Необузданный

В последующие дни Сяо Чжань старался максимально занять себя, чтобы не думать только об Ибо и их последнем разговоре. Однако он был почти уверен, что Ибо задумывается о примирении, но хочет заставить его помучиться сначала. Раздраженно вздохнув, Сяо Чжань сосредоточился на подготовке Сюань Лу к новой фотосессии для своего бренда. Ее черные волосы были собраны в свободный пучок на макушке, и она выглядела потрясающе естественно с нейтральным макияжем. Белые, свободные брюки и голубая, шелковая блузка с мелкими пайетками, образующими созвездие льва, делали ее похожей на непослушную девчонку. Весь ее вид дышал женственностью, с легким оттенком маскулинности. Сюань Лу очень нравился этот образ. С эстетической точки зрения Сюань Лу и Ван Ибо идеально подошли бы друг другу в третьей части рекламной кампании, которая должна была состояться в конце месяца. Сяо Чжань с нетерпением ожидал начало новой фазы этого проекта, потому что, как видно, это был единственный способ снова увидеть Ибо. Он еле сдерживался от желания позвонить ему, но осознавал, что у него нет такого права и уважал желания Ибо. Раз тот не хотел, чтобы Сяо Чжань искал его, пока он не будет готов, то все, что он мог сделать, это терпеливо ждать. Он обратил внимание на Сюань Лу, которая довольно улыбалась, глядя на себя в зеркало. — Сяо Чжань, ты гений. Я никогда не чувствовала себя такой красивой. — Это все твоя заслуга. — сказал он, улыбаясь ей. — Без тебя и Ибо мои творения были бы просто обезличенными кусками ткани. — Ты слишком скромный, Сянь-Сянь. — запротестовала она. — Я просто говорю правду. — Он всегда такой... — пожаловалась Чжи Руо. — Сяо Лаоши — олицетворение смирения. Он такой идеальный. Разве это не заметно? — Чжи Руо! — Сяо Чжань позвал ее. Девушка только пожала плечами. Она знала, что Сяо Чжань совсем на нее не злится. Чжи Руо всегда говорила то, что думала. И не собиралась отказываться от этого сейчас. Сюань Лу расхохоталась. — Ах, это общеизвестная черта характера нашего Сяо Чжаня. Во времена CQL он был так придирчив к себе, хотя отлично играл свою роль. Но он никогда не был полностью доволен. А еще было так смешно наблюдать за Сяо Чжанем и Ван Ибо, когда они начинали наперебой нахваливать друг друга. Мы так весело проводили время. — О, я смотрела все эти видео! — глаза Чжи Руо сияли, как звезды. — Они были такими забавными! Сяо Чжань не знал, куда спрятаться от смущения. Он чувствовал как его лицо заливает краска. Но в то же время он ощутил знакомую печаль. — Это все дела прошлого. — только и сказал он. Лу заметила грусть в его голосе. Чжи Руо смутилась и извинилась. И Сяо Чжань поспешил успокоить ее. Когда Чжи Руо ушла, чтобы поговорить с работниками, Лу спросила Сяо Чжаня, все ли у него в порядке. — Все нормально. — Ты исчез с того показа, не попрощавшись. Но оставил нам божественно выглядящего Ибо. Сяо Чжань нервно закусил губу. — Пожалуйста, скажи мне, что только тебе показалось, что Ибо так выглядел из-за меня… — Ну, я в курсе вашей истории. Но никто бы не посмел обвинить вас в чем-либо. Большинство восприняли его вид, как будто так и было задумано. На Ин настаивала именно на таком объяснении. — Она сильно рисковала. — Ли А-Кум помогла ей с этим. Разве это не любопытно? На-цзе уже рассказала ему, что невеста Ибо не выглядела обеспокоенной его состоянием, и даже подыграла им, взяв на себя ответственность за внешний вид своего жениха. Но именно эта конкретная информация о