Тёмные сожаления

      «Ну что ж… этого стоило ожидать», — это была первая мысль, пролетевшая в сознании Саске, когда он увидел перед собой шеренгу из всего лишь шести солдат ОАЛ.       Как оказалось, отбор людей в его собственный отряд спустя полтора месяца после его начала уже закончился. Всё это время работая в школе, обучая Торэру и общаясь с Ханаби вместе с Хиромаро, с которым, на удивление, после того инцидента они всё-таки поладили (странно, если было бы иначе, и теперь учитель истории бесконечно ему благодарен за своё спасение, хоть и явно испытывал страх, прекрасно помня как именно он его спас), Учиха даже немного подзабыл о том, что в скором времени под его командование поступят новые лица. Когда пришло обычное бумажное письмо прямиком от Каге, он понял, что время пришло.       Исао упомянул, что для того, чтобы много раз не таскаться на базу ОАЛ в бывшее Амегакуре, тренировочная площадка ему будет доступна прямо в Конохе, в том самом специальном отделе, где он когда-то оформлял документы на жильё. Как оказалось, под продолговатым зданием, растянувшимся на всю улицу, находилось множество этажей, уходящих вглубь под землю. В одном из гигантских подвальных помещений, оборудованном под тренировочную площадку, его уже ожидали солдаты, до этого беспечно занимающихся… ничем.       Заметив вошедшего в помещение Саске, они подорвались со своих мест, быстро становясь в шеренгу. Молча и неспеша брюнет с каменным лицом прошёлся по тренировочной комнате, становясь напротив солдат, вытянувшихся по струнке.       «Мне это уже нравится…» — хмыкнул про себя шиноби, будучи довольным дисциплиной стоящих перед ним людей.       Он не имел возможности видеть их лиц, ввиду надетых на их головы шлемов с непрозрачными стёклами. Однако он обозначил для себя их ранги по той системе, которой пользуется ОАЛ.       — Два генина, три чунина и… джонин, — вслух протянул брюнет, останавливая свой взгляд на солдате в красной броне. С интересом выгнув бровь, он подошёл к нему (а если быть точнее — к ней) ближе. — Сними шлем, Айя…       — Так точно! Саске-сенсей! — коротко поклонившись, девушка потянулась к шлему и с тихим шипением сняла его, открывая миру своё чересчур серьёзное выражение лица.       — Как твоя рана? — участливо поинтересовался он.       — Не осталось ни следа от вашего меча. Примите мою благодарность за то, что своим точным ударом не задели важные органы!       И ещё раз поклонилась, но на этот раз куда ниже. Приложив немало усилий, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица, Учиха отошёл и вернулся на своё место, чтобы видеть весь отряд.       «Впервые вижу человека, который меня благодарит за то, что я его ранил…»       — Кхм… ладно. Значит, так. С сегодняшнего дня я буду обучать вас чакре. Наверняка, вы всё ещё скептически относитесь к этой вещи, даже несмотря на мои показательные бои с вашими сослуживцами, — хмыкнул он, стрельнув глазами в сторону Айи. — Вероятнее всего, считаете, что это что-то непонятное. Что-то странное и очень подозрительное. Что ж… в чём-то вы правы. Но результатом наших тренировок, как я надеюсь, будет тот факт, что даже без своей брони вы сможете навалять демонам по самое не балуй. Например… этим.       Для демонстрации он повернулся к одному из тренировочных манекенов, без каких-либо печатей сконцентрировал в ладони чакру и запустил в его сторону огненный сгусток, который с лёгкостью пробил искусственную голову, оставляя на её месте лишь оплавленную «шею». Солдаты во второй раз в жизни будучи свидетелями произошедшей «магии» были впечатлены и явно воодушевились новым возможностям. Теперь они точно убедились, что не зря согласились на эту авантюру.       — Вы, конечно, молодцы, что решили встать на тернистый путь становления пользователя чакры, — словно прочитав мысли бойцов, продолжил Учиха. — Однако, чтобы научиться хотя бы такому, — он кивнул в сторону остывающего манекена. — Нужны долгие тренировки. Поэтому, начнём с самых азов… Раздевайтесь.       После таких слов, сказанных им нарочито небрежно и просто, словно ничего в этом такого не было, Саске ожидал увидеть недоумение, протесты, злость или смущение. Всё-таки, судя по броне, кроме Айи в этом отряде ещё было две девушки. Это ожидание было вызвано тем, что Учиха пришёл к выводу, что со своими стальными доспехами эти воины готовы были расстаться лишь в исключительных случаях. Однако среди всех в этой комнате, как ни странно, удивился только Саске, когда бойцы, даже не уточнив цель, принялись без лишних слов избавляться от брони.       — Кхм… — выдохнул сквозь зубы брюнет, быстро справившись со своим изумлением.       Как и предполагалось, в его отряд вошли молодые юноши и девушки до двадцати лет. Лишь Айя является в данном случае исключением из правил. Глядя на вновь занявших свои места невозмутимых учеников, на телах которых остались плотно прилегающие от шеи до ног чёрные костюмы из неизвестного для Саске вещества, он активировал Шаринган, из-за чего некоторые от неожиданности вздрогнули.       «Так… ну, ситуация примерно как с Торэру. Каналы мелкие и очень узкие», — сделал он вывод, вглядываясь сквозь тела своих новых подопечных. — «В общем, есть над чем работать. Хотя, учитывая, что опыт у меня уже кое-какой появился в этом деле, в этот раз всё будет быстрее. Я надеюсь…»       — Хорошо, значит перейдём к сути. Садитесь, где стоите, и сосредоточьтесь на внутренних ощущениях. Сейчас будем пробуждать спящую в вас силу…

***

      Теперь вспоминая себя недавнешнего, жалующегося на большое количество свободного времени, Саске горько усмехался и желал вернуть те относительно спокойные деньки, когда нужно было всего лишь с утра явиться в школу, вбить в голову учеников нужные и не очень знания, а затем вернуться домой и дожидаться следующего дня. Сейчас же после основной работы в школе ему нужно было лететь в Отдел ОАЛ и тренировать шестерых бойцов, чтобы затем ещё и обучать Торэру уже дома до поздней ночи.       Нет, нельзя сказать, что Учиха не был готов к такому плотному графику. Он человек не ленивый, готов побегать. Но очень гордый, так что будет бегать только если это того стоит. Младший Учиха предлагал Саске бросить работу в школе и сосредоточиться тренировках. В принципе мысль дельная. Однако шиноби отказался от этого, умолчав о причине.       Не будет же он говорить, что не хочет перестать видеть Ханаби?       К слову о ней. Оказывается, сегодня у неё День Рождения. Учиха и знать бы не знал об этом, если бы она его, а заодно и Хиромаро, не позвала праздновать к себе домой. Мысль о том, что он таким образом пропустит тренировку своего отряда и Торэру в его голове даже не возникла. Слегка недовольный этим фактом подросток был «схвачен под подмышку» и вынужден пойти вместе с ним.       — Но ты же говорил, что у нас нет времени на выходные! — весьма метко подметил нехотя обувающийся около выхода из дома младший Учиха.       — Один выходной за полтора месяца можно сделать, — отмахнулся от него Саске, впервые на своей памяти используя парфюм.       Так они вдвоём вскоре оказались около дома Ханаби и её брата, находящийся на другом конце города. Это была довольно высокая многоквартирка, выполненная преимущественно в серых и белых тонах. Зная заранее сообщённый код для входа внутрь, Саске и Торэру в быстром темпе нашли лифт и, нажав на пятый этаж, принялись подниматься.       — Я только не совсем понимаю, зачем ты меня с собой взял, — чтобы не стоять в молчании, пробурчал младший. — Я ведь её только один раз в жизни видел.       — Ничего. Сегодня увидишь во второй.       Спокойствие шиноби было обусловлено уверенностью, что Ханаби, вероятнее всего, не будет против, если он явиться со своим родственником. Всё-таки она всё это время не создавала образ человека, который стал бы обижаться из-за такой мелочи.       Когда лифт открылся, до членов старинного клана донеслись голоса. Мужской и женский. Саске не нужно было долго гадать, кому конкретно они принадлежали, а потому он обрадовался, что они успели прийти практически одновременно с Хиромаро. Завернув налево, они встретились лицом к лицу с упомянутым учителем и Ханаби, которая держала в руках первый подарок, завёрнутый в жёлтую упаковку.       — Добрый вечер. С Днём Рождения, Ханаби, — как всегда немногословно, но хотя бы от чистой души поздравил её шиноби, протягивая уже свой подарок, которым оказалась довольно дорогая сумочка, купленная по пути сюда в одном из престижнейших магазинов Конохи. — Это тебе… от нас двоих.       — Привет, поздравляю! — подал голос улыбающийся Торэру.       Девушка широко распахнула глаза, глядя на то, какой подарок она сейчас держала в руках. Не имея возможности связать и слово, она вынуждена была открывать и закрывать рот, как выброшенная на берег рыба. Только когда первый шок прошёл, она наконец смогла собраться с силами и пролепетать:       — С-саске, Торэру… это… о-очень дорогой подарок. Я не могу его принять…       — Подарки — не отдарки, — хмыкнул довольный произведённым эффектом брюнет, настойчиво подвигая подарок обратно к девушке, намеревавшейся вернуть его. — А если не примешь его, то я обижусь.       «Хотел бы я посмотреть на обидчивого Саске…» — весело подумал младший Учиха.       — Но…       — Да будет тебе, Ханаби. Я бы на твоём месте очень обрадовался и поблагодарил этих двоих за такую классную вещь, — перебил её Хиромаро с улыбкой наблюдая за метаниями девушки.       — Ой, точно, спасибо вам большое! — она даже попыталась изобразить поклон, но в её положении это было больше похоже было на обычный кивок головой. — Но всё равно это как-то… нечестно что ли? Я точно не смогу подарить вам что-то похоже…       — А нам и не нужно. В этом деле самое главное — это не вещь, которую ты подарил, а тот факт, что ты вообще это сделал. Я считаю, что подарки не всегда должны быть соразмерными. Так что не мучай себя сомнениями и наслаждайся сегодняшним праздником.       — Я… наверное, так и сделаю… — неуверенно пробормотала она, а затем подарила всем одну из своих фирменных улыбок. — Ещё раз спасибо вам большое!       — Да-да, все рады, все счастливы… — прозвучал позади Ханаби новый, слегка раздражённый голос подростка, который был, судя по памяти и логике, её братом, выглянувшим из коридора. — Но может, вы уже зайдёте в дом наконец? Чего на пороге топчитесь.       — Хизао! Будь вежливее с гостями! — строго помахала на него кулачком девушка, пытаясь быть грозной старшей сестрой, что выходило не очень с её-то миловидной внешностью и чрезвычайной хрупкостью.       — Да-да… топайте уже внутрь! — закатил глаза подросток на её нравоучения и скрылся за стеной.       — Ох… — тяжело вздохнула девушка, размеренно покачав головой. — Вы уж простите его. Плохо я его воспитала…       — Ничего, мальчик молод. Ему свойственны бунтарство и непослушание… — по-философски проговорил Хиромаро, первым ступая в квартиру за Ханаби.       — Говоришь так, будто мы далеко ушли от его возраста… — не мог не подметить усмехнувшийся Саске, также разуваясь на входе.       — Возможно, ты и прав… — хмыкнул учитель истории.       