Необузданный

— Я убью этого ублюдка! — крикнул Сяо Чжань. Он был в бешенстве, и все чего хотел, это найти Айгуо Бая и избить его. — Сяо Чжань! Чжань-гэ! Послушай меня! — Ибо схватил его за руку, когда он решительно направился к входной двери. — СЯО ЧЖАНЬ! Ибо встал перед ним, не давая выйти и крепко сжал лицо Сяо Чжаня в ладонях, пристально глядя ему в глаза. — Чжань-гэ, выслушай меня. Я сказал, что он только пытался, а не то, что ему это удалось. — Сколько раз? — рвано дыша, спросил Сяо Чжань. — Чжань-гэ… — Сколько раз? — гневно настаивал на своем Сяо Чжань. — Пытался ли он приставать к тебе на последнем показе? Ибо прикусил губу, и Сяо Чжань заметил неуверенность в его глазах. Сяо Чжань не был тем, кто был травмирован этими событиями. И его гнев ничем не помог бы в этой ситуации, а только загнал бы Ибо в угол. Он сделал глубокий вдох, чтобы взять себя в руки, а затем ласково погладил запястья Ибо, который все еще держал его лицо в своих ладонях. А потом поднес их к своим губам, нежно целуя. — Прости. — пробормотал он. В нем все еще кипел гнев, но он не имел права направлять его на Ибо. — Чжань-гэ. — Ибо прижался к нему, обнимая. — Он пытался… раза три, в разное время. Но я могу за себя постоять. К тому же, после первого раза, Ки Чжэн буквально стал моей тенью, где бы я не был. Айгуо Бай пытался поцеловать меня, но это все, что ему удалось. Ибо отступил немного назад, и посмотрел в темные от ярости глаза Сяо Чжаня. — Ты знаешь, когда я понял, что он ненавидит тебя из-за меня, я подумал, что это даже хорошо, что мы не были вместе…? — слабым голосом признался Ибо. — Потому что в этом случае я мог быть уверен, что ты в безопасности, и он больше не сможет навредить тебе. Ты обвиняешь себя, но вся вина лежит на мне. — Нет, Ибо! Не говори так! Ты ни в чем не виноват. — поспешно возразил Сяо Чжань, и выражение его глаз тут же смягчилось. — Я всегда ненавидел тебя за то, что ты был трусом, но за эти годы я и сам стал им. Потому что, хоть я и очень хотел тебя увидеть, я тоже боялся. Я так боялся, что он может тебе навредить. И все еще боюсь. Когда я увидел вас разговаривающими на том показе… Сяо Чжань почувствовал себя еще хуже от осознания того, что он тогда, практически, атаковал Ибо в туалете, когда все, что тот хотел сделать, это защитить его. — Сяо Чжань, я уже знаю, о чем ты думаешь. Остановись. — Но… — Слушай меня внимательно. — сказал он, сверкнув глазами. Он обхватил лицо Сяо Чжаня ладонями и посмотрел ему прямо в глаза. — Весь мой гнев в тот день был направлен на Айгуо Бая. И я не жалею ни о чем, что произошло между нами. Ты понял? Сяо Чжань кивнул, хотя на сердце у него было тяжело. — А он пытался приставать к тебе на том показе? — настаивал на своем Сяо Чжань. — Нет. Но когда я увидел, что он приближается к тебе, я потерял над собой контроль. Я испугался. Он же психопат. — продолжил Ибо. — И, видимо, имеет большую власть над своей матерью, которая покрывает все его выходки. Я его не боюсь. Но я всегда боялся, что он что-то сделает с тобой. — Приставал ли он к тебе, когда мы еще были вместе? — спросил Сяо Чжань, заранее боясь ответа. — Нет. Только после. У Сяо Чжаня не было причин сомневаться в Ибо, так как тот всегда был очень честным в своих чувствах. Он прислонился к его лбу своим и провел пальцами по его волосам. — Я не могу перестать думать о том, что он мог что-то сделать с тобой. Что он пытался поцеловать тебя. — он закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Ибо в ответ только невесомо поцеловал родинку под его губой. — Если тебя это утешит, в тот раз он получил от меня по лицу. И пинок под зад, во второй раз. На