Dandelion field

HanJ-sun: Минхоооо Я сейчас усну Мне так скучно Чем ты занят??? LeeMin-Lee: Что у тебя за пара? HanJ-sun: Английский Мы вообще ничего не делаем, тупо сидим, а преподша просто документы какие-то разбирает LeeMin-Lee: Может и правда попробуешь уснуть? Отдохнешь немного HanJ-sun: Нее У меня руки тонкие, на них неудобно спать, в отличии от твоих (　･ω･) LeeMin-Lee: (･–･) HanJ-sun: Ну а что! Это чистая правда Ты кушал уже сегодня? LeeMin-Lee: Да, не переживай. А ты успел позавтракать? HanJ-sun: Я в попыхах успел только огурец из холодильника захватить утром LeeMin-Lee: Обещай, что хорошо пообедаешь HanJ-sun: Уж о чем, а о моем питании можешь вообще не беспокоиться! Лучше за собой следи LeeMin-Lee: Окей окей Сколько еще пар осталось? HanJ-sun: Еще две Это практика в лаборатории LeeMin-Lee: Ты не придешь сегодня, да? HanJ-sun: К сожалению, нет *** – Доброго утра, – Хан проходит в палату, тихо здороваясь, потому что еще рано. И даже Минхо еще спит. Сегодня выходной, у Джисона нет никаких планов, поэтому он пришел сидеть с Минхо. Раньше он шел к Феликсу и они на выходных посещали кино, чтобы отдохнуть от учебы и перемыть всем кости во время просмотра фильма. Но в эти выходные Феликса утащили родственники в его родной город, потому что он давно там не был. Хотя... даже если бы Феликс был не занят, Хан все равно пошел бы к Минхо. Джисон держит подмышкой небольшой букетик из одуванчиков. Он срывал их аккуратно, чтобы ни один белый, круглый, ровный купол не пострадал. Хан проходит к спящему и кладет цветы и свою сумку на тумбочку. Смотрит на мирно спящего Ли, который всё же укутан пледом, не смотря на достаточно жаркую погоду сегодня. Джисон проходит пару метров до окна и его успевает ослепить майское солнце прямо в глаза. Он приоткрывает форточку на проветривание, а потом, немного подумав, раскрывает окно полностью. В палату подул теплый ветер со многими ароматами всяких растений. Их сложно перечислить, так как все запахи уже смешались, но пахнет определенно вкусно. Надеемся, этот ветер из окна не потревожит одуванчики. Хан решает не будить Хо, а пойти к главному врачу и посмотреть его карту, чтобы вспомнить, какие процедуры ему нужны. Джисон помнит, что на сегодняшний день намечалось что-то, вот только что? *** Ли Минхо раскрывает глаза и сразу наблюдает знакомую сумку на тумбочке и... одуванчики? Он принимает сидячее положение и начинает протирать лицо от оставшегося сна. До него доходит аромат растительности всего того, что находится за окном и он обращает на него внимание. Так солнечно сегодня. – Ой, ты проснулся. – Доброе утро. Хан заходит в палату с папкой в руках и садится на койку к Минхо. – Ты видел одуванчики, что я принес? Красивые, правда? – Да... красивые. Но Хани... – Ли протягивает руку к его наполовину застегнутому белому халату и указывает на светлые пятна сока от растения на бежевой толстовке, – Это не отстирывается. Хан удивляется и смотрит на область ткани, куда указывает парень. – Правда? Ну и ладно. Я давно ждал повода, чтобы нарисовать что-то акрилом на этой кофте. Просто так рисовать было страшно, вдруг испорчу, а так можно наконец что-то креативное на ней сделать. – Ты настолько хорошо рисуешь? – Больше срисовываю, а не рисую, хах, – Хан задумывается, – До моего дома от больницы не так далеко. Могу сбегать, принести акриловые краски и прямо сегодня нарисуем что-нибудь? – Ты меня спрашиваешь? Это же твоя одежда. – Ну мало ли у тебя есть планы на сегодня. – Какие у меня могут быть планы тут? Джисон спрыгивает с кровати. – А я знаю какие. Ты сегодня сдаешь кровь из вены, а ещё рентген. – Твою мать... – Минхо закрывает лицо руками, – Я ненавижу сдавать кровь. – И загвоздка в том, что брать кровь у тебя будут практиканты. То есть такие как я - не совсем врачи. – Ну вообще супер. Я умру, – Ли делает страдальческое выражение лица, будто плачет. – Не переживай, мы