ее помощи, была новостью для Сяо Чжаня. — Что ты знаешь о Ли А-Кум и Ибо? Ты не должна ничего говорить, если не хочешь. — поспешил заверить он. Сюань Лу загадочно улыбнулась. — Лу... их помолвка? Она, настоящая? — спросил Сяо Чжань. — Тебе лучше спросить его самого. Сяо Чжань громко вздохнул. — Я знаю. Прости меня. — он с любовью посмотрел на нее. — Спасибо, что ты всегда поддерживаешь меня. Сюань Лу ущипнула его за щеку. — Ты мой дорогой А-Сянь, разве ты забыл? Как я могу не поддерживать тебя? К тому же, я всегда думала, что вы идеально подходите друг другу. — Но я его потерял. — Так сложились обстоятельства. Не вини себя. Сначала Сяо Чжань не собирался никому рассказывать правду о причинах расставания с Ибо. Но Лулу так волновалась за него, что он решил все ей рассказать. Она была прекрасным человеком, и никогда его не осуждала. Просто выслушала его, посочувствовала ему, и пожелала ему набраться терпения. Сяо Чжаню очень повезло, что рядом с ним были На-цзе и Сюань Лу. Фотосессия заняла весь день. Было уже около шести вечера, когда Сюань Лу попрощалась, и На-цзе появилась в студии. Они поговорили о делах, а потом перешли к более деликатным вопросам. — Перестань хмуриться. Хочешь покрыться морщинами раньше времени? — отругала она его. Сяо Чжань поморщился. — Я уже старый. — Ох, а кто тогда я? Мумия? Они оба рассмеялись. — Сяо Чжань, не волнуйся. Кроме нескольких сайтов сомнительного происхождения и некоторых фанатов, которые рады были видеть, что вы с Ибо снова дышите одним воздухом, никто не может нам навредить. — Я беспокоюсь о нем. Я старше. И должен лучше контролировать себя. И все наши разговоры настолько полны загадок… это сводит меня с ума. — признался Сяо Чжань. — Ну, вы же и раньше любили общаться загадками. Так что какая теперь разница? — Разница в том, что когда мы были вместе, у нас не было секретов. А сейчас… — Ты не можешь винить его, ведь ты сам долгое время скрывал от него правду. Сяо Чжань глубоко втянул воздух. — Я никогда не буду ни в чем обвинять Ибо. Я знаю, что я причина всего. — Снова ты со своей привычкой, тащить всю тяжесть мира на себе. — отругала его На-цзе. — Сяо Чжань, ты всего лишь человек. Не забывай об этом. Кстати, у меня для тебя сюрприз. Помнишь того художника, о котором я тебе говорила? Болин? Все его работы готовы к выставке, но галерея откроется только на следующей неделе. Я уговорила его открыть ее персонально для тебя. Сяо Чжань чуть не подпрыгнул от счастья. — Ты не шутишь? Он позволит мне увидеть его работы до того, как они будут выставлены? — Да. Он у меня в долгу. — На-цзе, ты, вообще, настоящая?! Болин был художником, в основном работающим с графическим дизайном, одним из самых больших увлечений Сяо Чжаня. Его любимой темой был космос и звезды. Сяо Чжань был большим поклонником его работ, почти фанатом. Возможность увидеть выставку персонально и раньше всех невероятно вдохновила его. — Машина ждет тебя внизу. — с улыбкой сказала На-цзе. — Болин встретится с тобой лично. Тебе надо отдохнуть. Это мой подарок тебе. Чего ты ждешь? Иди! Ей не нужно было повторять дважды. Сяо Чжань переоделся в более удобную одежду, и надев кепку и маску, вышел. Он расслабился, но пребывал в предвкушении от посещения галереи. Он снял маску только тогда, когда вошел в галерею. Болин уже ждал его у дверей, улыбаясь. — Сяо Чжань. Приятно видеть вас здесь. — поприветствовал его Болин. — Это мне приятно! — Сяо Чжань выглядел как ребенок в магазине