Семь нянек

К вечеру в старом доме на Спиннерс-энд воцарилось некое подобие идиллии. Снейп вернулся наконец к записям в лабораторном журнале – не следовало задерживать статью в "Вестник зельеварения", обещанную к концу месяца. Письмо в комиссию по опеке он написал и отправил Малфою сразу по возвращении, как только вылечил ссадину Поттера. Скрипнув зубами, все же приложил к прошению стеклянную капсулу-воспоминание о первой встрече с мальчишкой. Поттер, притомившись от вопросов, которые сыпались из него весь день как из рога изобилия, и устроившись с ногами на диване, листал "Историю Хогвартса", старое издание, которое помнило еще немытые руки маленького Снейпа. В мальчишке было невообразимое количество двигательной энергии. Стоило Снейпу обронить в задумчивости, что нужно прибрать и обустроить еще одну комнату для жилья, – сам-то он годами не заходил в свою старую спальню, – как Поттер на всех парах умчался приводить помещение в порядок. Снейп не особенно увлекался хозяйственной магией, да и простой уборкой, как правило, пренебрегал. Зато Поттер работал, как хорошо вышколенный домовый эльф, и только помыкал Снейпом, требуя то ведро с водой, то щетку, то тряпку. Мерлин великий, ну откуда у него в доме могут быть тряпки? Потом они пили чай. Вернее, Снейп пил крепчайший кофе, а Поттер дул чай с молоком чашками и втихомолку слопал целую банку джема вприкуску. Дальше последовали бесконечные вопросы. Снейп стойко отвечал, памятуя о своем обещании, и все это время мучился мыслью – а что говорить, если Поттер поинтересуется историей убийства родителей? Например, что из себя представляет Темный Лорд, или кто навел Волдеморта на семейство Поттеров? Как ты будешь увиливать, Северус, – сочинять историю трагического противостояния добра и зла, только бы сын Лили не узнал, кто именно был тем доносчиком, косвенно, но лишившим его детства и родителей? Снейп был противен самому себе, но, на его счастье, Поттер и не думал касаться скользкой темы. Гораздо больше его занимали ближайшее будущее, магический мир, Хогвартс и волшебные палочки. Разинув рот, он слушал рассказ Снейпа о четырех факультетах, движущихся лестницах и зельеварении, о Диагон-аллее и квиддиче, о драконах и гиппогрифах, бурно восторгался и все принимал на веру. Они поздно пообедали и устроились в гостиной, самом теплом месте в доме: Снейп – в кресле, обложившись свитками пергамента, Поттер – с потрепанной книгой, в которой обнаружились прекрасные красочные иллюстрации. Когда в дверь постучали, Поттер немедленно отложил книгу и уставился на Снейпа со страхом, приправленным изрядной порцией любопытства. – Кто это? – Не пугайтесь, мистер Поттер, – посоветовал Снейп, не отвечая на вопрос. Бояться следовало ему самому – наверняка это Дамблдор. В груди словно сжалась и распрямилась невидимая пружина. Снейп встал и пошел открывать. Стук повторился, из-за двери послышался приглушенный голос директора: – Северус, это я, открой, пожалуйста. Снейп оглянулся на полпути: Поттер мгновенно подобрался, узнав гостя по голосу, прищурился, поправил очки – будто к бою готовился. Вот еще забота – уговаривать мальчишку, что Дамблдор не желает ему ничего плохого, а если бы и желал, то он, Снейп, вполне способен постоять за них обоих. Дамблдор был задумчив и словно чем-то расстроен, коротко кивнул Снейпу и без слов прошел в гостиную. Впрочем, при виде напуганного и враждебно глядящего мальчика директор широко улыбнулся и присел рядом на диван, делая вид, что не заметил ничего особенного. – Гарри, рад тебя видеть. Как ты ладишь с Северусом? – Нормально, – выдавил Поттер, незаметно, как ему казалось, отодвигаясь к краю дивана. Дамблдор выудил из кармана широкой мантии крошечный сверток, который на глазах вырос в объемистый бумажный пакет с эмблемой "Сладкого королевства". – Это