Стокгольмский Синдром Грейнджер

      Полуулыбка-оскал медленно натянулась на лице Гарри, когда он вошел в кабинет к директору. Макгонагалл покашляла в кулак, бросила взгляд на ученика, но всё же оставила его наедине с Дамблдором. Поттер присел на кожаный старый стул с разу же протянул руку к фениксу, поседевшему на подставке.       Альбус ловко спрятал черную руку в длинный рукав белоснежной мантии и повернулся к юноше. — Гарри, что привело тебя ко мне в столь ранний час?       Портреты, висящие на стене, оживились. Волшебники надели монокли и, нахмурившись, приблизить к говорящим. Что-то скрипнуло за бетонной перегородкой, и Дамблдор быстро перевел внимание Поттера вновь на себя. — Может, чаю? — Спасибо, профессор, но у меня срочный разговор, — Гарри оторвал взгляд от того места, где раньше у директора стоял омут памяти. — Мне необходимо узнать всё о крестражах.       При этих словах Альбус замер, вливая в появившиеся фарфоровые чашечки кипяток. — Не терпится приступить сразу к делу? Узнаю Джеймса, — старик по-доброму улыбнулся. — Крестражи — очень старая и темная магия, Гарри. Лишь редкие крупицы знаний дошли до наших дней, но одно известно точно, — Альбус с лязгом опустил чашку на блюдце, сделав глоток чая, — крестражи — это часть души, а совершивший такой злодеяние волшебник остаётся проклят до самой последней минуты своей жизни.       Гарри удивленно моргнул и не притронулся к чашке, предназначавшейся ему. Поправив съехавшие очки, парень придвинулся ближе к столу. Феникс с интересом наблюдает за беседой, склонив голову на бок. — Но где мне их достать и как уничтожить? — Не так быстро, — Альбус поднял руку вверх, — Том не глупый парень. Он спрятал свою душу где-то в этом мире, а чтобы уничтожить её часть придется приложить немало сил. Никому точно неизвестно, где искать, и что нужно делать.       Красноперая птица взлетела, издав громкий крик, а волшебники на портретах испуганно отшатнулись. — Ты ему понравился, — Дамлбдор спокойно подмигнул Гарри. — Послушай меня.       Тон директора резко стал серьезным, а глазах появился лед. Поттер тут же повернулся к старику. — Их осталось три. Должен признать, что сейчас я тебе не помощник.       Альбус обнажил проклятую руку, и Гарри ужаснулся. Сейчас она выгляди так, будто принадлежит человеку, умершему очень давно. Толстые черные сухожилия выделяются на пустых костях. Кожа в месте соприкосновения с крестаржем слезла, оставляя после себя гнойные глубокие язвы. — Не знаю, сколько мне осталось, но недолго. Весть о случившемся разлетелась быстрее, чем это, — старик указала на запястье. — Боюсь, мне придется закрыть Хогвартс. Возможно, на время, а может, и навсегда. Гарри, я не имею право перекладывать это на тебя, но твоя жизнь в большой опасности. Тебе нужно найти оставшиеся крестражи. — Но профессор, где мне искать их? — от напряжения тонкие пальцы парня впились в кожаные подлокотники, издавая тихий скрип. — Я догадываюсь об одном, но остальные…       Громкие настойчивые удары прервали директора. Серая сова с желтоватыми пятнами и ярко-коричневыми глазами сидела на подоконнике и требовала внимания к себе. Альбус нехотя поднялся с кресла и дошел до окна. Как только птица оказалась внутри, она облетела кабинет и села на стол рядом с Гарри. Дамблдор снял с лапки небольшой сверток и быстро сунул его в карман, а сова, махнув широкими крыльями, поднялась в воздух. — Остальные ты должен найти сам. Это будет смертельно опасно, Гарри.       В дверь постучали и, недожавшись разрешения войти, на пороге появился профессор Снейп в своем неизменном черном одеянии. Он коршуном пролетел мимо Гарри и остановился у самого края директорского стола подле Дамблдора. В его руках несколько склянок с прозрачной жидкостью.       Профессор сдержанно кивнул своему ученику, устраиваясь рядом с Альбусом, и пробежался по нему холодным мертвым взглядом. Как и обычно лицо Северуса не выражает ничего, кроме суки и отвращения. — Как вы и просили, директор, — последнее слово зельевар особенно выделил и поставил на гладкую столешницу пузырьки. — Три оборотных зелья. — Спасибо, Северус, ты как всегда вовремя, — Дамблдоро поднял один пузырёк и посмотрел сквозь него на свет. — И как всегда восхитительно.       Снейп тихо хмыкнул и изогнул тонкую губу в пародии улыбки. Мужчина сцепил руки в замок и прижигающим взглядом посмотрел на Гарри. — Профессор, для чего вам зелья? — К сожалению, Гарри, мне они ни к чему, — Альбус сделал небольшой глоток остывшего чая. — А вот вам они понадобятся в поисках части души Тома Реддла.       Имя чудовища, произнесенное спокойным и тихим голосом, невольно заставило скривиться лицо Снейпа. Он лишь на мгновение нахмурил густые брови так, что на крючковатом носу появилась морщинка. — Я не понимаю, сэр, — Поттер перевел взгляд с Северуса на директора. — Медальон Салазара Слизерина, — вкрадчиво ответил Дамблдор и после паузы продолжил. — Его при себе носит Долорес Амбридж, но я, думаю, ты не успел её забыть.       