Необузданный

Третий этап рекламной кампании и триумфальное возвращение партнерства Сяо Чжаня и Ибо, был очень успешным, но также бросил их в самый центр медийного урагана, добавив им обоим головной боли. Сплетни быстро распространялись по всем социальным сетям, а окончание помолвки с Ли А-Кум только подлило масла в огонь. В то время как поклонники Ибо и Сяо Чжаня радовались хорошим новостям, были и те, кому эта новость совершенно не понравилась, и они обвиняли во всем Сяо Чжаня, который подвергался безжалостным нападкам, вплоть до того, что Ибо послал двух телохранителей, которым доверял Ки Чжэн, чтобы защищать его. — Не ругайся. Ты и сам понимаешь, что тебе это нужно. Мы ведь уже сталкивались с такой ситуацией. Я не смогу нормально работать, если не буду знать, что ты защищен. — заявил Ибо по видеосвязи. — Я знаю. Но я думал, что подобное больше никогда не повторится. Не в таком масштабе. — выдохнул Сяо Чжань. — Чжи Руо следит за ситуацией в интернете. Они обменялись обеспокоенными взглядами, и Ибо громко вздохнул. — Ли А-Кум сочувствует нам из-за всего этого. Но я сказал ей, что люди всегда так реагируют. — Может быть мне не нужно было… Ибо поспешил прервать его. — Чжань-гэ, о нас ходят разговоры еще со времен Неукротимого. И ты знаешь, что есть те, кто нас поддерживает, и те, кто нас ненавидит. Что бы мы ни делали, мы всегда будем в центре внимания. Мне это не нравится, но мы можем противостоять этому вместе, хорошо? — Я не хочу, чтобы на тебя нападали. — А я не хочу, чтобы ты снова прошел через тот же ад, как три года назад. Я позабочусь об этом. — Ибо… не делай ничего необдуманного. — Чжань-гэ, я просто сделаю то, что должен сделать. Сяо Чжань не стал спрашивать, что именно он собирается делать. Он уже несколько раз обещал Ибо, что будет доверять ему, и на этот раз, он так и сделает. К сожалению, стресс и непрекращающиеся атаки имели свои последствия. Возвращаясь с деловой встречи, телохранителям Сяо Чжаня пришлось защищать его от группы людей, окруживших его у входа в здание. Помимо слов ненависти, девушки в масках еще и обрызгали его красной краской. Хотя они едва задели Сяо Чжаня, телохранители быстро разобрались с ситуацией и благополучно усадили его в машину. Сердце Сяо Чжаня бешено колотилось, и даже в безопасности своего дома, с Орешкой на коленях, он едва мог расслабиться. Он знал, что следовало рассказать об этом Ибо, но в данный момент у него не оставалось на это никаких сил, и он не хотел беспокоить его. Приняв душ, он натянул пижаму и забрался под одеяло. А проснулся от жара и подступающей рвоты. Из ванной он вернулся, чувствуя себя еле живым, и сел на кровать, весь дрожа от слабости, размышляя, стоит ли ему ехать в больницу или нет. Он понимал, что это скорее всего, нервная реакция. Поездка в больницу, ничем бы ему не помогла. Он подумал было написать Чжи Руо, но усталость взяла над ним верх, и он снова заснул. На следующий день ему едва удалось встать с постели, и он предупредил Чжи Руо о своем состоянии. Помощница немедленно приехала к нему домой и привезла ему лекарства и еду. Сяо Чжань горячо поблагодарил ее, но отмахнулся от дальнейшей помощи, сказав, что ему просто нужно отдохнуть, чтобы поправиться. Девушку его слова не убедили, и она тщетно попыталась настоять на поездке в больницу. Она ушла только после того, как Сяо Чжань пообещал ей, что свяжется с ней, если ему что-либо понадобится. Он рухнул на кровать. Следующие несколько часов его одолевали кошмары. Он ворочался в постели с лихорадкой. Во всех его бредовых видениях Ибо отворачивался от него, говоря ему, что устал от его неуверенности и трусости. Сяо Чжань плача, метался в бреду, и в какой-то