тебе. Был сегодня в Хогсмиде и не удержался. Поттер помедлил, не решаясь принять подарок, и взглянул вопросительно на Снейпа. – Советую попробовать, мистер Поттер, – сухо сказал Снейп, возвращаясь в кресло. – Это волшебные сладости, вам понравится. Мальчик запустил руку в пакет, выудил яркую пятигранную коробочку и оторопел, когда оттуда ему на плечо выпрыгнула лягушка и совершила еще один прыжок – прямо в руки Дамблдора. – Эти шоколадные лягушки бывают слишком шустрыми, – посмеиваясь, директор вернул лягушку недоумевающему Гарри. – Ее можно есть, не стесняйся. Поттер вскинул на него глаза и покачал головой. – Она ведь живая, – возразил он, разглядывая лягушачьи лапки. Снейп тихо фыркнул. – Не живая, а волшебная, – поправил он. – Ешьте, ей не больно. Поттер зарылся в пакет со сладостями. Дамблдор кашлянул и взглядом указал Снейпу на мальчика. – Не могли бы вы продолжить в своей комнате, мистер Поттер? – попросил Снейп уныло. В самом деле, не думал же он всерьез, что директор прибыл для того, чтобы покормить сиротку шоколадными лягушками. – Я позову вас, когда мы с директором закончим разговор. Мальчишка живо ускакал наверх, прижимая к себе подарок, довольный, что ему не придется беседовать с внушающим страх незнакомым волшебником. Снейп проводил его взглядом, жалея, что не может сделать то же самое. – Гарри доверяет тебе, Северус, – заметил Дамблдор. – Ему необходимо хоть кому-нибудь доверять, – пожал плечами Снейп. – А вы по-прежнему считаете, что я недостоин этой чести? – Я так не считал и не считаю, – мягко возразил Дамблдор. – Может, угостишь меня чаем, Северус? К вечеру похолодало, и я прилично продрог, пока добирался. Видел, какой туман? Я уж думал, что не найду твой дом в этом супе. Снейп закатил глаза, но отправился на кухню готовить чай. Вернувшись с подносом, он обнаружил, что Дамблдор с интересом пролистывает "Историю Хогвартса". – Послушай, Северус, да это уже практически раритет! – сказал директор, отрываясь от чтения и принимая исходящую паром кружку. Снейп криво усмехнулся и сел рядом, молча размешивая сахар. – Насколько мне известно, ты уже начал действовать, – лицо Дамблдора снова приняло то же выражение беспокойства и задумчивости, что и вначале. – Признаться, такой прыти я от тебя не ожидал, мой мальчик. Снейп вздрогнул. – Как это понимать? – осведомился он, отставив кружку на стол. – У меня тоже есть свои люди в комиссии по опеке, Северус, – Дамблдор пытливо глянул на него поверх очков, и Снейп опять содрогнулся – на этот раз стараясь ничем не выдать пробежавший по жилам холодок. – Я не могу – да и не хочу – влиять на решение комиссии, каким бы оно ни было, но оставляю за собой право быть в курсе твоих действий. Тебе это не нравится? – У меня нет выбора, – пожал плечами Снейп, справившись с собой и возвращаясь к чаю. – Я не могу понять одного: почему вы так настроены против меня, как опекуна? Или не во мне дело, а просто нахождение Поттера в чулане имело какой-то мистический смысл, которого я не постигаю? – Ну-ну, Северус, не кипятись, – остановил его Дамблдор. – Ты прекрасно знаешь, что решение оставить Гарри у тетки было принято исходя из соображений безопасности. Что до чулана, то я не имею власти над родственниками мальчика. – И это очень прискорбно, – заметил Снейп, ухмыляясь. – Я не вполне уверен, что Гарри не отстает в физическом развитии – благодаря его родственникам и вашему попустительству. – Не преувеличивай, он сильный мальчик и отлично справлялся. Я считаю, что воспитание вдали от волшебного мира пошло ему на пользу. Снейп не ответил: он лишь утвердился в решении сводить Поттера к колдомедику. Завтра же. Возможно, что медицинское освидетельствование пригодится, когда комиссия по опеке станет рассматривать их дело. – Никак не пойму, – сказал