Любовь из разных миров

Действия происходят в прошлом.

***

Юнги направляют в восемнадцатый век для улаживания конфликта между двумя Фракциями Бьокла и Сипа, в то время король принял закон, в котором права фракций ожесточили, на фоне этого разгорелся конфликт между лидирующими партиями того времени. Если бы Высший совет не вмешался, то, скорее всего, разгорелась бы гражданская война между людьми двух главных фракций. Междумирец прилетел туда в довольно юном возрасте (таковым его сделали специально для правдоподобности), он практически там вырос, конечно, по земным меркам прожил он там примерно двадцать лет, его история начинается с этого момента.*

***

— Капитан, я готов, можем начинать, — отдал команду Юнги и через несколько минут оказался в Корее, в небольшом доме. У него были родители, семья, друзья, но никто и не подозревал, что их сын не настоящий, его просто подменили, он рос, вступал в ряды солдат, воевал, отдавал все силы на поддержание истории и все ради одного задания. Наконец, когда начали формироватся основные фракции, Юнги уже был довольно влиятельным человеком — переговорщиком. — Господин Мин, пришли солдаты с разведки, попросить их написать рапорт обо всем, что они видели? — Его верный помощник всегда был под рукой и помогал разбираться во всех делах. — Конечно, помощник Лин, жду от тебя лучших результатов, как и всегда. Помощник поклонился и вышел из покоев господина. — Теперь я имею влияние на эти две партии и могу давать указания, как лучше поступить. Пусть у меня и нет официального места ни в одной из этих фракций, но всё же я смогу их убедить. — Решительно настроенный Мин начал делать отчет. Юнги, передав всю информацию в его мир, спокойно продолжал заниматься своими делами, но все–таки его тревожило то, как он все разрешит, поэтому он начал обдумывать план. Вечер. Его пригласил лидер фракции Сипа посетить заведение и обговорить нарастающие проблемы. — Здравствуйте, Господин Чжун, мне очень приятно увидеться с вами вновь, спасибо за ваше приглашение, — Юнги вежливо поклонился. — Здравствуйте, Господин Мин, выглядите здоровым, полагаю, дела идут хорошо, давайте присядем. Их проводили в зал, где были лишь они и их люди, а также персонал, танцовщицы и прочие люди, которые были приглашены для развлечения достопочтенных персон. Им принесли Якчу (современный соджу), стол был украшен по всем традициям того времени, а также блюда были отменного вкуса, что соответствовало статусу людей, которые сидели за ним. Спустя некоторое время, проведенное за наблюдением представления, обменявшись любезностями и разговорами ни о чем, господин Чжун начал говорить серьезно. — Господин Мин, скорее всего, вы уже знаете о новом законе, принятым Королем, это усложняет деятельность моей партии, что плохо влияет на людей и на фракцию Бьокль в целом, это один из лидирующих кланов, подобно Сипи. Мне кажется, что в столь сложный период они хотят поработить наш клан и наших людей. Я хочу, чтобы вы описали картину со своей стороны — нейтральной. — Господин Чжун, Вы всегда можете рассчитывать на меня. Я думаю, что сначала мне нужно будет посмотреть на ваши документы и всевозможную информацию, тогда я смогу сделать определённый вывод, а сейчас я скажу, что деятельность Бьокла никак не повлияет на Вашу. Если смотреть с точки зрения Короля, то он совсем не отрицает того факта, что между вами могут возникнуть напряженные отношения, он хочет посмотреть, как каждый клан преодолеет этот конфликт. Я поговорю с представителем другой фракции и выскажу ему своё мнение, думаю, я смогу переубедить его разворачивать войну, она только усугубит нашу внешнюю политику, надеюсь на ваше понимание, господин Чжун. — Господин Мин, я невероятно Вам благодарен за всю Вашу помощь, которую вы оказали моему клану, я предоставлю всю необходимую информацию, которая Вас интересует. — Конечно, давайте составим договор. Вечер подходил к концу, и Господин Чжун начал вновь говорить, но не о работе: — Я знал Ваших родителей, они были очень хорошими людьми, Вы ничуть не отличаетесь от них, я хочу выразить им свою благодарность за то, как они воспитали своего сына, жаль, что они покинули нас так рано… — С сожалением делился своими выводами господин Чжун. — Спасибо Вам, я все еще переживаю эту утрату, родители были бы счастливы, услышав эти слова. Вечер прошёл успешно, Юнги вышел, попросил его не беспокоить и уединился на свободной территории заведения. Через полчаса он собирался уходить, но в темноте увидел силуэт, наверное, танцовщица, его заинтересовало это, он прошёл в глубь сада. Пройдя мимо деревьев, он увидел парнишку, который танцевал меж деревьев сакуры. Музыка не играла, но она и не нужна была, его танец можно было понять без звука. Он танцевал с болью, его печаль можно было увидеть, прочувствовать. Сейчас он оголял свою душу, даже не зная, что за ним наблюдали. Его глаза блестели не то от слёз, не то от света луны, он был, словно открытая книга, никогда до этого момента Юнги не чувствовал столько эмоций в движениях, танцовщицы были детским садом по сравнению с ним. Парень обернулся и увидел Юнги, захотел тут же бросится в бег, но Мин успел взять его за руку. — Господин Мин, извините меня, пожалуйста, я не хотел танцевать правда, я.… я… Не сообщайте моей госпоже… — Дитя, не бойся, я не причиню тебе вреда, я знаю о законах, но сообщать никому не собирался, у тебя прекрасный танец. — Но, но мне нужно быть военным, я не могу. Танцы — это дело обслуги… — Я скажу тебе одну вещь: я никогда не хвалил танцовщиц, они для того, чтобы скоротать время за нудными разговорами о делах короля, твой же танец выражается не только в твоих движениях, он от твоего сердца. — Спасибо, это был прекрасный танец, я приду посмотреть еще, и вот что… Не каждый сможет быть военным, хорошей ночи, не попадись Госпоже Ча. *Юнги рос, хоть я и говорила о том, что междумирцы не стареют, это нужно было сделать для задания. Так что в теле совсем маленького человека, был взрослый мужчина.*