Вкус клена на языке.

Универ начался с середины недели, поэтому и самих учебных дней было не особо много. Сейчас я встречаю свой первый выходной день за начало этого курса и, к счастью, мне удается хорошенько выспаться, даже вставать с кровати не хочется. Я поворачиваюсь на бок и чувствую что-то очень мягкой и пушистое под своей рукой и открыв глаза я понимаю, кто же это всю ночь провел со мной. Это был мой кот, его редко можно встретить гуляющим по квартире, так как он любитель полежать в своем домике и только на несколько минут вылезти из него, что бы как следует покушать. Обычно он спал со мной, когда я болел или просто чувствовал себя плохо, но с этим пушистым комком счастья мне всегда становилось лучше, даже сейчас, мне удалось хорошо поспать и я с отличным настроением чмокаю макушку котика и встаю с кровати, потягивая свои руки вверх до хруста в спине и чуточку растягиваясь. Дома было очень тихо, а это значило лишь одно, все на работе, либо родители решили устроить себе выходной лёжа на кровати весь день. В любом случае, я собрался пойти на кухню и приготовить себе лёгкий завтрак, после которого я займусь своими делами. Самое главное не забыть про встречу, а то буду ещё больше чувствовать себя виноватым перед ним. Завтрак, к слову, выходит неплохой и даже сытный, а мое настроение с каждым разом становится все лучше и лучше. Милое и жалобное мяуканье под ногами заставляет меня тепло улыбнуться и присесть на корточки, что бы насыпать корм своему комочку счастья. Я аккуратно провожу ладонью по мягкой шерстке и чуть ли не визжу, умиляясь. Коты-это моя самая настоящая слабость, я был бы готов держать дома сорок кошек и любить каждого одинаково и очень сильно, если бы не дорогой ремонт в квартире и не ворчливая Бэй Доу, которую невозможно сломить даже милым личиком котенка. Мое свободное время подходит к концу и на часах где то 14:36. Я решаюсь начать свою подготовку пораньше, что бы в своем привычном размеренном темпе собрать все нужное в свой шопер и привести свой внешний вид в порядок. Я конечно не на свидание иду, но у гардероба приходится стоять больше десяти минут. Мой взгляд мечется от светлых тонов к темным и совсем ничего не могу придумать. Если раньше я брал одежду, которая просто свободно висела на моем теле и как бы проблем особо не было, то сейчас это куда сложнее. Погода вроде помогла мне решить в чем именно пойти, поэтому оставалось выбрать цвет. Разнообразие моего гардероба было правда велико, я и сам не заметил, как набрал столько одежды, а некоторая может и не нужная. Я взялся за голову и промычал что-то недовольное. Время поджимает и я все же хватаюсь за несколько элементов одежды и направляюсь в ванную. Мои волосы всегда отличались своей пышностью, многие волоски за счёт свей стойкости торчали по разные стороны и в основном я пытался укладывать их плойкой и лаком, выходило вполне неплохо, да и никто ещё не назвал меня уродом или просто некрасивым, значит и выгляжу я не так плохо. Я неловко почесал свой затылок, смотря на отражение в зеркале. Если честно, то и на мнение окружающих было как-то всё равно, но все же не хотелось выглядеть дураком среди других. Так, я кажется замечтался… У меня есть одна привычка, которая со мной ещё с младших классов. Я люблю постоянно носить с собой альбом и пару карандашей с ластиком. Мне нравилось рисовать в любые моменты своей жизни. Особенно если я гуляю где то на природе, для меня уже традиция зарисовать рядом стоящее дерево или куст. Не исключением являются и проходящие мимо люди, мне всегда нравилось оставлять чужие эмоции на листе в карандаше. Я рисовал абсолютно все, что мне нравилось. Жалко было лишь то, что через рисунок не передать звуков. Шелест листьев, звуки волн у побережья моря, счастливые крики детей в парке или ворчание их родителей. Все это было для меня чем-то особенным, я не видел