Between Thought and Reality

      Гарри заглянул через витрину, чтобы увидеть, нет ли там кого-нибудь из друзей Риддла, но магазин был пуст, за исключением одного пожилого мужчины, просматривающего полки, и самого Тома, сидящего за прилавком и читающего книгу. Гарри толкнул дверь без малейших колебаний, и Риддл лишь на секунду взглянул на источник звука.       Гарри не был властолюбивым человеком, по крайней мере, он так думал, но сейчас просто не мог удержаться от того, чтобы не позлорадствовать, когда создал Риддлу несколько очень серьезных преград в стремлении стать Темным Лордом. Вряд ли имело значение то, что Риддл понятия не имел, что сделал Гарри. Гарри знал, и этого было достаточно, чтобы наполнить его настоящим чувством ликования, когда он несколько мгновений смотрел на стоящего Риддла.       Старик просматривал раздел амулетов, который Гарри планировал изучить, потому что ему нужен омут памяти и, возможно, он сможет найти книгу, в которой подробно описано, как его сделать. Но Гарри хотел уединения, поэтому вместо этого он направился в секцию зелий.       Когда Гарри узнал, что ему нужно сдать зельеварение, ЖАБу, он весь вечер жаловался Рону и Гермионе, как ужасно, что они потеряли книгу Принца-полукровки, потому что это была самая полезная книга по зельеварению, которую когда-либо имел Гарри. Гермиона сидела на диване, скрестив руки на груди, с кислым выражением лица, пока, наконец, не огрызнулась на Гарри, сказав, что если он хочет вернуть книгу, всё, что ему нужно сделать, это использовать омут памяти, чтобы воссоздать часть материала.       Гарри был так благодарен за её предложение, что мог бы поцеловать Гермиону прямо там, если бы рядом с ней не сидел Рон.       Как бы то ни было, Гарри спросил Кикимера, где можно купить омут памяти, и тот посмотрел на него с явным разочарованием, покачал головой и повел в старый кабинет Ориона Блэка, где он нашел спрятанный омут.       Омут памяти был маленьким и выглядел очень старым, но работал отлично. С этого момента Гарри каждый вечер тратил по несколько часов, перебирая воспоминания об использовании книги Принца-полукровки, запоминая все измененные рецепты, которые только мог увидеть. Вернувшись в кабинет Ориона, Гарри записал их все в специальный блокнот. Сам процесс запоминания и записи десятков измененных рецептов творил чудеса с пониманием Гарри зелий и, несомненно, был одной из главных причин, по которой Гарри получил высший балл по зельям ЖАБы.       Теперь, когда Гарри застрял в прошлом, он планировал сделать то же самое. Он помнил несколько измененных рецептов Принца, зелий, которые он часто использовал в своей жизни и предпочитал варить сам. Он знал, что если будет использовать Омут таким образом, то сможет не просто скопировать все рецепты. Гарри также сможет наблюдать воспоминания о каждом уроке зелий, который он когда-либо посещал, и, таким образом, запоминать рецепты. И любой рецепт, который еще не был изобретен в 1942 году, Гарри потенциально мог выдать за собственное творение.       Позже он будет выбирать, какие зелья объявить своими изобретениями, а сейчас просто сосредоточится на сборе как можно большего количества рецептов.       Поскольку Гарри собирался создать Империю зелий, то решил заняться изучением этого даже лучше, раньше. Он многому научился во время подготовки к ЖАБА, но всё равно не был мастером зелий. К счастью, у Гарриет был аналитический ум, который Гарри поклялся использовать с пользой, сосредоточившись как можно больше на изучении зелий.       Вот почему он сейчас с удовольствием просматривал раздел зелий, тщательно спрятав лицо под капюшоном.       