обучаемся этому целый год. За все случаи практики не было ни раза, когда кому-то вену порвали. – Пиздец... – У меня нет официальной практики сегодня.. Но если ты хочешь, я могу попросить, чтобы я взял кровь у тебя. – А так можно? – Ну, думаю да. Если постараться, то уговорить их можно. Не переживай, я уже колол людям вены! - Хан смеется. – Спасибо, успокоил... *** Джисон помогает усадить Минхо в инвалидную коляску и везет его в кабинет для процедуры. Идя по коридору, он здоровается со многими врачами, параллельно рассказывая что-то, чтобы отвлечь Минхо. – В кабинете будем только мы с тобой и главный врач. Она там нужна, чтобы если я накосячу, то быстро исправить ситуацию. Но, если быть честным, у неё и своих дел много, чтобы ещё за практикантами следить. Думаю она будет сидеть за столом в соседнем кабинете и придет только в том случае, если я закричу. – А если я упаду в обморок? – А ты можешь? – Думаешь я бы спрашивал, если бы такого не было? – Ну ничего, я откачаю, если что. *** Минхо сидит в инвалидном кресле рядом с маленьким белым столиком и нервно ковыряет кожу на пальце. Он, конечно, достаточно взрослый человек, но страх крови присутствовал с ним всю жизнь. Хан выходит из соседней комнаты с маленьким подносом, на котором стоит штатив с пробиркой, склянка со спиртом, жгут, салфетки и ватные шарики. – Мне конец... – тихо шепчет Ли. – Всё будет в порядке. Главное, если тебе станет плохо - не молчи, а говори сразу, хорошо? – Ладно. Джисон расставляет всё нужное на подносе так, чтобы ему было удобно и кладет руку Минхо на низкий столик и сгибает её в локте. Сначала он достает телефон из кармана и включает секундомер. Берет холодную руку Ли в свою и переходит к запястью, нащупывая пульс. Он включает приложение, держа палец на пульсирующей точке и сосредоточенно смотрит на телефон, немного хмуря брови. Минхо же просто испуганно смотрит на все манипуляции, но ничего не делает. Джисон вызывает достаточно доверия. Проходит минута и Джисон отпускает руку Ли и выключает секундомер. – Ты очень нервничаешь. У тебя пульс 110. – А сколько должен быть? – Где-то 90. – Понятно.. – Ли нервно прочищает горло и спрашивает, – А зачем ты вообще пульс мерил? – Важно, чтобы пульс не изменился, после того, как я наложу жгут. Потом нужно будет померить ещё раз. Хан берет длинную ленточку синего цвета, которая является жгутом, и находит её середину. Он забирает с подноса салфетку и устанавливает её чуть выше локтевого сгиба, а поверх нее начинает затягивать жгут. Как Джисон и сказал, после жгута он снова включил секундомер и ровно минуту считал пульс. Убедившись, что он не изменился и повязка наложена не слишком туго, он кладет телефон в карман и надевает перчатки. Минхо тихо наблюдает. У него не хватит сил сказать что-то, потому что все силы уходят на то, с каким напряжением и страхом он сжимает край футболки в кулаке. За Джисоном наблюдать интересно, немного страшно, но все же увлекательно. Серьезный Хан Джисон - это какое-то искусство, на которое можно смотреть часами, как на картину, пытаясь понять, что же хотел сказать автор. Джисон обрабатывает ваткой, смоченной в спирте, свои перчатки, а потом локтевой сгиб сверху вниз. Ли чувствует холод. – Котенок, сожми правый кулак, пожалуйста. Только не слишком сильно. Минхо давится воздухом от кучи вопросов сразу, но лучше молчать и просто выполнять просьбы. "Какой котенок? Там разве не врач за стенкой сидит? Что он подумает?" Хан берет с подноса запечатанную упаковку со стерильным шприцом и раскрывает её. Минхо сжимает кулак, Джисон находит пальцем вену и прокалывает кожу чуть ниже этого места, вводя иглу на одну её треть. Ли нервно выдыхает. Самое страшное позади? Хах, о нет. Никогда не бывает все так просто. – Лучше не смотри, – полушёпотом говорит Хан, оттягивая поршень шприца на себя. В пластиковый цилиндр медленно стала набираться темно-вишневая венозная