момент, словно галлюцинация, рядом с его кроватью появился Ибо, в его глазах отражалось страдание, а хриплый голос пытался его успокоить. Он обтирал его лицо и тело влажным полотенцем и шептал на ухо слова любви, иногда целуя его в лоб. — Ибо… диди… не оставляй меня… — захныкал Сяо Чжань. — Я никуда не уйду, баобао. — заявил Ибо, целуя его в лоб. Этот поцелуй успокоил сердце Сяо Чжаня. Окончательно проснулся он только на следующий день, когда настойчивый луч солнца проник сквозь щель в занавеске и ударил ему прямо в глаза. Орешка топталась у него на животе и мяукала. Он проморгался, успокоил Орешку и только тогда увидел Ибо, сидящего в кресле рядом с кроватью и крепко спящего. Сяо Чжань почувствовал как его сердце сжалось. Волосы Ибо были растрепаны, а под глазами были темные круги. Морщинки на лбу выдавали его обеспокоенность. Оставив Орешку на кровати, Сяо Чжань встал и легонько погладил его светлые волосы. Ибо тут же открыл глаза и крепко сжал руки Сяо Чжаня в своих, будто боялся, что тот исчезнет. — Чжань-гэ, ты проснулся. — облегчение в его голосе было весьма очевидным. Сяо Чжань только кивнул. От нахлынувших эмоций у него пропал голос. Ибо явно заботился о нем. На маленьком столике у кровати были миска с водой, два маленьких полотенца, таблетки, бутылка воды и тарелка супа. — Ибо. — Сяо Чжань хрипло позвал его по имени. Он прочистил горло и попытался снова. — Что ты здесь делаешь? Разве ты не должен работать? — Как я могу работать, когда ты в таком состоянии? — спросил Ибо, вставая и проверяя рукой его температуру. — Похоже, лихорадка наконец-то прошла. — Это простое недомогание. Я уже чувствую себя лучше. Только убедившись, что Сяо Чжань действительно чувствует себя лучше, Ибо позволил себе высказать свой гнев. — Почему ты отпустил Чжи Руо? Даже если это было простое недомогание, ты всю ночь провалялся в лихорадке и тебя рвало. Если бы она не предупредила меня, я бы сильно волновался. Ты не отвечал на мои звонки и сообщения. И ничего не сказал о нападении на тебя. Ты должен был мне рассказать. Разве мы не договорились, что справимся со всем этим вместе? Почему ты всегда предпочитаешь страдать в одиночестве? — Прости. Выражение раскаяния на лице Сяо Чжаня не спасло его от выговора Ибо. — Чжань-гэ, ты всегда ругал меня за то, что я не заботился о себе, теперь моя очередь сделать то же самое. Если бы ты не выглядел явно лучше, мы бы сейчас же поехали в больницу. — Я знаю. Я просто не хотел отвлекать тебя от работы. — Ты отвлекаешь только тогда, когда отказываешься от помощи. Теперь уже Сяо Чжань сжал руку Ибо. — Я знаю. Обещаю больше так не делать. Ибо обвил его руками за талию и притянул к себе. Сяо Чжань прижался к нему и положил голову ему на плечо в поисках утешения. Хотя ему и было лучше, он все еще чувствовал усталость. Он хотел быть сильным, но в то же время хотел, чтобы его баловали и заботились о нем. Ибо не имел привычки отлынивать от работы просто так, и Сяо Чжань винил себя в том, что заставил своего парня все бросить, чтобы позаботиться о нем. Он и так уже пропустил много дней после аварии. Дополнительные выходные могут плохо повлиять на его карьеру. Сяо Чжань чувствовал вину за это, но в то же время, был счастлив, что Ибо был рядом с ним после всего того, что с ним случилось. К черту весь мир. Сяо Чжань хотел, чтобы его парень был рядом с ним. Всегда. Поэтому он только крепче обнял его. — Чжань-гэ. Помни, что твое тело принадлежит не только тебе. Сяо Чжань поднял голову и посмотрел на Ибо, изогнув бровь, заранее зная, что за этим последует. — Твое тело также и мое. Если с тобой что-то случится, это будет также, как если бы это случилось со мной. Лицо Сяо Чжаня вспыхнуло, и