Аристократия
4 июня 2022 г., 18:18
Жизнь Спарды подчинялась простым правилам.
На первом месте всегда было служение Королю Ада. Он был верным генералом, беспрекословно следовавшим приказам Мундуса. Спарда добывал победу во всех основных битвах, поддерживая правление Короля долгие столетия.
Это была его судьба, его предназначение. Другой жизни Спарда просто не знал. Бесконечный бой с армиями Демонических Лордов и других богоподобных Созданий не имел конца. Разорванная плоть, кровь, крики и стенания были основой его существования. Спарда жил, чтобы убивать, и другой реальности для него не существовало.
Лишь изредка, в краткие мгновения покоя, его жизнь преображалось в нечто совершенно другое. Званые вечера, балы и другие мероприятия, проводимые в замке Короля Ада, захватывали его в водоворот придворных интриг и скандалов. Они раздражали и отчасти смущали его, ведь он совершенно не знал, как вести себя среди всех этих демонов, лобызающими лакеями следующими за Мундусом.
Спарда знал, что, являясь Главным генералом, он был одним из самых влиятельных аристократов в демонической иерархии. Он был одним из приближенных самого короля, и имел серьезное влияние на решения Мундуса. Но, несмотря на его благородное происхождение, выдающиеся таланты и высокий статус, Спарда был далек от дворцовой жизни. Его полностью поглотила война.
Он всегда стремился отгородить себя от придворных демонов. Ему было втайне неприятно смотреть на творящиеся иногда в чертогах замка действия. Было в них нечто… бесчестное, что отвращало его мертвую демоническую душу.
Вот и в этот раз, держась в стороне, облокотившись на колонну с бокалом в руках, он безмолвно наблюдал за пытками человека, проводимыми в качестве развлечения. Демоны скалились в наслаждении, вдыхая свежий аромат соблазнительной крови. Их рычание и хохот смешивались в непередаваемую смесь звуков, тревожащих чуткий слух генерала. За дорогими одеждами и благородным воспитанием, несмотря на все старания демонов, просачивались звериные черты, обнажая их настоящую сущность.
На войне он давил таких сотнями, тысячами, не обращая внимание на хруст костей под его сапогами. Но здесь и сейчас, он должен был быть с ними вежлив и учтив.
На мгновение Спарда опустил взгляд на человека. Лицо раба выражало бесконечную боль и невыносимые старания, испытываемые на границе его возможностей. Он был на грани смерти, с облегчением готовый преступить черту, но демоны поддерживали в нем слабый отголосок жизни, не давая умереть пленнику так быстро.
Глядя на безумство, происходящее прямо перед ним, Спарда не чувствовал сожаление. Он не чувствовал вообще ничего. Пустота вокруг его сердца, расширяющаяся с каждым прожитым столетием, перемалывала те немногие эмоции, что демон мог ощущать. Спарда не чувствовал ни сострадания, ни радости от представшей перед ним картины. Лишь ощущение затягивающей его все глубже тьмы и безысходности омывало мрачными волнами. Но в один миг будто искра печали, тайного снисхождения и боли за умирающего зажглась внутри него…
Спарда помотал головой, прогоняя дурные мысли. Он устал. Просто устал. Это не человеческие эмоции — он не способен их испытывать.
— Спарда, — внезапно раздалось из-за его спины. Демон тут же развернулся и почтительно склонил голову.
— Мой Король, — генерал поприветствовал Повелителя. От Спарды не скрылось слабое недоумение, ощущаемое в ауре Короля, когда Мундус заметил отстраненность и отвращение, с которой его генерал наблюдал за представлением.
Взгляд Мундуса, полный чувства непобедимой власти и внутренней силы, остановился на группе демонов, пытающих человека. Стоило Королю обратить на них все свое внимание, как они замерли, со страхом и волнением ожидая вердикта.
— Продолжайте, — кивнул он им, не видя ничего странного, что могло бы поразить его генерала. Подобные пытки были обычным делом.
Стоило демонам услышать приказ, как они бросились выполнять поручение с удвоенной силой. Крики зазвучали громче и отчаянней.
— Пойдем, — качнул головой в сторону балкона Король, не заинтересованный сегодня в представлении. — Нужно поговорить. Вдали от любопытных глаз.
