Девушка с черным сердцем

Среди весёлых и счастливых для неё «друзьями» были только мертвецы. Спустя несколько недель после «радостного» известия Алиса сидит в кресле. Зал ожидания в аэропорту самое странное место, которое брюнетка встречала за последнее время. Здесь эмоции кажутся в разы ярче, крики и голоса громче, а ненавистные ей улыбки давят с большей силой. Одиночек здесь мало, в основном все с близкими, друзьями, родными. Оно и не удивительно — Тьма опять играет с Алисой, испытывая на прочность. Сколько ещё света осталось в этой девушке? Входящий звонок от абонента «ЦГ». Ей нужно пару секунд, чтобы её информационные центры приняли это сообщение. — Да, здравствуйте. — Здравствуйте. Вас беспокоит «Центр гинекологии и здоровья матери». Ерофеева Алиса Андреевна, правильно? — чуть уставший, но мягкий женский голос говорит отточенными фразами. — Да. Когда я смогу попасть на прием? — Сегодня с полшестого до восьми, или завтра с четырех до семи. Какой вариант вам больше подходит? — Сегодня, я могу сегодня. — Хорошо, мы будем вас ждать. Спасибо за доверие к нашему центру. До свидания, — всё те же заученные слова произносит работница центра. — До свидания. О каком доверие говорила эта женщина? Алиса обратилась в первый попавшийся центр гинекологии с более менее нормальной репутацией. Она хотела сдать анализы и получить желанную информацию. Вот и всё. Брюнетка опять возвращает взгляд на большое панорамное окно и прислушивается. Объявляют нужный ей рейс. Осталось только подождать посадки. Она поднимается с кресла, берёт сумку и идёт к назначенному месту. Мастерски увиливает от охраны, лишних любопытных взглядов и камер, карту размещения которых выучила наизусть прошлым вечером. Терпеливо ждёт, не привлекая внимания. Делает глубокий вдох и выдох, чувствуя, как накатывает тошнота. Сейчас Алиса чувствовала жизнь благодаря новому сердцу, которое билось внутри вместо её чёрной льдинки. Достает из сумки пачку сигарет. В ней болтаются две последние. Её мучит жажда и она наконец-то зажимает пальцами табачное изделие. Делает затяжку и наслаждается фактом удушения самой себя. — Вот только не надо меня презирать, хорошо? Сиди и молчи, — говорит она, опуская взгляд на живот. Потом ловит себя на мысли, что выглядело это более, чем просто глупо. Она сошла с ума. Давно. Дымовая завеса обнимает её убийственными лапами и хохочет. А она улыбается, хотя юмора не понимает. Проводит рукой по рисунку на коже и понимает, что ребёнок может быть только временным спасением. Он не вытащит её с ямы, которую девушка вырыла для себя сама после смерти брата, а брюнетка не сможет стать хорошей матерью. Алиса не знает даже близко, что означает это понятие, но придумали его точно не для неё. Татуировка с незамысловатым, но очень важным рисунком теперь только поджигает душу каждый раз, когда на неё падает взор. Алиса трёт рисунок пальцем до появления красноты на эпителии. Очевидно, что никакого результата это не даёт, только странное выражение лица. Выкидывает окурок в урну и отсчитывает ещё десять секунд. Затем движется к дверям, толкая их рукой в черной перчатке. Сумка на месте, и девушка как-то победно улыбается, будто не заплатила за её содержимое полсостояния пару дней назад. Сканирует взглядом свои новые «игрушки». Оружие радует ребёнка без эмоций, а вот дитё внутри, кажется, чём-то недовольно. Голова кружится, кончики пальцев охладевают ещё больше. — Ты можешь просто сидеть? — раздражённо шепчет девушка и делает шаг вперёд. Выходит в зал и уверенным шагом направляется к своей машине. Закидывает обе сумки на заднее сиденье и впивается руками в руль. — Слушай, ты ещё не родился, а уже меня достал. Вот зачем мне такое? Если выбрал меня, то будь любезен — терпи, — такой злости в её голосе не было давно. Алиса ощущает страх, раздражение и внезапное чувство вины. Что с ней происходит? Делает глубокий вдох и шумный выдох. — Ладно, прости. Я, вроде как, должна быть тебе благодарна, да? Поехали что-ли, — совсем другим тоном и каким-то новым голосом говорит Алиса. В её голове слишком много вопросов и мыслей. На дороге сосредоточиться сложно. Чёрное сердце теперь должно уживаться с новыми чувствами и уступать место