на этот раз не от лихорадки. — Ибо… — Что? — Ты идиот. — Я? — Ты. Смущаешь меня такими словами… Они улыбнулись друг другу. Ибо подошел к нему и уткнулся носом в его шею, словно принюхиваясь. — Чжань-гэ. Я сейчас скажу что-то еще более смущающее. — Что? — Тебе нужен душ. Сяо Чжань рассмеялся и хлопнул его по руке. — Хей. Это меня не смущает, а скорее оскорбляет. — Но это правда. — Тогда почему ты все еще прижимаешься ко мне? — Потому что. Я больше не хочу тебя отпускать. Никогда. — слова прозвучали так серьезно, что на мгновение Сяо Чжань не знал, что ответить. — Ты так говоришь, только потому, что хочешь принять душ со мной. — пошутил он. Ибо ухмыльнулся. — И это тоже. Ты же не думал, что я отпущу тебя в душ одного? Ты еще не до конца поправился. Что, если тебе станет плохо, а меня не будет рядом, чтобы поддержать? — Как будто у тебя хватило бы сил удержать меня… — поддразнил его Сяо Чжань, и был очень удивлен, когда Ибо наклонился и подхватив его под колени, поднял. — ИБО! ИБО! ПОСТАВЬ МЕНЯ! — Чжань-гэ, если ты будешь сопротивляться, мы оба упадем. — сказал Ибо, слегка покачиваясь. — Я много тренировался. Так что помоги мне. Сяо Чжань замолчал, хотя ему и хотелось накричать на него. Удивительно, но Ибо смог без особого труда отнести его в ванную. Сяо Чжань изумился. С каких это пор он «тренировался», и с кем? Эти вопросы, должно быть были написаны у него на лице, потому что, как только Ибо поставил его, он сказал: — Мои тренировки в спортзале наконец принесли плоды. Он выглядел очень гордым собой. Сяо Чжань потрепал его по щекам. — Ты такой милый. — «Милый» — это последнее, чем я бы хотел быть прямо сейчас, Чжань-гэ. Честно. Это был очень мужественный поступок. Как ты смеешь называть меня милым и трепать за щеки? Сяо Чжань рассмеялся. — Я не виноват, что у тебя такие притягательные щечки, и ты милый. Но да, ты очень мужественный. Мой мужчина. Теперь ты счастлив? Ибо нахмурился. — Может быть. Повтори еще раз, что я твой мужчина, и я подумаю над тем, простить тебя или нет. Проведя языком по губам, Сяо Чжань с вожделением посмотрел на него. — Мой мужчина. Ибо снова притянул его к себе, и их губы почти соприкоснулись. Сяо Чжань, однако, повернул голову в сторону, не дав Ибо поцеловать себя. — Хей! — возмутился Ибо. — Я болел, меня тошнило, я только что проснулся, и ты все еще хочешь меня поцеловать? — недоверчиво спросил Сяо Чжань. Ибо только пожал плечами. — Я люблю тебя. И в печали, и в радости. И в болезни, и в здравии. Его серьезный тон заставил Сяо Чжаня вздрогнуть. Чтобы скрыть смущение, он ласково ущипнул Ибо за нос и отошел от него. — Тем не менее, личная гигиена прежде всего. Ты же сам сказал, что мне нужен душ. — Ладно. Ибо безо всякого стеснения начал раздеваться перед Сяо Чжанем, заставив его сердце биться чаще. Было в нем что-то особенное, что Сяо Чжань не мог так сразу определить. Он всегда был более уверенным в себе, чем Сяо Чжань, и определенно, более смелым. В этом не было ничего странного. И все же какое-то странное ощущение не покидало Сяо Чжаня. Решив не зацикливаться на этом сейчас, Сяо Чжань вошел в душевую кабину вместе с Ибо. Он воспользовался возможностью и почистил зубы, пока Ибо намыливал его. Он изо всех сил старался не реагировать на прикосновения Ибо, но напрасно. Вскоре его член встал, а все тело напряглось, когда Ибо одной рукой ласкал его яйца, а другой оглаживал его ягодицы. — Расслабься, гэгэ. — сказал Ибо ему на ухо, нежно целуя его плечи, и посасывая шею. Сяо Чжань застонал, инстинктивно сильнее прижимаясь к Ибо, чьи руки продолжали нежно и медленно мучить его, пока, наконец, один палец не проник в него, а затем и другой, массируя его