Твоими глазами III ЗА ГРАНЬЮ РЕАЛЬНОСТИ

Who do you want if not me? Who do you want?

Кого ты хочешь, если не меня?

Кого ты хочешь?

Простыни под ним взмокли. Пот стекал по лицу и шее крупными блестящими бусинами, впитываясь в волосы и постель. От беспокойных метаний пижама сбилась, обнажив напряжённый живот и часть груди. Дыша рвано, часто, он бормотал бессмысленные фразы, согнутыми ногами упираясь в кровать и елозя беспорядочно всем телом, вскидывая заломленные брови. На выдохе совершенно отчётливым стоном вылилось одно-единственное имя. Разбуженный любимым голосом, Тэхён резко повернулся, вглядываясь в профиль блондина в полутьме. - Тише, тише, – хрипло зашептал он, аккуратно привлекая Джона к себе. - Тэ? – сонный, тот потянулся к нему. - Да, солнце? Ты как? - Мне снилось что-то, - пробормотал парень. - Всё хорошо. Я рядом. Спи… Медленные успокаивающие поглаживания по голове помогли. Протяжно вздохнув, Гук затих, сворачиваясь клубочком в крепких объятиях. Задумчиво глядя в тёмные окна, Ким продолжал мягко водить ладонью по чужим волосам, из раза в раз невесомо прижимаясь к ним губами. Если Джону и снился кошмар, то это, скорее, личный кошмар Тэхёна. Убаюканный, блондин тихонько сопел под боком, а в голове врача всё ещё болезненно отдавался звук его голоса, стонущий чужое имя. 2007 год Похороны прошли быстро. Цепким взглядом молодой прокурор ещё раз просканировал всех присутствующих: родных, знакомых убитой – каждого, кто мог быть причастен. Не был установлен мотив преступления, и это являлось большой проблемой. С какой целью женщина была убита – оставалось тайной. Нервным шагом мужчина направился к выходу с кладбища, невесело предвкушая ещё один висяк и выговор от начальства, но уже у самых ворот вдруг остановился, услышав детский плач, и удивлённо обернулся. В нескольких метрах от него стоял, растирая слёзы по пухлым щекам, светленький мальчишка лет пяти и негромко, но очень жалобно плакал. Прокурор посмотрел на наручные часы и вздохнув, подошёл к малышу. - Ты чего плачешь? – привычно строгим тоном поинтересовался он, – Один тут? Где твои папа и мама? Мальчик вздрогнул и подавил всхлип, выпячивая нижнюю губу, чтобы в следующее мгновение разреветься сильнее. Прокурор беспомощно огляделся по сторонам и немного смягчившись, опустился перед тем на корточки и слегка потрепал белёсые волосы. – Не реви, ты же мужчина, – проговорил он, доставая из кармана пиджака карамельку, – смотри-ка, что тут у меня. Любишь конфеты? – Люблю, – с отчаянием признался мальчик, сквозь слёзы глядя на угощение, – но бабушка не разрешает их есть. Говорит, что много сладкого есть вредно. Прокурор едва сдержал улыбку: столько досады было в прозвучавших словах. – А мы ей не скажем, – подмигнул мужчина. Вообще-то он не из тех, кто нарушает правила, даже чужие, но успокоить ребёнка прямо сейчас было важнее всего. Шмыгнув опухшим носиком, мальчик робко покосился на доброго дяденьку и снова перевёл взгляд на конфетку в чужих пальцах. Мама ему такие часто покупала, а вот бабушка совсем не баловала. - Бери же, это тебе, – мужчина улыбнулся и достал вторую, напоминая себе по возвращении домой поблагодарить любимую жену за то, что не забывала подбрасывать ему такие вот сюрпризы, – вот, себе я тоже взял, видишь? Давай съедим их скорее, пока никто не увидел и не отобрал. Подумав немного, мальчик протянул ладошку, принимая конфету, и просиял. - Спасибо, – тихо поблагодарил он, смущаясь. - Пошли, поищем твоих родителей, – прокурор решительно встал и взяв детскую ручку в свою, двинулся с мальчиком вглубь кладбища. Прячась в густой листве, птицы звонко распевали песни. Мальчик