Дамблдор, заглядывая в пустую кружку, будто пытаясь прочесть в чаинках будущее, – зачем тебе это понадобилось, Северус. – Так получилось, – коротко ответил Снейп после долгого тяжелого молчания. – Я верно понимаю, что вы уже подыскиваете претендентов на мою должность, директор? Снейп хотел сказать это небрежно и как бы между прочим, но вышло натужно, едва ли не просительно, с противной хрипотцой в голосе. – С чего ты взял? – удивился Дамблдор, вглядываясь в его лицо, и Снейп поспешно опустил глаза. – Лучше бы тебе задуматься о том, как организовать свою жизнь заново с учетом появления в ней Гарри, если решение комиссии будет положительным. – Я справлюсь, директор, не волнуйтесь. Ах, да... Мне понадобится отпуск до окончательного разрешения ситуации, – произнес Снейп, все еще рассматривая свитки на столе, не решаясь взглянуть в глаза директору. – Да, конечно, – неожиданно легко согласился Дамблдор, – конечно, я найду тебе замену на это время. А как тебе Гарри? – Мальчишка как мальчишка, – ворчливо отозвался Снейп. – Любопытный сверх меры. Я надеюсь, он не догадался подслушивать. – Вряд ли он что-то услышал, я принял меры, – улыбнулся Дамблдор. – Он, конечно же, замучил тебя расспросами? Снейп не выдержал и усмехнулся. – Этот ребенок ужасно болтлив. По-моему, он разговаривает даже во сне. – Вы говорили о его родителях? Я имею в виду, о твоей роли в их судьбе? Снейп дернулся, как от пощечины. Какое странное ощущение, когда руки и ноги наливаются холодом, а вся кровь приливает к лицу и стучит в ушах чистым, неразбавленным бешенством. – Значит, вы намерены шантажировать меня этой ошибкой? – едва сумел выдавить из себя Снейп неожиданно непослушными, онемевшими губами. – Нет, – веско сказал Дамблдор. Снейп закрыл глаза и просто ждал, когда директор уйдет и оставит его наконец в покое. Дамблдор тем временем громко позвал: – Спускайся, Гарри! Маленькие ноги тут же затопотали по лестнице, как будто Поттер и впрямь сидел под дверью и пытался подслушать их беседу. – А я умею вот так, – похвастался мальчик, выдохнул язычок огня в клубах дыма и кинул в рот еще одного перечного чертика. Снейп поморщился. – Надеюсь, вас не стошнит от сладостей, мистер Поттер, – сказал он хмуро. *** Этой ночью Снейпу опять не удалось поспать. Поначалу он ворочался в постели, снова и снова прокручивая в голове беседу с Дамблдором, пытаясь понять, что осталось недоговоренным. Да, он замечательно свалял дурака с репликой о шантаже, но был не так уж далек от истины. Правда заключалась в том, что директору вовсе не нужно было шантажировать его, Снейпа, раскрытием постыдной тайны. Одного намека оказалось достаточно, чтобы чувство вины, которое он так старательно утрамбовывал в себе весь день, рассказывая Поттеру о магическом мире, в очередной раз вылезло на свет, как пчела из цветка, отряхнуло крылышки и ужалило в самое чувствительное место. Поведение Дамблдора наводило на мысль, что директор предвидит решение комиссии в пользу Снейпа (любопытно, что ему известно?) и пытается дать понять, что не одобряет, хоть и поддерживает формально. Ощущать неодобрение Дамблдора было неудобно, неприятно и даже опасно в перспективе, и Снейп продолжал вертеться в постели с боку на бок, не находя себе места и сбивая простыни в ком. Он попытался читать, но только бездумно пробегал глазами строчки, не в силах сосредоточиться. Ближе к полуночи к нему постучался Поттер, которого все-таки стошнило – паршивец доедал шоколад под одеялом тайком от Снейпа. Отправив мальчишку спать, он вернулся в постель. Бесполезная книга покоилась на соседней подушке. В глазах расплывались круги, но мозг отказывался отключиться и дать отдых разбитому усталостью телу. С Дамблдора он переключился на Гарри и злополучное пророчество. Почему-то вспомнилось, как много лет назад подвыпивший