Тёмные сожаления

      — Для начала работы с чакрой нам с тобой необходимо пробудить «спящий» внутри тебя очаг. К счастью, процесс этот несложный и быстрый, однако ощущения могут быть разными: от простой боли до будоражащей эйфории. Как только почувствуешь изменения, скажи мне.       Получив кивок от серьёзно настроенного Торэру, скрестившего ноги на покрытом татами полу подвала, Саске подошёл к нему сзади и положил руку на спину, туда, где располагался тот самый очаг чакры. Прикрыв глаза и сконцентрировав собственную энергию в ладони, он одним резким усилием влил её внутрь тела подростка. Осторожность в этом деле была на первом месте, так как разорвать таким движением тонкие чакроканалы было проще простого.       Под воздействием импульса чакры предка, младший Учиха резко выгнулся, вскрикнул и повалился на пол, принявшись шипеть сквозь зубы. Шиноби смотрел на его страдания достаточно равнодушно, убедившись с помощью Шарингана, что всё прошло как по маслу.       — Тебе не повезло, но скоро станет легче. Терпи.       Наконец спустя несколько минут юноша перестал конвульсивно дёргаться и вновь принял сидячее положение.       — Не думал я, что будет настолько больно…       — Я тоже, однако у каждого этот процесс проходит по-разному, — пожал плечами Саске. — Ну, как ощущения?       Торэру прикрыл глаза, пытаясь в полной мере ощутить изменения в своём теле. После небольшой паузы он сделал глубокий выход и принялся описывать свои ощущения:       — Сложно сказать, но кажется, будто по телу течёт какая-то жидкость. Очень тёплая, я бы даже сказал горячая, и очень густая, словно смола. А ещё чувствую себя посвежевшим. Как после холодного душа. Бодрым. Хочется двигаться.       — Хм… интересно, — задумчиво протянул Учиха. — В принципе побочные эффекты в пределах нормы. Примерно так и должно быть. И эта «жидкость», которую ты ощущаешь, вероятнее всего и есть чакра — смесь из духовной и физической энергии…       Спустя полчаса подробной лекции о том, что такое чакра…       — …но для того, чтобы начать безопасно развивать и использовать чакру, для начала необходимо заняться твоей физической подготовкой. Без неё обучаться техникам будет слишком опасно.       — Понял. Я готов.       Эти слова вызвали короткий снисходительный смешок от Саске.       — Что смешного? — несколько обидчиво уточнил Торэру.       — Это хорошо, что ты «готов», — ухмыльнулся брюнет. — Только имей в виду, что, как бы я к тебе хорошо не относился, во время наших тренировок я не буду тебя щадить. Это будет жёстко, больно, обидно и несправедливо. Я не буду делать уступки, не буду жалеть и останавливаться после первой капли крови. Всё это важная часть нашего обучения. Ведь из-за того, что ты начинаешь свой путь ниндзя в таком возрасте, по-другому попросту не получится. Мы не сможем достигнуть поставленной цели. Однако это твоё и только твоё решение. Я тебя ни к чему не обязываю. Поэтому спрошу ещё один раз и далеко не последний: ты готов?       — Да. Готов, — на удивление ответ последовал практически незамедлительно, словно все эти устрашающие слова не имели никакого смысла для начинающего ниндзя.       — Хорошо… — одобрительно хмыкнул старший Учиха. — В таком случае мы можем начинать…