Квартира семейства Хьюга (на удивление, узнал он об этой фамилии совсем недавно, но предполагал, что она будет именно такой ещё с первой встречи) была, как и ожидалось скромной и небольшой. Тем не менее это легче помогало создать тот самый уют, из-за которого не хотелось покидать это место.       Вокруг царило разнообразие цветов, начиная от небесно-голубого, заканчивая персиково-оранжевым. В коридоре стояли угловой шкаф, где ребята оставили верхнюю одежду, и невысокая обувница. На стене напротив висело довольно большое ростовое зеркало. Пройдя немного вглубь, они все оказались в комнате, в направлении которой ранее скрылся Хизао.       Это была довольно большая для такой квартирки кухня с длинным столом около стены, где уже стояло множество тарелок с едой и пустых пока что стаканов. Сам младший брат Ханаби в данный момент ещё что-то готовил у плиты, кидая разнообразные приправы на сковородку. Со словами: «Сейчас. Уже почти готово», он прикрыл её крышкой, чтобы шкворчащий жир не обляпал собой всю плиту.       Специально для Торэру был принесён ещё один стул и теперь все сидели за столом. Разговоры потекли сами собой. Хизао, будучи ровесником младшего Учихи и довольно общительной личностью, практически сразу же втянул его в диалог. Молодой носитель Шарингана поначалу отвечал односложно и вообще не стремился поддерживать беседу, но затем, немного расслабившись, сам с радостью вещал о разных подростковых вещах.       Саске был вовлечён в беседу между Хиромаро и Ханаби, уже попривыкнув за это время к такому «тройному общению». Изредка пробуя всевозможные блюда, которые оказались до невозможности просты, но тем не менее невероятно вкусны, он наслаждался полученным выходным днём, проводимым в такой компании.       — Саске, будешь?       Через некоторое время Кьюби достал словно из ниоткуда прозрачную бутыль, жидкость внутри которой намекала на свой состав.       — Давай, я не против, — пожал плечами брюнет.       Алкоголь никогда не приносил ему удовольствие. По крайней мере из-за того, что он совершенно не пьянил. Всё-таки невосприимчивость к ядам, полученная от Орочимару, распространялась и на спиртные напитки. Поэтому он мог глотнуть нечто подобного лишь с целью попробовать на вкус. Да и отказывать учителю было бы как минимум некрасиво.       — Ох… неплохая, — осушив наполненный на четверть стакан до дна, прошептал Хиромаро, быстро закусив огурцом.       — Н… да, наверное…       Как и ожидалось, спирт ощущался точно так же, как и обычная вода, так что с уверенностью подтвердить или опровергнуть слова Кьюби он не мог. По вкусу же эта вещь оказалась неплохой. Были там оттенки яблока и чего-то ещё. Решив, что и впредь продолжит поддерживать своего «собутыльника», он перевёл вправо и заметил вперившихся в них взглядом подростков.       — Что такое?       — Мы тоже хотим попробовать, — практически синхронно проговорили они.       — Не, маленькие ещё, — махнул на них рукой Саске.       Прежде чем юноши успели возмутиться, Хиромаро ухмыльнулся с поистине лисьей улыбкой:       — Да брось Саске, они ведь уже совершеннолетние? — в подтверждение этих слов они остервенело закивали головами. — Вот, видишь. Дай молодёжи вкусить немного взрослой жизни.       — Успеют ещё… — пробормотал себе под нос Учиха, понимая эти слова несколько иначе. — Ну… хорошо. Ханаби, ты же не против?       — Хизао уже не маленький. Но слишком много не надо.       — Будет плохо — тем же лучше. Научатся хоть на своих ошибках, — махнул рукой учитель, наливая понемногу в каждый стакан. В том числе и в тот, что принадлежал девушке. — А теперь… тост! — с этими словами он поднялся со своего места, давая тем самым пример для остальных… кроме Ханаби, по понятным причинам.