Они вышли на открытый балкон, с которого открывался вид на владения Мундуса. Бескрайние степи и пустыни, скелеты давно умерших демонов и блуждающие вдали подчиненные предстали перед ними. Сухой, полный запаха крови ветер затрепетал их плащи, стоило им подойти к самому краю.
Король Ада, облокотившись о перила, подозвал Спарду к себе движением руки.
— Посмотри на то, что создали мы с тобой, — указал на обширные пространства Мундус. — В Преисподней, самом центре хаоса и крови, мы смогли сотворить нечто постоянное, надежное. Наша раса живет и преуспевает. Вскоре мы сможем захватить мир людей, и тогда воцарится настоящий мир…
В то время, как Король говорил, Спарда следил взглядом за человеческими рабами и низшими демонами, плетущимися по пустыне неровной колонной. Высшие демоны гнали их ударами хвостов и когтей, не различая низших и людей, заставляя двигаться вперед — к их бесчестной, жалкой смерти. Как должно быть бесконечно одиноко и грустно пасть не в битве, где противник стоит наравне с тобой, а будучи гонимым, раненым зверем, которого держат лишь ради развлечения и крови…
— …арда. Спарда? — окликнул Мундцс глубоко погрузившегося в свои мысли демона.
— М-мой Король? — рассеянно ответил Спарда, повернув голову к Мундусу.
— Что творится в этой, несомненно, мудрой голове? — усмехнулся Король и бережно положил ладонь на плечо генерала. — Что тебя так волнует?
«Твой мир, о котором ты мечтаешь, что на самом деле лишь еще большее страдание для всех живых существ» — совершенно неожиданно для себя хотел ответить Спарда, но промолчал.
Такое происходило с ним впервые. В душе поселились губительные сомнения. Он не знал, откуда они взялись. Но ощущение неправильности происходящего тревожило его, не давая покоя утомленному долгими битвами генералу.
— Цель… — с трудом подбирая слова, пытался объясниться Спарда. — Наша цель — это мир, не так ли? Мир, где больше не будет войн, разногласий, безудержных убийств и потакания животным инстинктам. Где под влиянием могущественного, всевластного Короля наступит настоящий покой, и мы начнем созидать, а не разрушать?
— Все верно, — улыбнулся Мундус и похлопал демона по плечу. — Мы добьемся этого. Возможно, не сразу, но все же мы не отступим перед любыми трудностями.
И Спарда знал, верил, что это правда. Он боролся за их будущий мир, где демоны не будут больше простыми чудовищами. Сколько смертей было положено ради этой цели. Но, будучи постоянно на войне, Спарда не мог видеть последствия правления Мундуса. Долгие года все оставалось по-прежнему — низшие демоны считались ничтожными пешками, люди — удобным источником пищи и развлечений. Король уверял его, что все изменится, но времена тех самых желанных изменений все никак не наступали…
— П-прош-шу прощения, — на балкон зашел один из демонов, волоча за собой полуживого человека. — Король, почтите за честь…
— Конечно, — уже понимая, к чему ведет демон, согласился Мундус. В присутствии Короля демоны не решались убивать рабов без прямого приказа или разрешения. Часто, они предлагали последний вдох человека Мундусу, и он снисходительно принимал предложенный дар.
Этот раз не стал исключением. Ладонь Короля сомкнулась на шее раба. Мундус легко приподнял его в воздух, с наслаждением наблюдая за слабыми попытками человека выбраться.
— Ничтожество, — прошептал Король, прежде чем сломать шею рабу.
Больше не удерживаемое Мундусом тело упало на ледяной пол, изломанной куклой оставаясь лежать, недвижимое и изуродованное.
Спарда застыл, не в силах осознать случившееся только что. Жестокость и слова о будущем покое и благополучии были просто несочетаемы, но Мундус умудрялся виртуозно управлять обоими одновременно.
— Конечно, Спарда, — Король вернулся к их разговору, — мы сотворим лучший мир.
В этот миг Спарда осознал — это ложь. Абсолютная, поддерживаемая столетиями ложь. Генерал был демоном — бесчувственным, кровожадным, яростным как буря и неутомимым как вечное течение кровавой реки его жертв. Но что-то совсем не демоническое просыпалось в нем. Желание изменить, переделать то, чему он потакал долгие столетия. Потому что больше невозможно было наблюдать за страданиями людей, демонов — живых существ.
Так начался его мятеж.