забавно вертел головой, прислушиваясь. - Это кто поёт? Ангелочки? Мужчина вскинул брови и машинально повернул голову к деревьям. - Вряд ли, – честно пожал он плечами, – думаю, просто птицы. - Ангелочки! – настаивал ребёнок, дёргая того за рукав, и даже слегка нахмурился. - Сомневаюсь, что они существуют. Я, например, никогда их не видел. - Дяденька, а Вы видели Северный полюс? - Нет, – усмехнулся прокурор, – своими глазами не доводилось. - Если не видели, значит, его тоже не существует? Видя, как хитро щурится его маленький собеседник, мужчина понял, что его поймали на удочку и рассмеялся. - А ты забавный малый, – добродушно сказал он, – как твоё имя? - Пак Чимин! Где тебя носит, несносный ребёнок?! – раздался пронзительный женский крик, – Пак Чимин! Испуганно посмотрев на доброго дяденьку, мальчик растерялся на секунду, а после отпустил чужую ладонь и выплюнув остатки конфеты на землю, торопливо прошептал: - Не идите за мной, дяденька. Бабушка Вас заругает. Мужчина сделал пару шагов вслед за убегающим ребёнком, но решил внять детской просьбе и развернувшись, пошёл прочь, тут же забывая о новом знакомом и погружаясь в работу. Нет ли мотива на самом деле или прокурор просто его не заметил? Определённо, стоит вернуться в начало, тщательно проверить каждую деталь и ещё раз отработать все имеющиеся версии. Чимин неспешно прогуливался вдоль ухоженных могил, ища глазами знакомое имя. Подле нужного надгробия лежали свежие ещё розы, на белоснежных лепестках которых дрожали, играя бликами, капли вчерашнего дождя. Пак усмехнулся и присев на корточки, добавил к ним ещё один такой же цветок. - Каково это – уйти на заслуженный покой? – мужчина коснулся светлых с проседью волос и вздохнул, – Пожалуй, я не с того начал. Мне следует извиниться за то, что так враждебно относился к Вам все эти годы. Признаю, даже после Вашей смерти я продолжал испытывать неприязнь, даже не подозревая, что Вы сам стали жертвой обстоятельств. Стоило догадаться об этом раньше – о том, что, будучи любящим и заботливым родителем, нормальный человек никогда не стал бы добровольно препятствовать счастью своего ребёнка, или, внука… Вряд ли это как-то успокоит Вас, но как оказалось, я и сам виноват перед ребятами не меньше. Вы здесь – не единственный, кто разлучил любящих людей против своей воли. Чимин отправил в небо грустную улыбку. - Надеюсь, Вы слышите это, господин Мин. Я искренне прошу у Вас прощения. Вы по-настоящему благородный человек, жаль, я не смог понять этого ранее и не сказал этих слов прежде. Всё, что я могу для Вас сделать сейчас… Не только для Вас, но и для себя, в том числе – это пообещать защищать их до последнего вздоха, что бы там ни произошло. Поднявшись на ноги, мужчина низко поклонился и продолжил свой неторопливый путь, щурясь от ослепительного солнца. Ветер с тихим шелестом пробежался прохладными пальцами по кронам стройных деревьев. Где-то в вышине, словно радуясь чему-то, от души заливалась невидимая птичка. Мин Юнги ушёл из жизни снедаемый бесконечным чувством вины за грех, который не совершал. В небольшом, метра три на три, кабинете, с тёмно-зелёным ковром, стенами из цейлонского эбена и тяжёлыми шторами, пряталась сама тьма. Долгими вечерами, полными тревожных раздумий, вязкие тени подкрадывались к человеку, нашёптывали навязчивые идеи, обволакивая его разум и терзая душу, тянули за самые тонкие её струнки. Разлучить Джона и Тэ, сделать слабыми и уничтожить чужими руками – у тьмы был такой мотив. Спустя столько лет она больше не ютилась по углам: окрепнув, зло воплотилось в физическую оболочку и находилось теперь где-то среди них, совсем близко. Сквозняк