Гарри молча кивнул.       На сером лице Снейпа вновь появилась ухмылка, задержавшаяся на секунду и сменившаяся на полнейшее безразличие к ситуации. — Достать его будет не просто. Целый день она проводит в министерстве, а поздно ночью отправляется в неизвестном направлении. — Под чьим видом на нужно будет туда проникнуть? — Хмелкирк, Кроткотт, Ранкорн, — без запинки произнес зельевар. — На всё у вас будет два часа, мистер Поттер, — при этих словах мужчина немного подался вперед, сгорбившись. — После чего вы превратитесь обратно. — Спасибо за помощь, Северус, — Дамблдор ободрительно улыбнулся, — думаю, дальше я справлюсь.       Снейп выдержал на Поттере длинный изучающий взгляд. Его мантия взлетела вверх неожиданно и быстро, а Гарри вздрогнул, когда черный силуэт пронесся мимо него. Входная дверь с громким стуком закрылась за спиной профессора. — Кто все эти люди? — Гарри непроизвольно двинулся вперед. — И как нам попасть в министерство?       Гарри вернулся в общую гостиную через час. В ней была только Гермиона, сидевшая перед камином с палочкой в руке. На коленях её лежит книга по расширенным заклинаниями для легкого чтения, но стоит ей только немного отвлечься, как мысли её возвращаются в Астрономическую Башню.       Гермиона вздрогнула, когда Гарри сел рядом. Он слабо улыбнулся и протянул холодные руки к огню. Они просидели молча какое-то время, не задавая тяжелых вопросов и не расспрашивая друг друга ни о чем. Каждый из них понимает, что впереди их ждет трудный путь. — Ты уже вернулся? — Рональд хлопнул дверью и быстро сбежал по лестнице вниз. — Да, только что. — Что сказал Дамблдор? — Гермиона развернулась к Гарри лицом, пока Рон усаживался рядом с другом на диван. — Ты была права, нам нужно уничтожить их все, — Поттер посмотрел на испуганного Рональда. — Я должен отправиться как можно скорее. — Нам нужен план, — вмешалась Гермиона.       Книга окончательно отложена и рискует больше никогда не быть прочитанной. Уизли хмурится, раздумывая над словами друга, пока оранжевый огонёк теряется в огненных волосах. Гермиона поджимает губы и продумывает каждую мелочь, чтобы у них было преимущество.       Но о каком преимуществе идет речь, когда троице неокрепших волшебников предстоит убить ужасного, но всё же великого волшебника. Одна мысль об этом доводит Рона до иступляющего ужаса. Он старается не показывать слабости, но Гарри видит, как дрожат пальцы друга.       Повисла тишина. Каждый думает о своём, о будущем, о прошлом. И только Гарри думает о том, как ему спасти жизни своих друзей. Как вырваться из круга смертей и боли. Но она возвращается к нему каждый раз сильнее прежнего. Чем ему предстоит пожертвовать, ради всеобщего спасения?       Поттер зажмуривает так сильно, что в уголках глаз видит серебристые искорки. Он поднимается с места и загораживает своим телом тепло огня. — Нам предстоит найти три крестража, чтобы уничтожить потом. Я не могу просить вас, не могу убедить остаться, — Гарри посмотрел на Рона, затем на Гермиону. — Я не могу рисковать вами, и поэтому, если вы останетесь в Хогвартсе, я пойму.       Рон потупился на свои ладони и, не моргая, качнул головой. — Завтра утром мы отправимся в министерство, чтобы найти осколок души Волдеморта.       Тот-Кого-Нельзя-Называть. Сейчас он лишь имя, сорвавшееся с губ юного волшебника. Образ в головах друзей и всемирный страх. Но Гарри знает, что не остановится и никогда не примкнёт к нему. Он не часть его, как многие твердят за его спиной. Он сын Джеймса и Лили — двух прекрасных людей, защитивших его ценой собственной жизни. И Гарри готов пожертвовать собой.       Поттер достал из кармана штанов три пузырька и аккуратно протянул их удивленной Гермионе. — Это оборотные зелья. Они понадобятся. Я доверяю их тебе, Гермиона.       Их проводили молча и скупо, как и полагается в подобной ситуации. Минерва сказала несколько напутствующих слов, сдержанно улыбнулась и отпустила студентов. Уже бывших студентов. Ей пришлось.       Мне нельзя бояться, я не должна.       Но Гермиона боится, ещё как боится: опасностей, кошмаров, новой боли и потери. Её. Альбус Дамблдор вышел на разрушенную Астрономическую башню и тяжело посмотрел на Гарри. Они обменялись парой слов, но для Мальчика-Который-Выжил эти слова окажутся самым главным правилом в жизни.       Мантии трёх волшебников развиваются на ветру и при каждом резком порыве норовят слететь с худых плеч. Рон закусывает нижнюю губу — невинный жест, не свойственный простому парню Уизли, но волнение и тревога больше не могут находиться в нем. Гермиона приобнимает друга за плечи. Они стоят молча, и каждый боится сделать первый шаг в неизвестность.

