Необузданный

Сяо Чжань был весьма впечатлен тем, что Ибо не сжег омлет, который он приготовил на завтрак. Они почти не говорили во время еды, но после того, как они прибрали кухню за собой, уселись на диван, готовые уладить все недоразумения раз и навсегда. Но ни один из них не знал, с чего начать. — В тот день, когда меня вызвали в кабинет Дай Ю, я думал, что это будет просто очередной выговор. — наконец заговорил Сяо Чжань. — Но то, что она мне сказала, было намного хуже, чем я ожидал. Сяо Чжань рассказал о том, что произошло в тот день, когда его мир рухнул, и о их совместных фотографиях, которые были использованы для шантажа. Ибо внимательно его слушал, то и дело нервно сжимая и разжимая кулаки. Он хмурился и был заметно напряжен. — Я избегал тебя, как только мог, потому что мне не хватало смелости бросить тебя. — пробормотал Сяо Чжань. — Но ты все равно меня бросил. — Потому что я не видел другого выхода. — попытался оправдаться Сяо Чжань. — Что я мог сделать? Я был у нее в руках. Одно дело разрушить мою карьеру, но она угрожала твоей… я не мог позволить ей сделать это. Ты так много работал, чтобы достичь всего. Весь мир был у твоих ног. Я бы никогда себе не простил, если бы ты потерял все из-за меня. — Не из-за тебя! — сердито воскликнул Ибо. — Мы были вместе. Я хотел быть с тобой. Именно я был тем, кто втянул тебя в эти отношения. — Я был с тобой по собственному желанию, Ибо. Ты никогда не заставлял меня что-либо делать. — Я тоже. Я был с тобой, хотя знал, как тяжело это может быть для нас обоих. Но я был слишком наивен, и даже не мог предположить, что может случиться что-то подобное. Что кто-то будет шантажировать нас тем, что мы вместе. Так что, никогда не говори мне, что это была твоя вина. Ибо взял Сяо Чжаня за руку и сжал ее. — Когда ты сказал мне, что больше не любишь меня, я, буквально, сошел с ума. Но ни на мгновение не поверил этому. Потому что я знаю тебя, Чжань-гэ. Все в твоем поведении говорило о том, что ты врешь. Я просто не мог понять, почему. — Ибо глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — Я возненавидел тебя. И я, действительно, имел это в виду, когда сказал, что никогда больше не буду искать тебя. Но я также понимал, что такое внезапное решение могло иметь какое-то отношение к твоему агентству. Момент был весьма подходящим. Ты целый год боролся, чтобы уйти от них, и они тебя не отпускали. И вдруг, когда ты на вершине карьеры, они разрывают с тобой контракт, и ты прячешься от всего мира. Это казалось бессмысленным. Потом я заболел, так сильно, что мои родители стали сильно волноваться. И тогда мама мне все рассказала. Сяо Чжань округлил глаза от удивления. Почему он не подумал об этом раньше? Ведь он сам, по просьбе своей матери, звонил матери Ибо, чтобы объяснить ей все происходящее. Это было правильным решением, поскольку мать Ибо приняла его, как своего собственного сына. Он хотел, чтобы у Ибо был бы кто-то, кто мог позаботиться о нем и утешить, если будет нужно. Но Сяо Чжань не ожидал, что она все расскажет Ибо, особенно учитывая то, что он очень просил ее держать все в секрете. — Она рассказала мне только потому, что хотела, чтобы я не натворил глупостей. — Каких глупостей? — сердце Сяо Чжаня замерло. — Это не важно. — отмахнулся Ибо. — Это очень важно. — теперь уже Сяо Чжань сжал руку Ибо. — Диди, что ты натворил? — Я перестал заботиться о своей безопасности. Начал сильно рисковать на гоночной трассе. Она это заметила. — пробормотал Ибо. — Хотя я не делал это специально. Сяо Чжань порывисто обнял его, и Ибо так же сильно обнял его в ответ. — В конце концов, ты был прав, что не сказал мне. Потому что моей первой реакцией, когда я услышал правду, было ворваться в офис этой проклятой тетки, и сказать ей все, что я о ней думаю. А следующим порывом было, расстаться со своим агентством и послать все к черту! — сказал Ибо. — Если бы моя мать не остановила меня, я бы так и поступил. Только тогда я понял, насколько я был наивен и самонадеян. Если бы я сделал то, что хотел, стало бы хуже нам обоим. Это меня сильно задело. Я ненавидел самого себя за то, что был так молод, и за то, что не имел достаточно сил, чтобы бороться. Я ненавидел себя за то, что не смог защитить ни тебя, ни себя. — Я не хотел, чтобы ты знал. И я не мог тебе ничего рассказать. Потому что, все это время, мне было запрещено видеться с тобой. — сдавленным голосом пробормотал Сяо Чжань. — Чжань-гэ, — Ибо слегка отстранился, чтобы посмотреть в его заплаканные глаза и погладить по лицу. — Ты когда-нибудь задумывался, почему Дай Ю хотела забрать тебя у меня? Ровно на три года? И почему мое агентство ввязалось в эту грязную игру? Сяо Чжань нахмурился. — Я всегда думал, что это из-за того, что Дай Ю меня ненавидела. И потому что терпеть не могла саму идею гомосексуальных отношений. Потому что, раз она смогла раздобыть те снимки, кто-нибудь другой тоже мог. И это грозило скандалом. Ибо