Он быстро нашел старый фолиант по зельям, в котором содержались всевозможные интересные рецепты, с которыми Гарри был не очень знаком, например, целая линейка зелий эйфории, которые звучали так, как будто они могли вызвать кайф у пьющего всеми возможными способами. Гарри был совершенно уверен, что некоторые из этих зелий были незаконными, но это не значило, что их неинтересно изучать и, возможно, в конечном итоге использовать в качестве основы для нового зелья. В книге, с которой Гарри не был знаком, также было несколько лечебных зелий, поэтому он решил взять книгу с собой домой, чтобы внимательно её прочитать.       Он также нашел небольшую книгу, полностью посвященную Феликсу Фелицису и истории этой жидкой удачи, а также множество анекдотов о ведьмах и волшебниках, которые употребляли это зелье в какой-то момент своей жизни. У Гарри остались очень положительные воспоминания о старом добром Феликсе, поэтому он выбрал книгу исключительно из чувства ностальгии.       Следующей книгой, которую выбрал Гарри, стала о личной гигиене и косметических зельях. Гарри очень хорошо помнил, что Флимонт Поттер, его предыдущий дедушка, заработал для своей семьи тонны золота всего за год, изобретая зелье для волос, так что Гарри не собирался отказываться от идеи поэкспериментировать с таким в будущем.       Наконец Гарри нашел маленькую книгу, которая, казалось, вот-вот развалится. Обложка была из темно-коричневой кожи, со множеством потертостей по краям, но без упоминания названия или автора. Гарри нашел их на первой странице: «Зелье предков» Флорри Флаттерфорд.       Сердце Гарри, должно быть, пропустило, как минимум, пять ударов, он чуть не выронил книги из рук. Сделав несколько глубоких вдохов, Гарри открыл маленькую тонкую книжку и как можно быстрее пробежался по тексту. Он не мог поверить, что нашел эту книгу, и его грудь сжалась от сожаления, когда он понял, что не может поделиться этим удивительным открытием с Гермионой.       В течение многих, многих месяцев, проведенных вместе в палатке, с Роном или без него, Гарри и Гермиона говорили обо всем и обо всех. У Гермионы, как оказалось, было много интересных идей о волшебном мире. Одна из этих идей заключалась в том, что магглорожденных не существует.       Вместо этого Гермиона предположила, что все ведьмы и волшебники, рожденные от магглов, на самом деле были потомками сквибов. Это имело смысл, если подумать об этом. Сквибы были магическими существами по своей сути. Они носили в своих телах магические гены, даже если сами не обладали достаточной магией для произнесения заклинаний. Затем сквибы были брошены в мир магглов, где они в конечном итоге женились на магглах и завели детей, которые также несли в себе некоторые из этих дремлющих магических генов. А затем, в какой-то момент, у одного из этих потомков сквиба были дети от другого потомка сквиба, и рождался волшебный ребенок.       Это объясняло, почему у магглорожденных в семье часто бывает более одной ведьмы или волшебника. Посмотрите, например, на Колина и Денниса Криви. Оба волшебные, но с совершенно маггловскими родителями.       Даже у Гарриет в семье был еще один волшебник. Младшая сестра Эвелин, Кэрол Викенс, была магглорожденной ведьмой. Она училась в Хогвартсе как ученица Когтеврана, показала себя чем-то вроде вундеркинда Древних Рун, и после окончания школы её быстро взяли в Департамент Тайн, где она работает по сей день. Как и большинство настоящих ученых, тетя Кэрол была полностью поглощена своей работой, а Гарриет, к сожалению, никогда не была с ней очень близка. Возможно, наличие волшебного знакомого помогло бы Гарриет лучше справиться с ее беспокойной жизнью.       Как бы то ни было, Гарри согласился с идеями Гермионы, особенно когда Гермиона указала, как мало магглорожденных рождается в любой год. Если магглорождения появились спонтанно, почему их число было таким низким? Только в Великобритании было около шестидесяти миллионов магглов. Тем не менее, каждый год регистрировалось лишь около двадцати новых магглорожденных детей.       Это было всего 20 маглорожденных из в среднем 700 000 рождений в год. Менее 0,003 процента рождений в Великобритании были магглорожденными. Это крошечное число имело смысл, если предположить, что для создания новой ведьмы или волшебника требуется два потомка сквиба.       