....

Сумерки – то самое время, в которое становится сложно различать очертания лиц, цвета, контуры растительности и прочее. Всё становится каким то загадочным и расплывчатым, будто грань между мирами временно ослабевает, приписывая ветвям сказочные детали. Вот почему Чайльд трижды ошибся, окликивая разыскиваемого человека. — Ты уверен, что он вообще ждёт нас здесь? — теряя терпение, спросил Кейа, скрестив руки на груди. Его усталось ощущалась куда тяжелее, чем если бы он провёл тренировку для новобранцев, а это – на секунду – самое трудное, что довелось ему пережить. Наивность духов и их неумение видеть расстояние всегда поражали его, росшего с братом, о котором можно смело сказать «сила есть, ума не надо». Ну, хоть упорство им не занимать, в отличие от капитана. — Определённо! — не сдавался будущий предвестник, вновь чудом избежав столкновения с детишками, бегущими за сладкой ватой в сторону порта. В предверии праздника повсюду были расставлены ларьки со сладостями и сувенирами. Разноцветные вывески цепляли взгляды, а весёлые продавцы не уставали зазывать покупателей. Чайльд быстрым шагом достиг нужной точки перед деревянным мостом. Там, раскинувшись на переносном кресле, сидел торговец рыбой. Он был невзрачным, ничем не выделялся на фоне остальных, кроме своей неестественно пахнущей продукции. "Рыба без рыбного запаха. Интересно!" – мысленно заключил Кейа, бегло осмотрев прилавок поближе, но по-прежнему ощущая лишь запах цемента и гвоздики. — Помочь в выборе? — поинтересовался мужчина, пристально смотря на рыжего парня, словно выискивая в нём что то конкретное. Его глаза сузились в ответ на радушную улыбку, он он продолжал рассматривать гостей. Место было укромное, далеко не в центре ярмарки, поэтому вокруг было значительно тише и меньше народу. А оттого мужчина, пронзительно всматриваясь в лица покупателей, словно судья выносит приговор, казался ещё подозрительнее. — Вам жаренную или сырую? — После многозначительной долгой паузы наконец вздохнул он. Чайльд победно ухмыльнулся и кивнул в сторону жаренной рыбы, завернутой в газетные трубочки. — Пожалуй, мы не будем заморачиваться с готовкой. Мужчина залез руками под прилавок, пошуршал чем то, достал пакеты и сложил горячую рыбу в них. — Как пожелаете. Две порции. Отчего то у Кейи возникло неприятное чувство, вызывающее в горле ком. Две? Нас же здесь...– он обернулся, чтобы проверить и, к сожалению, неприятная догадка подтвердилась. — Дилюк?! — вырвалось у парня, а затем он стал панически оглядываться вокруг, метаясь глазами по ярким и, теперь уже не очень, цепляющим вывескам ларьков. — Что? Где он? Потерялся?! — Чайльд скинул деньги за товар, даже не посмотрев на сумму, которую вручил торговцу рыбой, и быстро подскочил к другу, копируя его тревожный вид. — Чëрт. А я ведь ему сказал! — сразу же припомнил он, недовольный тем, что его не воспринимают всерьёз. — Вот ведь мелкий засранец. — Отставить. — взяв себя в руки, Кейа глубоко вдохнул, восстанавливая свой сердечный ритм, — Хоть ты не веди себя как дитë малое. Чайльд надулся и показал язык, но его шутку проигнорировали. Капитан Ордо Фавониус направился обратно в предполагаемое место, где они могли разминуться, в надежде, что Дилюк додумается остаться там, но увы, такая мысль в красноволосую макушку не пришла. На том самом месте не было ни детей, ни тех, кто мог бы его видеть. Кейа обошёл глазами всю громадную площадь, спросил пару прохожих и работников, но никто из них не имел столько свободного времени, чтобы осматриваться по сторонам. Оставалось только лишь обойти весь Ли Юэ. И это ещё если упрямый владелец винокурни в теле маленького ребёнка не свалился за ограду в море, или не нагрубил каким нибудь бандитам оферистам, или не вляпался во что-то похуже. От одних только мыслей на этот счёт у Кейи закружилась голова. Ведь это был Дилюк. Это был его брат, который запросто мог во что-нибудь такое вляпаться. — Не паникуй. — успокоил парня Чайльд, хотя сам, по правде, волновался ещё сильнее. У него есть младшие братья и сестра, поэтому он запросто может войти