отрицательно покачал головой. — И тем не менее она шантажировала тебя скандалом. — указал на очевидный факт Ибо. Сяо Чжань совсем запутался. — Тогда почему? Ибо громко вздохнул. — Сначала я не мог понять. Я знал, что у нее всегда были проблемы с тобой, но не со мной. — Да, в тот день я узнал, что причиной всего был ее внебрачный сын. — Айгуо Бай. — Верно. А ты откуда знаешь? — Потому что шоу бизнес полон сплетен. Было не так уж трудно об этом узнать. Но это были только слова, без доказательств. Айгуо Бай ненавидит тебя. Поэтому, когда ты начал становиться популярным, он использовал влияние Дай Ю, чтобы устранить тебя. Это объясняет, почему тебя шантажировали, но, не почему заставили порвать со мной. Сяо Чжань всегда думал, что держать его на расстоянии от любимого, было просто жестоким способом наказать его. Но, если подумать, то трехлетний срок, просто не имел смысла. Зачем было ставить такое условие? — Я случайно узнал об этом, когда разговаривал со своим помощником. Мой контракт с агентством истекает в этом году, и я могу либо возобновить его, либо порвать с ними. И правда в том, что я всегда хотел порвать с ними. Я знаю, что мое агентство работает как в мою пользу, так и против меня. Когда они думают, что я «сбиваюсь с пути», они находят способ вернуть меня в нужное им русло. — Я всегда знал, что наши агентства заботятся только о своей выгоде. Но… почему твое агентство тоже хотело разлучить нас? — ошеломленно спросил Сяо Чжань. — Я всегда выкладываюсь на работе на сто процентов, потому что я профессионал. Но все знают, что я недоволен президентом моего агентства, и тем, как она ведет дела. У меня никогда не было намерения оставаться с ними, когда мой контракт истечет. Агентство Дай Ю хочет, чтобы я работал на них. И они будут использовать те же фотографии, которыми шантажировали тебя, чтобы убедить меня сменить агентство. Как только мой контракт истечет, они начнут меня шантажировать. Это будет настоящая битва. Сяо Чжань едва мог поверить в то, что только что услышал. — Но я не понимаю. Какое отношение ко всему этому имеют наши отношения? Ибо вздохнул. — Мое агентство не хочет меня потерять, потому что я, как курица, несущая золотые яйца. Я нужен агентству Дай Ю, но они не хотят портить мой имидж. Это не пошло бы им на пользу. Это было совершенно верно. Ибо стоил гораздо больше, чем Сяо Чжань. И иметь его в агентстве было чрезвычайно выгодно. — Но зачем им держать меня в стороне от тебя? — Потому что я люблю тебя, и никогда этого не скрывал. Все мои чувства к тебе были написаны у меня на лице. — небрежно заявил Ибо. — Если бы ты рассказал мне, что случилось, если бы мы продолжали быть вместе, я бы все бросил, чтобы быть с тобой. Даже не задумываясь. В моем агентстве знали об этом. Разделив нас, они надеялись, что я останусь с ними на дольше. Если бы мы оставались вместе, они боялись, что ты повлияешь на меня, и я открою собственную студию, как это сделал ты. И это именно то, что я бы и сделал. В глубине души Сяо Чжань всегда боялся, что он скажет и сделает именно это. Его Ибо всегда был прямолинеен. Если он решал, что он хочет чего-либо, он стоял на своем. Сяо Чжань знал об этом. И именно поэтому, он никогда бы не позволил Ибо бросить все ради него. — Ты винишь себя, Чжань-гэ, но я думаю, что самый настоящий виновник всего — это я. — Нет! — поспешил опровергнуть его слова Сяо Чжань. — Это нелепо. Почему это только твоя вина? Мы оба являемся жертвами жадности других людей. — Да просто посмотри любое видео, на котором мы вместе, чтобы понять, что я чувствую. Я же не могу оторвать от тебя глаз. — Я тоже никогда не мог контролировать свои чувства, когда мы были вместе. Так что, мы оба виноваты. — Что подводит нас к другой проблеме… кто-то нам завидовал… — продолжил Ибо, тщательно подбирая слова, что совсем не понравилось Чжаню. — Кто-то, кто… тоже хочет меня, и не только потому, что я приношу выгоду. Этот человек хочет обладать мной, как если бы я был вещью. И пробовал это не один раз. У Сяо Чжаня вся кровь отлила от лица, когда он это услышал. — Что? Кто это? В карих глазах Ибо было заметно беспокойство, ему нелегко было рассказывать об этом. — Диди, расскажи мне, что случилось. — умолял Сяо Чжань с отчаянием в голосе. Ему совсем не нравились ужасные мысли, пришедшие ему в голову. — Этот человек… Дай Ю? — Нет. Но имеет к ней отношение. — Ибо провел языком по пересохшим губам. Глубоко вздохнув, он признался: — Это Айгуо Бай. Дыхание Сяо Чжаня стало прерывистым, а глаза покраснели от ненависти. — Что он сделал? — Чжань-гэ… — ЧТО ОН СДЕЛАЛ? — выкрикнул Сяо Чжань, не в силах себя контролировать. — Обещай мне, что ничего не сделаешь, и дашь мне договорить. — Ибо! Что он сделал? — настаивал Сяо Чжань. — Он домогался меня. Не один раз. Сяо Чжань больше ничего не видел перед собой. Он знал, что Ибо зовет его, но все его мысли были только об одном: убить ублюдка, посмевшего прикоснуться к Ибо.