Гермиона повсюду искала доказательства этой теории. Она пыталась откопать записи своей семьи и искала волшебный способ определить чье-то магическое происхождение, но ничего не нашла. А потом работа заняла её, она вышла замуж, и у нее осталось мало времени, чтобы искать дальше.       И все же Гарри застрял в 1942 году, где он мог бы найти ответ, если бы зелье Флорри Флаттерфорд сработало. Гарри просмотрел список ингредиентов. Для этого требовалось много дорогих предметов, а также кровь фестралов и волосы из хвоста.       Гарри не мог припомнить, чтобы когда-либо сталкивался с зельем, в котором использовалась какая-либо часть фестрала. Волшебный мир в основном боялся этих причудливых существ и избегал их при каждом удобном случае, хотя сам Гарри относился к ним только положительно.       Гарри даже не был уверен, можно ли купить фестральские ингредиенты в обычной аптеке. Не то, чтобы это имело значение, потому что Гарри знал, где можно было найти их большое стадо.       Глубоко вдохнув, Гарри прижал книги к груди и поспешил к стойке. Омут памяти мог подождать. Гарри хотел как можно скорее создать зелье Флорри Флаттерфорд и испытать его на маглорожденной крови Гарриет.       Риддл оторвался от своей книги и немного раздраженно нахмурился, когда Гарри положил книги на прилавок. С легким вздохом Риддл взял книги одну за другой, чтобы определить их цену. Очевидно, что большинство книг стоили кнат, но некоторые из более редких продавались немного дороже. Когда Риддл наткнулся на пустую коричневую обложку, он не смог сдержать любопытства и открыл обложку.       Гарри был очень заинтригован, наблюдая за реакцией Риддла на название. Карие глаза Риддла расширились, и он резко вдохнул, прежде чем хлестнуть взглядом Гарри, прищурив глаза.       О, Гарри знал, что случилось. Насколько он помнил, Риддл обнаружил свою слизеринскую родословную где-то перед пятым годом. И учитывая, что Риддл, по-видимому, провел все лето за чтением в книжном магазине, вполне логично, что в какой-то момент он нашел книгу Флорри Флаттерфорд, применил зелье на себе и наконец обнаружил своих предков.       Гарри быстро закусил губу, чтобы не начать улыбаться прямо в смехотворно красивое лицо Риддла. Вот ответ на самый животрепещущий вопрос Риддла, и Гарри вырывает его прямо у него из-под носа, и все за один жалкий кнат.       Гарри мог видеть момент, когда Риддл подумал о том, чтобы взять свою палочку, чтобы наложить на него заклятие, и оставить книгу себе. Но старик все еще просматривал раздел заклинаний и мог стать нежелательным свидетелем. Кроме того, Риддл понятия не имел, кто такой Гарри, поскольку его плащ и капюшон скрывали личность. Он может быть пятнадцатилетним магглорожденным, или аврором, или могущественным чистокровным, который обвинит Риддла в попытке нападения. Плечи Риддла расслабились, и он изобразил на лице вежливую улыбку, слегка наклонив голову, вероятно, пытаясь заглянуть Гарри под капюшон.       Не пройдёт. Риддл был очень высоким даже в подростковом возрасте, а Гарри - невысоким, так что Риддлу пришлось бы согнуться вдвое, если он хотел хорошенько разглядеть его лицо, а это стало бы слишком очевидно.       — Вот, пожалуйста, — сказал Гарри, вытягивая книгу Флаттерфорда Флорри из рук Риддла и захлопывая её. Он не хотел давать Риддлу возможность взглянуть на настоящий рецепт зелий. — Четыре кната?       Риддл продолжал улыбаться, его глаза снова сузились, поскольку он явно обдумывал все возможные способы получить нужную ему информацию. — Интересная тема, не так ли?       Ах. Итак, Риддл собирался поболтать. Гарри вытащил свой мешок с деньгами и отсчитал четыре кната. — Да, — ответил он, потому что не мог удержаться. — Это поможет мне доказать, что магглорожденных не существует. Есть только потомки сквибов.       