своей день без этого. Даже Нин Гуан с Бэй Доу вытягивал на улицу, что бы зарисовать их портреты на фоне красивого леса. Иногда я брал с собой и краски с мольбертом, что бы изобразить закат или рассвет, ночную тьму или ранее утро, когда птицы только-только начинают исполнять свои, приятные слуху, мелодии, дополняющие образ пейзажа перед своими глазами. Я с улыбкой на лице кладу альбом с мелким пеналом в шопер и приступают к одежде, которую я так трепетно выбирал. Я надел тонкий бадлон с горлом бордового цвета и поверх него кардиган молочного оттенка с мелкой вышивкой листа клена с правой стороны, а на низ я выбрал тёмно-коричневый широкие брюки и черные кеды. В целом, меня устраивал свой образ. Из дома я выхожу в 15:20, что бы успеть доехать до места назначения и не быть опоздавшим. У меня было желание прокатиться в автобусе, а не заказывать такси, поэтому усевшись за место возле окна, я любовался видом, впрочем, как и всегда. Я погрузился в атмосферу наступающей осени, когда все листья меняют своей окрас в жёлтый, оранжевый и красный цвета. Особое внимание привлекали клены, они кружились на ветру в перемешку с теми ещё зелёными и смотрелись так гармонично и завораживающе, что я чуть ли не пропустил свою остановку, спеша выходя из общественного транспорта. Передо мной сразу открылся вид нужного мне кафе. Повезло, что остановка была в пару шагах от этого скромного и милого заведения. Подходя ближе, я открыл дверь вслушиваясь в звон колоколов над своей головой, которые своим звучанием гласили об прибытии нового посетителя. Место долго выбирать не пришлось, я заметил одно в дальнем ряду, которое не сильно освещалось солнцем и было практически в тени и так как я пришел первым, то и выбор места тоже на мне. Я не думая уселся за столик и скинул шопер на диван рядом с собой. До прибытия Скарамуччи было ещё минут десять, поэтому, что бы время пролетело как можно скорее, я достал свой телефон из кармана брюк и полез в соц сети, что бы таким образом скоротать время. Передо мной я заметил чью-то руку, которая прижалась к столу, за котором я сидел. Поднимая свой взор, меня накрыло легкой радостью и улыбка на уголках губ выражала мое наилучшее настроение. — Я смотрю ты себя намного лучше стал чувствовать. — это были первые слова пришедшего Скарамуччи, который спокойно уселся на диван напротив. — Просто рад, что ты пришел. — искренне заявляю и убираю свой телефон в сторону, что бы уделить время новому другу. — Вот как… — Я кстати… Хотел извиниться за тот день и… — Не стоит. — он словно обрезал мою речь, уже отвечая на мои будущие слова. — Но… — Казуха, я пришел сюда, что бы провести с тобой время за обычным разговором, а не что бы выслушивать эти извинения, которые мне не нужны. Я не злюсь на тебя и тем более не обижен, что было, то прошло. Его резкий ответ заставил меня удивиться и слегка приоткрыть рот для дальнейших слов, но меня вновь перебили и в этот раз это был официант, который подошёл к нам с своим записным блокнотом для заказов. — Здравствуйте, чего желаете? Я сразу уткнулся в меню, в спешке разглядывая предложенные напитки, пробегаясь по всему своими глазами. Какого же было мое удивление, услышав заказ Скарамуччи, я удивлённо поднял на него свой взгляд, хлопая своими пышными светлыми ресницами. — Мне, пожалуйста, капучино с кленовым сиропом. — так четко слетает с его уст и приятно бьёт мне по ушам, отчего сердце ненароком бьётся чаще. — Отлично, а вы? — молодой парень повернул голову в мою сторону, а я словно в ступоре открыл рот, пытаясь что-то сказать. — Американо… с кленовым сиропом… — еле выдавливаю из себя и сглатываю ком в горле от наступившего волнения. — Заказ принят, ожидайте. — он сделал лёгкий поклон и ушел к барной стойке, я проводил его глазами и вернул их на прежнее место. На Скарамуччу. — Тебе нравится кленовый сироп? — с опаской спрашиваю, надеясь