Малфой разболтал – по секрету – о том, что Темный Лорд якобы бессмертен. Тогда значительно более трезвый Снейп попытался расспросить приятеля, но так и не добился осмысленного ответа. Люциус повторял чью-то сплетню и сам не особенно верил в то, что рассказывал. Зато Снейп поверил сразу и еще долго ломал себе голову, а потом, после исчезновения Лорда и смерти Лили, стало не до бессмертия пропавшего хозяина. Неясный намек на догадку сейчас царапался в голове, как заноза в пальце, что-то он слышал... или читал, нечто, что могло бы прояснить противоречие, но мысли уже путались, и он все же провалился в сон, пообещав себе как следует порыться в библиотеке Хогвартса, если, конечно, Дамблдор не переменит решения оставить Снейпа преподавателем. Утро оказалось не менее промозглым и туманным, чем прошлый вечер. Снейп поднялся, натянул отвратительно сырую одежду, приготовил завтрак и растолкал невыспавшегося, капризного Поттера, который все норовил зарыться поглубже в подушки. – Знаете, мистер Поттер, – произнес Снейп невозмутимо, рассматривая выглядывающий из-под одеяла черный хохолок, – я был уверен, что вы не отказались бы отправиться на Диагон-аллею, но если эта идея настолько вам не по душе, то я, пожалуй, пойду один. Поттер мигом выбрался из кровати и стремглав понесся в ванную. За завтраком он был возбужден так, что давился тостами и яичницей, опрокинул чашку чая на колени Снейпу и трещал без умолку. Снейп пытался успокоить мальчишку – сначала окриком, потом нравоучением, но совершенно безрезультатно. Снейп торопился к открытию лавок и магазинов, пока на Диагон-аллее немного народу. Ему вовсе не хотелось встретить знакомых и сделаться сенсацией и главной сплетней недели. Поттер, в своей яркой куртке и лихо сдвинутой на затылок вязаной шапочке, нетерпеливо приплясывал перед камином, через который они должны были добраться до "Дырявого котла". Снейп едва сумел заставить его постоять смирно хотя бы минуту. – Мистер Поттер, я наложу на вас чары, будьте любезны не двигаться. Это замаскирует шрам и осветлит вам волосы на время. Может, стоит снять эти очки?.. – Снейп задумчиво повел палочкой. – На кого я теперь похож? – с интересом спросил Поттер. – На непослушного ребенка, который перебивает старших. Нельзя, чтобы вас узнали, поэтому я буду обращаться к вам просто по имени, это ясно? – Ясно. – Не отходите от меня ни на шаг! – Да, сэр. – И не вздумайте говорить со змеями в чьем-либо присутствии! – Может, мы уже пойдем, мистер Снейп? – умоляющий взгляд из-за очков. Снейп покачал головой и шагнул в камин, крепко держа Гарри Поттера за руку. Лысый бармен за стойкой в "Дырявом котле" неторопливо протирал стаканы грязным полотенцем. Он лениво кивнул Снейпу, а на Поттера не обратил никакого внимания. Публики в пабе и вовсе не было по причине раннего часа. Мальчик с любопытством вертел головой, разглядывая обшарпанную мебель и потемневшие стены паба, но когда Снейп открыл проход в кирпичной стене на Диагон-аллею, пискнул что-то восторженное и застыл на месте, жадно вбирая взглядом целый новый для него мир. Магазины только начинали рабочий день. Заспанные продавцы и владельцы лавок отпирали двери, чистили до зеркального блеска витринные стекла и расставляли товар у входа. Поттер так крутил головой, стараясь рассмотреть все-все вокруг, что поминутно спотыкался и вызывал ворчание Снейпа. Сперва посетили частно практикующего колдомедика – появиться с Поттером в Мунго означало поднять переполох. Питера Грирсона Снейп знал давно и был уверен, что старик будет держать язык за зубами, пока это необходимо. Снейпу доводилось изготавливать для него щедро оплачиваемые и не совсем легальные экспериментальные составы, и зельвар помалкивал о побочном заработке и его источнике. Клиника находилась в одном из редких зданий