Dandelion field

– Честно, я не знаю, что она хочет от меня... Она теперь приходит к нам домой почти два раза в неделю! Под предлогом "я к тете". Да конечно блин, ошивается у меня в комнате, а я не знаю, что с ней делать! Я же вежливый, не могу её выгнать просто так. Но моя комната - это мое святилище, туда проход только избранным открыт. Ох... Джисон сидит на подоконнике, свесив ноги. Так делать нельзя, ему тем более влетит очень сильно, если заметят. Но почему-то никаких врачей уже давно не видно и не слышно. Минхо же как обычно располагается на кровати, подложив в этот раз как можно больше подушек под спину, чтобы сделать сидячее положение как можно более удобным. На его ногах лежит какой-то черновик с вычислениями по химии, над которым он точит карандаш. Ли Минхо очень сильно любит такие кропотливые занятия руками - это его расслабляет. А когда Джисон отдал ему свой пенал с кучей канцелярии - Хо не мог оставить просто так тупые пенечки вместо грифелей. Он заточил до состояния иглы все простые карандаши и теперь принялся за цветные. Как Джисон обьяснил, первое что им сказали в медицинском - это купить альбом и цветные карандаши для рисования. Джисон любит рисовать, но точно не расчлененных лягушек и мышей. – Я правда не понимаю... она постоянно пытается со мной заговорить. А я не люблю говорить! – Кх, видно-видно, – тихо смеется Ли. – Ну в плане... Не люблю вести диалог с такими людьми. У нас диалог это просто: "привет, как дела? Привет, всё нормально, а ты?" И всё! – Хан пискляво пародирует женский голос, что вызывает смешок у старшего, – И так каждый раз. Она приходит ко мне в комнату и начинает рассматривать мои вещи, а у меня, извините, творческий беспорядок. Я не могу нормально жить, когда всё убрано, невозможно ничего найти из-за этого. Но при этом мне приходится убирать, если она приходит. Мне стыдно становится, когда она смотрит на мои раскиданные носки на полу! – Носки на полу это святое так-то. – Вот именно! Джисон спрыгивает с подоконника и закрывает форточку. Уже вечер, сильно потемнело и поднялся холодный ветер. Они целый день сидели и занимались учебой Хана, но зато покончили со всеми долгами. – Если хочешь, мы можем посмотреть какой-нибудь фильм напоследок, – Джисон подходит к кровати Минхо и садится рядом с незагипсованной ногой. – А сколько времени? Тебе разве не нужно домой? Вспомнив об ограниченном времени, Хан стягивает с запястья рукав толстовки и смотрит на электронные часы. – 19:58 – Больница закроется в восемь, давай, беги лучше. Джисон не любит торопиться и чувство спешки, но сейчас ему необходимо бегать по палате и собирать в рюкзак все тетради. Некоторые вещи он оставит у Минхо - всё равно придет сюда позже. Но конспекты ему нужно сдать именно завтра утром. Ли аккуратно складывает в пенал все заточенные карандашики и молча застёгивает. – Держи. Джисон благодарно улыбается, кладет пенал в сумку и натягивает впопыхах медицинский халат. – Увидимся! – кричит он, скрываясь за дверью. – Да, увидимся. И вот, снова тишина. Снова Минхо остался один наедине со своими мыслями. Он любит тишину, но в последнее время он предпочтет что угодно, только бы не остаться сам с собой и воспоминаниями. В любом случае, нужно попытаться уснуть как можно скорее. Находясь в больнице Ли постоянно сонный. Возможно из-за того, что не двигается, а может быть потому что организм ослаблен. Если спать на спине, то Минхо обычно навещают сонные параличи в виде человека в маске куклы, или же просто всепоглощающей тени. Поэтому Хо может уснуть только на боку, правда с гипсом на ноге и заживающими ребрами это сделать очень проблематично. Но всё же нужно постараться. Холодно. Больничное