бил по лодыжкам; босые ступни беззвучно передвигались по холодному коридору, направляясь в кухню. Тэхён в одних трико стоял вполоборота и переговаривался с кем-то по телефону. Широкую бронзовую спину, исполосованную ещё не поджившими следами коготков, слабо подсвечивали лучи утреннего солнца. Джон довольно улыбнулся, разглядывая творение своих рук. Подкравшись к парню на цыпочках, он игривым котёнком запрыгнул на него сзади, вгрызаясь острыми зубами в кожу на плече. Ким, едва не выронив мобильный от неожиданности, шикнул. Зажав трубку между головой и плечом, он надёжнее перехватил блондина и подошёл к кофемашине. - Будешь капучино? – врач прикрыл ладонью микрофон телефона. Джон яростно закивал, совершенно не собираясь стаскивать свою не очень-то лёгкую тушку вниз. - Имеющиеся у него материалы могут пригодиться. - говорил Ким, обращаясь к кому-то по ту сторону трубки, - Да брось, это проще простого. Мы можем надавить на этого парня? Почему бы нам не поступить именно так? Я мог бы сам выкрасть его телефон – тоже мне проблема! - Любимый, ты кого-то грабить собрался? – поинтересовался Джон, едва тому стоило закончить разговор. - Не для любопытных мартышек информация. – Тэхён осторожно сгрузил свою ношу, сажая блондина на кухонный стол, и развернувшись, коснулся его щеки. Гук возмущённо фыркнул и ухватился зубами за чужое запястье. Ким одёрнул руку и шлёпнул кусаку по голому бедру. – Чего проснулся так рано, м? – спросил он, пальцами зачёсывая светлую чёлку парня в сторону, осматривая подсохшие царапины на его лице. - Есть захотел, – пожал плечами тот. Тэхён отстранился и достал из холодильника начатую упаковку молока. Он перелил жидкость в питчер и повернул рычажок на кофемашине, взбивая молоко в густую глянцевую пену. Дорогой аппарат в своё время влетел им в копеечку, но Джон так долго о нём мечтал, что Киму пришлось его приобрести. Хотя ему самому больше нравился кофе, что варил для него Гук. Бездушная машина никогда не сможет приготовить напиток так, как он: с любовью. - Мы приглашены в ресторан этим вечером. У тебя есть костюм? – Тэхён протянул парню чашку с напитком и опëрся бедром о стол. - Ты знаешь, что есть, – блондин отложил кофе, ожидая, пока пенка немного осядет, и удивлённо посмотрел на хирурга. Конечно, Тэхён знает, что у него есть и в каком количестве. Если бы не он, Джон таскал бы свои шмотки до дыр, ничего не прося и сам не покупая. Тому радостнее скупить коллекцию музыкальных пластинок или рыб из зоомагазина, в которых хирург лично никакого проку не видел. Хорошо, был Тэмин, который изредка вытягивал непривередливого друга на шоппинг: только благодаря ему профессору Чону было в чём ходить на работу и выглядеть относительно прилично. - Нужно что-то понаряднее, – Ким покачал головой, – мы не виделись с Хэри уже больше четырёх лет. Покрутив в пальцах телефон, он окинул Джона придирчивым взглядом и приложил трубку к уху. - Алло, доктор Ли? У нас экстренная ситуация. Нужно сделать из милой конфетки галантного джентльмена. – Тэхён увернулся от удара по плечу и весело подмигнул блондину. - Сколько у нас времени? – с готовностью отозвался немного сонный голос. - В твоём распоряжении весь день. - И твоя кредитка, я полагаю? - Она тоже. Верни мне его вечером преобразившимся и воспитанным. - В курсе, что мои услуги не бесплатные? - Я думал мы друзья, но чёрт с тобой. Можешь купить себе ещё одни розовые стринги со стразами. Тэмин подавился воздухом, а Джон выпучил глаза, таращась на Тэхёна. - Как ты узнал про стринги?! Дьявол! У вас с Чоном на завтра есть планы? - Мм ещё не строили, а что? - И не надо, – прошипел Ли, – потому что я