Диагон-аллеи, оснащенных лифтом, – серьезное преимущество для приемной колдомедика. Снейп с Поттером поднялись на шестой этаж, где кроме клиники располагались еще пяток разных контор и учреждений, позвонили и зашли, когда дверь гостеприимно распахнулась им навстречу. В приемную из кабинета выглянул пожилой волшебник в бледно-зеленой мантии, накинутой на плечи поверх обычной, и воскликнул: – Северус, вот уж не ждал! Что-то случилось? – Я с племянником, – многозначительно сказал Снейп. Поттер переминался с ноги на ногу: он явно боялся врачей и опасливо разглядывал обстановку, но храбрился и молчал. – Необходимы общий осмотр и письменное заключение. – Понятно, проходите. Как ваше имя, молодой человек? – спросил колдомедик, жестом указывая Поттеру на кушетку. – Гарри? Ну что ж, Гарри, ложитесь. Это не больно. Нет, куртку можно не снимать. Доктор Грирсон производил пассы палочкой и старался разговорить Поттера. Через минуту мальчишка уже хихикал от щекотки диагностирующих заклинаний и непринужденно болтал с колдомедиком. Снейп отвернулся к окну, наблюдая, как Диагон-аллея просыпается к жизни и заполняется покупателями, продавцами и праздношатающимися. – Вот и все, Гарри. Позволь взять твои очки на минутку, – сказал доктор Грирсон и поманил Снейпа к столу. Самопишущее перо с головокружительной скоростью заполняло бланк заключения. Снейп нетерпеливо спросил: – Ну что? – В принципе мальчик здоров. Нехватка веса, не помешает проследить за ростом. Для желудка я дам рецепт, сваришь сам, принимать две недели будет достаточно. Сильная близорукость – проблема посерьезнее, быстро не лечится. И эти очки ему не подходят, – доктор Грирсон постучал по линзам очков палочкой и вернул их Поттеру. – Вот так лучше. Есть новое зелье, курс лечения рассчитан на полгода-год, в зависимости от прогресса. Недешевое. – Рецепт? – Патентованное, – развел руками колдомедик. – Я запишу тебе название. – Хорошо, – вздохнул Снейп, рассчитался с Грирсоном и забрал заключение. – Спасибо. Идем, По... Гарри. После посещения "Гринготтса" – Гарри воспринял гонки на тележках в подземелье как замечательный аттракцион, хотя Снейпа порядком подташнивало – они наконец-то пошли по магазинам. Впрочем, это Поттер думал, что они просто шатаются по Диагон-аллее с целью потратить деньги и приятно провести время, у Снейпа же с вечера был заготовлен подробный план. В мастерской Малкин взяли несколько мантий и белье (Поттер был безутешен, когда Снейп наотрез отказался покупать ему красную мантию), в книжной лавке – несколько научно-популярных книг для дошкольников (Поттер стал задумчивым и настороженным), цветные карандаши и меняющие цвет чернила, съели ланч в "Дырявом котле", закусили мороженым в кафе Флориана Фортескью (Поттер слопал несколько порций со сливками и фаджем, Снейп чинно попивал черный кофе) и затеяли спор на тему, что лучше: детская волшебная палочка или метла. Поттер склонялся к метле, все еще уязвленный неудачным опытом у Малфоев, а Снейп возражал, что комиссия по опеке непременно расценит травмы, полученные в полетах по его тесной гостиной, как насилие над ребенком и вернет Поттера в Суррей. Маленький шантаж пошел на пользу, и Поттер стал счастливым обладателем детской палочки ограниченного действия – всего на пару десятков заклинаний, но когда Гарри сумел выпустить из палочки сноп разноцветных искр на пробу, он вцепился в бархатный футляр мертвой хваткой и не согласился положить ценный подарок вместе с остальными покупками. Аптеку Снейп оставил напоследок. Ему нужно было купить зелье для глаз Поттера, приличное количество ингридиентов, – ах, как он тосковал по бездонным шкафам в лаборатории Хогвартса! – и Снейп намеревался торговаться долго и со вкусом: выяснилось, что опека над маленькими мальчиками была дорогим удовольствием.