на то, что этот вопрос не звучал грубо. — Нет, просто так же я его попросил. — огрызается, но выглядит куда милее. — Просто... Это так необычно, все в моем окружении не переносят этот вкус и он является не самым популярным по сравнению с карамелью или кокосом. Но мне просто кажется, что его особо никто не пытается попробовать и понять, что это и правда неплохой вкус. Он достаточно пряный и в меру сладкий, словно какой-то десерт. Я попробовал впервые его из-за безграничной любви к клену и мне стало интересно какой он на вкус в моем любимом напитке. Меня чуть передёргивает от внезапного потока слов и я виновато опускаю голову, кладя руку на шею, слегка ее терзая ногтями. Лишь только Скарамучча не посчитал меня черезчур болтливым и занудным. Но по его взгляду сложно было понять, что он чувствует, слабый шок? Удивление? Ненависть? Страх? Почему его так трудно понять? — Я попробовал его впервые в одной из поездок с своей мамой и мы в тот день поздно возвращались домой и решили зайти в круглосуточную кофейню, а из всех нормальных сиропов там был только клён, остальные я не любил. Поэтому теперь чаще всего беру только его, так как он мне понравился. Он ответил мне и так развёрнуто? Какому дьяволу я продал свою душу или в какой момент моя жизнь обрела белую полосу? — А какой твой любимый помимо этого? — Голубика. Голубика… Прям под цвет его холодных темных глаз. Снаружи кажется синей, словно мрачное небо, но внутри виднеются оттенки фиолетового, как тень заката. Я до сих пор не могу разобрать оттенок этих до жути манящих глаз. Мне хочется взглянуть поближе, утонуть в них. — Ваш заказ. Капучино и американо с кленовым сиропом. — официант поставил на стол два напитка с подноса и так же быстро удалился к своему рабочему месту. А меня по прежнему вырвали из пучины столь приятных мыслей. Я подношу край горлышка кружки к своим губами и отпиваю обжигающий, горячий кофе, наслаждаясь приятным и столь любимым вкусом. На удивление это одно из немногих кафе, где готовят этот напиток с таким необычным сиропом вкуснее всего, так как я пробовал его в разных местах и иногда, как бы печально это не звучало, меня воротило от неприятного ощущения в горле. Казалось бы, такой кофе ничем не испортишь, но бывают и такие случаи. Я делаю новый глоток и поднимаю взгляд на своего собеседника. Скарамучча тоже спокойно пьет практически тот же напиток и на душе так спокойно и радостно. Я незаметно слежу за тем, как он поворачивает свою голову к окну, а локоть ставит на стол, прижимая щеку к кулаку. Смотрю на это исподлобья, делая вид, что листаю ленту в соц сетях, но присутствовало предчувствие того, что он мог заметить пристальный взгляд и даже вновь поворачивается, но на его лице… Нет… Виднеется недовольство. — Хватит пялиться и спроси уже что хотел. — раскусил… Теперь его руки лежат на столе и только правую он поднимает, что бы выпить содержимое в кружке. — Можно тебя нарисовать? — резко вырывается из моих уст и, честно говоря, я хочу себя ударить за такое внезапное предложение. — Чего?..— он явно в замешательстве и не ожидал такого вопроса. Я достаю из шопера свой скетч бук, закрывая им лицо, на котором, видимо, появилось смущение, а я безумно стесняюсь своих красных щек… — Пожалуйста… Я очень хочу… Чуть опускаю предмет в руках и сузив глаза, смотрю на реакцию Скарамуччи. Он смущён?! Боже, это правда так… Он скрывает красноту своего лица за кружкой и взгляд его направлен совсем не на меня, но при этом бровки хмурые-хмурые. — Ладно, только не смотри на меня так. — его голос звучал тише, но не менее приятно. Я тут же на радостях тянусь за карандашом и ластиком, раскрывая блокнот на чистом развороте, где ещё не было следов от штрихов карандаша. Благодарю за согласие коротким поклоном и приступаю с очертанию композиции. Я попросил Скарамуччу принять ту же позу, какая и была ранее, когда