***

      Саске не руководствовался мыслью довести своего нового ученика до изнеможения, однако сам Торэру готов был доказать, что это не так. Перед тем, как обучить младшего простейшим элементам рукопашки, которые в любом случае рано или поздно ему понадобятся, шиноби решил сделать сильнее его хлипкое подростковое тело. Базовые упражнения в виде отжиманий от пола, подтягиваний на купленном турнике и приседаний ещё никогда не казались юноше настолько сложными. Всё дело было в утяжелителях, которыми Саске не преминул запастись заранее.       На логичные возражения о том, что новичку не положены занятия с дополнительным весом, Учиха-старший фыркнул и добавил ещё пару килограмм. Его ответ: «Инстинктивное использование чакры поможет тебе и не с такими нагрузками» — похоронил всякие дальнейшие протесты.       — Давай-давай, ещё всего лишь пятьдесят шесть кругов… — скалился довольный брюнет, наблюдая за тем, как младший еле-еле передвигал вокруг него ногами с надетым на тело двадцатикилограммовым жилетом.       — Это… это… — задыхался Торэру. — Это невозможно!       — Хотел бы я увидеть твоё лицо, если бы ты стал свидетелем тренировки Ли под руководством Гая. Вот те вещи действительно казались невозможными! А у нас здесь с тобой, можно сказать, разминка. Так что смело добавляй себе ещё десять кругов за разговоры!       — У-у-у… — прогундел себе под нос подросток, опустив голову.       — Ещё пять, — бесцеремонно добавил Саске, опалив мелкими искрами Стихии Молнии ноги бедного юноши.       — Ай-ай-ай!       — Боль придаёт сил, так что не тормози!       Торэру держался как мог, но после двадцатого круга его тело попросту не выдержало, а ноги решили, что их работа на сегодня окончена. Рухнув лицом в татами, подросток уже не мог здраво соображать. Его уже не волновало, что Саске, вероятнее всего, сейчас причинит ему стимулирующую боль. Всё, что ему хотелось — это чтобы все эти муки наконец закончились.       Шиноби же и не думал, чтобы делать что-то плохое по отношению к потомку. Главная задача сегодняшнего дня была достигнута: Торэру работал до отказа. С каждым разом после таких тренировок организм начнёт адаптироваться и увеличивать две естественные физические характеристики: выносливость и силу. Поэтому взвалив совершенно несопротивляющегося младшего, который сейчас больше напоминал мешок с картошкой, на плечо, Учиха с довольной ухмылкой направился в сторону выхода из подвала, проговорив в конце:       — Молодец. Ты хорошо поработал.       На утро Торэру появился на кухне, где Саске уже во всю готовил завтрак, далеко не сразу. Его усталая физиономия явно намекала на то, что он не смог восстановиться после такой сложной для его неподготовленного организма тренировки за одну ночь.       — Я чувствую себя так, словно меня убили, воскресили, а затем снова убили… — кратко охарактеризовал он свои ощущения, буквально падая на стул напротив безмятежно лыбящегося мужчины.       — Понимаю, но чакра поможет тебе прийти в себя к вечеру. Ведь сегодня, как и в ближайшие дни, нас ждёт повторение вчерашней истории.       — Что?! — широко распахнул глаза подросток, умудряясь подскочить на своём месте, испугав тем самым спокойно завтракающего на полу Льва. — А как же отдых? Я ведь знаю, что он также полезен во время тренировок.       — Это да. Чистейшая правда, — покивал Учиха. — Однако у нас нет времени. К сожалению. Поэтому придётся обойтись без него и надеяться на то, что тебе хватит сил, чтобы всё это выдержать. Но, как я уже тебе говорил, это твоё решение. Ты можешь в любой момент отказаться.       — Нет, я не собираюсь отказываться от своих слов!       — Где-то я уже это слышал…       От ностальгии по давним временам его отвлёк очередной вопрос взбодрившегося ледяной водой из крана на кухне Торэру:       — Но почему ты говоришь, что у нас нет времени? Куда мы так спешим?       — Понимаешь… — вздохнул мужчина, выключив газ на плите, где до этого на сковородке жарилась рыба. — Мы живём в данный момент под куполом, в безопасности. Снаружи Конохи же творится самый настоящий Ад. Да, последнее вторжение демонов было множество лет назад, но что мешает в ближайшее время случиться ещё одному? Конечно, вполне возможно, что ОАЛ смогли разработать нечто, что поможет им определить время и место третьей волны, однако даже если они и сумели это сделать, то нас они об этом уведомить сочли нужным.       — Ну да. Они ведь узнали о нашем и, в частности, твоём существовании буквально недавно. Они всё ещё не доверяют нам.       — Здравые мысли, — кивнул Саске, наложив себе пару кусочков филе и копченых овощей. — Поэтому я могу полагаться лишь на своё чутьё. Оно много раз помогало мне и даже спасало жизнь. И знаешь что? Чутьё говорит, что грядёт нечто. То, что может в очередной раз изменить историю человечества… А возможно, и её закончить.       Торэру впал в глубокие раздумья.       — Получается, нам нужно как можно поскорее подготовиться к дальнейшим событиям?       — Да… И ты, и я, и все люди вынуждены будут в этом участвовать. Но для того, чтобы не сдохнуть в первые же дни, я хочу обучить тебя, а также всех остальных, кто согласится стать шиноби. Всё-таки главной целью, из-за которой мне удалось оказаться в вашем обществе, было то, что я должен помочь людям выжить. И я намерен выполнить эту задачу…

