три оргазма

Антон никогда не любил себя. Своё тело, свою внешность, свой мозг. В детстве он был слишком длинным, слишком худым, слишком лопоухим и слишком нелепым. У него никогда не было пятёрок в четверти по основным предметам. Он не любил много читать, особенно школьное, особенно книги, где больше 100 страниц. История казалось ему нудной, физика непонятной, а в биологии информации было слишком много для того, чтобы её запомнить. Прыщавое лицо и только проклюнувшийся голос он ненавидел, с его ростом и телосложением они никак не сочетались. В универе было слишком много долгов, КВН отнимал все силы, хотелось только гулять, пить и ничего не делать. С возрастом мало что изменилось. Всё такой же высокий, тощий и ушастый Шаст. Только он возмужал, оброс массой, стал мудрее. Нелепость свою превратил в уверенность, перестал зажиматься, краснеть и стесняться. Стал показывать себя настоящего, открыто смеяться-злиться-грустить. Расправил плечи и выпрямился. Держит голову прямо, а спину почти ровно. Потому что появился Арсений. Арсений, который почти с самого начала поддерживал и помогал. Своим примером показывал, каким можно быть. Раскованным, не зависящим от чужого мнения и свободным. Он хвалил, делал комплименты и столько раз говорил, что Антон молодец, что он всё сможет, что у него всё получится, что Шаст поверил. Блять, сколько же раз он говорил. Антон и отмахивался, и благодарил, и молчал, что только он не делал, но Арс пёр, доказывал своими словами на протяжении нескольких лет. Антон сдался под натиском. Перестал строить рожи для фото, стал носить всё, что ему нравится, несмотря на мнение общества, друзей и знакомых. Отрастил чёлку и показал всем свою кудрявость. Добавил к массивным цепям бисер и маленькие кольца. В ответку постоянно делает комплименты Арсению. В благодарность разговаривает с ним мягко, спокойно и нежно. В знак любви смотрит открыто и долго. Ему стало приятно смотреть на себя в зеркало. Он рассматривает себя голым, наслаждаясь и ладными бёдрами, и тощей, но упругой задницей, и мягким, но еле заметным животом. Арсений любит жать его бёдра, мять ягодицы и наглаживать живот. Когда они начали встречаться, Шаст не любил заниматься сексом со светом. Стеснялся показывать себя, свои части тела. Арс трогал, целовал, лизал и кусал каждый участок кожи. «Если мне не противно, то как может быть тебе, Шаст? Это твоё тело, оно прекрасно, потому что оно твоё, уникальное, со всеми шероховатостями и изъянами. Я люблю его, Антон. Полюби и ты». Он говорил, что любит его мягкий живот, тощую задницу, тонкие щиколотки, худые плечи, торчащие уши и завивающиеся волосы. Говорил, что Антон потрясающе красив и горяч. В своей естественности, наедине с близкими, вне камер. Когда он не скрывает своё отношение к чему-либо, ведёт себя, как хочет, когда он расслаблен и спокоен. Твердил, что находящиеся рядом с ним чувствуют его бешеную энергетику, приковывающую внимание. Сбивающую с ног. Заставляющую забыть обо всём другом и следить за ежесекундно сменяющейся эмоцией. Впитывать картинку глазами. «Ты — мультик, Антон. С твоей подвижной мимикой и частой жестикуляцией рук. А как ты складываешься напополам при смехе, вскакиваешь с места, тянешься ко мне на плечо, господи. Я так ценю эти моменты. Люблю смотреть, как ты смеёшься». Шаст не заметил, как стал выкладывать фото без кривляний. Как стал больше фотографироваться сам, особенно в зеркало, особенно селфи. Он никогда не увлекался секстингом, никогда не кидал нюдсы, потому что не думал, что он может кого-то по-настоящему возбудить. Своим голым торсом, где не было и нет намёка на пресс, своим членом, наклонённым чуть-чуть влево, вообще собой. До Арсения. Ей-богу, он ни разу не отправлял видос, где он дрочит на камеру. До того, как Антону зализали волосы назад. До того, как он надел массивные цепи с бусами из бисера, огромные и миниатюрные колечки на каждый палец и по три браслета разного стиля на каждую руку. До того, как он понравился самому себе настолько, что захотел кинуть Арсу видос, где он трогает себя. Сначала он кидает Арсению фотку из «Стора». Он стоит напротив зеркала, оттягивая цепи, рубашку и футболку пальцами, чтоб было видно шею и ключицу. Ухмыляется блядушно и смотрит в камеру. Отправляет с подписью: «смотри, что ты сегодня теряешь». Длинные пальцы красиво выделяются на фоне колец, оголённое плечо кусательное, а взгляд ебательный. Арс отвечает сразу же. Охуеть🥵 18:42 Ты такой красивый 18:42 Пиздец 18:43

Что? 18:43 Думал, что тебе понравится😔 18:44 Не нравится? 18:44

Охуеть, как нравится, Шаст, я просто не ожидал 18:45 Я ещё занят просто 18:46 Но так хочу быть рядом с тобой сейчас 18:46

Занят с Захарьиным? 18:50

Это по поводу фестиваля, Антон, ты всё знаешь. 18:55 А ты занят с Бобковым? 18:57