он смотрел в окно, наблюдая на ярким палящим солнцем. После обозначения всех линий, я рисую силуэт, начиная от лба, переходя к изгибам носа, рта и подбородка. Его черты лица выглядят простыми и мягкими: маленький носик с поднятым концом и пухлые губы, где нижняя выделяется больше всего и треугольный подбородок, слегка вытянутый, но все такой же аккуратный. Следом я рисую глаза, по оставленным ранее меткам на отведенных линиях. Я могу запечатлить лишь один из-за поставленного мной ракурса, но даже в профиль его глаз выглядит вытянутым и при этом достаточно большим. Я выделяю длинные ресницы и не забываю про зрачок, после добавляю мелочи в виде складок верхнего и нижнего века, а так же хорошо заметные мешки, но они даже красят. Оставляю штрихами тень под нижними ресницами, изображая красные стрелки, которые так отлично подчеркивали синий оттенок глаз напротив меня. Отводя от уголка глаза в сторону к волосам я ставлю метку, где будет верхняя часть раковины его уха, но рисую его очень бледно, так как длина волос скрывает всю верхнюю часть, оставляя на обозрение лишь мочку, на которой красуется серьга в виде черного тонкого кольца. Делаю секундный перерыв, отпивая глоток кофе и вновь приступаю к работе. Рисую более четко волосы, выделяя те, которые убраны за ухом, но некоторые пряди все же вылезают, перекрывая область щеки. Он шеи я провожу линию вниз, отмечая шею, зрительно оценивая размеры на подлинность. Поправляя некоторые моменты, приступаю и к теням на всех частях лица и куске его одежды, который поместился на листе. Ластиком отмечаю падающий свет, убирая лишние темные пятна. Тушую блики в глазу и на волосах. И остаются лишь мелкие штрихи и эта работа однозначно становится одной из самых любимых. — Готово! — громко заявляю и кладу карандаш на стол с характерным звоном. Скарамучча разминает шею и удивлённо смотрит в мои глаза, поражаясь затраченному времени. Ушло около 15 минут и этого казалось до жути мало. Но такого рода набросок и не требует большего количества времени. — Показывай. — после его просьбы, я тут же разворачиваю блокнот в его сторону и протягивают в чужие руки. Скарамучча оценивающе все разглядывает и, по правде говоря, эта реакция меня безумно устраивает. — Красиво… Честно сказать, я удивлен. — он пристально всматривается в рисунок, что даже забирать скетч бук не хочется, пусть смотрит на него так вечность. — Я могу… Посмотреть на другие рисунки? Я активно киваю головой и складываю руки на своих коленях, чуть сжимая ткань штанов от волнения. Скарамучча листает страницы одна за другой. Мои рисунки это в основном чьи-то портреты или природа. Но больше всего я люблю рисовать цветы, есть страницы, которые целиком изрисованы тюльпанами или матиолой. Мне нравится оставлять память о них в своем блокноте, сидя в каком-нибудь парке, где их всегда очень много. — Столько людей… Кто они? — А, там в основном мои друзья и родители. — неловко улыбаюсь, пальцами зачесывая волосы на затылке. — Я могу сфотографировать некоторые рисунки? Его вопрос снова заставил меня с удивлением взглянуть в его глаза. — Да, конечно. — отвечаю тише привычного, отводя взгляд куда-то в сторону стойки бариста. Через пару минут, мне возвращают свои творения и я с выдохом убираю их в шопер, возвращая глаза в прежнее положение. — Посмотришь на мои? — Что? Я замечаю на его лице смущение будто ему сейчас некомфортно и бровки слегка дёргаются, а губы поджимаются. — Рисунки, Казу, рисунки. — повторяет и протягивает мне свой телефон, а я в растерянности смотрю и слегка дрожащими руками беру его всматриваясь в экран и, честно говоря, меня охватывает шок. — Это… Твои рисунки? — я медленно листаю и все больше удивляюсь. Меня всегда поражали люди, которые любили рисовать много деталей, а тут даже в цвете и в электронном виде. У него явно хороший графический планшет. Я вижу как