***

      Прошло три недели с тех пор, как Саске начал работать в школе Шаукатсу. За это время он начал потихоньку понимать и пользоваться современными технологиями. Например, он обзавёлся так называемым смартфоном, с помощью которого мог связываться с другими людьми, зная их номера. Пока что его телефонная книга ограничивалась Торэру, Ханаби и Цумио. Его в принципе это более чем устраивало. Хотя хотелось бы иметь столь быстрый способ связи и с Исао, однако шиноби был уверен, что Каге обладал возможностью быстро с ним связаться.       Одной из самых интересных и перспективных, но в то же самое время опасных технологий был Интернет. Значительное упрощение повседневной и профессиональной жизни, доступ к огромнейшему количеству информации, возможность общения на расстоянии — всё это было стороной одной медали. Информация могла быть недостоверной, виртуальное общение способствовало снижению коммуникативных способностей, а упрощение жизни делало людей более ленивыми и безынициативными. Именно поэтому мужчина отнёсся ко всему этому с небезосновательной осторожностью. Можно сказать, он только «прощупывал» новые возможности.       За двадцать один день младший Учиха значительно продвинулся в своих физических тренировках. Чудо, но чакра действительно способствовала скорейшему восстановлению и развитию. Саске пришёл к выводу, что в скором времени своего потомка можно будет уже начать обучать базовым элементам тайдзюцу. А дальше пойдёт его развитие в качестве меднина. Всё-таки первые теоретические знания в медицине он уже успел получить на своих курсах, а то, что он не будет пока знать, компенсирует Саске.       Конечно, такого малого количества времени катастрофически не хватит на то, чтобы изучить всё досконально в любой из дисциплин. Во врачебном деле тем более. Однако как уже много раз говорил шиноби: они должны форсировать события. Главное потом не пожалеть об этом…       Помня о зазубрине на Кусанаги, оставленной резвой девушкой-джонином, он в один из своих выходных отправился в город, дабы найти оружейника, который смог бы исправить этот неприятный момент. Каково же было его удивление, когда он понял, что сейчас о такой профессии люди и знать не знают. Все лишь крутили пальцем у виска либо направляли в сторону музеев, где мечи выступали исключительно в качестве экспонатов.       На мысль о том, где можно починить свой клинок его навела слежка, которую он почувствовал, перемещаясь по городу. На самом деле, он и раньше ощущал, что за ним кто-то наблюдает. Однако именно сейчас он придал этому особое значение. Исчезнув со своего места с помощью гендзюцу, он выловил в толпе следящего за ним человека в гражданской одежде, подчинил Шаринганом и отвёл в укромное место. Там он узнал, что это был один из шпионов ОАЛ, которых послал Каге, чтобы следить за «потенциально опасными элементами».       Саске понимающе хмыкнул, отпустив бедолагу, предварительно стерев ему память за последние десять минут. Именно эта «встреча» и навела его на мысль, что в месте, где повредили его меч, могут его и починить. А значит, нужно будет как-нибудь наведаться на базу ОАЛ. Факт того, что за ним начали наблюдать подчинённые Исао не слишком расстроил и уж тем более удивил шиноби. Он решил, что пусть Сенджу таким образом будет спокойнее спать, зная, что «потенциально опасный элемент» не совершает ничего «потенциально опасного».       В самой школе всё, можно сказать, устаканилось. Учиха привык к новой обстановке и новым лицам, ученики и учителя привыкли к нему. Периодические встречи с Ханаби скрашивали ставшие однообразными дни, а частые перепалки с «боевой» директоршей значительно поднимали ему настроение.       Исао не говорил о том, сколько конкретно будет длиться набор в его личную группу, ограничившись «примерно один-два месяца». На самом деле этого времени с лихвой хватит для того, чтобы влиться в современное общество, в чём Саске уже начал преуспевать. Главное только, чтобы этот набор не затянулся на большее время. Тогда нужно будет придумывать новый план.