приглашаю вас двоих на похороны моего парня, который не умеет держать язык за зубами. На фоне пронзительно закричал Тай, и Тэхён расхохотался. - Полегче, доктор Месть, мне ещё понадобится мой друг. Мне отвезти Чона к тебе или сам заедешь? - Сам. Готовь бумажник, доктор Скряга, потому что мы с моим другом сегодня оторвёмся по полной. Всё ещё посмеиваясь, Ким отключился и обратил внимание на выпачканные в кофейной пенке надутые губы. Зацепив подбородок Джона, он на ходу звонко чмокнул его в рот и принялся готовить им лёгкий завтрак. - Деньги ещё тратить на костюмы какие-то, – проворчал блондин, зная, что его в этой ситуации никто слушать не станет, – а тебе разве не нужен новый костюм? – перебравшись за стол, он принял в руки миску с салатом, - О, с сухариками?! - Не нужен, – Ким сел рядом с парнем, заботливо пододвигая тому приборы с тарелкой, – Радость моя? - Мм? - Что тебе снилось? Тэхён почувствовал, как давят на сердце его собственные слова и всё, что за ними скрыто, но пытался выглядеть спокойным. Гук похлопал глазами, не замечая внимательного пронизывающего взгляда на себе. - Не помню, – отмахнулся он и тут же перевёл тему, - А ты почему с нами не едешь? - Ногами не болтай, – строго сказал Ким, – И жуй медленнее, за тобой не гонится никто. Тэмину чтоб собраться как минимум час нужен, столько же он будет к нам добираться. Я не еду потому что у меня другие дела. Освобожусь к вечеру и заберу тебя из дома, будь готов. Ужин назначен на семь. Джон страдальчески вздохнул, хрумкая сухариками. Опять за него всё решили и расписали весь его день. А он, вообще-то, тоже кое-что планировал, не один Тэхён такой деловой. Поваляться с книжкой, например. - Ты дочитал «Собор Парижской Богоматери»? – вспомнил Гук. - Нет, где-то до середины дошёл, да так и забросил. Всё времени не было. Что, хочешь взять почитать? – Тэхёну ответили согласным мычанием, – Забирай, конечно, потом расскажешь, чем там всё закончилось. - Я тебе это хоть сейчас могу рассказать, но так неинтересно. Нет уж, раз начал, доделай до конца. Я для чтения пока что-нибудь из криминальной фантастики выберу. - С каких таких пор тебя интересует этот жанр? – удивился Ким. - Попробую. Вдруг понравится? - Давай только без жести, солнце. Ты после «Вампиров» Олшеври неделю с криками просыпался. - Это было сто лет назад, – закатил глаза блондин, – нашёл, что вспомнить. - На прошлое рождество это было, – с усмешкой поправил Тэхён, – тебя ещё огоньки на ёлке пугали, ты утверждал, что они за тобой следят. - Не было такого! – воскликнул Гук, размахивая вилкой, – Хорош приписывать мне то, чего я не делал! - Значит, это было не с тобой, а другим моим парнем. - Эй! Тэмин приехал через полтора часа, за которые хирург и преподаватель успели дважды поссориться. Наблюдая короткую перепалку у подъезда, Ли не вытерпел и несколько раз отчаянно просигналил, призывая обратить, наконец, на себя внимание. Продолжая что-то выговаривать своему парню, Джон хмуро пошёл к машине, но его догнали, резко разворачивая, и затянули в долгий поцелуй. Поотбивавшись для вида, блондин сдался и сомкнул руки на крепкой шее, тут же забыв про ожидающего его друга и то, на что был обижен. Тэмин закатил глаза и опустил окно. - В курсе, что за вами дети наблюдают?! – выкрикнул он, – Хорош жрать друг друга на людях, как подростки, честное слово! - Кто б мычал, – со смехом отозвался Джон, нехотя отлипая от Кима, – мне Тэ рассказывал, какие вы с Таем не подростки. - Предатель, – покачав головой, цыкнул Ли, глядя на довольного коллегу, на что тот лишь пожал плечами. Тэхён усадил Гука в чужой автомобиль, проследив, чтобы тот пристегнулся, и