***

      Саске был рад. Алкоголь совершенно не повлиял на ясность его разума, но это и не нужно было, чтобы насладиться этим вечером. Торэру и Хизао, впервые, видимо, попробовав что-то крепче, чем кефир, уже лежали в комнате брата Ханаби, предаваясь крепкому сну после нескольких стаканов. Сама девушка, выпившая даже, наверное, меньше, чем они, также была «навеселе», но всё ещё оставалась в адекватном состоянии.       А вот Хиромаро было немного жалко. Он, заметив, что состояние Саске никак не изменилось с самого начала празднования, решил, что это был неплохой повод для небольшого соревнования. Теперь, правда, он лежал где-то в зале на диване, пытаясь собрать мысли в кучу да не вызволить из оков своего тела всё то, что выпил.       И теперь, оставшись с Ханаби наедине, Учиха был на седьмом небе от счастья. Они разговаривали обо всём: о работе, увлечениях, жизни… да даже о предпочтениях в музыке! Казалось, за этот вечер брюнет узнал о ней и рассказал о себе больше, чем за всё время их знакомства. Конечно, Саске пришлось утаить информацию о своём прошлом и о том, кем он является, однако некоторые вещи он всё-таки рассказал. Например, о том, что у него был старший брат. О том, как он его потерял и как об этом жалеет. Также зацепил немного и другие свои ошибки, совершённые по молодости. По отношению к своим друзьям, в первую очередь…       Она же рассказала о своей жизни и о смерти родителей. Как они попали в автокатастрофу, а сама она после этого навсегда рассталась с возможностью ходить. Учиха в этот момент с силой сжал зубы, жалея, что не владеет ирьениндзюцу, чтобы попытаться вылечить её недуг. Однако в следующий момент у него в голове всплыла другая идея.       Наверняка, если этот мир куда более развит, чем в те времена, когда он жил, то и современная медицина способна на много большее. Всё-таки, учитывая небогатую жизнь сестры и брата, они даже, наверное, не задумывались о том, чтобы сходить к врачу и узнать, лечиться ли её проблема. Но Саске, обладающий большими суммами или имеющий возможность её заработать, вполне себе мог такое устроить. Если это вообще возможно, конечно. Но лучше попытаться, чем потом жалеть, так что шиноби, не говоря пока ничего об этом девушке, твёрдо решил, что разберётся с этим вопросом.       — Ох… Саске, я… наверное, последний стаканчик был всё-таки лишним… — девушка медленно вздохнула, устало потерев руками лицо. — Может, стоит уже закругляться?       — Да, тебе пора бы уже отдохнуть, — видя, как Ханаби в очередной раз зевает, отчаянно стараясь выглядеть бодрой, Учиха не мог не согласиться.       — Наверное… — на секунду прикрыла она глаза, слегка покачиваясь в своём кресле.       — Тебя провести?       Прежде чем Саске успел себя остановить, слова уже успели вырваться наружу. Раскрыв глаза, он принялся мысленно костерить себя на все лады.       «Куда провести? До спальни? Дурак!»       Но ответ его поразил ещё больше:       — Да, почему бы и нет…       Обрадовавшись, но всё ещё ругая себя за поспешность, шиноби привычно стал за её спиной и покатил коляску по указке девушки. Вскоре они оказались в её комнате, где в темноте сложно было что-либо разглядеть. Но брюнету хватило света от искусственной луны, чтобы «доставить» девушку прямиком к кровати.       Смотреть на то, как она медленно пытается с помощью рук взобраться на кровать, было несколько неловко, так что Саске вновь начал действовать, прежде чем подумать. Без труда взяв одной рукой пискнувшую девушку за тонкую талию, он плавно опустил её на поверхность одеяла. Пунцовая Ханаби поспешила завернуться в него по самую макушку, пытаясь тем самым скрыть своё смущение. Хотя в творящемся мраке мужчина всё равно ничего не заметил.       — С-спасибо… — выдохнула она, высунув глаза на поверхность и с благодарностью глядя на наклонившегося над ней брюнета. — Знаешь что, Саске?       — Хм?       — Хочу тебе кое-что сказать… на ушко, — робко проговорила девушка, перейдя на шёпот. — Наклонись поближе, пожалуйста.       