бы не согласился сбривать бороду и надевать парик, — ответил Тамби, скрестив между собой лодыжки, поскольку закинуть ногу на ногу был не в состоянии. — К тому же, мы все ещё хотим чтобы нас пг’иглашали на пг’оекты ТНТ, так что это не ваг’иант, — добавил Рептилоид под смех зала. — Да и нам хватит одного картавого существа на сцене, — Эмир блеснул очками в свете прожекторов, — Если мы оставим Белого и Рустама на одной сцене больше чем на минуту, то с нами точно свяжутся все рекламные компании логопедов. — Кстати, отличная бизнес-идея! Только вот не хочется чтобы наши уши свернулись в трубочку, — гоготнул Илья, выпрямив ноги в кресле, — Так что Русланчика мы никогда не увидим, наверное, на сцене. — Как хорошо что среди комиков не только бритому Руслану можно дать от силы десять лет, — Эмир обвёл взглядом Масаева, — Этим может похвастаться и Тамби, но его на главную роль нельзя брать. Так что придётся тебе, Серега, выручать. — Я очень рад, что мое детское лицо хоть где-то пригодилось в хорошем ключе, ибо кроме проблем с паспортом в магазинах и аэропортах, мне ещё не приходилось сталкиваться с иными последствиями, — Орлов легко парировал шутки, отчего зрители загалдели ещё громче. — Тогда я думаю, что мы все готовы начинать! Вы все долго этого ждали, погнали! Свет на сцене погас, и сзади на огромном экране высветились слова автора: — Сцена первая. Окраина Лондона, небольшой домик самой обычной семьи с не самым обычным ребёнком. Серго Орлоттер на днях снова случайно разбил любимый горшок его злобной тетки Птеродании, отчего та заперла его на неделю в каморке для швабр. И вот наконец-то настал день, когда наказание закончилось и тетка идёт выпустить Серго. Тот очень сильно ослабленный и буквально может передвигаться только ползком. Птеродания разговаривает очень пискливым голосом. Во время этих слов, сразу несколько вещей произошло в зале. Помимо смеха комиков, по залу прошлась волна восторга от осознания того что история будет основана на Гарри Поттере. В это время Орлов и Рептилоид вышли на сцену, тихо посмеиваясь и пытаясь на ходу вжиться в роль. Серёжа лёг с левой стороны сцены, изо всех сил изображая на лице вселенские муки, а Рустам нацепил самую мерзкую и злую физиономию, на которую только был способен: — Ты, гадкий мальчишка, снова делаешь вид что ты не ел целую вечность, симулиг’уешь голодание и упадок сил, чтобы я г’азжалобилось и выпустила тебя из кладовки! Какой же ты жалкий, пг’ямо как… — Рустам приостановился, ожидая слов ведущего. — Называй его самыми жалостливыми обзывательствами, но при этом в уменьшительно-ласкательной форме. — Пг’ямо как Маленькие жиг’ненькие таг’аканчики, котог’ые не могут спиздить кг’ошечки хлебушка, котог’ого ты, сученок, не видел уже целый месяцочек! А таг’аканчики ж’гали и жг’али, пока не пг’евысили по ‘газмег’чикам Тамби и не сожг’али его самого! — как можно злее и противней выплевывал Рептилоид, пока комики вместе со зрителями уже смеялись как не в себя. Серёжа сам еле сдерживался, чтобы не заржать в голос, но, переборов себя, начал читать: — Ну Тетушка Птеродания, ну я ведь не хотел бить тот горшок, он сам упал на пол, когда я… — Придумай самое очевидное занятие, после которого может разбиться горшок, но преподноси как что-то из ряда вон выходящее. — Когда я… Швырнул этим горшок в вас, потому что ты, кашолка, ахуела в край, — зал взорвался пуще прежнего, Эмир заливисто захохотал, пока Тамби и Макар сползали от смеха со стульев, — Удивительное совпадение, не правда ли? Потому что в тот день я хотел в вас швырнуть… Эм… — глаза Серёжи забегали по сцене, в попытке уцепится за идею, — Креслом! Но под руку попался горшок. Вот незадача, да? Рустам прыснул и согнулся пополам, но сразу же выпрямился, и как можно серьезней прочёл свои следующие строки: — А вот это не надо тут мне, это, зубы заговаг’ивать! Я