Живые

      Большое пространство светлой аудитории первого класса заполнено студентами академии. Они затихают в ожидании, заинтересованно смотрят на преподавателя, который слегка улыбается.       — Не знаю, понравится ли вам эта новость, — произносит мужчина и делает небольшую паузу, скользя взглядом по любопытным лицам своих подопечных. — Вы уже в курсе, что скоро в академии будет крупное мероприятие, однако... Недавно мы решили провести на нём показательное выступление.       Преподаватель снова делает паузу и слышит тихое перешёптывание студентов. К его счастью, оно быстро заканчивается.       — Это коснётся не всех. Руководство уже подготовило список студентов, но дело ваше – соглашаться или нет. Никого не принуждаем, но будем рады участию, — мужчина делает глубокий вдох и продолжает. — Итак... Вас разделили на пары, но ваши партнёры – старшекурсники. На выступлении нужно будет продемонстрировать красивую и эффективную технику, будь то кидо, владение мечом или рукопашный бой. Вопросы?..       Никто так и не решается поднять руку, многие просто переваривают новую и волнующую информацию.       — Ладно. Тогда начну зачитывать список. Если кто-то захочет отказаться – ваше право, но только в конце. Итак...       Студенты слышат не особо длинный список из имён, фамилий и предложенных дисциплин. Кто-то сразу же теряет интерес, а кто-то взволнованно ждёт заветных слов об участии.       — Абараи Ренджи. Партнёр – Акио Харада, пятый курс, рукопашный бой... Кира Изуру. Партнёр – Хисаги Шухей, шестой курс, владение мечом...       Пространство вокруг сразу же заполняется негромким шёпотом, Кира буквально кожей ощущает на себе чужие взгляды, но упрямо смотрит на стену впереди, чтобы никак не выдать своего замешательства.       — Хинамори Момо. Партнёр – Тоя Ито, шестой курс, кидо...       Скоро преподаватель заканчивает читать список и поднимает взгляд на аудиторию.       — Вопросы или возражения?.. Нет? Хорошо. Тогда вот время, в которое каждый из названных должен прийти в тренировочный зал...

***

      — Было бы логичнее, если бы тебе досталось владение мечом, — говорит Кира другу, когда они неторопливо идут в другой корпус академии.       — Думаешь? — хмурится Ренджи.       — Твои навыки будут получше моих.       — Может быть, — пожимает плечами парень. — Но в отличие от других у тебя навыки в целом сбалансированы. Мне кажется, ты мог участвовать в любой из дисциплин, но так уж составили списки.       — Вот как...       — Да ладно тебе, — вздыхает Абараи и похлопывает друга по плечу. — Не кисни. Зато с местной звездой работать будешь, а там и внимание девушек недалеко...       — Больно это внимание надо, — Изуру легко пихает Ренджи локтем, на что тот негромко охает.       — Стесняешься, что ли? — ухмыляется парень, но улыбка сразу же меркнет под мрачным взглядом чужих глаз. — И не надо так смотреть, иначе любой удавится на месте.       — Не преувеличивай.       — Вообще ни разу... — невинно хлопает глазами Абараи. — Ну вот, пришли.       Тренировочный зал встречает их эхом множества разговоров. Студенты и преподаватели небольшими группами стоят в разных концах помещения. Отдельные слова и фразы отлетают от тёмно-бирюзовых стен и витают в воздухе, пока их не услышат. Внушительные балки из тёмного дерева немой угрозой нависают сверху и напоминают о концентрации.       Будущие шинигами осматриваются. Вокруг много незнакомых лиц, которые не обращают на них никакого внимания. Найтись в такой обстановке представляется не самой простой задачей, но Ренджи сегодня явно везёт. От одной из групп отделяется крепкий на вид парень и приглашающе машет ему рукой. Абараи ободряюще улыбается слегка потерянному Кире и вынужденно оставляет его. Изуру провожает друга взглядом и встаёт у одной из стен, чтобы никому не мешать – одна из групп уже начинает тренироваться. Юноши и девушки становятся друг напротив друга с деревянными мечами и отрабатывают самые простые приёмы. Это первые попытки, поэтому получается не совсем синхронно и эстетично, но у них есть ещё несколько дней на подготовку. Кира настолько засматривается, что едва различает знакомую фигуру на другом конце зала. Та слегка кивает, приветствуя, и парень отвечает тем же, давая понять, что заметил. Проходит полминуты, и рядом с ним оказывается Хисаги. Он встаёт рядом и скрещивает руки на груди. Повязка давно снята с его лица, поэтому Изуру во всей красе видит оставленные пустым шрамы. Три тёмно-красных полосы тянутся от лба до нижней челюсти, заостряя и без того жёсткие черты.       — Как ты? — негромко интересуется Шухей, замечая чужое внимание.       — В порядке, — Кира поспешно отводит взгляд. — А Вы?       — Нормально. Не думал, что в этом году приплетут первокурсников.       — Раньше было иначе? — удивляется парень.       — Да. Выступали только старшие курсы, но, как видишь, всё меняется.       — Вам доводилось участвовать?       — Было дело, тоже владение мечом, — хмыкает Хисаги. — Стоял так же, как те ребята. Видимо, в этом году решили придумать что-то новое.       — И Вы совершенно правы, юноша, — раздаётся старческий голос.       Пожилой мужчина подходит бесшумно, смотрит на молодых студентов с внимательным прищуром и доброжелательно улыбается, почёсывая длинную седую бороду.       — Нам с вами предстоит многое сделать. Пойдёмте, — манит за собой старик.       Останавливаются они только в углу зала, где почти никого нет. Мужчина скользит проницательным взглядом по подопечным, приглядывается и едва заметно кивает сам себе – с этими серьёзными ребятами можно работать.       — Я Удо Наката. Знаком с вами заочно, так что можете не представляться. Перейдём сразу к делу, оно у вас ответственное. Видите тех ребят с боккенами?.. Их задача показать слаженность и отточенную почти до идеала технику. Ваша же – мастерство. Важно не просто хорошо помахать мечом, а сделать это эстетично, чтобы зрители не сидели со скучающими лицами. В их глазах должен гореть интерес, восхищение. Ваше будущее выступление – не бульварный и дешёвый театр, а искусство владения мечом.       Мужчина заканчивает небольшую речь и ловит на себе два удивлённо-вопросительных взгляда. Его подопечные хлопают глазами, как совы, которых застали врасплох. Особенно хороши глаза младшего ученика: большие и голубые, невинные, как у ребёнка, ещё не познавшего всю грязь этого мира.       — Сегодня изучим и отработаем одну из связок, она не сложная, позволит в самом начале настроиться на нужный лад. Но пока уделим внимание вступлению.       Старик подходит к стойке с деревянными мечами и берёт несколько палок, стоящих рядом. С помощью них он обозначает на полу границы большого квадрата.       — Это временно, на выступлении у вас будет побольше свободы. Начнём с приветствия.       Хисаги и Кира занимают противоположные стороны квадрата, стоят друг напротив друга. Наката вручает им по боккену вместе с ножнами.       Начинают с лёгкого поклона партнёру, потом мечу. Ножны привязывают к поясу, проверяют и встают ровно в ожидании следующих действий.       — Хорошо, теперь немного пройдёмся. Против часовой стрелки, не слишком быстро. Смотрите друг на друга — здесь важен зрительный контакт. Старайтесь не терять его и не сворачивать шеи при повороте. Держите корпус немного обращённым в сторону партнёра.       Наката удовлетворённо кивает, наблюдая за подопечными, но их заметно напряжённые плечи заставляют его нахмуриться.       — Расслабьтесь совсем немного, двигайтесь легко. Никто не собирается убивать вас прямо сейчас.       Хисаги и Кира обмениваются странными взглядами, но решают промолчать.       — Стоп, вот здесь. Плавно заворачивайте, вы должны пройти мимо друг друга. Остановитесь, когда перестанете видеть плечо партнёра. Отлично. Теперь разберём первую связку...       Наката поочерёдно показывает, что нужно сделать обоим. Суть – миновать партнёра, выхватить меч и, разворачиваясь, сделать рез. Сначала пробуют медленно, чтобы вникнуть в детали и запомнить последовательность, потом чуть быстрее. Старик указывает на мелкие недочёты, исправляет и заставляет повторять снова. Только когда по залу прокатывается чёткий удар одного деревянного меча о другой, он удовлетворённо улыбается.       — На сегодня достаточно, продолжим завтра, в это же время.       Студенты прощаются с преподавателем и, оставив оборудование для тренировок, покидают зал. На улице свежо и тепло, заходящее солнце заливает округу оранжевым светом и приятно греет. Уставшие за день ученики неторопливо двигаются в сторону общежитий, и Хисаги с Кирой вливаются в их поток, заводя непринуждённую беседу. Светлые волосы Изуру почти светятся в ярких лучах и смешно пушатся, как пух у цыплёнка. Хочется поднять руку и пригладить короткие пряди, и Шухей почти поддаётся соблазну – опускает ладонь на чужое плечо перед самым прощанием. Кира возвращается в комнату, ещё чувствуя фантомное тепло от прикосновения, и находит там Ренджи, бессильно развалившегося на футоне.       — Что случилось?       — Я там чуть не сдох... — низко и на выдохе говорит Абараи, смотря в потолок.       — Всё так плохо?       — Нет... Нет. Будет круто, — усмехается парень, а потом хмурится и негромко шипит. — Но больно...