Интерлюдия. Гарри.

В аптеке пахло чем-то тухлым, как из мусорных баков. Поначалу Гарри было очень интересно, и он читал ценники под самыми удивительными диковинами и разглядывал самые гадкие мерзости: серебристые рога и шерсть единорога, свежеразделанные флоббер-черви, перья каких-то экзотических птиц, глаза и усики жуков, драконья печень, пористая и с прозеленью, засушенная селезенка книззла, сотни трав в банках на бесконечных стеллажах. Потом он заскучал, слушая вполуха, как мистер Снейп перепирается с маленьким кругленьким аптекарем. Он сидел на стульчике рядом с дверью, прижимая к животу драгоценную, настоящую волшебную палочку (не совсем настоящую, сказал мистер Снейп, но в его возрасте уже можно развивать магический потенциал), разглядывал ноги прохожих и чувствовал себя практически счастливым. Мимо входа в аптеку прошли несколько подростков. Чуткие уши Гарри, тренированные на шушуканье кузена Дадли с противными дружками, мигом ухватили ключевые фразы: – ...Самая новая гоночная метла... только что выставили в витрине... – ...И ни кната больше, – сердито выговаривал мистер Снейп аптекарю. Гарри затосковал. Он уже видел магазин метел и даже успел прилипнуть к витрине на несколько минут вместе с прочими детьми, пока мистер Снейп с ворчанием не потащил его в паб на ланч. Выставленные метлы поразили его воображение и казались произведениями искусства – никакого сравнения с детской метлой Драко! Гарри сидел как на иголках и мучительно размышлял: что плохого, если он ненадолго отлучится посмотреть? Мистер Снейп и не заметит его ухода: все бубнит, и злится, и чуть ли не кулаком по прилавку стучит. Гарри встал со стульчика, выждал пару секунд и с замирающим сердцем выскользнул из аптеки, а потом со всех ног припустил по аллее к желанному магазину. Там уже собралась немаленькая толпа, и он не сразу сумел пробраться к стеклу. Поглазел некоторое время, восхищенно вздыхая вместе с остальными любителями квиддича, но вскоре его оттеснили вновь прибывшие ценители скоростных метел, желающие посмотреть на чудо волшебной техники. Гарри выбрался из толпы и повернул обратно к аптеке, как вдруг понял, что не помнит, где именно оставил мистера Снейпа. Аптек на Диагон-аллее было великое множество, и все они выглядели и пахли примерно одинаково, а на вывеску перед входом он не догадался посмотреть. Гарри кинуло в жар. Идти по улице и заглядывать во все аптеки по дороге? Стоп, а на какой стороне вообще искать – слева или справа? Он уже решил, что пойдет по правой стороне, а в случае неудачи развернется и перейдет на левую, но тут кто-то окликнул его по имени из кафе Фортескью. Гарри обернулся и с удивлением увидел Драко у кафе под тентом. – Привет, – Драко помахал рукой. Гарри решил, что просто уйти будет очень невежливо, и приблизился. – Что ты здесь делаешь один? И что с твоими волосами? – Это мистер Снейп сделал, – Гарри стянул шапку, взъерошил волосы и вздохнул. – Я был тут с ним, но потерялся. А ты? – Я с мамой, – объяснил Драко и кивнул острым подбородком в сторону прилавка, где высокая белокурая женщина указывала хозяину, какие сорта мороженого положить в вафельный рожок. – Идем, я вас