тебе покажу какой ты несносный мальчишка, и каким твоё поведение быть обязано! — Тетка Птеродания отпирает каморку и пытается вытолкать Орлоттера оттуда, но поскольку у неё слабые ручки, получается очень плохо. А Серго специально не двигается и максимально расслабился, чтобы тёте было ещё тяжелей — Сука ты Ог’лоттег’, сг’ака ты жиг’ная! — театрально мучаясь и кряхтя, Рустам пихает Орлова в бок, пытаясь сдвинуть того с места, а потом схватил за руку и очень медленно потащил к центру. Спустя около минуты актерской игры Рептилоида и смеха всех кто на это смотрел, он картинно отдышался и продолжил читать: — Вот, только посмотг’и на моего сыночку-вонючечку! — В этот момент в комнату заходит кузен Орлоттера, жирный и неопрятный подросток, с невероятно тупым лицом и булькающим голосом. Эмир, прошу! Реакция на неожиданную кандидатуру для данной роли была молниеносной. Все ожидали что сейчас вызовут Тамби. Кашоков, как и зрители, сначала растерянно засмеялись, но вскоре после мужчина подскочил и вошёл в образ. Скосил глаза, приоткрыл рот, сдвинув вбок челюсть, и шатающейся походкой направился к Рептилоиду. — Рустам, начни его описывать самыми мерзкими комплиментами, а ты, Эмир, смущайся. Рептилоид, угорая, подходит к Кашокову, который сам уже начинает сыпаться, и, сделав голос ещё более мерзким, начал импровизировать: — Ты у меня такой потненький, такой сальненький! Была бы моя воля, я бы тебя на мясокомбинат пустила и заг’аботала кучу денег! А ещё у тебя такие волосики жиденькие и г’еденькие, что аж хочется выдг’ать оставшиеся! Я хотела вообще назвать тебя Хг’яком, но потом пег’едумала и назвала пг’осто Куг’дюк! Эмир, держась за живот и надув щеки, глупо заулыбался и заклокотал: — Ну перестань, мамуля, ну я знаю! Я всегда поддерживаю себя в такой замечательной форме, как ты это любишь! Ты специально готовишь меня к… — Придумай к чему тебя может готовить мать. — … к Нальчинскому чемпионату по нарезанию бекона… — сказал Кашоков первое что пришло в голову, связанное со свиньями, после чего зал снова прорвало. — Это вег’но, мой хог’оший! Не то что этот выг’одок, кото’гый сидит у меня на шее, ест жиг‘ныне пг’одукты, пг’едназначающиеся для тебя, и какого-то хуя все ещё не толстеет! — Да у меня холестерин, вы совсем что-ли? Я ничего из того что ты мне давала, уже год как не ем! Я питаюсь только… — Расскажи, что ты ел в последний раз. — Эм… — Серёжа сдвинул брови, пытаясь вспомнить, — Только курицей из КФС! — Ну ахуеть тепег’ь, и как ты все ещё не г’азжиг’ел?! — добавил от себя Рептилоид под смех зала. — А почему мне не дал?! — обиженно выкрикнул Эмир из-за спины Рустама. — Потому что ты мне не нравишься! Вечно ты меня обижаешь! То в прошлом месяце ты попытался мне в рот плюнуть, то теперь ты ещё и пытаешься меня обжирать! — прочёл Серёжа, приподнявшись на локтях. — Тут внезапно дом затрясся, мигает свет, за окном гремит молния, и входную дверь вышибает полувеликан Эдик, и грозно смотрит на Эмира и Рустама. Илья, прошу! Макар тут же радостно вскочил с кресла и встал напротив участников сцены, с правой стороны. — Речь Эдика очень неуверенная, после каждого предложения он извиняется. Многие в зале восторженно загалдели, узнав в этой роли персонажа Ильи, Великана-Лоха Эдика. Макар сделал самое жалостливое выражение лица на которое только был способен и начал медленно приближаться, очень громко топая. — Ну блин, вы чего, простите меня? Вы зачем, эт самое, мальчонку так мучаете, прошу прощения? Вам сюда что, службу соц-опеки может быть вызвать, простите меня конечно? — Кто вы такой? Что вам нужно? — заверещал Рустам, скрючившись. — Вы пришли чтобы меня наконец-то забрать в детский дом?! Я слышал что там условия гораздо лучше чем тут! Например там… — Перечисли причины по которым в детском Доме лучше чем здесь. — Ну там, например… — Серёжа опять задумался, — Там