И с этими словами Гарри хлопнул четырьмя кнатами по прилавку, прижал книги к груди и поспешил из магазина, оставив тихо злящегося Риддла позади.       Пусть Риддл еще какое-то время считает себя маглорожденным, пока не найдет другой способ доказать своё слизеринское происхождение. Вероятно, это сотворило бы чудеса с его раздутым эго.       Гарри быстро зашел в аптеку, чтобы подобрать ингредиенты, необходимые для зелья, которых не было в его подвале в Коттедже Убийц. Затем он трансгрессировал домой, чтобы присоединиться к своей семье для быстрого обеда. Сразу после того, как он помыл посуду, Гарри снова вернулся в Хогвартс. Это вошло в привычку, не так ли? Но никто, казалось, не замечал, как Гарри приходил и уходил из замка, когда ему вздумается, так что он не видел причин останавливаться.       Тот факт, что он снова увидел Риддла, напомнил Гарри, что нужно избавиться от любых книг, в которых упоминаются крестражи, в Запретной секции библиотеки. Поэтому вместо того, чтобы сразу же отправиться в Запретный лес, Гарри быстро зашел в библиотеку. Заклинания, использованные для блокировки библиотеки, были легко отменены человеком, обладающего знаниями о взломе оберегов на уровне аврора.       Гарри знал, в какой книге содержится вся информация о создании крестражей. Он, Рон и Гермиона достаточно часто пролистывали её во время охоты за крестражами, после того как подруга освободила его из кабинета Дамблдора.       «Секреты темнейших искусств» невинно стояли на полке в Запретной секции, как будто это была не та книга, которая навсегда изменила волшебный мир. Хотя почему эта гребаная школа держит на полках такую ​​книгу, для Гарри оставалось загадкой. Да, он считал, что люди должны иметь возможность изучать все виды магии, но предметы, обсуждаемые в «Секретах темнейших искусств», пожалуй, лучше оставить для взрослых ученых, а не для кучки импульсивных подростков.       Гарри аккуратно спрятал книги в сумку, а затем просмотрел другие полки. Он не думал, что есть другие подобные книги. Мгновение спустя, когда он заметил "Magick Moste Evile" на ближайшей полке, он понял, что ошибался. Гарри вспомнил, как Гермиона просматривала эту книгу, потому что в ней кратко упоминались крестражи, но не то, как их делать. В любом случае, Гарри тоже взял это, потому что не хотел, чтобы Риддл даже догадывался о существовании крестражей.       Сделав это, Гарри прогулялся по замку, наслаждаясь видами старой школы, и направился в лес. Только когда он оказался в нескольких ярдах от леса, то сбросил чары невидимости. Он призвал несколько кроликов, убил их быстрым заклинанием, а затем направился к области леса, которую фестралы называли домом.       К счастью, это место не изменилось с течением времени, и Гарри осторожно подошел к первому фестралу. Он предложил одного из мертвых кроликов в качестве угощения и вырвал несколько волосков с хвоста животного. Фестрал едва заметил это, начав рвать кролика. Гарри бросил второго кролика фестралу и достал из сумки пару пустых пузырьков. Заклинание, позволяющее безболезненно брать кровь, Гарри выучил для ЖАБ по зельеварению, потому что знать его было важно при сборе ингредиентов. До сих пор у Гарри не было возможности использовать заклинание в полевых условиях, но он прекрасно помнил его, поэтому быстро наполнил флаконы кровью, не повредив кожу фестрала. Довольно изобретательно, на самом деле.       Закончив, Гарри несколько раз похлопал фестрала по шее, вежливо поблагодарив, а затем пошел обратно через лес. Он нашел несколько волосков из хвоста единорога, застрявших в кустах ежевики, которые он также собрал. Гарри следил за другими полезными вещами, и в конце концов у него появилось несколько ингредиентов, которые он мог добавить в свою коллекцию, например огуречник, немного дикой рябины и болиголова, которые нашел у небольшого ручья.       Гарри вернулся в Коттедж Убийц и сразу приступил к варке. К счастью, зелье Флаттерфорда Флорри было несложным, но на его приготовление ушло больше часа, и несколько шагов требовали тщательного расчета времени.       