чему-то живому. Алиса пока что не понимает зачем. Подъезжая к центру, девушка успокаивается, хотя странные чувства плодятся где-то в районе каменной сердечной мышцы. Заходит в здание. Вокруг слишком много света и отчего-то счастливых людей. Это давит и утомляет брюнетку с первых шагов. В её понимании мир выглядит совсем иначе. Оказывается, отшельником быть гораздо сложнее. Но спутница Тьма рядом, не отходит, пристально следит за развитием чего-то несоответствующего установленным законам. Никаких просветов в черном сердце. Ничего, кроме пустоты. Обследование, анализы, диагностика. Итог: патология шейки матки; состояние усложненное образом жизни и стрессом, на фоне смерти самого родного человека. Ничего нового. Тьма поработала на славу. Алиса привыкла, что её улыбка или хотя бы чуть-чуть приятная новость непременно станет причиной для очередной трещины на каменном сердце. Лови её вечность. По дороге домой слушает радио, чтобы не слышать себя. Впрочем, как и обычно. Пальцы нервно выбивают по рулю какой-то ритм, будто она куда-то спешит, но нет, ведь чтобы умереть, существует бесконечность. — Малой, ты ведь понимаешь, что мой мир не особо тебе рад? Здесь и так немного места для других людей. Врач сказал, что у меня большая вероятность выкидыша. Ты как держатся будешь? — обращается Алиса к живой части себя, опуская взгляд на живот. Диалог с пустотой выходит каким-то глупым, но на глазах девушки застывают слёзы. — Вот только не надо терроризировать мать гормонами, ладно? Не хочешь, я вообще с тобой разговаривать не буду. Так сойдёт? — продолжает она. Может ли живой мертвец менять привычки и черты характера? Паркуется и забегает в подъезд, где кожу обжигает прохлада, исходящая от бетонных стен. Как только дверь в квартиру захлопывается, девичье тельце съезжает по стене прямо в прихожей. Сумки приземляются рядом. Девушка не делает ничего, и не знает, что можно делать. Минуты ползают вокруг подобно жучкам. Так истекает час или полтора. Алиса всё ещё сидит молча, внимательно всматриваясь в малюсенькую трещину на стене. Ладошки на коленях, ребра прижаты к ногам. Пытается дышать. Сбивается со счета. Это вызывает раздражение. Какая это стадия безумия? Встаёт резко, по ногах расплывается онемение. Брюнетка заходит в комнату, находит лист и пишущую ручку с пастой ужасно некрасивого зелёного оттенка. Садится за стол в кухне и маленькие буквы начинают утопать в белой бумаге. Каждая линия, знак препинания отдает импульсивностью и болью. Бумага покрывается волнами от слёз, изредка вылетающих из-под век. Пишет долго, но не думая, — просто выливает на бумагу мысли, которые безустанно культивируются в голове. После последней точки, Алиса достает из кармана зажигалку и подносит к листу. Огонь постепенно пожирает буквы, линии, и всё эмоции, заточенные прежде на бумаге. Держит дрожащую руку над раковиной. Пепел смывает водой и протирает руки белым полотенцем, на котором красуется красное пятно. Убирает высохшую посуду в шкаф и готовит ужин, зная, что даже не попробует. Просто пытается успокоить вновь вроде бы ожившую маленькую Алису. Чувство голода ушло, как только пришло понимание, что никто к ней не вернётся — ребёнок без эмоций будет спасать свою душу сам. Но не получилось…миссия была заранее обречённая на провал. Только острая стрела, пронзившая тогда ещё живое сердце, иногда напоминала девушке о её уязвимости. Кроме этого она ничего не чувствовала. И только спустя некоторое время накатили эмоции: ненависть, обида, ярость, разочарование… А чёртову стадию «принятия» Алиса не встречала, не нашла. Этот период буквально съел всё живое, что осталось, и опять пропали эмоции. Их стёрли с лица фарфоровой куколки, выжгли из груди ярким пламенем. Только теперь всё ощущалось совсем по-другому. Девушка берется перекладывать оружие, смотрит и крутит в руках. Но понимает, что изменилось восприятие, картинка перед глазами и вид внутри. Теперь чёрное сердце не просто лежало в груди камнем, а билось в ритм жизни. Алису это пугало, настораживало, злило… Через некоторое время вновь покидает свою берлогу и едет в поисках спасения к Неве. Там вода, которая всегда прятала уязвимую, живую Алису в своих объятиях.