С каким, нахуй, Бобковым? Его даже нет здесь 19:00

Но в мыслях постоянно🤪 19:00 Ладно, я шучу, хорошо тебе хард провести♥️ 19:01

Я, вообще-то, тоже 19:02 А тебе удачно доработать🥰 19:03 Целую 19:03

Нет, я тебя😘 19:05

Нет, я 19:06

❤️‍🩹 19:06

❤️‍🩹 19:10

На игре вспоминают обоих, и это не то чтобы странно, просто так совпало интересно. Шаст обещает судьям обязательно рассказать, кто такой этот Захарьин. Чёрта с два он расскажет. Антон рад впервые за этот нетелевизионный сезон быть рефери. Он снова в своей тарелке, очень заряжен и бодр. Как же он скучал по этой атмосфере, как давно не следил за баттлом на стульчике у края сцены и не кричал «было» и «пшёл вон». Видос он снимает, приехав домой, уставший, но решивший выполнить задуманное, возбуждающийся от одной только мысли о том, чтобы записать Арсению такое. Он ставит телефон на подушки, фиксирует, чтобы было видно его полностью и снимает футболку с брюками, оставаясь в одних трусах, цепях, браслетах и кольцах. Взъерошивает чёлку, волнуясь, и нажимает на кнопку начала съёмки. Надо было сделать хотя бы глоток джина для смелости, но уже поздно, и собравшись, Антон вздыхает и начинает. Смотря прямо в камеру, он медленно ведёт руками от подбородка вниз. Металл холодит и цепляет кожу, но это даже по-своему приятно. Цепляет соски, крутит, суёт по пальцу в рот и трёт, массируя. Оглаживает бока, живот, приподнимается, открывая взору тазовые кости, проводя по ним невесомо, самыми подушечками. Одной рукой гладит член через ткань боксеров, другой задевает бёдра. Закидывает голову назад, оголяя шею и приоткрывая губы от тяжёлого дыхания, потому что смотреть в упор уже не хватает сил. Он ныряет в трусы, хватаясь за стояк, растирая смазку по всей длине и надрачивая. Антон представляет руку Арсения вместо своей и стонет, забывая, что делает и где находится. Хаотично гладит себя по телу, параллельно толкаясь в свой кулак. Разводит колени шире, яйцами трётся о постель, пытаясь получать разрядку сразу от всего. Он кончает, чуть ли не брызгая на айфон, обмякает, стоя на коленях. Выключает видос и тут же отправляет Арсу. Потому что если пересмотрит это, то стопроцентно не кинет. Умрёт от стыда и кринжа. Шастун лежит какое-то время на кровати, думая, что сделал и нахуя, пока телефон разрывает от уведов. Боится смотреть, что там. Вытирает себя, разогревает ужин и открывает диалог с Арсением. БЛЯТЬ 22:25 АНТОН 22:25 Я В АХУЕ 22:26 ТЫ ТАКОЙ.. 22:26 СЛОВ НЕТ 22:27 Один из лучших дней в моей жизни. 22:27 Ты такой красивый 22:27 Твои подрагивающие при толчках кудряхи… 22:28 Господи, блять 22:28 Помоги 22:28 У меня встал 22:29 И все страхи проходят. Антон улыбается. Решает добить Попова. И кончить ещё раз. Теперь ставит телефон в гостиной, на журнальный столик, подперев его книгами. Снимает трусы, садится на край дивана и снова дрочит себе, немного оттягивая крайнюю плоть. Отрывается от стоящего члена, чтобы не кончить раньше времени и выдавливает смазку на пальцы. Широко расставляет ноги и постепенно вводит пальцы в себя. Разводит в разные стороны, вытаскивает и вставляет. Фоткает себя, когда в нём уже три, еле дотягиваясь до гаджета трясущейся рукой, чтобы поставить таймер на десять секунд. Одной рукой он держится за диван. Другая за спиной. Максимально раздвинутые ноги стоят на мысках. Капля смазки вытекает из колом стоящего члена. Выгнутая спина, вздёрнутый прямой нос, дрожащие ресницы, закатанные глаза и закушенные губы. Цепи и браслеты на голое тело. Надеясь, что сфоткаться красиво удалось, Антон начинает двигаться на пальцах, трахая себя. Насаживается то быстро, то медленно. Пальцы почти что попадают по простате. От звука вибрации он дёргается, открывая глаза и бросая затуманенный взгляд на экран. Я, кстати, кончил вместе с тобой на видео. 23:03 Антон спускает второй раз за вечер, застонав. Отойдя от оргазма, он шлёт Арсению фотку, чуть-чуть размазанную, но всё равно охуенную, даже по его мнению.

во мне мои пальцы, а мог бы быть твой член. (Вложение) 23:17

ёбанное искусство. 23:20 И звонит сразу же: — Ты…меня убить сегодня решил? — Да. — У тебя получилось. Звоню из ада. Тут все в ахуе, — они оба смеются, — Очень красиво, Шаст, и пиздец сексуально. Спасибо. — Обращайся. — Обязательно. — Знаешь, чего я действительно сейчас хочу? — Ну? — Тебя. — Антон, ты, вроде бы, дважды кончил за вечер. — Нет, глупенький, тебя, рядом со мной, прямо сейчас, — Арсу бы телепорт и оказаться в Москве в ту же секунду. — Я тоже, хороший, но это невозможно, — Шастун тяжело вздыхает, — к сожалению. — Я знаю. Просто держу тебя в курсе, — Арсений мычит в подтверждение слов, — И вообще, я бы не отказался от третьего раза. — У тебя бы не получилось, — Арс дразнится. Ну а кто Антон такой, чтобы не поддаться на очевидную провокацию. — А ты проверь. — Я и проверю. Ты, я и три твоих оргазма послезавтра. — Замётано. Я и мои оргазмы тебя ждём. — Я и мои оргазмы в нетерпении, — они счастливо фыркают друг другу в трубку. Засыпает Антон поздно, как всегда без Арсения, но воодушевлённый тем, что он скоро приедет. Даже похуй, если один, без оргазмов.