Когда зелье было готово, Гарри добавил семь капель собственной крови. Он разложил самый большой кусок чистого пергамента, который у него был, и осторожно вылил зелье на поверхность. Жидкость, казалось, зажила собственной жизнью и растекалась веером, пока не покрыла все пространство, прежде чем погрузиться в пергамент.       Теперь Гарри пришлось ждать около десяти минут, прежде чем зелье покажет ему его волшебных предков, включая сквибов. Чтобы не нервничать, Гарри занялся приготовлением крепкого чая. Он потягивал его, расхаживая перед столом, пока, наконец, не начали появляться слова.       В самом низу появилось имя Гарриет Хаббл. От нее расходились пятна, маленькие индикаторы того, что на генеалогическом древе стояли маггловские предки, не обладавшие достаточной собственной магией. Достаточно скоро над женской ветвью Гарриет появилось имя, восходящее к имени её бабушки. Кто-то, кто оказался прапрабабушкой Эвелин и Кэрол.       Эбба Феборг.       Имя было незнакомо Гарри. Возможно, оно звучало по-скандинавски. Он рассмотрит это позже.       Еще одно имя появилось над пятнами Эвелин и Кэрол, на этот раз на ветке их отца, немного выше.       Элис Грейвс       И, наконец, всплыло имя, от которого у Гарри перехватило дыхание, а глаза наполнились слезами. Намного выше имени Мартина Хаббла, по крайней мере, на восемь поколений раньше, появился его далёкий предок.       Эдвард Поттер.       Гарри резко сел на стул, его ноги вдруг стали слишком слабыми, чтобы удерживать его.       Он все еще Поттер! Ну вроде. Очень, очень далеко. Но все-таки Поттер.       Не поэтому ли он оказался в теле Гарриет Хаббл? Потому что она была, пусть и далекой, родственницей Поттеров? Гарри нахмурился, вспомнив, что голос назвал его Повелителем Смерти. Гарри никогда не придавал особого значения всей этой истории со Смертью, потому что сбор крестражей не оставлял времени.       Но могло ли случиться так, что Гарри Поттер, потомок Игнотуса Певерелла, мог переродиться только в теле, которое также было потомком семьи Певереллов? Единственными, кто подходил, были Поттеры и Гонты, из которых Том Риддл был последним, кто остался, кроме его сумасшедшего дяди Морфина Гонта, у которого не осталось детей.       Не поэтому ли Гарри внезапно оказался в теле пятнадцатилетней девочки? Потому что она была единственной доступной подходящей магической парой?       Внезапно Гарри ощутил грусть по Рону и Гермионе с такой силой, что слезы, блестевшие в глазах, наконец потекли по щекам. Как бы ему хотелось обсудить все эти теории со своими друзьями, как он делал это с тех пор, как ему исполнилось одиннадцать лет, и они целыми днями разгадывали любые тайны, которые Дамблдор хотел, чтобы они нашли.       Черт возьми, он никогда не увидит Рона и Гермиону, не так ли?       Гарри спрятал лицо в ладонях и зарыдал, его плечи дрожали, теперь, когда осознание того, что его прежняя жизнь была хорошей, и она действительно ушла, наконец дошло до него. Он потерял всех, о ком заботился, всех, кого любил, и был один в этом новом мире.       Да, у него была семья Гарриет, и он был им благодарен за всё. Но они не знали, кто такой Гарри на самом деле, а он не собирался им рассказывать. Тетя Гарриет Кэрол может прийти и запереть его в Департаменте Тайн или еще где-нибудь.       Гарри плакал добрых пятнадцать минут, не в силах остановиться теперь, когда он, наконец, дал волю своим эмоциям, которые отчаянно подавлял с тех пор, как очнулся в теле Гарриет.       Он отчаянно скучал по своим друзьям. Он скучал по смеху Рона, по раздраженным вздохам Гермионы, по материнским объятиям Молли и похлопываниям Артура по плечу. Он скучал по теплому телу Джинни и яркой улыбке Полумны, раскрасневшемся щекам Невилла и неодобрительно хмурым бровям Кикимера.       