обратился к водителю: - Туфли ему купи, Тэмин. - Я сказал никаких туфель! – взревел Джон, – Опять начинаешь?! Есть у меня туфли, что ты прицепился?! - К новому костюму полагается новая обувь, – со знанием дела произнёс Ли. - Видал? Доктор Стиль не даст соврать. – подмигнул Тэхён блондину и отошёл от машины, – Выберите всё самое красивое. - Не волнуйся, мы выпотрошим твой банковский счёт. - Не забудь прикупить себе стринги, – расхохотался Ким, – я угощаю! Тэмин показал ему средний палец и поднял стёкла. Закинув в рот пару подушечек жевательной резинки, он включил магнитолу и озорно взглянув на друга, повернул ключ. - Ну что, поехали? Джон заторможенно кивнул, бегая глазами по дисплею мобильного. Кажется, хорошее настроение на сегодня отменяется. the_overdose_of_anger: Доброе утро! the_overdose_of_anger: угадай, чей придурочный профессор взял больничный? Только что узнал, что вместо этого клоуна занятия будет вести препод на замену. the_overdose_of_anger: Круто, да? Джон по-прежнему в немилости у собственного студента. Да, круто. Иначе не скажешь. the_happiest_cookie_ever: Рад за тебя the_happiest_cookie_ever: ) Тэхён бросил вслед машине нечитаемый взгляд и скрылся в подъезде. Техника изобразительного искусства ещё никогда не казалась студенту настолько нудным и бесполезным предметом. Как бы Ники ни скалил зубы, разыгрывая мировую ненависть в отношении своего профессора, он беспокоился о Джоне. И скучал. Злился, что тот не рядом и даже себе не решался признаться в том, что Джон нужен ему, особенно сейчас. Какого чёрта тому вообще пришло в голову заболеть? Как он посмел? Раздражённо рассматривая преподавателя на замену, подросток неосознанно отмечал, как невыгодно тот отличается от его Джона. Не красивый, не высокий, не такой, да и голос совсем не тот. И уж точно этот, другой, не умеет преподносить учебный материал так легко и интересно, как это удавалось профессору Чону. Не дожидаясь окончания пары, Ники вскочил с места и стремительно покинул аудиторию, на ходу запихивая в рюкзак тетрадки. - Простите, – обратился парень к миловидной девушке в офисе университетской администрации, – могу я узнать телефонный номер профессора Джона Гука? Сам не ведал, что творит, но Джон болен. Нельзя же оставлять всё как есть. Конечно, он не станет звонить этому придурку. Или станет? - Сожалею, но мы не имеем права сообщать личную информацию преподавателей и студентов, – с извиняющейся улыбкой отозвалась та. - Ох, вот как? – Ники состроил самую расстроенную мордашку, какую смог, и тяжело вздохнул, – Какая досада! Он заболел, а я даже не могу позвонить, чтобы справиться о его здоровье. Администратор задумчиво поджала губы и воровато огляделась. - Я не могу дать Вам его номер, – девушка выразительно посмотрела на телефон в руке студента, который он тут же передал ей, – но могу дать свой. Возможно, я случайно ошибусь и перепутаю цифры. Так просто. Ники отвернулся, пряча лицо от камер, и заулыбался. У него будет номер Джона. - Эм… Но у Вас уже имеется его номер, – момент тихого ликования прервала администратор. Ники непонимающе поднял на неё взгляд, – Он записан в Вашем телефоне как…кхм… «Куки». Первое, что захотелось сделать Ники после того, как он покинул территорию университета – избить кого-нибудь до потери сознания. Вспышки неконтролируемого гнева появились у него после смерти отца. Злость заливала глаза и уши, было всё равно, чьё лицо и тело пострадает от его кулаков, главное – избавиться от этого гадкого чувства. - Предатель! – в сердцах завопил парень, игнорируя недоумённые взгляды прохожих, – Ненавижу! Куки, его лучший, нет – единственный друг предал его. Поступил