Дважды Учиху просить не нужно было. Почувствовав, как от тёплого дыхания около его шеи, у него пробежал табун мурашек по спине, он хотел было уточнить, что она хочет, но вынужден был затолкать свои слова как можно глубже, почувствовав короткий поцелуй на своей щеке. Теперь уже Саске — обычно холодный, бледный и невозмутимый глава клана Учиха, отчаянно пытался справиться с жаром, обдавшим его лицо. Сердце застучало как бешенное. Дыхание еле удалось стабилизировать. Он был на седьмом небе от счастья…       — Ещё раз спасибо за вечер, Саске. И… спокойной ночи.       — Спокойной… — всё ещё находясь в прострации, Учиха кое-как выдавил это слово и на негнущихся ногах направился в сторону выхода из комнаты.       Тихо, стараясь не потревожить сон находящихся в квартире людей, шиноби принялся медленно закрывать за собой дверь. Дождавшись характерного тихого щелчка, он облегчённо выдохнул и развернулся… чтобы от неожиданности чуть не вскрикнуть.       Вплотную к нему стоял Хиромаро. Живой, совершенно здоровый и без своей излюбленной улыбки. Лицо его было решительно и серьёзно, чего Саске никогда, вроде как, не видел.       — Пошли на балкон. Есть небольшой разговор. Важный.       Кивнув себе за спину, Кьюби пошёл в указанную сторону, краем глаза следя за медленно ступающим за ним брюнетом. Учиха немного напрягся от столь резкой смены поведения своего коллеги. Да, с самого начала он его в чём-то подозревал, даже сам до конца не понимая в чём именно. Однако потом как-то это подозрение прошло само собой, а сам Саске начал считать его немного странным, но всё же человеком. Сейчас же, явно играя на публику и действуя с какой-то целью, он вновь начал вызывать опасение.       — Я хотел поговорить с тобой немного раньше, но решил не портить праздник… — оказавшись в небольшом помещении, откуда открывался вид на ночной город, Хиромаро достал из кармана пачку сигарет и протянул одну Учихе. — Будешь?       — Не курю, — помахал головой шиноби, а затем кое-что вспомнил: — А… так вот почему ты иногда бросал на меня странные задумчивые взгляды…       — А ты наблюдательный… Впрочем, всегда таким был, — усмехнулся сквозь зубы Кьюби и, чиркнув зажигалкой, сделал первую затяжку.       После этих слов Саске насторожился ещё больше. Но интересовала суть разговора, а не эти туманные слова.       — Так… о чём ты хотел поговорить?       — О… знаешь, твоё нахождение рядом со мной всё чаще вызывает у меня какие-то воспоминания. Они будто мои, но и не мои одновременно. Меня это несколько пугает, но я, кажется, уже смирился с этим.       — Что это за воспоминания? — недовольно проговорил Учиха, начиная злиться из-за того, что собеседник словно пытался оттянуть момент, когда скажет самое главное.       — О моём прошлом, разумеется, — вновь ухмыльнулся мужчина, смотря на тихо звереющего Саске так, словно это были прописные истины. — И знаешь… Я пока в них ещё не разобрался. Да и многого всё ещё не помню. Но то, что я не совсем человек — мне уже известно…       Шиноби примерно этого и ожидал. Напрягшись словно струна, он внимательно слушал каждое его слово, ведь именно от них сейчас многое зависело.       — …И кто ты такой на самом деле, я тоже уже понял, Реинкарнация Индры… — затушив сигарету, Хиромаро вздохнул, а после перестал нагнетать атмосферу.       — В таком случае, скажи мне, кто тогда ты такой? Девятихвостый? — непроизвольно активировав Шаринган, из-за которого собеседник дёрнулся на месте, Саске еле сдерживался, чтобы не погрузить его в гендзюцу и узнать всё самому.       — Я точно не знаю. И да, и нет… — неопределённо помахал рукой Кьюби. — Силы его мне недоступны, но часть знаний и воспоминаний — да. Однако не это важно. Вместе с прояснением памяти я вспомнил кое-что очень важное, что было после того, как тебя и остальных помощников Каге поместили в стазис-печати.       — Говори, Кьюби… — приблизившись к нему в плотную, прошипел сквозь зубы шиноби.       Не обращая внимание агрессию со стороны шиноби, Хиромаро постарался как можно чётче и увереннее, но в то же самое время с изрядной долей мольбы, прошептать:       — Наруто сейчас как никогда нуждается в твоей помощи…       Наруто жив?