Как ни странно, Гарри совсем не скучал по своей прежней жизни. Он просто скучал по людям в ней. Не поэтому ли он не предпринял никаких усилий, чтобы вернуться? Потому что часть его на самом деле наслаждалась своей нынешней жизнью неизвестной магглорожденной? Да, Гарри скучал по своему полу, но ему также нравилось больше не быть Гарри Поттером.       Честно говоря, быть Гарри Поттером было утомительно. Охота на Темного Лорда была только началом. В прежней жизни Гарри был знаменитостью, пожалуй, самым узнаваемым человеком в современной Британии. Люди ожидали от него всего, чего Гарри не мог выполнить. Газеты постоянно придумывали о нем самые нелепые истории, и люди всегда чувствовали, что могут поговорить с ним о своих проблемах всякий раз, когда Гарри пытался выполнить поручение после долгого, утомительного дня. Кроме того, были постоянные спекуляции о его личной жизни, потому что каждая ведьма и волшебник в Британии считали себя вправе высказать свое мнение по этому поводу, желательно в лицо Гарри, когда он выполнял свою работу аврора.       Черт возьми, Гарри не раз, во время ночи, заставлял волшебницу снимать защитные чары посреди секса, которые пытались заманить его в ловушку. Было очень хорошо, что Гермиона, мудрая женщина, предупредила Гарри о таких вещах, когда он впервые начал спать с кем попало, и с этого момента он всегда принимал зелье, чтобы оставаться бесплодным, помимо того, что всегда использовал защиту.       А если серьезно, волноваться обо всем этом всякий раз, когда он хотел переспать, было гребаным кошмаром.       Так что, если быть честным, Гарри не скучал по своей прежней жизни, и ему скорее нравилось иметь неизвестную личность, которую он мог использовать, чтобы построить для себя совершенно новую жизнь. Он скучал по своему полу и друзьям, но, возможно, это была цена, которую ему пришлось заплатить за эту новую возможность.       Гарри насухо вытер глаза, налил еще одну чашку крепкого чая и дал себе передышку, прихлебывая напиток. Теория Гермионы до сих пор оказывалась верной. Теперь Гарри нужно было убедить еще нескольких магглорожденных использовать зелье, но это могло подождать до сентября. Гарри решил взять выходной и вернулся в дом Хабблов, где применил немного магии, которой научился у миссис Эшфорд, и убрал весь дом менее чем за час. Затем он незаметно наложил чары вентиляции на гостиную, так как Мартин курил трубку, а Винсент жевал сигареты, как конфеты. Серьезно, неужели в 1940-х годах никто не осознавал, насколько вредно было курить? Они оба были врачами, черт возьми. Так или иначе, Гарри надоело каждый вечер сидеть в комнате, полной дыма.       Наконец он приготовил вкусный ужин для новой семьи. К его большому облегчению, он чертовски хорошо научился этим чарам. Это сэкономило огромное количество времени.       На следующий день Гарри решил провести тихий день в Коттедже Убийц, создавая несколько щитовых чар. Гарри прекрасно осознавал, что привлек внимание Тома Риддла, нужно было убедиться, что ему не прилетит нож в спину от него же.       Гарри начал с нескольких мелких серебряных украшений, которые он хранил в тайнике Хогвартса. Он исчертил их нужными рунами, добавил защитные чары, а затем надел украшения. Это были колье, браслет и несколько сережек, все маленькие и ненавязчивые. После того, как это было сделано, Гарри начал добавлять щитовые чары ко всей своей одежде, как к маггловским вещам, так и к мантии Хогвартса. Он помнил, как легко Малсибер оглушил бедную Гарриет в спину, и не собирался допустить, чтобы с ним случилось что-то подобное.       На следующий день Гарри понял, что, хотя в прошлой жизни был отличным дуэлянтом, теперь он занимал совершенно новое тело. Оно было намного меньше его предыдущего, плюс у него была грудь, которая иногда мешала, когда Гарри быстро двигал руками. Вероятно, это была хорошая идея потренироваться в дуэлях в этом новом теле, прежде чем окажется на настоящей и обнаружит, что его новое тело не двигается так, как то, к которому он привык.       