Неудачник

Звонок матери мне не понравился. Уж слишком сладким был её голос, когда она просила меня приехать помочь с ремонтом. Конечно же, я отказал. Не хочу иметь ничего общего с человеком, который так отзывался о моём Вите. Мой Витя... Такое сочетание в моей голове уже стало настолько привычным, что иначе я и не думал. Пару раз даже на работе, при разговоре с ребятами, назвал его именно так. Мой Витя. Никто особо не отреагировал, все знали, что я живу у друга. Однако лишний раз устраивать каминг-аут я не планировал, поэтому просто пояснил, что мы лучшие друзья с самого детства. Всех всё устроило. Конечно же, матери я отказал, не испытывая никаких угрызений совести. Я не нуждался в её одобрении, в её поддержке. Мне хватило многих лет жизни с ней в одной квартире. Постоянное напоминание о том, что я должен делать, с кем общаться. А когда она стала запрещать мне видеться с Витей, я и вовсе замкнулся в себе. Не хотелось с ней говорить. Она давно всё поняла. Застукала меня за тем, как я дрочил на Витины фотографии. Я тогда уже почти окончил техникум, мне было девятнадцать, и я был уверен, что сам буду выбирать, с кем жить, с кем общаться, кого любить. Но и тут моя милая мамочка всё сделала по-своему. Начались ссоры, скандалы. Приходилось изворачиваться, чтобы хотя бы немного побыть с Витей. О своём интересе к нему я рассказать не решился. Глупый, боялся, что он меня не примет, испугается. Хотя он всегда был рядом. Никогда от меня не отходил. Я ценил его за верность. Днём я был ему другом, а по ночам, кусая подушку, малодушно дрочил на лучшего друга, представляя его под собой. А потом я приехал. Я не мог больше ждать, не мог больше жить вот так. И после встречи с Максом на вокзале, я окончательно решил: я должен быть с ним. И после той ночи, которую я провёл в его спальне в родительском доме. Я обнимал его стройное тело, прижимал к себе, вдыхал его и умирал. Умирал от невозможности просыпаться и засыпать с ним каждый день. И это предложение работы в городе... Если бы не Витька, я бы и не рискнул ехать. А так это был мой шанс. И я им воспользовался. Я ни о чем не жалел сейчас. Мой Витя, мой парень. Я чувствовал, что я ему нравлюсь, он и сам об этом признался, что уже много лет я его привлекаю. Каким же глупым я был, что не открылся ему раньше. Сейчас многих проблем можно было бы избежать. Витя меня уговорил поехать к матери. Я видел, как ему было больно вспоминать все слова, сказанные в его адрес. Но он понимал, что семья всегда должна быть рядом. Я не разделял его этого мнения. Моя семья - это он. Зачем мне ещё кто-то в этой жизни? Взял с собой немного вещей. Я ведь не планировал уезжать надолго, тем более что мне было к кому возвращаться. Стоило только выехать из двора, как в груди сразу стало тяжело. Осознание, что несколько дней я не увижу своего Витю, разливалось во всём теле неимоверной тяжестью. Дома всё было тусклым, серым. И излишнее добродушие мамы немного напрягало. Я сходу постарался её осадить. - Не думай, что раз я приехал, я забыл всё, что ты говорила в адрес Вити. Я не прощу тебе этого. - Ой, сыночек, - на глазах мамы заблестели слезы. - Я такая глупая! Не подумала о том, что для тебя это важно! Я постараюсь исправиться, честно! Я не верил ей. Не верил ни словам, ни её слезам. Я скинул вещи, отписался Вите и сразу принялся осматривать фронт работы. Работы было немного. Где-то подштукатурить, где-то подклеить обои, перетащить мебель, всё по мелочи. Я искренне не понимал, почему нельзя было попросить кого-то со стороны. Наверное, просто решила сэкономить денег. Ладно, я не умру, если немного помогу. Целыми днями я работал по дому и постоянно был на связи с Витей. Переписывались, обменивались фотками. Я специально присылал ему фотки погорячее, чтобы немного его раззадорить. По ночам, когда мать в соседней комнате мирно спала, я звонил Вите по видеосвязи, и мы предавались страсти. Это было необычно, немного некомфортно, но стоны, движения Вити уносили мою крышу очень далеко. Я с нетерпением ждал того момента, когда вновь окажусь с ним в одной постели. Ремонт уже был завершён, оставались