кровь. Джисон прав, на это зрелище лучше не смотреть. Минхо откидывает голову назад, зажмуривая глаза. Не доставая иглы, левой рукой Хан развязывает жгут и просит Минхо расслабить кулак, тем самым привлекая его внимание. Потом берёт с подноса ватный шарик, прикладывает его к вене, и только после этого вынимает иглу, прижимая вату к месту прокола. – Согни руку в локте. Как себя чувствуешь? – Ли выполняет просьбу и тяжело выдыхает, наблюдая за тем, что делает Джисон. Тот переставляет одну из пробирок и опускает иглу шприца внутрь, выпуская кровь по её стенке. – Хани.. Минхо распознает это знакомое чувство почти сразу. Голова становится неприятно пульсирующей, в глазах мелко рябит. Кончиками пальцев, а потом и всем телом начинаешь чувствовать озноб. Практически физически ощущается как организму не хватает кислорода, который уже не поступает к мозгу. – Ай? Что такое? – Джисон откликается, закончив с пробиркой и закрыв её пробкой. Он видит, что Минхо стал бело-зеленым и сильно хмурит брови, будто пытаясь разглядеть что-то в своих ногах, – Блять, Хо.. Хан подрывается к нему и сразу же наклоняет его голову к низу. – Наклони голову сильнее, пожалуйста. Давай. Надо чтобы кровь к голове прилила. Хан не на шутку начинает нервничать. Минхо видимо уже отключился от мира, потому что сам так не опустил голову к коленям. – Блять блять блять. Джисон силой опускает чужой корпус и начинает разминать нижнюю часть его шеи, параллельно обдувая лицо. – Чин Виен! Мне, кажется, нужна ваша помощь. У нас есть нашатырный спирт? *** В нос ударяет запах аммиака и появляются силы открыть глаза. Такое ощущение, будто он снова первый раз проснулся в этой больнице. – Господи, живой. Миссис Виен, всё в порядке! Он очнулся, – кричит Хан откуда-то со стороны. Мозг начинает понемногу воспринимать информацию из вне и Минхо обнаруживает себя на кровати. С ногами, поднятыми к верху и ступнями в шинах, опирающимися на стену. – Ты меня напугал, кот. Тут все так испугались за тебя! – А что было.. – Ты потерял сознание и у тебя начались судороги, вроде эпилепсии... Тебя было сложно привести в чувство, – Хан садится рядышком с чужой головой. – Ничего необычного так-то, – Ли тяжело вздыхает, вспоминая свои припадки в детстве. – Давай ты немного отдохнешь в палате, а потом на рентген ближе к обеду? – Ещё рентген... – Надеюсь там ты не отключишься? – Хан тихо смеется, поправляя волосы Хо, пропуская их между пальцев. – Хочу помыть голову. – Кх, в первую очередь ты должен хотеть есть сейчас. Мы, кстати, пропустили твой завтрак. – А твой? – Минхо опускает ноги со стены и остается лежать с согнутыми коленями. – Я завтракал дома, не переживай, – отвечает Хан, поднимаясь с края кровати, – Так что мы сначала идем кушать, потом ты можешь поспать, а я могу сбегать домой в это время. Потом уже рентген. Давай, попробуй встать, только медленно, – Джисон придерживает Ли за спину, который аккуратно спускает забинтованные ноги к полу. В глазах темнеет, но не страшно. *** Уже родная кровать в родной палате. Ли Минхо повезло, что никого к нему не подселяют. Он вряд-ли бы смог жить с кем-то. Переместив Хо на койку и убрав инвалидное кресло, Джисон взъерошивает волосы. Наверное, он уже сильно устал для первой половины дня. – Значит, давай, я сбегаю домой, а ты отдыхай пока. – Ты можешь принести шампунь, пожалуйста? – спрашивает Хо, неловко стушевавшись. Джисон разворачивается к нему. – Как ты собираешься мыть голову? – В раковине, – отвечает Минхо, будто это что-то обыденное. А это и правда для него не первый жизненный опыт. – Окей, я принесу. *** Хан вернулся через пол часа. Половину этого времени он разговаривал с Минхо по телефону, пока шел в больницу. Он позвонил ему под предлогом, что не знает какой шампунь для него выбрать, с запахом маракуйи или шампунь с запахом каких-то восточных ароматов. На самом деле, Джисону просто не хотелось в одинокой тишине