третий раз вмешался Ки Чжэн, и мне пришлось его удерживать, чтобы он не сломал Айгуо Бая пополам. Услышав это, Сяо Чжань действительно ощутил некоторое удовлетворение. И подумал, что, когда в следующий раз он увидит Ки Чжэна, должен будет поблагодарить его. — Как бы мне хотелось, чтобы тебе не пришлось проходить через все это. — сказал Сяо Чжань, глядя Ибо в глаза. — Я должен был это заметить. Айгуо Бай всегда относился ко мне с презрением, но я не ожидал, что он будет таким мерзким. — Ты не мог знать, Чжань-гэ. И к тому же, он уже давно не приставал ко мне. Возможно, он просто выжидает, когда его агентство попытается переманить меня шантажом… — А как ты узнал обо всем этом? — Ты же знаешь это клише о супер злодеях, которые любят слишком много говорить? — Ибо горько рассмеялся. — Айгуо Бай как раз из таких. Когда я ясно дал ему понять, что никогда не буду его, он только рассмеялся и заверил меня в том, что у меня просто нет выбора. А потом рассказал мне весь их гнусный план с шантажом. — Если бы я только знал об этом раньше… если бы я знал об этом в день того показа… — Сяо Чжань непроизвольно сжал кулаки. — Хорошо, что ты не знал. — Я не могу даже думать о том, что он прикасался к тебе… — Не думай об этом. — Как я могу не думать об этом? Ибо поцеловал его. — Подумай о нас. Я хочу быть с тобой, несмотря ни на что. Сяо Чжань поцеловал его в лоб, затем в кончик носа и, наконец, в приоткрытые сочные губы, которые с нетерпением ожидали его прикосновения. — Не бросай меня больше. — дрожащим голосом прошептал Ибо, со слезами на глазах. — Второй раз, я этого просто не вынесу. — Думаешь, я смогу жить без тебя? Никогда больше. — заверил его Сяо Чжань. — Я никогда больше не позволю никому вмешиваться в наши отношения. Тем более, таким гнилым людям. Но, диди, если случится худшее… ты уверен, что готов к последствиям? — А ты? — ответил вопросом на вопрос Ибо. — Я уже говорил это раньше, и повторю еще раз. Если мне придется бросить все, чтобы быть с тобой, я сделаю это даже не задумываясь. Если мне придется начать все заново, заняться чем-то другим, я сделаю это. Меня это совершенно не пугает. — Но ты еще так молод… — Не начинай снова. — пробурчал Ибо. — Ненавижу, когда ты говоришь о нашей разнице в возрасте. Что с того, что я молод? Я отлично знаю, чего я хочу. Я знаю, что я чувствую. Мои чувства к тебе не изменились за годы нашей разлуки. Это тебе ни о чем не говорит? — Я чувствую неуверенность из-за нашей разницы в возрасте… я никогда этого не отрицал. Потому что я думаю, ты заслуживаешь лучшего. — Лучшего? Лучше, чем добрый, умный, талантливый, любящий мужчина, который стоит сейчас передо мной? Лучше, чем человек, который пожертвовал своей карьерой ради меня? Потому что, это то, что ты сделал. Думаешь, я не знаю, что ты скучаешь по пению? — слова Ибо так растрогали Сяо Чжаня, что из его глаз потекли слезы. — Как ты смеешь так себя унижать? И как ты смеешь сомневаться в моей любви, только потому, что я моложе тебя? И тогда то, что Сяо Чжань не мог выразить словами, он компенсировал действиями. Он поднял Ибо на руки и поцеловал так, что оба начали задыхаться от возбуждения. Ибо обвил ногами бедра Сяо Чжаня, пока тот шел вместе с ним к дивану, ни на секунду не разрывая поцелуя. Сяо Чжань уложил его на диван, отстраняясь только для того, чтобы раздеть их обоих. Он накрыл Ибо своим телом и сказал: — Я готов на все, чтобы защитить тебя. Меня не волнует моя карьера. Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности. — Чжань-Чжань, вбей в свою дурную голову раз и навсегда, что я люблю тебя, и что я бы бросил все, чтобы быть рядом с тобой. — горячо заверил его Ибо. — Ты тоже вбей себе в голову, что именно потому, что я люблю тебя, я никогда не попрошу тебя чем-либо жертвовать ради меня. — Тогда мы зайдем в тупик. Сяо Чжань не мог перестать целовать его соблазнительные губы. — Нет. Потому что я больше никогда не оставлю тебя. Несмотря ни на что. Я слишком сильно хочу тебя. Навсегда. Ибо в ответ нежно поцеловал его. — Тогда оставайся со мной навсегда. Потому что я твой. Всегда был. С самого первого взгляда. С самой первой улыбки. — прошептал он. Они неспешно целовались и любили друг друга. Сяо Чжань осыпал чувственными поцелуями шею Ибо, затем перешел на соски и живот, пока не нашел то, что хотел. Он уткнулся носом в его кожу, вдыхая мускусный запах Ибо и еще сильнее возбуждаясь. Облизал напряженный член из которого уже вытекали первые капли преякулята и пососал головку, проводя языком по щели. Ибо двигал бедрами в такт его движениям. Он громко стонал, еще больше распаляя Сяо Чжаня, который ускорился, заводя Ибо до такой степени, что тот безостановочно бормотал его имя и все известные ему ласковые прозвища. — А... Чжань... Чжань-гэ… гэгэ… сонбэ… нет… я сейчас кончу… Чжань-Чжань… я сейчас кончу… я хочу тебя во мне… — Тогда кончай… — пробормотал Сяо Чжань, почти не отрывая губ от члена Ибо, что заставило того вздрогнуть и бурно кончить. Чжань проглотил всю сперму, сладковато-цитрусовую на вкус. А Ибо схватил его за волосы и потянул вверх. Сяо Чжань не дал ему сразу поцеловать себя, так как хотел полюбоваться произведением искусства, которым стал Ибо после оргазма. Его губы были красными и припухшими, лицо раскраснелось, а глаза расширились, полностью поглощенные моментом. Сяо Чжань и не подозревал, что Ибо точно так же восхищался им тоже. С нетерпеливым стоном Ибо зарылся пальцами в его черные волосы, атаковав губы Сяо Чжаня страстным поцелуем. Они поменялись местами, и Ибо принялся облизывать член Сяо Чжаня. Он сосал и облизывал его с таким напором, что Сяо Чжань чуть не кончил ему в рот. Но Ибо явно хотел, его внутри себя. Он оседлал Сяо Чжаня, медленно опускаясь на него, чувствуя как член Чжаня постепенно проникает в него. Он сжался вокруг его члена, чем вызвал мучительный стон у них обоих. Наконец, он полностью принял его в себя, раскачиваясь на нем и приводя Сяо Чжаня в экстаз своими движениями. Сяо Чжань был просто в восторге от этой позиции. — Диди, ты прекрасен. И весь мой. — Да. Весь твой, только твой. — простонал Ибо. Его движения стали быстрыми и вразнобой с Сяо Чжанем, который яростно насаживал его на себя. Ибо снова возбудился, и как только почувствовал, что Сяо Чжань кончил внутри него, тоже излился ему на живот. Ибо осторожно слез с него, падая на его тяжело вздымающуюся грудь. Вся комната пропахла сексом. Сяо Чжань погладил его взмокшие от пота светлые волосы и поцеловал в лоб, прежде чем обнять. — Кажется, я должен тебе новый диван. — спустя какое-то время сказал он. Ибо только радостно рассмеялся. — Этот диван не сдвинется с места, не после того, как мы смешали нашу сперму на нем. В этот раз рассмеялся Сяо Чжань. — Ты такой пошлый. — поддразнил он Ибо, кусая его за щеку. — Но тебе это нравится. — Не нравится. Я люблю тебя. — серьезно сказал Сяо Чжань. Глаза Ибо блеснули. — Чжань-гэ, wǒài nǐ. Тон его голоса сильно отличался того, каким он был во времена Неукротимого, когда Ибо постоянно повторял эту фразу, чтобы дразнить Сяо Чжаня. Теперь его тон был нежным, но решительным, не было и намека на поддразнивание. Он словно заверял Сяо Чжаня, что отныне они будут вместе противостоять всему, что может встретиться на их пути, как бы трудно это ни было. — Диди, wǒài nǐ.