с ним вот так! Ники опустился на скамью и сжав изо всех сил собственные волосы, задушенно зарыдал, постепенно переходя на истерический хохот. Не было никогда никакого Куки. Не существовало. Ненавистный Джон попросту водил его за нос, издевался над ним всю неделю, строя из себя святого. Ненавистный и самый любимый, тот, ради кого Ники вообще поступил в этот дурацкий университет. - Предатель! – повторил парнишка, – Предатель! - Точно не хочешь зайти? – ещё раз спросил Джон, выбравшись из машины и наклонился к окну, опираясь на него локтями. Тэмин покачал головой. - Наряжать тебя – то ещё утомительное занятие, – в шутку проворчал он, – к тому же, у меня операция в четыре, я должен подготовиться. Мой клиент поссорился с женой, и она стукнула его в нос так, что без ринопластики теперь не обойтись. - Крепкая женщина, однако, – усмехнулся Гук. - Скорее, сковорода, которой она орудовала, – засмеялся Тэмин, – супружество – то ещё приключение. - Может поэтому я и против брака. Ли внимательно посмотрел на друга. - Понимаю, что это не моё дело, приятель, но вы с Тэ через столько всего прошли вместе. Разве не пора перейти из статуса любовников в настоящую семью? Предложи мне Тай расписаться – я бы и раздумывать не стал. - Сам предложи. – пожав плечами, посоветовал блондин, отклоняясь от автомобиля, – Хорошего дня, Тэмин! Спасибо, что съездил со мной за покупками! Обожаю тебя! – выкрикнул он уже по пути к зданию своего дома. Тэмин не спешил покидать чужой двор, задумчиво глядя на двери, за которыми скрылся друг. Они редко касались темы брака, и каждый раз Джон умело её избегал. Чего он боялся, почему? Ли знал Тэхёна как ответственного и серьёзного мужчину, который буквально носил своего спутника на руках, но второй всё равно не соглашался узаконить их отношения. Сам Тэмин точно знал, к чему в итоге сведётся их с Гудманом совместное проживание. Пусть пока они это не обсуждали, всё было очевидно: в своей спальне, как и в жизни в целом, пластический хирург хотел видеть только одного человека. Достав из нагрудного кармана коробочку с кольцами, купленными тайком от Джона, пока тот примерял свои костюмы, Ли счастливо улыбнулся. Кто-то должен был сделать первый шаг в их с Таем дальнейших отношениях, и видимо, именно он. Врач снял авто с ручника и плавно сдал назад, выезжая со стоянки. Бросив прощальный взгляд вверх, туда, где должны были находиться окна квартиры друзей, Тэмин уверенно надавил на газ. В больнице ожидали дела и маленькая милая девочка, которой он не забыл приготовить скромный, но приятный подарок. - Малыш? – позвал Тэхён, – Малыш, ты дома? Он прошёл внутрь квартиры и остановился на пороге спальни, приоткрыв рот. - Я-то давно дома, а вот ты опоздал, – с лёгким оттенком высокомерия заметил Джон, цепляя на рукава новые запонки. Ким медленно оглядел того с ног до головы. Светло-серый, в белую клетку, пиджак как влитой сидел на стройной талии, подчёркивая ширину крепких плеч. Брюки в тон ему красиво облегали хорошо натренированные бёдра, чуть свободные ниже колен. Тэхён перевёл глаза на зеркало, перед которым стоял парень. Белоснежный воротник строгой рубашки был перехвачен аккуратным узлом нежно-розового галстука. Уложенные волосы лежали прядка к прядке. Джон выглядел мужественно и вместе с тем нежно; на фоне светлых кожи, волос и одежды, огромные карие глаза с тёмными ресницами выделялись особенно эффектно. - Ты сияешь, любовь моя, – восхищённо произнёс Тэхён. Джон повернулся к нему лицом и широко улыбнулся, блеснув маленькими круглыми камушками в хрящике уха. - Где ты был? – поинтересовался он, делая шаг ближе. - Встречался со знакомым, – ответил