игрушек. — Спасибо, что сделали мне такой подарок. Болин улыбнулся еще шире. — Я твой фанат. И я боюсь отказывать На-цзе. Она может быть очень настойчивой, когда хочет. — пошутил он. Сяо Чжань рассмеялся. — Я знаю, что вы имеете в виду. Болин был на год моложе его, но богемная манера одеваться и вести себя, заставляла его выглядеть еще моложе. Он был таким же высоким, как Сяо Чжань. У него были черные, растрепанные волосы до плеч. Он был чрезвычайно привлекательным мужчиной, и Сяо Чжань чувствовал себя немного неловко, пока Болин водил его по залам и рассказывал о своих творениях. Но лучшая часть выставки была еще впереди. Они вошли в совершенно темную комнату. Болин неожиданно взял Сяо Чжаня за руку и провел его в центр. Как только они вошли в центральный круг, комната наполнилась звездами, как планетарий. Сяо Чжань смотрел на это с удивлением и благоговением. Очертания созвездий подсвечивались одно за другим, пока только созвездия Весов и Льва не стали светиться ярче всех. Сяо Чжань затаил дыхание. — Мило, не так ли? Сяо Чжань тяжело сглотнул, его глаза наполнились слезами. Почему именно созвездия Весов и Льва выделялись среди остальных? Могло ли это быть просто совпадением? Он хотел спросить, но боялся. — Да. — наконец ответил Сяо Чжань надломленным голосом. Болин подошел ближе к Сяо Чжаню и практически прошептал ему на ухо: — Это было сделано с мыслями о вас. Сяо Чжань потерял дар речи. Он был в смятении. — Достаточно, Болин. — Серьезный и раздраженный голос эхом разнесся по комнате. — Тебе знакомо понятие личного пространства? Или я что-то прерываю? Болин засмеялся и отошел от Сяо Чжаня. — Ты вмешался в представление кульминации моей выставки. — сказал Болин. — А по лицу ты не хочешь получить? Болин расхохотался еще больше. — Как страшно. Ладно, ладно. Я ухожу. Он весь твой. Сяо Чжань услышал удаляющиеся шаги Болина. Сам же он так и стоял на месте, не поворачиваясь. Его сердце бешено колотилось, а во рту пересохло. — Ты даже не посмотришь на меня, Чжань-гэ? Сяо Чжань медленно повернулся на дрожащих ногах. Он увидел силуэт Ибо в нескольких шагах от него. Окутанный светом звезд, Ибо выглядел как нереальное видение. Он был одет в джинсы, белую футболку и кроссовки. Слегка волнистые светлые волосы обрамляли его лицо. Когда Сяо Чжань привык к рассеянному свету, он также смог заметить блеск карих глаз. — Ибо. – позвал он, все еще не веря, что он действительно видит его. — Чжань-гэ. Ибо подошел, и каждый его шаг отдавался эхом в сердце Сяо Чжаня. — Что… — попытался сказать Сяо Чжань. — Что ты здесь делаешь? Ибо остановился рядом с ним. Он выглядел таким же взволнованным, как и Сяо Чжань. Он глубоко вздохнул. — Я не смог приехать раньше. И мерзавец Болин этим воспользовался. — сказал Ибо больше себе, чем Сяо Чжаню. — В общем… Сяо Чжань. Это отправная точка нашей встречи. Ты поужинаешь со мной? Сяо Чжань чуть не задохнулся. Его руки дрожали, а губы сжались от волнения. Он все еще пытался понять, что здесь происходит, и признать тот факт, что Ибо был здесь, и организация персонального посещения галереи была его рук делом, а не На-цзе или Болина. Ибо. Это Ибо устроил проекцию их созвездий. — Сяо Чжань? Он уловил неуверенность в голосе Ибо. И его сердце растаяло. Он медленно расплылся в улыбке, полной счастья и тоски одновременно. — Я согласен. Услышав вздох облегчения со стороны Ибо, Сяо Чжань широко улыбнулся. Ибо переплел их пальцы вместе и тоже улыбнулся. — Тогда идем.