чистые полы! Их там моют с Фэри, а не двумя харчками. А ещё там иногда дают бесплатно… Э-э… Куриные крылышки! Да вообще, мне потом квартиру дадут, если не заберёт никто! Зал опять затрясся от смеха, послышались хлопки. Макар заговорил вновь: — Нет, мальчик мой! Я не смогу тебя так осчастливить, уж прости! Потому что ты сейчас пойдёшь со мной, в школу волшебства и магии, под названием Кукагварц, прошу прощения! Ведь ты — мальчик, который… — Продолжи фразу. — Мальчик, который… Выжил после реабилитации… — Илья сам прыснул от собственных слов, сгибаясь пополам, вслед за ним последовали Эмир и Рустам. — Вы что, хотите сказать, что я — волшебник?! — приподнявшись уже на выгнутых руках, спросил Серёжа. — Именно, ведь ты — Серго Орлоттер, человек победивший Тёмного властелина, Того, от которого пол трясется, извините меня! — Тут уже громче всех начал заливаться Тамби, хлопая в ладоши, — И я здесь, чтобы забрать тебя, прошу прощения. — Он никуда не поедет с тобой, ты, огг’омная, неувег’енная в себе каланча! — заорал Рустам, случайно плюнув Кашокову в затылок, — Сыночка-вонючечка, давай, ты же мужик, ты должен защитить меня! — Эмир недоуменно смотрит на Птероданию, но потом нападает на Эдика, после чего они начинают драться как сумоисты. При этом, Эдик после каждого удара извиняется. Под гул аудитории, Кашоков принялся выполнять действие, подпрыгнув и врезавшись в Макара животом. Тот даже не сдвинулся с места, а пихнул того в ответ, не забывая просить прощения. В итоге, их не очень долгая потасовка вылилась в кучу-малу, в которой ребята чуть не свалились на землю, вцепившись друг в друга. Но под конец, Джибилов сказал: — Так, все, заканчивайте! Макар, ты его побеждаешь унизительным приемом, но Эмиру этот приём очень нравится и он восхищён. Илья, услышав задание, на пару мгновений заступорился, думая что бы такого сотворить. Но потом, хитро оскалившись, сымитировал что дал Эмиру под дых, отчего тот согнулся, после чего зашёл к нему за спину, сделал вид что облизал ладонь и треснул другу по пояснице так, чтобы с трибун было впечатление что попал по заднице. Кашоков, отыгрывая образ, совершенно не страдаюче воскликнул «Ай!», даже с ноткой игривости. А следом, в качестве финального унизительного движения, Макар пихнул Эмира пахом в зад, после чего тот отлетел в сторону, отыгрывая удивление от того что ему понравилось. Зрители, видя это безобразие, верещали и хлопали в ладоши, а комики заливались смехом. — Все-все-все! Хватит хулиганить!!! П’гошу, забиг’айте кого угодно, только не бейте меня! — плаксивым голосом прочитал Рустам свою реплику, сел на корточки и прикрыл голову руками, — Уходите! Уходите! — Простите-извините, Мадам, я заберу только этого паренька, который похож на высушенный банан. — Эдик подходит к Серго и пытается за шкирку поставить его на ноги, но у того не получается, мальчик как тряпичная кукла валился на пол. Макар и Серёжа отыграли сценку настолько смешно, что даже ведущий рассмеялся так, что забыл объявить следующее действие, и только когда момент явно затянулся, он продолжил: — Эдик понимает в чем дело и применяет на Серго заклинание силы. Придумай заклинание, Макар. — Эм-м… — Задумался Илья, начав махать руками, имитируя колдовство, — Быстронахуйвставайтус! — Орлоттер чувствует невероятный прилив сил и встаёт на ноги, очень странно двигаясь. Орлов выполнил действие, поднимаясь как будто бы у него кости были резиновыми, чем снова повеселил зрителей. — И теперь мы с тобой, Мальчик мой, отправимся в мир волшебства и магии! Это даже лучше чем детдом, поверь мне! — С этими словами Эдик и Серго прыгают в открывшийся портал. Сцена заканчивается! — закончил читать Рустам. Свет на сцене погас, комики сели на кресла, обсуждая только что произошедшее. Зал гремел от аплодисментов, пока ребята переводили дух перед следующей сценкой.