Ким, – у меня были кое-какие дела. - Мне стоит ревновать? – приподнял бровь блондин. Тэхён засмеялся, обнимая его осторожно, чтобы не испортить чужую укладку. Если кто-то должен ревновать, это определённо сам Ким, о чём он и сказал вслух. - Ты же знаешь, я думаю только о тебе двадцать четыре на семь, – закатив глаза, упрекнул Гук, – во сне и наяву. На это хирург предпочёл не отвечать. Не хотелось портить себе вечер воспоминаниями о маленьком ночном происшествии, хотя распирало нещадно. - Если ты готов, поехали, – с трудом оторвав взгляд от нарядного парня, поторопил Тэхён, выходя в коридор. Он был в элегантном тёмно-синем костюме, что надел ещё утром перед выходом из дома. – Пальто брать будем, Чон? Ночью похолодает. - Думаю, нет, – отозвался Джон, – мы же на машине. - Хреново выгляжу, – играя ключами, хмуро сказал Ким в своё отражение в зеркале лифта, – не хотелось бы появляться перед Хэри в таком виде. - Даже уставший, ты прекрасно выглядишь, Тэ, – заверил тот, – но машину я поведу сам. Можно кофе взять по дороге. Ты цветы купил? - Ага, – приобняв парня, врач подтолкнул того к выходу, – тюльпаны, как ты и сказал. Джон открыл дверцу с водительской стороны и сел за руль, расправляя полы пиджака. Под пристальным надзором своего парня он набросил на себя ремень безопасности, фиксируя, и осторожно тронулся с места. - Так не терпится её увидеть. А живот большой? На каком она месяце? - Сейчас идёт седьмой, вроде. – ответил Тэхён, – Я и сам соскучился невозможно. У нашей малышки будет свой малыш, веришь? – улыбнулся он. - В голове не укладывается. – согласился Джон, отзеркалив улыбку. Помолчав, он добавил, – Знаешь, а я ведь жутко ревновал тебя к Хэри. Даже после её отъезда. - Солнце? – Ким провёл пальцами по панели, размышляя, стоит ли задавать свой вопрос. - Мм? - Ты… Какие у тебя чувства к Ники? То есть, я хочу сказать, он ведь для тебя не просто студент, верно? Блондин нахмурился, уловив нотки беспокойства в чужом голосе. - Он… О чём это ты? – он быстро взглянул на парня, – Ники – ребёнок, которому нужна помощь, а я его преподаватель – взрослый человек, который пытается эту помощь предоставить. Оба нервничали. Не самый подходящий диалог, когда один из собеседников ведёт автомобиль, и Тэхён сейчас искренне сожалел, что не удержал язык за зубами. - Забудь. Прости, я просто… – он вздохнул и замолчал. - Нет, погоди, – прозвучало немного резче, чем предполагалось, – я хочу знать. Почему ты спрашиваешь меня об этом? Тебя что-то беспокоит? - Пожалуйста, малыш, давай закроем тему. Я зря это начал. - Брось, Тэ, мы оба знаем, к чему ты клонишь. Я напился так сильно в первый раз в жизни, и ты знаешь причину. Признаю, это было глупо и опасно, и не уведи меня тренер, могло случиться всё, что угодно. Но я ведь уже попросил прощения и пообещал, что такого не повторится. Ты собираешься теперь меня во всём подозревать? Роман со студентом, серьёзно? - Вот именно, с тобой могло произойти всё, что угодно, – на грубый тон Джона было отвечено таким же, – но причём здесь это? Я не упрекаю тебя ни в чём, это был просто вопрос! С чего тебе так заводиться, если мои, как ты выразился, подозрения, беспочвенны? - Ты невозможен! – Гук подавился возмущением, – Что с тобой не так?! - Не так? Со мной? – криво ухмыльнулся врач, – Не я переписываюсь по ночам с другим парнем, заметь. Ты ни разу не задумывался о том, что мне неприятно ваше столь тесное общение? Даже понимая, с какой целью ты это делаешь, я всё-таки твой мужчина, и могу приревновать. Ни разу в голову не пришло? - Аналогичный вопрос. Чем руководствовался ты, запираясь со своей начальницей в её кабинете?! За