***

      План до невероятного легок. В теории, конечно же. Когда за каменистым углом показалась Муфалда, одетая в невзрачный пиджак в полоску, Гермиона тут же достала палочку и направила на женщину. С легким хлопком оглушающее заклинание попало в центр груди, а работница министерства повалилась на землю. — Быстрее, надо спрятать её, — скомандовал Гарри, оглядываясь по сторонам.       Вокруг ни души. Дверка, ведущая в малоизвестный коридор плотно закрыта, но Рональд одним простым заклинанием без труда предоставил друзьям путь. Когда Гарри оглушал Альберта, он ещё не знал, каким человеком ему предстояло стать на несколько часов. Вспышка белого света ослепила мистера Ранкорна, он успел только слабо вскрикнуть, как тут же ударился головой о стену и потерял сознание. — И почему они все ходят этой дорогой? — спросил Рон, протирая ладони от пыли.       За его спиной в коридоре, что обнаружила Гермиона, лежит и его личность. Рыжеватые усы Реджинальда тускло блестят в неярком освещении помещения. Глядя на эту нелепую картину, Уизли обрадовался, что вместо бороды у него небольшая щетина. — Отлично, теперь добавляйте волос и выпейте, — Гарри вырвал волосок с головы Альберта, мелко его раскрошил и высыпал в пузырёк. — Ну и вонь, — Рон поморщился, когда запах вырвался из закрытого флакона.       Гермиона кивнул сама себе, натянуто улыбнулась и быстро выпила оборотное зелье. Эффект повлиял сразу на всех. Тела друзей скрутились в тугие спирали, а когда они развернулись, то уже не смогли узнать себя. — Делаем всё тихо и быстро. Старайтесь не привлекать внимания.       Жизнь в министерстве кипит, как адовой котёл. Министры и чиновники бегают из кабинета в кабинет, как бы быстрее остальных ублажить начальников, а потом и их начальников. Рон скривился, когда мимо него пробежал рослый мужчина и наспех поздоровался.       Вокруг троицы воцарился хаос с первых же секунд, и Гермиона подумала, что у них не получится завершить миссию гладко. Когда к Гарри почти в плотную подошла высокая скуластая брюнетка, он опешил и дернулся в сторону, но Грейнджер вовремя на него шикнула. — Ты же помнишь, что должен зайти сегодня ко мне? — она сделала паузу и посмотрела на заинтересовавшегося диалогом Рона. — Я буду ждать.       Она ушла также быстро, как появилась. Атриум заполняется рабочими всех рангов с каждой секундой. От важных послов до секретарей и разносчиков воды. Гул и гам ни на секунду не смолкают, и Гарри готов вот-вот прикрыть уши ладонями. — Ладно, постараемся разделиться, чтобы не привлекать лишнего внимания, — Гермиона и Рон кивнули, поглядывая по сторонам. — Я пойду искать кабинет Амбридж, а вы посмотрите по залам, может, у неё сейчас заседание. Встречаемся здесь через сорок минут.       Гарри стремительно убежал в сторону только что приехавшего лифта. Гермиона на секунду прикоснулась к руке Рона и произнесла: — Сорок минут, постарайся не попасться.       Узили кивнул и туго сглотнул. Отдаляющаяся фигура подруги до смерти пугает его, а толпа незнакомых людей, то и дело здоровающаяся с ним, сводит с ума.       Гермиона проникла на третий этаж. В коридоре тихо и пахнет кофе. Изредка со своих мест встают служащие, распахивают шикарные дубовые двери и входит в другие, напротив своих. Работа кипит, лишь один мужчина с высокой залысиной бросил на девушку взгляд, полный призрения, и скрылся в своем кабинете.       Рональд потерялся среди многочисленных ходов и выходов. Лифт, находящийся в противоположном крыле, привел его в отдел тайн, где служащий в роли охранника мужчина быстро указал ему на обратный путь. — Нечего здесь шляться, — грубо произнес он, дергая себя за ус, — не дорос ещё.       Уизли только фыркнул, сунул руки в широкий желтый плащ и поехал наверх.       