***

      — Обычно после контрольной точки все заканчивают связку и прячут мечи, но мы продолжим. Это же не прямая демонстрация ката, — негромко и сипло смеётся Наката. — Обменяйтесь парочкой ударов – посмотрю на вас в действии.       Хисаги и Кира настороженно переглядываются и привычно становятся в стойки. Изнутри подогревает интерес – им раньше не приходилось сходиться в спарринге, пусть они и видели друг друга в деле, но совсем немного и в жутких обстоятельствах. Первый удар приходится вполсилы, он пробный, оценивающий. Второй более смелый, третий и последующие – отработанные и чёткие. Парни быстро ловят ритм, который удобен обоим, не теснят друг друга и в целом ведут себя спокойно, как при отработке упражнений. Стук деревянных мечей звонкий и чёткий – удары наносятся точно.       Старик внимательно наблюдает за подопечными, задумчиво почёсывает бороду и отрешённо кивает собственным мыслям.       — Достаточно.       Парни останавливаются ровно по команде и возвращаются в исходные позиции, выжидающе смотря на преподавателя.       — Хорошая амплитуда, выверенность. Вы умеете чувствовать партнёра. Однако... — Наката делает небольшую паузу, вздыхая. — Здесь потребуется чуть больше, чем заученные движения. Помните конец первой связки?.. Его не будет. После первого удара мечей продолжайте обмениваться ударами, но делайте это более свободно. Всё, что придёт в голову, но в пределах разумного, конечно. Просто включите фантазию, разнообразьте бой. Резы, уколы, удары рукоятью – пожалуйста, это в ваших руках.       Пусть это всё основы, но Хисаги всё равно бросает вопросительный взгляд на Киру – разница в опыте очевидна и рисковать не хочется. Парень одобрительно кивает, давая понять, что готов.       Спарринг действительно становится интереснее, чуточку разнообразнее, появляется большая подвижность. Парни ходят по небольшому квадрату, обмениваясь ударами. Чередуют различные резы и внезапные уколы. Деревянные мечи звонко и ритмично стучат друг о друга, звук пульсирует, словно биение сердца. Это приятным бальзамом льётся на душу старого Накаты. Он видит, как партнёры держат контакт, следят за реакцией друг друга, знают, как следует поступить в ту или иную секунду. Полное взаимопонимание. Мужчина улыбается, ему в голову приходит неожиданная и очень любопытная идея.       — Достаточно, — останавливает он студентов. — Можете перевести дыхание, а я пока схожу за кое-чем.       Парни удивлённо переглядываются — уж очень радостно засеменил куда-то старик.       — У меня какое-то странное предчувствие... — делится переживаниями Кира.       — Не могу не согласиться, — отвечает Шухей и зарывается пальцами в отросшие пряди чёрных волос.       Наката возвращается через пару минут, держа в руке небольшой предмет. Когда он показывает его своим подопечным, их глаза округляются ещё больше.       — Это... Веер?..       — Тэссэн.       Наката раскрывает веер и вертит его, показывая во всей красе. Острые концы металлических рёбер призывно сверкают в солнечном свете, проходящим сквозь узкие окна тренировочного зала. Полотно тонкое, чёрное и глянцевое, а изображённый на нём белый дракон так и привлекает взгляд.       — В наше время подобным не пользуются, но почему бы не стряхнуть с него пыль и не добавить эффектности выступлению? — улыбается старик.       — Простите, но разве им можно что-то сделать?..       — Ох, юноша, таким при должном умении и меч остановить можно. Кира, держите, — Наката вкладывает веер в чужие руки. — Вы, как я мог видеть, больше предпочитаете оборону. Значит, будем идти от этого. Я покажу пару движений, а там посмотрим. Может, Вы и меч сможете им поймать.       