***

Следующие пять сцен ребята отыграли на все сто. Зрители регулярно заливались смехом, вместе с самими комиками. За весь сценарий было невероятно много хайлайтов, которые наверняка завирусятся в интернете, когда выпуск выйдет. Одними из самых запоминающимися моментов были, когда Эмир, отыгрывая роль заучки Эмироны, при помощи заклинания заставила Рептилоида ходить всю третью сцену топлесс. Девушки с первых рядов тогда верещали гораздо дольше положенного, а кто-то даже присвистывал. Ещё был великолепный момент, когда Тамби в роли преподавателя попытался наложить порчу на Серго, но его заклинание отрекошетило и Масаев пять минут должен был себя вести как хорек. Рептилоид же, снова продемонстрировал свой великолепный клич птеродактиля в четвёртой сценке, после которого Илья, играющий лучшего друга Орлоттера по имени Ильон Макизли, на минуту ослеп, к удивлению зрителей. Все эти моменты были очень смешными и запоминающимися, но вот она, последняя, финальная сцена: встреча с Тёмным волшебником Тамбордом-де-Пузортом и его приспешником, которого играл Рустам. Серго, Илья и Эмир должны были остановить его при помощи уничтожения его главного крестража — ГоуПро. Однако, все закончилось немного не так как планировали того сценаристы. Рустам наложил перевертывающее заклинание на Эмирону, отчего тот должен был встать на руки и стоять так, опираясь ногами на спину рядом стоящего Макара. Тот, на всякий случай придерживал Эмира за бедро, дабы Кашокова не кренило из стороны в сторону. И вот, все вроде бы шло по сценарию, но в один момент, когда Тамби должен был совершить финальный рывок прямо на Орлова, стоявший перед Ильей и Эмиром, тот неожиданно для Масаева в самый последний момент отскочил в сторону. «Темный маг» чуть было не наскочил на Макара, грозясь сбить того с ног, но Тамби успел затормозить прямо у ног Ильи. Однако тот, так же не ожидая таких действий, с перепугу резко попятился назад и, все ещё держа Эмира за бедро, наступил тому на пальцы. Кашоков заорал и попытался выдернуть кисть из-под ступни, но вместо этого завалился на спину, потянув за собой Илью. Тот, к сожалению, не разжал руку и, упал следом. Послышался ужасный грохот, мало кто успел понять что-либо в момент проишествия. Но судя по жалобному стону боли Эмира, все обошлось не очень хорошо. Илья, которого потянуло вслед за комиком, не рассчитал куда он падает, и упал поясницей прямо на нос Кашокова. Учитывая что на Макаре в тот день был ремень с металлическими заклепками, то все прошло ещё хуже. Очки, звякнув, сломались в районе переносицы. В зале раздалось синхронное «О-о-ох…». Макар тут же перевернулся в сторону, только поняв что произошло. Эмир лежал на спине, закрыв лицо ладонями и постанывая от боли. Рядом валялась сломанная оправа очков. Треснувшие вывалившиеся линзы лежали рядом. — Бляяяять, блять, блять!!! — Вырвалось у Ильи, тут же подползая к хнычущему Эмиру. Тамби, два Рустама и Серёжа тут же подбежали следом. На лицах каждого был страх, перемешанный с паникой. — Эмир, Эмир, ты как? — Тамби сел на колени рядом, придерживая голову Кашокова, который словно бы никого не слышал, продолжая держаться за нос. — Доктора на сцену, быстро!!! — крикнул Джибилов, махая