Необузданный

Ибо никогда не отличался особым спокойствием, и этот раз не был исключением. Слово отдых словно не существовало в его словаре. Он был очень беспокойным. Сяо Чжань изо всех сил старался сдерживать его, ведь он все еще восстанавливался после серьезной аварии. Но удерживать руки Ибо вдали от его тела было весьма трудной задачей, учитывая то, как они оба буквально загорались от взаимных прикосновений. Было только две вещи, которые заставляли Ибо вести себя прилично. Сяо Чжань купил ему эксклюзивный набор ЛЕГО, и они провели часть дня, ломая голову над сборкой миниатюрного мотоцикла. Увидев радость Ибо, когда он подарил ему этот набор, ему захотелось тут же запрыгнуть на него и заняться любовью прямо здесь и сейчас. Но поскольку, он пытался добиться прямо противоположного, то есть, держать руки подальше друг от друга, Сяо Чжань сдерживался, как мог. То, что больше всего помогло в этом, это прибытие матери Ибо ближе к вечеру. Ее визит застал их обоих врасплох, потому что Ибо сказал ей, что он не нуждается в ее помощи, так как у него есть кому о нем позаботиться. Но поскольку он не сказал ей, кто именно, она решила, что он солгал, чтобы не беспокоить ее, что и побудило ее нагрянуть с визитом и материнской заботой: с едой и домашними лекарствами. В то время как у Ибо ее визит вызвал смешанное чувство счастья и раздражения, Сяо Чжань чувствовал себя застигнутым врасплох. Он покраснел и не мог вымолвить ни слова, а Ибо имел наглость сфотографировать этот момент для потомков. — Ибо, веди себя прилично, — сказала госпожа Ван. — Сяо Чжань, как приятно снова тебя видеть. Пожалуйста, позаботься о моем мальчике. Разрешаю тебе оттаскать его за уши, если будет нужно. Госпожа Ван поужинала с ними, и Сяо Чжань воспользовался возможностью, чтобы извиниться за все, что случилось в прошлом, и за то, что он снова встречается с Ибо, несмотря на то, что он был помолвлен. — Я тоже должна извиниться, потому что, все рассказала Ибо. Но у меня просто не оставалось другого выбора тогда… — Извините меня. За все страдания, которые я причинил. — грустно сказал Сяо Чжань. — Ты сделал то, что должен был сделать. Кто может знать заранее, что правильно, а что неправильно. Мы принимаем решения основываясь на настоящем моменте, не зная, во что это может вылиться в итоге. Ты решил защитить моего мальчика ценой собственной карьеры. Как я могу тебя за это осуждать? Сяо Чжань смотрел на женщину, которую считал своей второй матерью, с любовью и восхищением. — Меня очень беспокоит здоровье сына. — продолжила госпожа Ван. — Это была ужасная авария. Ибо, ты уверен, что хочешь продолжать участвовать в гонках? Тебе не кажется, что этого уже достаточно? Твое падение добавило столько седины в мои волосы. — Мама… мы уже говорили об этом. Я пока не хочу прекращать. — ответил Ибо, стараясь выглядеть взрослым, но звуча, как капризный ребенок. — Это была случайность. Больше этого не повторится. И я знаю, как позаботиться о себе. Сяо Чжаню захотелось взъерошить ему волосы. Он был согласен с госпожой Ван, но они оба знали, как важны для Ибо гонки, и как сильно ему нужен адреналин. — Ты всегда был очень независимым, и мы с твоим отцом всегда давали тебе свободу выбора. Но будь поосторожнее. — сказала она серьезно. Ибо только кивнул. В его взгляде был намек на вызов, но он промолчал. Ведь это была правда, его родители всегда поддерживали своего сына. Даже его отношения с Сяо Чжанем были приняты без вопросов. — А ты, Сяо Чжань? Что ты думаешь о фальшивой помолвке Ибо? Я была вынуждена принять ее, хотя мне это совсем не нравится. — Мама, мы уже говорили об этом. — Ну, я… — попытался сказать Сяо Чжань, но Ибо перебил его. — Это только временно. Ей была нужна помощь. Это было выгодно для нас обоих. — Тем не менее, вы с Сяо Чжанем снова вместе, не так ли? Не пора ли покончить с этой помолвкой? Если она временная… временная, до каких пор? — Я скоро все исправлю. Не переживай. — Ты не обо мне должен переживать, а о мужчине рядом с тобой. Ибо и Сяо Чжань покраснели по разным причинам. Мать Ибо всегда была более прямолинейной, чем мать Сяо Чжаня, и ей всегда удавалось лишить его дара речи. В этом мать и сын были очень похожи. Ибо же, рассердился из-за того, что его решения подвергались сомнению. — Я знаю об этом. — Ибо взглянул на Сяо Чжаня. — Ты ведь доверяешь мне? Сяо Чжань чувствовал себя как под микроскопом. — Задавая вопрос таким образом, как ты думаешь, что он тебе ответит? — отругала его мать. — Все хорошо. — поспешил ответить Сяо Чжань. — Я доверяю Ибо. Он не доверял Ли А-Кум, но об этом никому не обязательно было знать. Кроме того, в этот момент не Ли А-Кум была наибольшей проблемой, а Айгуо Бай и его мать. Госпожа Ван, казалось, прочитала мысли Сяо Чжаня. — А что насчет проблемы, из-за которой вы расстались раньше? Все уже решено? Ибо и Сяо Чжань обменялись виноватыми взглядами. Ничего не было решено. И если они не найдут решение в ближайшее время, три года вдали друг от друга были просто бесполезной тратой времени. — Очевидно, что нет. — сказала наблюдательная госпожа Ван. — Я