Гарри чувствует кожей, что он близко. Все его внутренности сжимаются с каждым шагом, что приближает его к кабинету, выкрашенного в розовый. В голове возникли воспоминания из Хогвартса, а старый шрам на запястье почти сошел на нет.       Он несколько раз тихо дернул ручку двери. Заперто. За деревянным полотном тут же отозвались кошачьи голоса, и Поттер глубоко вздохнул. Гарри чувствует его, он близко. Взмах палочкой, и замок щелкает в дери, а петли, скрипнув, распахнули вход в просторный кабинет.       Здесь почти так же, как в кабинете в школе: розовые стены, скатерть, сотни колдографий котов и кошей, розовый сервис за стеклом. Поттер поморщился, когда увидел заколдованное перо на столе, аккуратно лежавшее рядом с чистым листом бежевого пергамента.       «Нужно поторапливаться» — сказал он сам себе и поднял кончик волшебной палочки к потолку. — Акцио Медальон.       Что-то зазвенело в верхнем ящике стола Амбридж. Гарри медленно подошел к нему и попытался открыть, но и он оказался запертым. — Гермиона, ты нашла что-нибудь? — шепотом спрашивает Рон, поправляя усы, лезущие в нос. — Нет, а ты? — Тоже.       Они стоят спиной друг к другу и опасливо осматриваются. Срок действия зелья скоро заканчивается, и им нужно уходить, пока всё министерство не увидело их настоящие личности. — Где Гарри? — Рональд нервно сжимает в кармане рукоять волшебной палочки и облизывает губы.       Дверь, ведущая в дальний зал для переговоров, резко открывается, и из неё вылетает тысяча листов пергамента. Работа министерства остановилась, зеваки замерли на месте, наблюдая, как волна из бумаги мягко оседает на гранитный пол.       Секунда тишины обрывается неожиданно, когда Гарри в обличие работника со шрамом на лбу вылетает в атриум. Гермиона пресекает порыв вскрикнуть от ужаса, прикрыв рукой рот, а Уизли бросается навстречу другу. — Бегите! — успевает выкрикнуть Поттер, и над его головой пролетает искра.       За искрой проносится бомбарда, ловко попадает в мраморную колонну. Её осколки повсюду, а пыль въедается в глаза. Министерство вновь оживает, но в этот раз оно восстаёт против трёх друзей. Долорес Амбридж в розовом костюме и сбившейся прической выбегает в холл следом за Гарри. На её лице гримаса неподдельного отвращения и злости. В руках она сжимает уродливую волшебную палочку, целясь в бегущего волшебника. — Схватить его немедленно!       Десяток волшебников тут же обнажают оружие и бессмысленно выстреливают в разные стороны. Амбридж рычит на них, пихает из угла в угол тех, кто загораживает проход. Гермиона чувствует, как чужие волосы будто сходя с головы, а им на смену появляется её собственные. Тем временем Гарри уже перешёл в свою личность.       Им остается пробежать две сотни метров до каминной сети, чтобы пропасть из этого проклятого места, когда Поттер сгибается пополам и падает на мелкие острые камешки под нескончаемым обстрелом. — Гарри! — Гермиона останавливается, успевая схватить за рукав Рона.       Уизли опрокидывает стол, накрывая их тела им, будто щитом. Он сдерживает нападения, но эта мера лишь на несколько секунды, которые будут длиться для них вечностью, и тогда троице вновь придется бежать. — Что с тобой? — Гермиона треплет друга за рукав, пока Поттер без ведомых на то причин корчится и катается по полу, схватившись за шрам. — О нет, Гермиона, посмотрит.       Рональд указывается куда-то на верх, в место, где располагаются балконы только министра. Среди всего гула и криков, взрывов и собственного биения сердца, что так гулко отзывается в висках, Гермиона слышит оглушающие хлопки аппарции. Серые спирали разворачиваются, выплёвывая наружу людей. Она видит её, улыбающуюся с черными океанами вместо глаз.