рукой, — Эмир, все хорошо, сейчас тебе помогут… Но Кашоков все ещё не отвечал, перестав стонать, но кривясь от боли. — Так, с дороги! — на сцену забежали две девочки-медсестры с чемоданчиками. Комики отошли подальше, чтобы они могли оказать помощь Эмиру. Один Илья остался сидеть рядом. На нем было такое отрешённое и виноватое выражение лица, что казалось, что он сейчас заплачет. Медсестра аккуратно, чтобы не доставить ещё больше боли, убрала руки Кашокова с его лица. Все, кто стоял рядом, рефлекторно вздрогнули: из обоих ноздрей шла густая багровая кровь, которая из-за руки размазалась по лицу так сильно, что выглядело это невероятно жутко. Глаза Эмира зажмурены, а губы отплевывались от затекающей в рот крови. — Так, тише-тише, — успокаивающе зашептала медсестра, вытирая ваткой кровь с лица, пока вторая прикладывала пакетик с дроблённым льдом к переносице, — Дыши, дыши, все будет хорошо. Спокойно… Распахнув впервые за это время глаза, Эмир заморгал. Из правого глаза вытекла слеза. — Тише, Тише, бг’ат, не двигайся, — зашептал Рустам, выглядывая из-за плеча медсестры, переминаясь с ноги на ногу. — Ты как себя чувствуешь? — Тихо спросил Тамби, — Ты нас слышишь? — Да… — глухо ответил Эмир, отплевываясь, на что на него шикнула медсестра. — Встать можешь? — спросила медсестра, убрав окровавленные ватки в чемоданчик, — Надо его увести отсюда. — Могу… — Тихо шепнул Эмир, так, что услышали только медсестры и Илья. Девочки кивнули Тамби и Илье, давая разрешение на немой вопрос в их глазах. Не теряя ни секунды, ребята подошли к Кашокову и осторожно подняли его, придерживая за спину. Когда Эмир принял вертикальное положение, Илья прижал его к себе покрепче и вместе с Масаевым аккуратно повели его за кулисы.

***

Шоу закончилось на грустной ноте, зрителей в неловком молчании поблагодарили за присутствие и попросили на выход. Вся команда была в гримерке, на стороже. Эмир лежал на диване, придерживая у носа дроблённый лёд. В обоих ноздрях торчали окровавленные кусочки ваты. Но, благо, кровь больше не хлестала. Все из Лены Куки сидели рядом, ближе всех Илья, переживая и положив руку на плечо Кашокова. Он извинился перед другом уже, наверное, раз в пятидесятый, вместе с Серёжей и Тамби, на что Эмир только отмахивался. — Вы не виноваты, хватит, — ворчал мужчина, морщась, — Это несчастный случай, нет ничьей вины. — Ну Эмир, ну все же… — дрожащим голосом говорил Макар, заглядывая в глаза друга, — Твои очки тут же ещё… — Все нормально, — отрезал Кашоков, посмотрев на Илью, — очки это фигня, успокойся… — Ты точно нормально себя чувствуешь? Голова не кружится? — уточнил Тамби — Нет! — закатив глаза, ответил Эмир, — Я же сказал что все хорошо. Просто дайте мне чуть-чуть полежать. Я даже на сцену выйду. — Ты чего, никуда ты не пойдёшь! Только в тг’авмпункт и следом домой, — воскликнул Рептилоид, махнув рукой, — После того, как Илюха, считай, сел тебе на лицо, там точно есть вег’оятность пег’елома. Услышав это, Эмир неожиданно рассмеялся, зажмурив глаза. — Вот так идея для фанфиков. Илья, не постеснявшись, сел Эмиру на лицо прямо при всех, — пробормотал Кашоков, усмехнувшись. — Чувак, ты точно больной… — рассмеявшись вместе со всеми, заключил Макар.