***

      Раннее начало первых занятий не помешало Саске прибыть в школу намного раньше положенного срока, хотя и сделал он это не специально. Пройдя по пустынным коридорам, где единственным звуком был его собственный топот, он дошёл до своего кабинета и хотел было уже открыть дверь, как позади послышался незнакомый голос:       — Приветствую! Это вы — мой новый коллега по работе?       Подозрительно прищурившись, Учиха медленно развернулся к говорившему. Это был мужчина примерно его возраста с длинными насыщенно оранжевыми волосами до лопаток. Лицо выглядело несколько хищным, будто бы имея некоторые нечеловеческие черты. Сам он был довольно высок, будучи на полголовы выше Саске, хотя тело было весьма худощавым. Самой интересной отличительной чертой его внешности были глаза с красноватым отливом и чёрным, слегка узковатым зрачком, как у того же самого Орочимару.       — Да, это я. Меня зовут Учиха Саске.       Шиноби не мог не заметить, как в этот момент дёрнулась мимика лица неизвестного.       — Вот как… что же, меня зовут Хиромаро Кьюби. Будем знакомы. Я — учитель истории в этом учебном заведении.       «Чего? Кьюби?» — единственная мысль возникла в голове у порядком изумлённого Саске. — «Как это вообще возможно?»       — Очень приятно… коллега, — по словам произнёс мужчина, осторожно кивнув.       — Ну-с… давайте тогда обсудим, как разделим между собой программный материал. Не против, если мы займём пока ваш кабинет? Всё равно до первого урока есть ещё куча времени…       — Ладно, давайте… — всё ещё в смешанных чувствах протянул брюнет, отворяя дверь и впуская внутрь нового знакомого.       На протяжении всего разговора о распределении обязанностей, который оставался где-то на заднем фоне, Саске размышлял о человеке, сидящим перед ним. Если его, конечно, вообще можно было в полной мере назвать «человеком».       Фамилии бывают разными, безусловно, но Учиха не верил таким совпадениям. К тому же нетипичная внешность также вызывала множество вопросов. Мог ли Биджу оставить после себя потомство? Нет, конечно. Это невозможно, так как эти Звери по большей части являются энергетическими существами. С другой стороны, это было невозможно в его время. Что, если шиноби придумали, как это сделать, после того, как Саске был запечатан?       Но тогда возникает другой вопрос: зачем? Зачем нужно давать возможность Биджу оставлять потомство, если они фактически бессмертны? Но, несмотря на это, факт оставался фактом. Перед ним сидел человек, как-то связанный с Демоном, запечатанным когда-то в Наруто. В этом Учиха был уверен на все сто процентов, хотя чакры он в этом существе не ощущал от слова совсем. Он мог, конечно, попытаться захватить его разум и всё узнать, однако решил пока не рисковать, ввиду некоторых опасений.       — …я думаю, мы сработаемся, Саске, — улыбнулся под конец речи Хиромаро, протянув руку.       — Да… да, сработаемся, — немного запоздало ответил Учиха, а затем, только коснувшись ладони учителя, увидел перед глазами несколько попеременно сменяемых образов, больше похожих на видения или, наоборот, чьи-то воспоминания.       От того, что он успел разглядеть, у него пошли мурашки по всему телу. Это сложно описать словами, скорее это нужно было почувствовать. Шло ощущение чего-то огромного, тёмного и страшного. Однако это «нечто» не желало нанести ему вред. Напротив, оно хотело помочь, но не знало как.       Образы растаяли также быстро, как и появились, так что Учиха не успел ничего толком осознать. Встряхнув головой, он уставился на удивлённого Хиромаро.       — Всё в порядке? — как ни в чём не бывало поинтересовался он, искренне недоумевая из-за реакции шиноби.       — В полном, — глухо отозвался брюнет, всё ещё находясь под впечатлением.       — В таком случае я пойду, время поджимает, — засобирался Кьюби, вставая со своего места. — Ещё увидимся.       Саске не ответил.       «Может ли этот Хиромаро быть джинчурики Девятихвостого?»