полностью поддерживаю вас обоих. Я всегда была на вашей стороне. Но если вы не решите эту проблему, как вы собираетесь двигаться дальше? — Важно то, что на этот раз, мы будем бороться вместе. — заявил Ибо с уверенностью, заставшей Сяо Чжаня врасплох. — Несомненно. Я не собираюсь прятаться на этот раз. — также заявил Сяо Чжань. Набравшись смелости, он взял Ибо за руку и сжал ее. Ибо заметно расслабился и мило ему улыбнулся. Заметив их действия, госпожа Ван тоже улыбнулась. Однако ее лицо все еще выражало озабоченность. — Надеюсь, вы знаете, что делаете. — Мы знаем. — одновременно ответили они. Что касается Сяо Чжаня, он был уверен, что оставит Ибо только если его насильно от него оторвут. Ибо, похоже, чувствовал то же самое. После ужина госпожа Ван помогла им вымыть посуду, а затем удалилась в комнату для гостей. Когда они остались одни в комнате, они посмотрели друг на друга. — Мне лучше поехать в гостиницу. — сказал Сяо Чжань. — Ничего подобного. Ты всегда оставался со мной, когда мы приезжали в дом моих родителей. Я не хочу ничего менять. — Это не то же самое. В то время я спал в гостевой комнате. — Как будто мои родители не догадывались, что как только они лягут спать, я пробирался в твою комнату. — сказал Ибо с озорной улыбкой. Сяо Чжань почувствовал, как его лицо вспыхнуло. — Ну, по крайней мере, у меня там была гостевая комната… Ибо взял его за руку и притянул ближе к себе. — Чжань-гэ, ты не пойдешь никуда кроме нашей спальни. — Нашей спальни? — Чжань не мог сдержать улыбку, когда услышал эти слова. — Нашей. — прошептал Ибо, прежде чем подвинуться ближе и украдкой поцеловать. — Тем не менее, мы должны уважать твою мать. — попытался возразить Чжань. — Она никоим образом не подвергается неуважению. Сяо Чжань все еще не был полностью уверен, и Ибо начал нежно целовать его в губы. Он осыпал поцелуями его щеки, шею, и, наконец, родинку под нижней губой. Сяо Чжань вздохнул, сдаваясь. — Ты нечестно играешь, Бо-ди. — пробормотал он прямо ему в губы. — А должен? — Такой дерзкий. — Но тебе это нравится. Это было последней каплей. Сяо Чжань отпустил себя и слился с Ибо в восхитительном поцелуе. Они ласкали языками рты друг друга так, будто от этого зависело все их существование. Они зашли в свою комнату, стараясь не слишком шуметь. Несмотря на недавние поцелуи и огромное желание обладать друг другом, Сяо Чжань все еще пытался убедить Ибо вести себя прилично. Но, в конце концов, Ибо его переубедил. С озорной улыбкой Ибо потащил его в душ. Они раздевали друг друга, осыпая ласками каждый участок обнажаемого тела. Сяо Чжань пытался быть предельно осторожным, чтобы не задевать синяки на теле Ибо, что было совсем нелегко, учитывая то, что Ибо все сильнее заводился. Они вдвоем стояли под теплой водой из душа, и поцелуй, которым они обменялись, был горячим и полным желания. Сяо Чжань отдался на милость Ибо. Он прислонился лбом к плитке на стене, чувствуя, как нетерпеливый и любопытный язык Ибо спускается по его спине и исследует самую сокровенную часть его тела. Он пытался сдерживать громкие стоны, но язык Ибо, дразнящий его отверстие, чуть не довел его до потери сознания. Его член истекал смазкой и бешено пульсировал. — Ибо. — простонал он. — Будь осторожен, не переусердствуй, ты можешь навредить себе. Смех Ибо отдался вибрацией по всему телу Сяо Чжаня. — Чжань-гэ, если ты до сих пор слишком много думаешь, то я не справляюсь со своей работой. — сказал Ибо, возвращаясь к вылизыванию его входа и глубоко засовывая в него язык. Сяо Чжань почти лез на стену от удовольствия. Не в силах больше сдерживаться, он застонал и позволил себе кончить. А Ибо поднялся и одним движением глубоко вошел в него своим пульсирующим членом. — А … диди… диди… — повторял Сяо Чжань снова и снова. Он был поражен и удивлен, что его член с энтузиазмом отзывался на каждый толчок Ибо. — Чжань-гэ… гэгэ… эр-гэгэ… мне так хорошо внутри тебя. Ты чувствуешь мой член в себе? Ты чувствуешь, как сильно я хочу тебя? Как сильно я тебя люблю? Сяо Чжань закрыл глаза. Удовольствие было настолько сильным, что у него закружилась голова. Он едва мог контролировать собственные стоны. — Я хочу трахать тебя, пока ты не попросишь пощады и не кончишь у меня на руках. Чтобы ты еле мог держаться на ногах. Они крепко держались друг за друга, двигаясь все быстрее. Казалось, будто Ибо хотел слиться в одно целое с ним. Не в силах остановить себя, Сяо Чжань кончил снова, полностью отдавшись на милость Ибо. Чувствуя, как мышцы Сяо Чжаня сжимают его в оргазме, Ибо больше не смог терпеть и кончил с громким стоном. Его сперма хлынула в Сяо Чжаня нескончаемым потоком. Он сомкнул зубы на плече Сяо Чжаня, будто это могло помочь ему удержать равновесие. У них обоих подкосились ноги, и им пришлось закончить принимать душ, опираясь друг на друга, прежде чем добраться до кровати и лечь спать. Сяо Чжань попытался отругать Ибо за такую беспечность, ведь он еще не был полностью здоров. Однако Ибо даже ухом не повел. Он смотрел на Сяо Чжаня как сытый, довольный кот. И у Сяо Чжаня не было другого выбора, кроме как сдаться.