Итак, Гарри установил во дворе несколько быстро трансфигурированных манекенов и заставил свое новое тело пройти этапы обучения дуэлям. Дыхательные техники, правильная постановка ног, осанка — Гарри не пропускал ничего из этого.       Дуэль в теле Гарриет была совершенно другим опытом. Во-первых, ее кардио было ужасным, и Гарри сразу же начал исправлять это, проводя несколько часов каждый день, катаясь на велосипеде по сельской местности так быстро, как только мог. В 1940-х женщинам не разрешалось бегать трусцой, но никто и глазом не моргнул, глядя на девочку-подростка, катавшуюся на велосипеде. Гарри также предпринял много энергичных походов вверх и вниз по холмам, окружающим Коттедж Убийц, чтобы повысить свою выносливость.       Рост Харриет был довольно низким, не выше ста пятидесяти семи сантиметров, и поэтому представляло собой небольшую мишень. Гарри также практиковался пригибаться и уклоняться, для чего его новое тело было исключительно хорошо приспособлено.       Через пару дней, сосредоточившись на своей физической форме и магической защите, Гарри почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы вернуться к Риддлу.       Найти книгу об Омуте памяти, по крайней мере, так он сказал себе.       По правде говоря, теперь, когда все самые неотложные дела были решены, Гарри стало немного скучно, а ему так нравилось портить жизнь Риддлу. В конце концов, у мужчины должны быть свои увлечения.       Но когда Гарри вошел в книжный магазин, он сразу понял, что все пойдет совсем по-другому, чем в прошлый раз. Потому что вместо того, чтобы едва взглянуть вверх, Риддл выпрямился, как только узнал серый плащ и капюшон, которые были на Гарри. Возможно, он не знал, кто такой Гарри, но, естественно, запомнил, что он всегда носил этот плащ.       Риддл закрыл книгу, встал и поспешил к Гарри так быстро, как это было вежливо по отношению к покупателю.       — Добрый день, — сказал Риддл с легким поклоном, появившись рядом с Гарри, с нетерпеливой легкой улыбкой на своем ужасно красивом лице.       — Привет, — тихо ответил Гарри, повернувшись боком к Риддлу, пока просматривал раздел заклинаний. Он был единственным покупателем в магазине, но его это не волновало. Если Риддл осмелится взять свою палочку, Гарри сильно ударит его.       Но Риддл ничего подобного не делал. — Ваш комментарий о том, что магглорожденные являются потомками сквибов, был очень интригующим. Вам удалось это доказать?       Гарри ненадолго зажмурил глаза. Конечно, Риддл хотел бы попытаться заставить Гарри сказать это зелье тем или иным способом. Гарри должен был просто держать рот на замке, но дразнить Риддла стало слишком заманчивой идеей, не так ли? Гарри прекрасно знал, что ему не хватает контроля над такими мыслями. — Да, хотя размер моей выборки все еще очень мал.       Лицо Риддла тут же посветлело. — Если вам потребуется больше добровольцев для испытания зелья, я с радостью предложу себя.       Конечно, хотел бы, оппортунистический ублюдок. — Ты магглорожденный? — спросил Гарри, любопытствуя, как на это отреагирует Риддл. Волдеморт убил бы кого-нибудь за то, что он просто предложил такое.       Но Риддл только грустно пожал плечами, наклонив голову. — Я сирота, вырос в маггловском мире. Меня зовут Том Риддл, и, насколько мне известно, это не волшебное имя.       — Действительно, — согласился Гарри, но даже это не вызвало негативной реакции. — Зелье требует крови. И это очень дорого.       Риддл коротко прикусил губу, что выглядело совершенно мило, какого хрена? Почему Гарри вообще мог подумать об этом? Он винил в этом глупую влюбленность Гарриет. Просто странная реакция его нового тела.       — У меня не так много денег, — сказал Риддл, и его голос звучал так, будто он действительно сожалел об этом. — Но я талантливый волшебник.       — Тебе сколько, тринадцать? — спросил Гарри, потому что просто не мог удержаться. Он поджал губы, чтобы не захихикать в лицо Риддлу.       