последние штрихи. Мама решила устроить по этому поводу посиделки, пригласив друзей. Я собирался уже отчаливать к Вите, но меня уговорили остаться. Я не горел желанием находиться в этом обществе, но решил, что ничего страшного не произойдёт. Предупредил Витю, что буду занят, чтобы он не ждал меня в сети раньше вечера. Посиделки получились очень скромные. Из гостей была только мамина коллега с дочерью примерно моего возраста. Я страдальчески закатил глаза, понимая теперь, к чему всё это было задумано. Мать решила меня сосватать. Глупо, очень глупо, ведь своё сердце я оставил у Вити, так же как и сексуальное влечение. Поэтому весь вечер был равнодушен, как бы мама и потенциальная невеста не старались меня развеселить. Я активно налегал на спиртное. Мне было противно от всей этой картины, поэтому пытался заглушить всё алкоголем. Однако накидался я настолько сильно, что дальнейшее я помнил очень смутно. В итоге я еле дошёл до своей комнаты, завалился на кровать, не раздеваясь, и отрубился. Проснулся среди ночи от того, что меня мучала жажда. Кое-как приоткрыв глаза, я обнаружил, что лежу полностью голый. Неужели я вчера умудрился ещё и Вите позвонить в таком состоянии? Вот он будет надо мной издеваться. Залез в телефон, чтобы проверить свои догадки, и офигел от увиденного. В переписке с Витей висела фотография меня с той самой девицей, которую притащила мамина коллега. На ней мы лежали в обнимку голые на моей кровати. Какого хрена? Казалось, я мгновенно протрезвел. Оглянулся: на кровати рядом со мной действительно лежала эта девушка. Я потряс её за плечо: - Эй, вставай давай! Девушка открыла глаза, уставилась на меня, а потом потянулась ко мне: - Уже утро, любимый? Чего? - Ты здесь как оказалась? Какого хрена ты тут делаешь? - В смысле? Ты что, ничего не помнишь? Ты сам меня позвал с собой! Ты был великолепен! Я рассмеялся. - Херню не мели. Я не мог с тобой спать. Я гей, понимаешь? Не стоит у меня на тебя. А теперь объясни мне вот это, - и ткнул ей под нос телефон.- Какого чёрта ты отправила это моему парню? Я говорил об этом легко, не скрываясь. Мне было всё равно, как она отреагирует или что на это скажут люди. Мне было не всё равно только на одно: сейчас рушились мои единственные настоящие отношения. - Ты сам попросил! Я смерил девушку презрительным взглядом. - Я догадываюсь, чьих это рук дело. А теперь собралась и пошла вон из моей комнаты! - Ты меня выгоняешь после того, что было? - девушка невинно хлопала глазами, но играла свою роль отвратительно. - Переигрываешь, киса. Ничего не было. Не верю. Пошла отсюда, я сказал! Я перешёл на крик. Тут же материализовалась любимая мамочка. Вот и виновница торжества. - Это ты, - вот теперь я реально был зол. Невозможно было смотреть на её лицо. - Как ты могла? Какого хрена ты лезешь в мою жизнь? Какого хрена мне подсовываешь всяких шалав? - Света приличная девушка! - Да мне насрать! - я орал так, что, возможно, мирно спящие соседи уже по просыпались. - Если тебя не устраивает моя жизнь, какого чёрта ты всё время лезешь? - Ты мой сын! Ты не можешь быть с этим выродком! - Не смей! - я надвигался на мать, оттесняя её к стене. Я был на грани того, чтобы разорвать её на мелкие кусочки и еле сдерживал себя от этого порыва. - Не смей говорить о нём подобное! Если ты не можешь понять меня, так хоть рот свой не смей открывать! - Как ты разговариваешь с матерью! Я тебя вырастила! - Да лучше бы в детдом сдала! Из-за тебя вся моя жизнь наперекосяк! Сколько можно портить мне жизнь? Ты вообще понимаешь, что ты наделала? - Я спасла тебя! - Да ты уничтожила всё, чего я добивался столько лет! Ты не мать! Ты чудовище! Выплюнув последние слова, я быстро оделся, собрал вещи и вылетел в коридор. Мать кинулась за мной, но я грубо оттеснил её к стене. - Не смей! - сказал я ей, смотря прямо в глаза. Не знаю, что она в них увидела, но тут же замолчала и побледнела. Я выбежал из квартиры, в мою спину сыпались проклятия. Но мне было всё равно. Нужно было ехать домой, к Вите. Нужно было всё исправить, пока не стало слишком поздно. Я надеялся, что Витя сможет меня понять.