Время первой любви

Если бы кто-нибудь спросил у Дайса (к счастью, никто не спрашивал), когда он влюбился в Рамуду, он бы не смог дать ответа. Рамуда просто возник в его жизни и моментально стал её важной частью. Поначалу то, насколько он шумный и вездесущий, раздражало, но потом Дайс поймал себя на мысли, что, когда Рамуды нет рядом, ему становится скучно. Школьная каторга была для него той ещё пыткой, и присутствие странного семпая заметно разбавляло серые будни. Дайс думал, что после того случая в медпункте всё и закончится, и они максимум будут кивать друг другу при встрече в коридорах, но Рамуда нашёл его класс и ворвался туда на перемене буквально на следующий день. После уроков они уже шли вместе в магазин сладостей, потому что новый приятель стребовал свою награду в виде леденца. Так незаметно они сблизились и стали проводить много времени вместе. Рамуда почти сразу познакомил Дайса со своим другом и одноклассником Гентаро Юмено, и втроём они часто виделись не только в стенах школы. У Гентаро здорово получалось объяснять трудные для Дайса моменты по гуманитарным предметам, а Рамуда оказался тем ещё рукодельцем, способным и красиво рисовать, и мастерить всякие забавные штучки из подручных материалов. Большая часть браслетов и фенечек, которые он не снимая таскал на своих запястьях, была сделана им собственноручно. Он и Дайсу сплёл симпатичную фенечку из макраме. Теперь та болталась у него на руке, и почти каждая девочка в школе считала своим долгом спросить, не Рамуда ли её сделал и может ли он сплести такую же и для неё. Никаких фенечек девочкам Рамуда не плёл, и Дайс не хотел этого признавать, но был самую чуточку счастлив оставаться единственным обладателем такой уникальной вещицы. Может, это был первый раз, когда Дайсу подумалось, что его чувства к Рамуде отличаются от дружеских. Проблема заключалась в том, что Дайс не отличался сообразительностью в вопросе романтических переживаний и предпочитал не размышлять о подобном, поэтому разбираться в оттенках симпатии к кому-то было сложно для него. Рамуда вызывал в нём бурю разных эмоций, но копаться в них не хотелось до тех пор, пока мысль «я люблю Рамуду Амемуру» не стала обыденной и настолько же естественной, как сам Рамуда в дайсовой повседневности, и отрицать её уже не имело смысла. Пожалуй, сильная сторона Дайса была в том, что, осознав что-то один раз, он принимал это как само собой разумеющееся, так что никакой внутренней борьбы по поводу чувств к другому парню у него не возникло. Да и кому какая разница? Людям, которые имеют какое-то мнение о чужих отношениях, стоит потрогать траву и заняться своими. Было достаточно просто находиться рядом с Рамудой, Дайс не планировал предлагать встречаться или добиваться взаимности, всякая романтическая чепуха казалась слишком запарной, да и один чёрт знал, что творится в конфетной голове семпая, чтобы хотя бы предположить его реакцию на неожиданное признание. Или на ожидамое. Без разницы. Самому Дайсу казалось, что он палится очевиднейшим образом, но Рамуда или не замечал, или делал вид, что не замечает. Дистанция между ними сформировалась сама собой. С одной стороны, её не было вообще, потому что оба игнорировали концепт личного пространства, с другой и Дайс, и Рамуда знали, где проходит граница того, о чём стоит говорить и о чём нет. Но наблюдать, замечать и запоминать Дайсу никто запретить не мог. – Дайсу, ты во мне дыру просверлишь, – хихикнул Рамуда, старательно переносивший данные по медикаментам из журнала в таблицу на компьютере. Он был так сосредоточен на этом занятии, что от усердия высунул и едва прикусил кончик розового языка. Дайсу было сложно не смотреть, и даже если он, спохватившись, отводил взгляд, то в итоге возвращался к чужому лицу. – Тут кроме тебя не на что смотреть, – попытался он оправдаться. – Ты сам захотел составить мне компанию, я говорил, что это скучно! – Вместе со мной же веселее? – Угу! – Рамуда бодро кивнул. – Ой, сбился. Дайс тихо усмехнулся и придвинулся ближе, заглядывая в монитор. Это была одна из нудных вещей в работе Джакурая, но сегодня