персонажей к какой-то игре и красивые фоны, выполненные в приятных для глаза тонах и все выглядит так ровно и красиво… И такой стиль мне кажется очень знакомым. — Я рисую иллюстрации к новелле своего друга. Она очень популярная и часто виднеется в просторах интернета. Его слова почему-то кажутся эхом в моей голове, глаза опускаются к краю рисунка с какой-то девушкой и я замечаю подпись, а вот оно и правда мне очень знакома. И через пару секунд меня озаряет… — Куникудзуши?! — внезапно выпаливаю и смотрю круглыми стеклянными глазами полными удивления. Я удивляюсь ещё больше, когда чужие руки напротив закрывают мне рот и явным волнением в глазах. — Тише, придурок! — шипит как грозный кот, осматривая глазами весь зал. Точно… Куникудзуши один из самых популярных художников в твиттере и аудитория у него большая, неудивительно было, если бы его тут кто-то узнал по нику. Но как я помню, внешность он никогда не показывал и можно было удивить лишь его руки, когда он выкладывал повседневные фотографии с кружкой кофе в руках. Поразительно… Я и представить не мог, что встречу его в реальной жизни… Да у меня же все обои в его работах! Ужас! Резко замолкаю и хлопаю глазками, смотря на Скарамуччу. — Больше так не кричи, я не хочу потом стоять в толпе незнакомых мне людей… А по нему видно, что он интроверт. Делаю глубокий вдох, когда руки наконец отдаляются от моего рта и нагибаюсь чуть вперёд, что бы заговорить тише. — А можно задать вопрос? — чуть ли не шепотом произношу, даже закрывая ладонью рот. — Только при одном условии. — он складывает руки на груди и смотрит строго-строго, готовый тут же меня убить. Жуть… — Слушаю. — Прекращай палиться и говори нормально и если кто-то узнает о том, кто я, то тебе точно не поздоровится, понял? Честно не знаю, что он может мне сделать, но я не удивлюсь, если у него есть связи и какая-нибудь шайка поклонников, которые за причиненный вред своему кумиру, готовы глотку порвать. Не хочу думать об этом, но оно само. — Да да да, хорошо. — Ну, я жду. — Можно заказать работу для своего друга? Он твой фанат ещё с начала твоей карьеры, пожалуйста. — складываю ладошки и пытаюсь разжалобить его своим невинным взглядом. — Пожалуйста, он убьет меня, если я это не сделаю. — Ну вообще-то, я не рисую на заказ и если он так долго за мной следит, то должен это знать. Знаю. — Но так уж и быть, ради тебя рисую, знай. А твой друг нахал, который не уважает время и работу художника. — носик задирает и выглядит так важно. Все я уважаю, просто влюблён в твои работы и с этим ничего не поделаешь. — Спасибо тебе огромное! — вновь радостный беру его руку в свои обе и улыбаюсь, склонив голову к плечу. — Д-да не за что… — я снова замечаю румянец на его щеках и, о боже, он слишком милый, так бы и обнять, как маленькую мягкую игрушку. — Кого мне нарисовать? — Её! — показываю фотографию из галереи с артом моей любимой персонажки и смотрю все так же воодушевленно. — Она меньше всех пользуется популярностью среди остальных. Странно. Я знаю, что в одном из интервью он говорил, что она была описана в новелле под характер Скарамуччи и ее любовная линия не связана с главным героем, а наоборот с девушкой, которая была лучшей подругой парня. Но эту программу почти никто не смотрел, поэтому ее не зафорсили, а сама по себе эта девушка не всем нравится из-за характера и поведения. Ну и само собой, что бы просматривать главы с ней, нужно покупать отдельный пак и историей каждого персонажа, а это почти никому не нужно, так как все главное и любимое всеми есть в основном сюжете. И даже сцены 18+. Я щас мысленно смутился из-за этого. — Он говорит, что несмотря на это, она ему нравится больше всех и история ее куда интереснее, чем у остальных девушек. Даже что-то говорил про какую-то покупку внутри игры, но я честно так и не понял что это. — стараюсь объяснить все так, что бы не