в положение своего друга. По крайней мере, Чайльду известен страх за безопасность и благополучие семьи. В отличии от Кейи, который был на пол года младше Дилюка и не имел возможности привыкнуть к семейному очагу, ведь его собственный отец бросил его, а приёмный умер достаточно рано. Парень лишь временно исполнял роль "старшего брата". — Куда может отправиться 7-летний ребенок? — стал логически рассуждать Кейа, пытаясь поставить себя на его место. Это было не легко, ведь приходилось учитывать, что этот ребёнок на самом деле – запертый в теле семилетки, взрослый с поведением ничуть не лучше упёртого дитя. Столько нюансов перегружали мозг. — В неизвестном городе, один, маленький мальчик... — В парк аттракционов? — В порту? Конечно же. — саркастично ответил Кейа, закатив глаза и в тот же момент его осенило. Он вспомнил, как ранее в будущего предвестника чуть не врезался ребёнок, бегущий за сладкой ватой. — Порт! — воскликнул капитан кавалерии, моментально отправляясь туда. Он подхватил недоумевающего Чайльда под руку и потащил следом, по пути объясняя мысль. Рыжеволосый кивал на каждое предположение, стараясь утешить друга своим согласием и вскоре понял, что действительно поддерживает его теорию. Он не сказал этого прямо, но восторженная улыбка промелькнула на его лице, когда он мысленно поаплодировал догадливости друга. Они быстро добрались до места, где торговали ватой. Это был громадный причал, раскинутый чуть ли не на весь залив, располосовывая море. По деревянным дорожкам безостановочно ходили рабочие и торговцы, а на стыках и расширениях были навалены коробки с товаром, бочки или строительные доски. Шум стройки, продолжающейся не смотря на позднее время и накатывающую темноту, отбивал особый ритм в ушах, а звон колоколов с, прибывающих или готовящихся к отплытию, кораблей и вовсе заглушал собственные мысли. — Темно уже, а народу не уменьшается! — громко, чтобы друг его услышал, крикнул Чайльд, легонько хлопнув Кейю по плечу и кивнув в сторону складов, где собралось немало людей. Парни многозначительно переглянулись, пожали плечами и подошли к скоплению, чтобы проверить, чем так заинтересован народ. — Вот и слоник! А тебе кит! — громко и задорно выкрикивал мужичок, ловко и умело крутя палочками в углублённой чаше с сахаром, пританцовывая и создавая разнообразные фигурки из сладкой ваты. Дети радостно хлопали, принимая подарки, а родители кивали и платили не маленькую сумму, довольные тем, что счастливо их чадо. Смотря на это, Кейа почувствовал тупую боль в груди из за угрызений совести. Хочу увидеть брата – отчего то внезапно прорвалось сквозь кучу других мыслей. Он не знал, почему сейчас и почему так болезненно, но ощутил этот тяжёлый груз на плечах. Чайльд недалеко ушёл в этом плане, вспоминая о семье, которая была на большом расстоянии от него и с которой не было связи из за его опасной работы. Он нередко вспоминал о младших братьях и сестре, ночами фантазируя об их счастливом воссоединении, но грёзы были недолгими, ведь к утру вновь приходилось играть свою роль. — Тебе купить? — прервал грустные мысли Кейа, заметив тонкий проблеск тоски на лице друга. Чайльд ошеломлëнно уставился на него, а затем рассмеялся, мысленно радуясь, что познакомился с этим саркастичным парнем. Только он мог позабавиться за счёт неприятных вещей и поднять настроение другим, превратив в шутку даже, казалось бы, самые незначительные и ужасные вещи. — Ахаха... У меня есть ещë идеи. — заявил рыжеволосый, успокоив заливистый смех, — Возможно он пошёл в город. Там светлее. — пожав плечами, парень обернулся в сторону моря, которое окрасилось в чёрный цвет, сливаясь с ночным небом. Внезапно их внимание привлекли крики работников склада, ругающихся на каких то воришек. Чайльд усмехнулся и добавил, — И люди добрее. Кейа согласился. Рабочих можно было понять. Они монотонно пашут в шумном, грязном порту день и ночь, как тут сохранять радость и жизнелюбие? Парни отправились в центр Ли Юэ, где повсюду было светло, словно днём. Вывески магазинов, фонари и гирлянды переливались золотым