Имя твое - проклятие

Однажды, прервав очередную милую беседу узников, демон зашел к ним и вручил аккуратно оформленные документы. - Обвинительное заключение? – удивленно поинтересовался Бухарин. - Приговор. Если вы с ним согласны, подпишите его. Узники погрузились в чтение. Дитер внимательно за ними наблюдал. Прочитав недолгий перечень, Бухарин кивнул и вопросительно посмотрел на Дитера – видимо, ничего нового он там не увидел. Зиновьев же с ужасом пробегал глазами бесконечные строки, обличающие не один смертный грех, и не скрывал своего волнения. - Признаете ли вы свою вину? – строго спросил немец. - Да! – с готовностью ответил Бухарин. - Нет… Бухарин удивленно обернулся. Дрожащей рукой Зиновьев протянул свой приговор демону. - Я не признаю за собой всех этих преступлений, - произнес он упавшим голосом. – Я отказываюсь подписать… - Это твое дело, - отрезал немец, пораженный этим поступком. Он был в полной уверенности, что сейчас избавится от обоих узников и отправится на заслуженный отдых. Он не учел лишь одного – приговоры были разными… Удивленный не меньше его Бухарин заявил уже менее уверенно: - А я готов подписать… Дитер молча вручил ему карандаш, и узник расписался под обвинением. Зиновьев отвернулся от него, нервно покусывая губы. - Что ж, - заявил демон, забирая подписанный приговор, - решение принято. – Не произнеся больше ни слова, он поднялся и вышел, оставив узников в недоумении. Хотя дело пошло не так, как планировал немец, его нужно было довести до конца. Прождав положенное время, глубокой ночью он разбудил Бухарина. - Что такое? – сонно пробормотал узник. - Вставай и иди за мной. Можешь не одеваться. Мгновенно проснувшись, Бухарин нервно закивал. - Я понял, - негромко произнес он. – Все-таки вы решились на это! Давно пора! Дитер не понимал, о чем он говорит, но вел за собой по улице. Странно выглядела эта процессия: высокий мужчина в строгом темном костюме и низенький человечек в одном белье. Хорошо еще, что дело происходило ночью, и свидетелей этого балагана не было. А Бухарин меж тем продолжал твердить, как заведенный: - Я давно ждал этого, честно признаюсь. Я лучшего не заслуживаю. Все правильно. У вас пистолет-то заряжен? До демона наконец дошло, что Бухарин всерьез готовится к собственному уничтожению. Делая себе приятное, он не стал разубеждать узника. - Хотя стали бы Вы направляться в такую даль, не имея при себе оружия… Они дошли до «мясных» подвалов на пустыре. Бухарин удивленно огляделся по сторонам. - Вы здесь будете меня расстреливать? – спросил он. - Расстрела не будет, - процедил Дитер и вручил ему пузырек с жидкостью. Узник расцвел: - Яд! Я просил об этом когда-то, но мне отказали. Теперь хоть Вы уважили мою просьбу… Это морфий? - Пей, скотина, - раздраженно бросил немец. Бухарин сконфузился: - Извините. Открыв пузырек, он залпом проглотил его содержимое и улыбнулся. - Спасибо… - прошептал он и рухнул на землю. Дитер оттащил его тело в подвал. Как жаль все-таки, думал он, что на самом деле Бухарина постигла не окончательная смерть… Вернувшись обратно, он увидел стоящего возле барака Зиновьева. От его взгляда демону стало немного не по себе. - Где Бухарин? – мрачно поинтересовался узник. - Он больше не вернется. Мутный взгляд буравил Дитера не хуже физический пытки. - Вы все-таки добили его?... - Он получил свободу. Теперь его место не здесь. Зиновьев вдруг вздохнул с облегчением. - Ну слава богу, - прошептал он. – Он ведь и не должен был в ад попадать… чудак человек… - Я не знал, что большевики верят в бога, - с издевкой произнес немец. Зиновьев просто махнул в ответ рукой и скрылся в бараке. Демон постоял на месте, потом презрительно хмыкнул и ушел спать. Ему снилось что-то очень невнятное с попадающимися где ни попадя пузырьками морфия.