остаться подозреваемым и тем самым тайным другом. — Сколько будет стоить тематический арт в традиционной юкате? — Да нисколько, я сделаю это бесплатно. Передай мое уважение твоему другу, я ошибался на его счёт. — по его лицу было заметно, что он крайние поражен этим и такая реакция меня радовала. — Не стану отказываться от твоего предложения, большое спасибо! И я все передам. Сдерживаю себя из последних сил и смотрю на наручные часы, наигранно удивляясь. — Ох чёрт, мне пора бежать! Спасибо, что провел со мной время, мне очень понравилось. — милейше улыбаюсь и хватаю шопер, закидывая лямки на плечо, попутно вставая с места, оставляя деньги за двоих на столе. — Сдачу можешь оставить на чаевые. Ещё увидимся, Скарамучча! — в спешке удаляюсь из этого кафе, размахивая рукой, прощаясь. — Хорошо… Пока… Его лица я, к сожалению, уже не видел, но искренне надеюсь, что он был рад этой встрече так же как и я. Руками закрываю свое лицо, раздвигая пальцы для глаз и краснею как самый настоящий помидор. Спелый и красный. Уши горят и руки трясутся. Надеюсь, эта встреча точно не будет последней за территорией нашего университета. *** — Ну так вот, я и говорил ему, что нельзя ставить пьесу просто лишь по одной задумке, ну это же так странно, согласись? Надо все расписать, каждую деталь, сюжет, декорации продумать в конце концов, это же не какой-то утренник, а целое искусство. Хэйдзо как всегда говорил про свои типичные дни в универе. Я смотрел на него через экран телефона, где была видеосвязь и понимающе кивал на каждое его слово. Я кажется местами умудрялся находится где-то не в этой реальности. Шок после встречи с Куникудзуши не проходит уже недели две, а я все так же глупо улыбаясь смотрю на арт с девушкой с длинными синими волосами в фиолетовой юкате на празднике цветения сакуры. Я даже распечатал его, что бы повесить на стену и каждое мое утро начинается именно с нее и мыслей о Скарамучче… — Алло, приём, вызываю Казуху! Ты меня вообще слышишь? Я для кого тут распинаюсь, душу изливаю? Никакого уважения к друзьям. — я с смешком наблюдаю за тем, как он закатывает глаза и хмурится как ребенок. — Извини, просто немного задумался. — Да ты уже две недели такой задумчивый, о чем думаешь? — О ком. — поправляю друга и смотрю с лёгкой ухмылкой, читая его мысли, которые показывает его лицо. — Да, ты прав. — Ну нихуя себе, мой мальчик наконец повзрослел и вышел из режима недотроги. — наигранно издевается, чертов актер. — Не усложняй. Мне просто очень нравится творчество одного человека. — А сам человек? — Честно скажи, ты так хочешь от меня избавиться, что сводишь с кем попало? — Родной мой, да я тебя таким счастливым все свои годы не видел. Ты расцвел, как цветочек на ярком солнышке. Я застываю на несколько секунд от таких слов и невольно краснею, отводя взгляд к окну, которое находилось за моей кроватью. — Правда? — Ну стал бы я врать тебе, Зузу? — Нет… — я в растерянности даже не знаю куда себя деть. — Думаю, тебе стоит стать ближе с тем человеком и всему вас получится. — весь довольный, убирает руки по бокам, ухмыляясь задирая нос. — Может ты и прав… Я постараюсь. — Узнаю, своего решительного Зузу, а теперь мне пора вершить правосудие в этой чертовой пьесе. Пока-пока, родной. — Бай-бай. Попрощавшись с Хэйдзо, я откладываю телефон на прикроватную тумбу и сам ложусь на мягкое местечко издавая уставший стон и берусь за голову, потрепав свои и так лохматые волосы. Не очень то хочется думать, что я и правда поддался соблазну влюбленности и сейчас ломаю голову из-за мыслей о нем. Но я совсем не могу думать о другом и это меня в скором времени сломает, если я не узнаю его чувств по отношению ко мне. Это так тяжело… Я просто напросто не могу взять себя в руки и где моя былая уверенность, о которой говорил Хэйдзо? Испарилась за считанные минуты… Ещё и завтра в универ, да за что мне это!