простату. — О… диди… Повернув голову, Сяо Чжань нашел губы Ибо и страстно поцеловал его. Их языки двигались в одном ритме, имитируя половой акт. Стон, вырвавшийся изо рта Сяо Чжаня, заставил Ибо сильнее прикусить его губы, еще больше разжигая огонь страсти между ними. Слишком возбужденный, Сяо Чжань развернулся в объятиях Ибо и прижался всем телом к Ибо, почти лишив того дыхания. Ибо, в ответ также сильно прижался к Сяо Чжаню, целуя его еще глубже. Словно они были путниками, скитающимися по пустыне, и их поцелуи могли утолить жажду. Они обхватили члены друг друга одной рукой, надрачивая их вместе. Другой рукой они крепко сжимали ягодицы друг друга. — Чжань… Чжань-гэ… — Диди… ах… Ибо… Оргазм, накрывший их, был настолько сильным, что, казалось, никогда не закончится. Поскольку он все еще был немного слаб, Сяо Чжаню пришлось опереться на Ибо, чтобы не соскользнуть на пол. — Я люблю тебя. — сказал Ибо, обнимая его. Его голос дрожал, а глаза слезились. — Ты — лучшее, что есть в моей жизни. Его сдавленный всхлип заставил Сяо Чжаня сильнее сжать Ибо в объятиях. — Диди… — Если с тобой что-то случится… — Ничего не случится. — Ты не можешь быть в этом уверен, Чжань-гэ. Но в следующий раз не оставляй меня в стороне. Не страдай в одиночестве. — Я… у тебя сейчас тоже нелегкие времена. — И что? Если я закроюсь и не буду с тобой делиться, тебе это понравится? — Это несправедливо. Ты думаешь, я не беспокоюсь о тебе? Что не думаю постоянно о том дне, когда тебе придется встретиться с Айгуо Баем, а меня не будет рядом с тобой? Ты просил меня доверять тебе. Я это и делаю. — Одно с другим не связано! Вот опять, они почти начали ругаться. Сяо Чжаню совершенно не хотелось этого. — Диди, — он обхватил лицо Ибо руками и заглянул ему в глаза. — к сожалению, я такой человек, который страдает в одиночестве… я всегда был таким. Трудно изменить старые привычки. Я не хотел тебя волновать. Но… я понимаю, что только усугубляю ситуацию. Прости меня, ладно? Я так сильно тебя люблю. Настолько сильно, что хочу защитить от всего плохого в этом мире. — Думаешь, я не хочу того же? Думаешь, я не чувствую себя беспомощным, когда ты страдаешь? Что это совсем не трогает меня? — Я знаю, что ты хочешь того же. И я знаю, что ты чувствуешь. Я чувствую то же самое. Прости. Сяо Чжань погладил Ибо по лицу и осыпал его поцелуями. Ибо попытался протестовать, но потом сдался. — Я люблю тебя. — пробормотал Сяо Чжань прямо ему в рот. — Тогда перестань нести всю боль мира в одиночку. Сяо Чжань тяжело сглотнул и кивнул. — Хорошо. Воздух в ванной стал прохладнее и они поспешили вытереться и одеться. Увидев Ибо в своих домашних штанах и футболке с Губкой Бобом, Сяо Чжань весь смягчился. Если бы это зависело только от него, он бы никогда больше не отпустил Ибо. Если бы они не были одного пола, то могли бы без проблем быть вместе. Им не пришлось бы так страдать. Он так глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил, как Ибо пристально и решительно смотрит на него. — Чжань-гэ. — Что такое? Последовавшая тишина напугала Сяо Чжаня. Было похоже на то, что Ибо боялся озвучить то, о чем он думал. — Ибо? Наконец Ибо окинул его взглядом, в его глазах сияла решимость. — У меня есть предложение, и я долго его обдумывал. Обещай, что сначала выслушаешь меня? И я тоже обещаю тебе, что это не импульсивный порыв. Сердце Сяо Чжаня забилось быстрее. У Ибо была привычка действовать импульсивно, но всегда на грани разумного. У Сяо Чжаня сложилось впечатление, что то, что он собирался предложить, было чем-то немыслимым, и это обеспокоило его. — Бобо, что случилось? Ибо глубоко вздохнул и сказал: — Ты выйдешь за меня замуж, оставишь все здесь и поедешь жить в Милан?