покрывало не греет совсем, и поэтому Минхо часто трясет от холода по ночам, даже учитывая то, что он спит в легких штанах и футболке, которые тоже были выданы больницей. В такие моменты Ли ощущает себя бездомным. Человеком, у которого не только нет места, где ему комфортно, но и просто, будто нет ничего своего. Есть только съёмная квартира, его сумка и телефон с единственным контактом, по которому он может позвонить и получить помощь. Это Хан Джисон. Мадам Джихе - старая женщина, которой около 70 лет. Наверное, она как обычно пришла раз в месяц, не предупреждая, чтобы забрать квартплату, но, очевидно, никого в квартире не нашла. Она не из тех, кто обратится в полицию. Минхо, по её словам, слишком мил, чтобы что-то натворить. Скорее всего она просто потребует двойную сумму за все это время. А как Ли будет доставать эти деньги - это уже другая проблема. Он вряд ли снова пойдет работать в тот клуб, да и его туда не пустят после долгой "пропажи". Ли пытается прижать колени к себе, чтобы согреться, но гипс не позволяет. Обычно он ещё сжимает что-то в руке, когда спит. Возможно, это привычка с детства. "Просто усни.. усни.. усни.. усни прошу.. И желательно не проснись..." – Минхо..? Ли дёргается, распахивая глаза. Переворачивается на спину и видит над собой Джисона. – Ты.. Хан обходит его кровать и садится на корточки рядом с изголовьем. – Оказывается больница закрывается в семь, ха, – он пораженно вскидывает брови и усмехается, неловко почесывая шею, а потом встаёт и снимает с себя белый халат. – В смысле? Двери уже закрыты? А как же охранник? – Его нет на посту, впрочем, я не удивлен, если честно, – он кладет рюкзак на соседнюю койку и достает оттуда целофановый пакет, – Кстати, столовая была открыта и я скомуниздил оттуда пончики, какао и чай для тебя. – Стоп... ты хочешь сказать, что ты тут ночевать собираешься? – спрашивает Хо, даже не удивляясь тому, что Хан обшарил столовую в поисках вкусного и что-то даже стырил. Это же Хан Джисон. Парень разворачивается к старшему с недоуменным выражением лица. – Ты будто расстроен.. – Нет.. нет, это просто странно. – Ну, я надеюсь ты поделишься одной из кроватей, – бесшумно смеется. *** Когда Минхо выпил чаю - он немного согрелся внутри. Джисон же съел два пончика, пока рассказывал свой план о том, как завтра утром пойдет в туалет на первый этаж, а потом оттуда аккуратно проскользнет на выход. – Твоя тетя не будет волноваться, что тебя нет дома? – Она привыкла, что я часто ночую у Феликса, так что всё нормально. Я написал ей, чтобы не ждала меня, – поясняет младший, заталкивая добрую половину пончика себе за щеку. Минхо кивнул головой, а после медленно зевнул. – Ты похож на кота, когда зеваешь, – подмечает Хан, нелепо улыбаясь с набитым ртом. – А ты похож на долбаеба, Хани, – бубнит Ли, отворачиваясь на другой бок. – Как ты меня назвал? – Хан Джисон, я назвал тебя долбаебом. – Нет-нет-нет! - Хан возникает рядом с кроватью Минхо и начинает легонько пощипывать за руки и бока, – А ну повтори, что ты сказал. – А гипсом по голове не хочешь? – усмехается Хо, быстро взглянув на Джисона и снова уткнувшись носом в подушку, делает вид, что ему все равно и он видит тридцатый по счету сон. Закончив щипать чужое тело, Хан понял, что это бесполезно. Немного помедлив, он снимает с себя ботинки и ложится рядом с Минхо. Тот задерживает дыхание, насторожившись. Он недолго так может, но лучше всё же не дышать. Аккуратненько отвоевав уголок подушки, Джисон устраивается на нем и, не зная куда деть руки, он одну подкладывает под свою щеку, а другую кладет Минхо на бок. Минхо испытывает кульбит всем телом, но на деле только немного вздрагивает. – Иди спать. – Сплю