***

      После знакомства со своим новым коллегой, Саске не мог выбросить его из головы. Слишком всё было странно и подозрительно. До конца неясные образы он мог бы как-то объяснить с помощью чужого воздействия гендзюцу (что уже довольно сомнительно, учитывая его сопротивляемость данному искусству ниндзя). Однако эта теория отметалась за неимением у Хиромаро чакры. Получается… ему просто показалось? Ха… бред ещё больший, чем если бы Биджу вдруг заимел возможность оставлять после себя потомство.       В таких смешанных чувствах он и проводил занятия с адаптировавшимися к его стилю обучения учениками, с нетерпением ожидая обеденное время, когда он наконец вновь сможет встретиться с Ханаби. Эта мысль поднимала его, признаться честно, паршивое настроение и заставляла отвлечься от мрачных дум.       И вот, привычно огибая всю очередь в столовой и купив две порции карри, он с нехарактерной для себя лёгкой улыбкой отправился на «их место», где они постоянно обедали. Однако в этот раз с каждым шагом к столу его улыбка увядала, превращаясь в каменную маску, мастерски скрывшую взявшуюся из ниоткуда неприязнь.       Ханаби сидела вместе с Хиромаро, задорно хихикая над его незамысловатыми шутками, и даже позволяя к себе невзначай прикасаться во время «особо смешной шутки». Скрежет зубов Учихи в этот момент не услышал бы только глухой. Многие вокруг будто бы почуяли исходящую от него опасность и принялись обходить по широкой дуге.       Первой мыслью шиноби было просто развернуться и уйти, однако все его планы были разбиты в пух и прах, когда девушка заметила стоящего немного поодаль друга и с улыбкой помахала, привлекая к себе внимание:       — Саске! Чего стоишь? Иди к нам!       Сделав глубокий вдох и выдох, мужчина подавил в себе желание расправиться с наглецом здесь и сейчас и на негнущихся ногах подошёл к столу. Сел он напротив парочки, словно специально отделяя себя от их маленькой компании.       — А я говорил, коллега, что мы ещё встретимся! — весело проговорил Кьюби, не замечая исходящую от собеседника угрозу, но обращая внимание на его двойную порцию еды: — О… а у тебя неплохой аппетит, да?       — Да… — холодно процедил брюнет, отметив одинаковые порции у сидящих напротив. — Сейчас он просто огромен.       — Воу… лучше не стоит переедать. Это тоже не очень полезно для здоровья, — удивился и покачал головой Хиромаро.       — Как скажешь…       Ханаби с непонимающим взглядом следила за этим коротким диалогом, в частности изумляясь поведению Саске. На её памяти он никогда так себя не вёл, по крайней мере в её присутствии, поэтому его такое резкое поведение, которое трудно было не заметить, её сильно озадачило.       — Что-то случилось, Саске? — обеспокоенно уточнила она, отложив в сторону столовые приборы.       — Нет, всё прекрасно, — буркнул в тарелку шиноби, у которого попросту не получалось злиться на девушку. Даже если и злиться-то на неё было не за что.       — Но я же вижу…       — Кхм… наверное, это из-за меня, — перебил её Кьюби, а затем вздохнул: — Всё-таки мы с тобой, Ханаби-чан, знакомы уже довольно давно, а Саске появился здесь совсем недавно. Нам следует больше уделять ему времени, чтобы он поскорее влился в коллектив.       «Что ты такое несёшь?» — прищурился брюнет, мысленно недоумевая из-за подобной логики.       — Хм… наверное, — задумчиво кивнула девушка. — Саске, не стоить думать, что я про тебя забыла. Просто мы с Хиромаро не виделись уже три недели. Хотелось с ним пообщаться.       — Я понимаю… — невесело хмыкнул шиноби. — Наверное…       Некоторое время ребята сидели в молчании, которое для всех ощущалось по-разному. Хиромаро не совсем понимал, что произошло, Ханаби чувствовала себя как-то неуютно, а Саске просто размышлял о том, как можно будет аккуратно избавиться от тела старого учителя истории, чтобы никто ничего не понял.       — Ну… мы наверное пойдём, да, Ханаби? — в скором времени поднялся Кьюби. — У нас ведь уроки уже закончились.       — Да, ты прав. Нам уже пора, — с грустью вздохнула она, заметив, что настроение у Учихи с самого начала разговора так и не изменилось. — Не скучай, Саске. Завтра мы ещё все вместе увидимся.       Сначала брюнет не хотел отвечать, но потом смог выдавить из себя короткое «ага». Когда его собеседники ушли, оставляя его одного с нетронутой второй порцией карри, мужчина думал отнюдь не о раздражающем Хиромаро, а о том, почему он вызывал именно такие эмоции.       «Что со мной? Почему я так странно на всё это отреагировал?» — задавался он главными вопросами. — «Он же мне лично ничего не сделал. Мы буквально знакомы пару часов. Так почему в один момент я так хотел опробовать на нём Чидори? Что стало причиной этой бури в душе? Неужели это… ревность? Н-да…»