Изуру в замешательстве смотрит на безобразно воодушевленного старика и робко сжимает в ладони холодный веер. Сильное удивление лишает парня дара речи, и он стоит, глупо моргая и не зная, куда себя деть. Шухей незаметно подходит ближе и легонько пихает его локтем, пытаясь привести в чувства.       — Извините, но я сомневаюсь, что подобное можно освоить в такие короткие сроки. Осталось всего два дня, включая этот, — негромко возражает Кира.       — Сомневаться — нормально, я никого не виню за это. Но Вы довольно способный ученик, не так ли?.. Почему бы Вам не проверить Ваши навыки?       — Ну...       — Хотя бы просто попробуйте. Если дело не пойдёт, я заставлять не буду.       — Х-хорошо.       — Хисаги, а Вы прямо везунчик, — ухмыляется сквозь бороду старик. — Пока можете отдохнуть и подумать над вашим выступлением. Возможно, придут какие-то свежие идеи.       Шухей кивает и садится у стены, чтобы не мешать. Он слабо представляет, что может получиться из чужой затеи, но понаблюдать не против.       Наката лениво прохаживается рядом с Изуру и что-то ему рассказывает. Потом мужчина достаёт из-за пазухи второй веер и немного покачивает им в воздухе, пока резко не раскрывает. Хлопок и звон металла заставляют напряжённо замереть и настороженно посмотреть на невинный с виду предмет. Наката прячет руку за спину, продолжает ходить и непринуждённо обмахиваться веером, словно вышел на прогулку. Кира рядом с ним выглядит несколько потерянно, но слушает внимательно, старается запомнить.       Затем начинает происходить то, что никак не укладывается в голове Хисаги. Для демонстрации умений Наката просит Изуру напасть на него. После недолгого колебания парень замахивается деревянным мечом и внезапно ощущает холод под челюстью – острый конец веера едва касается кожи. Что он, что Шухей растерянно моргают, не ожидав от старика такой прыти. Наката отстраняется и просит попробовать снова. Кира решает начать с горизонтального реза, но едва успевает достать меч из ножен, как чужая рука давит ему на запястье, а вторая хватает за ворот косоде. Парень пытается вывернуться и, кажется, у него это получается – старик отпускает его. Меч быстро покидает ножны и поднимается для вертикального реза сверху вниз. Кулак с веером внезапно упирается в открытую грудь, скользит выше, Наката обходит Изуру сбоку и свободной ладонью хватает другой конец своего оружия. Мужчина заламывает парню руку и тянет вперёд, вынуждая Киру прогнуться назад и, почти потеряв равновесие, едва не встать в «мостик». Юношеская спина глубоко изгибается, и Хисаги только удивляется подобной пластичности.       Наката отпускает парня и даёт ему перевести дыхание. Затем он учит его блокировать и отводить веером меч, показывает несколько простых ударов и связок. Поначалу выходит неловко, но с каждым разом всё лучше и смелее. Хисаги почти засыпает, наблюдая за процессом, но быстро вскидывается, когда слышит голос Накаты.       — Отлично. Ну что, попробуем остановить меч?       Кира сомневается, но любопытство и проснувшийся интерес заставляют его согласиться. Старик подробно объясняет принцип и достаёт собственную катану, чтобы отработать приём. Сначала медленно, осознанно, потом чуть быстрее, тренируя реакцию. Подобный трюк со стороны выглядит опасным, и в конце занятия Шухей замечает мелкую дрожь, которой охвачена правая рука Изуру. Наката отпускает парня, но просит Хисаги задержаться. Интуиция чувствует что-то неладное и заставляет напрячься.       — Вы когда-нибудь работали с танто?..