Риддл нахмурился, его глаза слегка потемнели от раздражения. — Мне пятнадцать. Всего через несколько месяцев будет шестнадцать.       Гарри пожал плечами. — Я буду рада взять тебя в качестве кандидата на зелье, но ты должен заплатить за него. Одни только ингредиенты стоят не меньше галеона. — Что не было ложью. А галеон в 1940-х годах стоил не менее ста пятидесяти фунтов в деньгах две тысячи пятого года, так что это было намного больше, чем мог позволить себе бедный сирота.       Риддл нахмурился еще больше, когда поджал губы, глядя на капюшон Гарри. — Я не могу заплатить вам эту сумму. Но если есть что-то еще, что я могу сделать для вас, просто скажите.       Гарри уже собирался отмахнуться от Риддла, пока не понял, что это уникальная возможность. Риддл отчаянно хотел чего-то от него, что давало Гарри власть. — В настоящее время мне ничего не нужно, но я была бы готова принять от вас услугу.       — Услуга? — спросил Риддл немного подозрительно.       — Да. Когда-нибудь в будущем я попрошу тебя об услуге, и ты окажешь её мне. Это не будет угрожать твоей жизни, клянусь, — терпеливо объяснил Гарри. — Но мне понадобится волшебное обещание.       — А взамен я что именно получаю? — спросил Риддл с проницательным взглядом, сузив глаза и наклонив голову.       — Взамен я приду сюда завтра с зельем, и мы узнаем, магглорожденный ты или нет, — сказал Гарри, и его ужасно позабавило, что глаза Риддла загорелись, как у ребенка, которому только что пообещали десять дополнительных подарков на день рождения.       — Заманчивое предложение, — небезосновательно сказал Риддл. — Но я не могу с чистой совестью обещать услугу человеку, личность которого мне неизвестна.       Гарри не винил Риддла в том, что он сказал это, так как сам Гарри тоже отказался бы от такой сделки. Любая здравомыслящая волшебница или волшебник поступила бы так. На самом деле, ничто не мешало Гарри раскрыть свою личность Риддлу в этот момент. Гарри очень сомневался, что Риддл вообще знал, кто такая Гарриет Хаббл. Так что без дальнейших колебаний Гарри откинул капюшон и обернулся.       Риддл нахмурил брови и в явном замешательстве посмотрел на лицо Гарри. Гарри потребовались все силы, чтобы не расхохотаться, потому что он был прав. Риддл совершенно не знал, кто он такой.       — Мы вместе ходим в Хогвартс. На одном и том же году, — указал Гарри просто потому, что мог. Глаза Риддла на секунду расширились, прежде чем он сузил их, теперь выглядя еще более сбитым с толку, чем прежде.       И хотя Гарри хотелось рассмеяться в смехотворно красивое лицо Риддла, часть его также чувствовала глубокую печаль из-за Гарриет. Это был человек, который делил с ней многочисленные уроки в течение четырех гребаных лет, и он понятия не имел, кто она такая. Сердце Гарри сжалось за Гарриет.       — Конечно, — пробормотал Риддл, вероятно, пытаясь сохранить лицо. — У нас есть… древние руны вместе, верно?       — И арифметика, — сказал Гарри, не в силах сдержать очень веселую улыбку. — И зелья, и защита.       — Ах да, — сказал Риддл, как будто вдруг вспомнил о Гарриет, хотя Гарри был абсолютно уверен, что это не так. Вероятно, он просто вспомнил их общее расписание занятий. — Ты когтевранка.       — Ага. — Гарри держал рот на замке. Было ясно, что Риддл не мог вспомнить имя Гарриет, и он не собирался облегчать ему задачу.       Но, видимо, Риддлу не нужно было знать его имя, чтобы предположить, что Гарри не представляет для него угрозы. — Принимаю, — сказал Риддл, протягивая руку. — Зелье предков в обмен на одну услугу в будущем.       — Принимаю, — ответила Гарри, взяв большую ладонь Риддла в свою, гораздо меньшую. — Одна будущая услуга в обмен на зелье предков.       Чтобы скрепить волшебное обещание, они оба вложили немного магии друг в друга. Это было ожидаемо.       Чего нельзя было ожидать, так это того, что магия Риддла казалась такой знакомой, теплой и манящей, что это было похоже на возвращение домой, и колени Гарри мгновенно подкосились.