блеском, создавая особую атмосферу. Город контрактов, как-никак. Все украшения кругом напоминали блеск богатства – мору. Их изящный вид привлекал внимание особых ценителей, завлекал своей роскошью. Не только красота снаружи цепляла внимание людей, приехавших на праздник, но и звуки мелодий с выступления уличных танцоров, стихи поэтов и истории рассказчиков, а также сладкий запах изысканных блюд и напитков. — Как насчёт чая? — Чайльд указал в сторону особо охраняемой точки, из которой сильнее всего исходил приятный аромат трав. На подозрительно вскинутую бровь Кейи, будущему предвестнику пришлось выдать разумное объяснение, — Мой знакомый ей владеет. Не дожидаясь ответа, парень схватил капитана Мондштадских рыцарей за руку и потащил внутрь, оправдываясь тем, что их людей необходимо будет снабдить сувенирами, и лучше элитной и ароматной чайной заварки ничего быть не может. — К тому же тебе он точно необходим. — уверил Чайльд, сделав большой заказ, — Горячий ромашковый чай успокаивает нервы. — Только в том случае, если плеснуть его кому нибудь в лицо... — ответил Кейа, удивляясь самому себе. Не в его стиле было подобное проявление усталости. Обычно он поддерживал свою маску даже в особо тяжёлые периоды, продолжая дружелюбно улыбаться и ловко поддерживать светскую беседу. Я стал говорить как Дилюк... – пронеслось в голове, снова повергая разум в беспокойство, ища лишь выходы, ведущие прямиком к цели. – Где же ты, Братишка? Купив много пакетов различного чая для здоровья, спокойствия, приёма гостей и тому подобное, парни направились к выходу. — Владелец чайной не перебарщивает с безопасностью? — удивлялся Кейа, когда с кухни на втором этаже донёсся крик поварихи, и туда же вызвали охрану. Несколько, внушительно вооружённых, людей поспешили подняться на террасу, что в принципе не успокаивало, а только больше напрягало. — Вероятно, воры. — пожал плечами Чайльд, взяв половину пакетов на себя. — Искушение украсть элитный чай или же кондитерские изделия может постичь любого, у кого не достаточно денег на легальный способ получения такого товара. Кейа вздохнул, вновь вспомнив про брата, который в детстве начинал сиять, словно солнышко, увидев сладкий пончик или мороженое. Он был сладкоежкой. Парень почувствовал нарастающую тревогу и болезненное ощущение в груди от того, что не может найти искомое. Они встретили по пути знакомого Чайльда, работающего – как нельзя кстати – миллелитом, который был приставлен к патрулю около гостинницы, в коей они остановились. Слишком много совпадений. Это чересчур подозрительно, поэтому Кейа незаметно щурится на друга, который строит ему в ответ невинную мордашку. Опасения устранены. Уж если Чайльд берёт в руки безопасность всей экспедиции, то он делает это с завидной тщательностью. Ну, почти. — Занеси нашим людям. Раздай каждому по три сорта, а остальное можешь преподнести владельцу отеля в качестве благодарственного подарка. — заранее поблагодарив мешочком со звенящими монетками, попросил рыжеволосый. Кейа лишь тихо усмехнулся, давно перестав поражаться наглости своего друга. — А у нас есть ещё незаконченные дела. После этого парни вновь отправились в порт, намереваясь подать заявление о пропаже ребёнка. Раз уж самим не удаётся найти, так пусть же вся стража города будет начеку. – думали они, – Так и быстрее и надëжнее. Пока Чайльд договаривался с управляющими в порту, Кейа, погрузившись в себя, как под трансом, медленно шёл в сторону места, где он потерял брата, словно что то манило его туда. Шестое чувство или просто аналитический склад ума, а может вселенная велела такому случиться, но внезапно он остановился, услышав то, что ударило по его сознанию огромной кувалдой. В голове не осталось ни одной мысли, кроме как бежать. Парень резко обернулся на звук жалобного детского плача. Увидев перед собой громадную лестницу, с двух сторон украшенную статуэтками львов и фонарями в виде лотосов, он на автомате устремился вверх, ещё до того, как разглядел знакомую фигуру в чёрном плаще и алыми, словно наливное яблоко, слегка растрëпанными волосами.