***

      День мероприятия. В академии шумно и многолюдно, на почти безоблачном небе ярко сияет солнце. Лёгкий ветер колышет кроны деревьев в саду и разносит по округе ароматы раскрывшихся цветов. На полигоне гремят взрывы и аплодисменты – заканчиваются выступления с кидо. Поток людей перетекает на другую открытую площадку, где свои навыки рукопашного боя показывают бойцы. Точные и ловкие удары в цель, захваты, перекидывания и прочие ухищрения владеют вниманием зрителей. Они осыпают студентов аплодисментами и громко перешептываются в перерыве перед последним выступлением.       — Волнуешься? — спрашивает Хисаги у Киры, пока свои умения демонстрируют другие.       Они стоят за кулисами и морально собираются с силами – им предстоит не просто помахать мечами.       — Немного, — признаётся Изуру.       Одетый в белое, он больше похож на призрака, чем на живую душу. За поясом – меч в светлых ножнах и сложенный тэссэн. Шухей, облаченный в чёрное, закидывает руку на чужие плечи и несильно прижимает к себе. Киру окутывает успокаивающее тепло, исходящее от сэмпая, запах кожи и чего-то древесного. Парень делает несколько глубоких вдохов, ощущая, как стихает громкий стук сердца.       — Времени на подготовку было мало, но, думаю, мы сможем показать достойный уровень, — пытается подбодрить кохая Хисаги.       — Угу... — Изуру нервно трёт правое запястье, покрытое эластичным бинтом – страховка, чтобы попытаться избежать неприятных последствий.       Веер требует большой работы всей кистью, поэтому первое время освоиться было тяжело. Рука не была готова к таким нагрузкам.       — Сильно болит?       — Ноет, но терпимо, — Кира бросает взгляд на трибуны, что заполняются почти до отказа, и вздыхает. — Как много людей...       — Постарайся не смотреть на них, переключи внимание на что-то более приятное.       Изуру снова вздыхает и слегка поднимает голову. Редкие размытые облака плывут по голубому небу, гонимые ветром. Тёплые потоки воздуха касаются бледных щёк, ерошат короткие волосы. Где-то под крышей щебечут маленькие птички, порхают с балки на балку.       — Пора, — говорит Шухей, и его рука мягко соскальзывает с чужих плеч.       Он поправляет ножны с мечом и танто и начинает идти в другой конец площадки. Кира терпеливо ждёт и глубоко дышит, волнение бьётся где-то в горле, из-за него сложно сосредоточиться. Он видит кивок сэмпая и подаёт небольшой знак в ответ. Они готовы.       Двигаться навстречу начинают одновременно, под тихий шёпот трибун. Шаг, второй, третий... Они в нескольких метрах друг от друга, ловят взгляд, кланяются. Начинают сближаться, идя против часовой стрелки, мягко и расслабленно крадутся, плывут, словно лебеди, рассекающие грудью водную гладь. Проходят мимо друг друга, почти касаясь плечами, и тянутся к мечам. Первый удар резок, звенит металлом о металл. Клинки скрещиваются и расходятся, чтобы сойтись снова. Тела двигаются, словно в танце, мечи отбивают ритм.       В момент восходящего удара Хисаги резко сокращает расстояние, накрывает ладонью клинок Киры и заламывает рукоятью своей катаны его запястья, уводя их назад. Парень уже чисто физически не может удержать оружие, поэтому оно выскальзывает и оказывается в руках партнёра. Трибуны охают. Шухей красиво проворачивает мечи и втыкает один из них в землю. Он медленно начинает идти на замершего Изуру, заносит клинок для удара, но рез проходит по пустому месту, свистя в воздухе. Кира уворачивается и одновременно выхватывает веер. С виду безобидная вещица раскрывается диковинным цветком, и острые лезвия проходят почти у самого горла Хисаги. Он немного отступает, и кохай захлопывает своё оружие, выставляя его перед собой. Начинается «второй раунд».       Это танец. Красивый, смертоносный. Сплетение чёрного и белого. Изуру изящно кружит вокруг партнёра, уклоняется, уходит из-под ударов, ищет моменты, чтобы ответить контратакой. Шухей будто заставляет его танцевать на неустойчивом кончике клинка.       В один момент раздаётся скрежет — лезвие меча проходит сквозь металлические рёбра раскрытого веера, который в следующую секунду захлопывается. Кира резко и сильно выворачивает его вместе с чужим оружием, заставляя пасть на колено, но, прежде чем он успевает сделать что-то ещё, Шухей освобождает руку и выхватывает танто из ножен. Изуру замирает, ощутив лёгкий укол и холод у шеи. Лезвие медленно скользит гладким боком по бледной коже, вызывая волну мурашек по телу, и останавливается. Партнёры замирают. В создавшейся тишине они слышат лишь частое дыхание друг друга и шорох одежд.       Трибуны взрываются громкими аплодисментами, и парни прячут оружие. Они становятся плечом к плечу перед зрителями для поклона, и Кира замечает в толпе ярко-алый хвост друга. Ренджи одобрительно свистит и широко улыбается, несмотря на наливающийся под глазом синяк. Рядом радостно машут руками Рукия и Момо.       Поклон зрителям, поклон друг другу, и парни уходят за кулисы. Избавившись от тысяч взглядов, Изуру облегчённо вздыхает. Руки немного потряхивает, но он уверен, что дрожь скоро пройдёт.       — Кира.       Парень поворачивается на низкий и чуть хрипловатый голос и удивлённо замирает, чувствуя на шее горячие пальцы. Они движутся там, где раньше кожи касалось холодное лезвие кинжала.       — Прости. Думал, зацепил тебя, но всё нормально, — Хисаги убирает руку и, кажется, до сих пор ощущает чужой пульс.       Кира смущённо улыбается и чуть кивает, надеясь, что сэмпай не увидит лёгкий розовый румянец, покрывший бледные щёки.