познакомлю. – Мне нужно найти мистера Снейпа, Драко, – нервно сказал Гарри. – Боюсь, я должен бежать, только не знаю куда. – Тогда зачем бежать? – рассудительно возразил Драко. – Пойдем посоветуемся с мамой. Миссис Малфой уже расплатилась и подошла к ним, неся в одной руке рожок с мороженым, а в другой – сложенную вчетверо газету. – Мама, это Гарри, он приходил к нам вчера с мистером Снейпом – помнишь, я рассказывал? – Здравствуй, Гарри, – голубые глаза остановились на лице мальчика, выразили легкое недоумение непонятно чем и прищурились в улыбке. – Вот твое мороженое, Драко. А где же Северус? – Не знаю, миссис Малфой, – виновато ответил Гарри. – Он был в аптеке, только я не помню в какой. Я вышел... прогуляться и потерялся. – В аптеке... – миссис Малфой наморщила высокий гладкий лоб. – Ммм, полагаю, он у Перкинса, там самый лучший выбор. Не волнуйся, мы его непременно найдем. Ах, да вот же он! Гарри поспешно обернулся и похолодел: ему еще не доводилось видеть на лице мистера Снейпа такого сердитого выражения. Мистер Снейп стремительно пересекал Диагон-аллею, не замечая прохожих, черная мантия, не поспевая за его быстрым шагом, развевалась за спиной, а пакеты с покупками плыли за ним по воздуху, соблюдая почтительное расстояние в пару шагов. – Мерлиновы штаны, куда ты запропастился, Поттер? – прошипел он, приблизившись. Гарри посетило ясное предчувствие, что его вот-вот схватят за ухо и зададут трепку прямо здесь, на виду у всех волшебников. – Разве я не говорил не отходить от меня ни на шаг? О чем ты только думаешь?! – Простите, – выдавил Гарри, сгорая от стыда. На них начали оглядываться. – Северус, – с легкой укоризной произнесла миссис Малфой. – Зачем же устраивать сцены посреди Диагон-аллеи? – Нарцисса, – мистер Снейп отвернулся от Гарри и даже изобразил кривую улыбку. – Утренний шоппинг? Драко удостоился настоящего взрослого рукопожатия и немедленно просиял от осознания собственной важности. – Что-то в этом роде, – ответила миссис Малфой с легкой улыбкой. – Я не ошибаюсь, это тот самый Гарри, о котором говорил Люциус? Снейп поморщился. – К моему величайшему сожалению, – сказал он уже гораздо спокойнее. – Спасибо, что задержала его здесь, Нарцисса. – Это все Драко, – снова благожелательная улыбка. Гарри пришел в отчаяние. Мистер Снейп разговаривал так, словно он, Гарри, превратился в неодушевленный предмет, или как если бы его здесь вовсе не было. Лучше бы он продолжал кричать. – Послушай, Северус, – сказала миссис Малфой, понижая голос, – я не знаю, читал ли ты утренний выпуск "Пророка", но думаю, тебе стоит посмотреть. Это касается твоего... эээ... подопечного. Снейп побледнел и выхватил из рук миссис Малфой протянутую ему газету. Пробежал глазами несколько строчек на первой странице и закусил губу. У Гарри снова сердце ушло в пятки. – О нет, когда же он успел? – пробормотал мистер Снейп сквозь зубы. – Нарцисса, твой супруг когда-нибудь сведет меня в могилу. Полагаю, что нам лучше исчезнуть, и как можно быстрее. Приятно было повидаться. Мистер Поттер, держитесь крепче, мы аппарируем. Через мгновение их встретил унылый моросящий дождь в Галифаксе, и Гарри стошнило второй раз за сутки.