четыре года вы наверняка частенько устраивали совместные посиделки. Твои частые премии – её инициатива, не так ли? За какие заслуги, интересно, тебя так балуют? - Останови машину, Чон. - Что?! Какого хрена? - Останови машину. Ты уже дважды не заметил знак. Меняемся. - Пошёл к чёрту! - Останови. Блядскую. Машину, – прорычал Тэхён. - Ну и пожалуйста! – блондин с силой вдарил по тормозам. С противным визгом шин внедорожник косо встал у обочины, – Садись за чёртов руль! Ты – не ты, если не начнёшь командовать и показывать своё превосходство! – парень вышел из машины и обойдя, плюхнулся в соседнее кресло, громыхнув дверью, – Кажется, тебе нравится самоутверждаться за мой счёт из раза в раз? Ты же у нас такой правильный и умелый на моём фоне! - Самоутверждаться? – глухим эхом повторил Ким. Кулаки стиснули руль, готовые раскрошить его. Он медленно повернул голову, впиваясь полыхающими зрачками в красивое гневное лицо справа, – Какая же ты сука, малыш. - Взаимно! – выкрикнул блондин, дрожа от ярости. Долгие полминуты они упрямо смотрели друг на друга безумными немигающими взглядами. От напряжения воздух между ними затрещал. - Ты не представляешь, как сильно я хочу разбить сейчас твоё личико, – низко проговорил Тэхён. - Взаимно, – сорванным голосом повторил Джон, на автомате облизнув губы, и одновременно с Кимом подался вперёд, зарываясь пальцами в аккуратно зачёсанные волосы. Схватив того за галстук, Тэхён притянул парня к себе, не оставляя между ними ни миллиметра, и грубо поцеловал, немедленно проникая языком в чужой рот. По излюбленной привычке Гук сжал зубами его нижнюю губу, вырывая болезненный стон, и тут же дёрнулся от сильной хватки на бедре, где кажется, теперь расцветёт синяк. - Как же я люблю тебя, придурок, – сбито прошептал Тэхён, мокро вылизывая мягкие губы. - Взаимно, – в третий раз произнёс задыхающийся Джон. Оторваться друг от друга нехотя, но пришлось. Они и без того опаздывали на встречу с Хэри и Джексоном. - Этот разговор не окончен, – цепляя ремень блондина, заявил Ким. - Ни в коем случае, – довольно улыбнулся тот, – дома с тобой поговорю. Тэхён на это усмехнулся и опустил с обеих сторон запотевшие стёкла, впуская в салон порцию кислорода. Голодно взглянув на единственного, кто вечно доводил его до грани, он вздохнул и завёл двигатель, продолжая их путь. Джон, развернувшись к нему почти всем корпусом, не скрываясь пялился и провокационно щурясь, покусывал опухшие губы. - Блять, Тэхён! Какого хуя? – Ким остановился напротив парня и недоуменно повёл бровью. Гук со злостью выхватил с заднего сиденья пышный букет и ткнул им в грудь своего парня, – Это что такое?! - Тюльпаны? – поднял уже обе брови Тэхён. - Вижу, что тюльпаны! – зашипел Джон, – Какого хуя они жёлтые?! - Что не так? Гук закатил глаза и вымученно простонал. - Жёлтые тюльпаны – символ предательства и измены. Ты не знал? - Не знал, – подтвердил Ким. – А знаешь что, малыш? – он метнул несчастные цветы в сторону, почти попав в урну, – В жопу эти тюльпаны. Пойдём так. Джон удивлённо посмотрел на цветы, затем – на парня, и заливисто расхохотавшись, взял того под руку. - Ничего тебе доверить нельзя, гопник, – покачав головой сказал он, позволяя вести себя ко входу в уютный ресторанчик. - Следил бы ты за языком, малыш, пока я сам этим не занялся, – промурлыкал Тэхён ему на ушко, попутно улыбаясь вышедшему к ним навстречу администратору. Может быть, поводов для ревности и правда нет? Ники рисует своего профессора просто потому что тот хорошо выглядит. А Джону снился кошмар с участием его студента, и именно по этой причине он так жалобно стонал ночью: "Ни.. ки..." Может быть...