он вынужден был уехать на какую-то конференцию, и Рамуда отважно взялся сделать хотя бы эту часть рутины, чтобы облегчить школьному доктору жизнь, и ему не пришлось возвращаться вечером в школу ради отчётов. – Вот тут ты не ту цифру поставил, сорок шесть из строчки ниже, а тут двадцать восемь, – Дайс ткнул в строку в журнале. – Ага-а-а, вижу! Дайсу мой спаситель! – С тебя бургер. – Ладушки! Они вновь погрузились в молчание. Клавиши тихо постукивали под тонкими пальцами Рамуды, из открытого окна доносились крики с бейсбольного поля и пение птиц. Тени деревьев танцевали по стенам и поверхности стола. Дайс распластался по нему, положив голову на руки, и наблюдал за трудами семпая. После школы они договорились прогуляться к реке и поесть фастфуда вместе с Гентаро, но уже битый час торчали в медпункте. Минутная стрелка на часах, как назло, двигалась по кругу будто через силу. Вот Гентаро, поди, не скучно. Сидит себе в своём клубе книжки читает и ждёт, когда Рамуда с Дайсом зайдут за ним. – Закончил! – Рамуда победно вскинул руки и хорошенько потянулся. – Подожди, сейчас я сохраню и пойдём. К Дайсу тут же вернулась бодрость. Он поднялся со своего места, закрыл окно и закинул рюкзак на плечо. Сидеть на одном месте для него всегда было невыносимо, хотелось срочно размять ноги. Они уже покидали медкабинет, когда из-за угла выскочил кто-то из учеников и, едва не сбив Рамуду с ног, влетел в открытую дверь, отчаянно прикладывая палец к губам. Со стороны лестницы послышались голоса и громкие шаги, Рамуда с Дайсом переглянулись и закрыли за учеником, нырнувшим в медпункт, дверь. Как раз в этот момент в коридор влетели двое второклассников, известных полным отсутствием дисциплины. Дайс и сам пару раз влезал с ними в драки, потому что упрямство и гордость не позволяли ему игнорировать этих парней. – Куда он побежал?! – в запале злости выпалил один из них. Его рубашка была чем-то облита, и, похоже, это являлось причиной преследования. Не сговариваясь, Рамуда с Дайсом показали в сторону соседней лестницы, и парни тут же понеслись дальше. Дождавшись, когда их шаги и крики стихнут, Рамуда осторожно приоткрыл дверь и заглянул в медкабинет, Дайс сунул голову в проём следом. Парень сидел на корточках, прижавшись к стене, и обнимал обеими руками свою сумку. Вид у него был затравленный. Медленно подняв взгляд на своих спасителей, он судорожно всхлипнул. – Я случайно! С-случайно пролил на него м-молоко… а он как закричит... П-простите, я доставил вам неудобства, – парень с трудом поднялся на ноги, колени у него дрожали не то от пережитого испуга, не то от бега. – Простите, мне очень жаль… У парня были тёмно-рыжие волосы, бледное, слегка осунувшееся лицо и заметные мешки под глазами. В целом, выглядел он довольно болезненно. Дайс его не знал, так что предполагал, что парень старше него. Он вопросительно взглянул на Рамуду, но тот пожал плечами и мотнул головой. – Они ушли, – Рамуда дружелюбно улыбнулся и похлопал незнакомца по плечу, но Дайс уже знал, что это дежурные жесты, не выражающие ни капли искренности. – А нам надо закрыть медкабинет, так что тебе придётся выйти. – Д-да, конечно. Ещё раз простите. И спасибо! – парень резко согнулся в поклоне едва ли не пополам, и Дайс аж вздрогнул от такой горячности. – Ха-ха, да не за что! Будь осторожен и воспользуйся той лестницей, с которой ты сюда прибежал, – Рамуда мягко подтолкнул ученика к двери, и тот, испуганно оборачиваясь, поспешил скрыться за поворотом. – Эти придурки всю школу изведут, – проворчал Дайс, когда они направлялись к клубной комнате Гентаро. – Ты им дорожку тоже перебежал, да? – Было дело. Но я обычно не убегаю, а даю отпор, так что они ко мне больше не лезут. – Дайсу очень смелый! – Рамуда вновь повис у него на руке, и оставалось лишь смиренно вздохнуть. – Если какие-нибудь негодяи будут меня преследовать, ты ведь тоже им покажешь? – А то! Пусть только попробуют! – Дайс оскалился в клыкастой ухмылке и ударил кулаком по ладони. Рамуда весело рассмеялся. Знал бы он, насколько честен сейчас был с ним Дайс и на что был ради него готов.