идти до больницы. Минхо посмеялся и сказал, что ему глубоко все равно, каким шампунем мыться, но все же сообщил, что ненавидит маракуйю. Ли слушал через динамик телефона, как Джисон ходит по квартире и спрашивает, что можно принести. В итоге, они остановились на том, что было бы хорошо иметь в больнице второй плед, а еще термос и вкусный чай, так как совсем недавно Ли жаловался на отсутствие разнообразия в больничных напитках. Придя в палату и положив сумку на кровать, Джисон достал большой и пушистый оранжевый плед. Выложив черную коробочку с чаем, он забрал термос и куда-то ушел, а потом вернулся ещё и с тарелкой. – Тебе нужно поесть, – он ставит термос с кипятком на тумбочку и протягивает тарелку к Минхо. – Нет, спасибо. Я не хочу. – Меня не интересует, хочешь ты или нет. Ешь давай. Тебе надо поесть. Тем более после обморока, – и опять Хан стал тем самым серьёзным врачом, которому даже ничего не скажешь. Но силы спорить у Ли есть всегда. – Хан Джисон, ты хоть раз ел эту кашу, которую они тут готовят? Это невозможно есть. Сидя с тарелкой в руках, Джисон нюхает еду, немного наклонившись. – Да вроде нормально.. Не выделывайся! Ли Минхо, тебе не пять лет, – Хан протягивает ему тарелку, чтобы тот взял. – Да не буду я есть! – Ты хочешь, чтобы я тебя с ложки кормил или что?! – А может быть хочу! Джисон удивленно поднимает брови, но потом невозмутимо берёт ложку в свои руки и зачерпывает кашу. – Эй, я пошутил! Ты серьезно? – пытается отвертеться Минхо, выставляя ладони вперёд. – Открывай рот. – Отстань от меня, Хан Джисон! – возмущенно говорит Хо, смотря на парня, который стал еще серьезнее. – Либо ты ешь, либо я ухожу прямо сейчас. – Это шантаж в чистом виде. – О, да. Это именно он, – не дожидаясь ответа, который очевиден им обоим - Хан улыбается, протягивая ложку к чужому лицу, и просовывает в рот. *** – Блять, Хан Джисон, ты меня сейчас утопишь! – Конечно, ты кричи громче, чтобы ещё все врачи сбежались и смотрели, что мы тут делаем! Как я по твоему должен смыть тебе сраный шампунь?! – Ну как-нибудь аккуратненько постарайся. – Я сейчас специально тебя топить начну! Картина действительно сумашедшая. Минхо в инвалидной коляске рядом с раковиной и Джисон над ним сверху пытается промыть волосы водой. – Всё. Наверное, всё, – Хан берет полотенце и начинает активно тормошить чужую голову. – Я и сам могу так-то, – тихо бубнит Минхо. – Отстань, мне нравится тебя мучать. *** День уж точно был насыщенным. Минхо не думал, что в больнице такие будут, ведь он не может даже полноценно двигаться. Оказалось, с Джисоном всё возможно. Они настолько много говорили, что в один момент обоих начало рубить от усталости. И Минхо даже ни капли не удивился, когда взглянул на часы, поняв, что больница уже давно заперта на ночь. И вообще не удивился, когда Хан лег к нему на кровать, устроившись слева от него. Под двумя пледами было комфортнее чем обычно. С Джисоном под боком было комфортнее чем обычно. Перекинувшись парой фраз, глаза стали закрываться, но, как оказалось, сильно спать хотел только Ли. – Минхо...? – Что? – Если бы у тебя был выбор, что бы ты выбрал. Сделать что-то и пожалеть, или не делать и пожалеть, что не сделал? – тихо спрашивает Хан, уткнувшись тому в грудь. – Наверное.. сделать и пожалеть? Это же все равно приведёт к чему-то. Я думаю, даже неудачные или плохие действия, в любом случае приведут к чему-то положительному. По крайней мере, я надеюсь на это... – так же тихо произносит Минхо, обнимая Джисона за спиной, – Зачем ты спрашиваешь? Тебя тревожит что-то? Ты можешь всё рассказать мне, если хочешь. – Все-все? – Конечно. – Хорошо... – Джисон нервно выдыхает, – Ты мне нравишься. Минхо перестает дышать на секунду. Или на минуту... Ему не послышалось? Сон как рукой сняло, теперь в голове лишь кучи мыслей. Ему обязательно нужно озвучить одну? Кажется, у них обоих сейчас пульс гораздо больше чем 90.