я, сплю.. – тихо шепчет Хан, закрывая глаза. Ли прикладывает много усилий, чтобы развернуться и быть к парню лицом. – Я бы уже выпнул тебя отсюда, но тебе повезло, что ты теплый, а мне холодно. – Ты мерзнешь по ночам? - Джисон приоткрывает глаза. – Ну есть чуть-чуть. Хан находит руки Минхо под покрывалом и обхватывает чужие ладони, замечая, что они ледяные. – Мм-м, видно, что чуть-чуть, да. – Спи уже. И они засыпают, прижимаясь друг к другу, в тесноте на узкой больничной кровати. *** Звук. Приятная мелодия, за которой сразу идет совсем другая. И снова, и снова. Похоже на звучание музыкальной шкатулки. Такие громкие и резкие местами звуки, но одновременно мелодичные. В каждой можно расслышать слова. Их не слышно, но Минхо знает, что они там есть. Он узнает каждую из песен. – ... Halley's Comet.. comes around more than I do... – ... In my dreams you love me back... – ... Can we just be honest?... – ... You have stolen my heart, oh yeah... – ... I'm walking to your house, nobody's home... – ... I just like it when you grab my hips... – ... They expect me to stay when I should go... Голова сейчас взорвется. Минхо будто оказался в клубе, где одинаково громко играет музыка со всех сторон. Накатывает паника. Все эти песни связанны с чем-то одним и Минхо догадывается... Он медленно открывает глаза и не находит Хана рядом. Лежит на спине, а в комнате непривычно холодно и темно. В дальнем углу палаты загорается огонек фиолетового цвета и начинает очерчивать чью-то стоящую фигуру. Высокий парень с растрепанными волосами начинает неторопясь подходить к Минхо. Тот бы поджал ноги к себе, или бы вообще убежал, но не может пошевелиться. Фигура начинает быть похожей на... – Минхо, я знаю, ты боишься. Но перестань стыдиться своих чувств. Я знаю, что ты достоин лучшего. Прошу.. будь счастлив, ради меня. Не совершай глупых ошибок. Послушай хоть раз в жизни свое сердце, а не мозг... Чонин. Минхо подрывается в холодном поту, трясясь всем телом. Распахивает глаза и видит всю ту же светлую палату, гипс на ноге и Джисона, уткнувшегося ему в грудь. – Ты чего... – спрашивает он хрипло, проснувшись. – Н-нет.. ничего. – Ты дрожишь.. настолько холодно? Хан просовывает чужую ладонь к себе в рукав и Минхо замечает, что тело парня горячее, как кипяток. – У тебя руки трясутся... Что-то приснилось, да? Минхо нервно сглатывает, ощущая сухость в горле. Неосознанно он переводит взгляд в дальний угол палаты, но там, как обычно, пусто. – Меня часто мучают параличи в последнее время.. Ничего не говоря, Джисон подтягивается к плечу Ли и укладывается на него головой, обнимая обеими руками за туловище. Уже во второй раз объятия Хана кажутся для Минхо самыми комфортными и тёплыми. Ли вообще никогда не любил обниматься. Может быть, это потому, что его всегда обнимали силой? – Ты похож на беззащитного котенка, которого нельзя оставить без присмотра, потому что он упадет и сломает себе что-нибудь, – еле слышно шепчет Хан, но Минхо все понял, так как сказали ему все прямо в ухо. Ли тихо смеется. – Прости, что разбудил тебя. – Всё равно уже четыре утра, спать осталось всего-то три часа. Я просто полежу, а ты постарайся уснуть снова, хорошо? – Хорошо. Спасибо... *** Минхо просыпается около девяти утра, потирает глаза и поднимает верхнюю часть тела. Солнце уже разыгралось на улице, поэтому скорее всего скоро станет жарко. Ли берет с тумбочки телефон и первое, что он видит - это сообщение от Джисона. HanJ-sun: Ты во сне ударил меня гипсом! Если останется синяк на моей попе, то я буду мстить!!!! Жди меня завтра ♡ Минхо тихо усмехается и отправляет стикер с маленьким крольчонком, который протирает лапками мордочку, будто плачет.