Дети Эзна: Ритуал

Ян помнил дорогу к сёстрам Таома только со стороны трассы. Вот вдоль неё он и решил пойти, скрываясь за кустами и стволами деревьев, потому что дважды мимо проехала полицейская машина. Чёрт знает, патрулировали дорогу просто так или искали его. Проверять не хотелось. Дождь превратился в едва ощутимую морось. Ближе к спуску в лес Яна пробрала крупная дрожь. Причина состояла вовсе не в природном холоде из-за ночи или сходящем онемении. А в банальном страхе. Попёрся же один! Но Томсу лишний раз дёргать не хотелось, она и так рисковала. Пускай лучше поговорить с Арием, безопасней будет. А ему сам Лир послал идти к Талише с Ребеккой. Ребекка… Он сглотнул и сошёл с обочины на влажную траву. Дубы и ели возвышались над ним вековыми гигантами, укрывая плотными кронами. На их фоне Ян ощущал себя мошкой. Полным ничтожеством. Он где-то потерял телефон и никому не мог позвонить, чтобы в случае чего позвать на помощь или передать важную информацию. Или последние слова. Не отяжеляли его карманы и обереги Иво, так что его ничто не спасёт от эзенской силы, питающей лес. Ещё калоши натирали пальцы, что тоже добавляло парочку потраченных нервов. Ян прикрыл глаза, вздохнул, посчитал до десяти. Открыл глаза, сжал кулаки и ступил под раскидистые лапы елей, удаляясь по тропинке вглубь леса. Он мог поклясться, что слышал злорадный детский смех.

***

Он почти ничего не видел. Кусочков видимой из-за облаков луны едва хватало для освещения дороги. Приходилось идти на ощупь. Ноги проваливались и разъезжались по грязи. Пальцы то и дело нарывались на иголки или стволы деревьев. Вот и куда он шёл, спрашивается? Ян отодвинул еловую лапу. — Ха-ха-ха! — Детское лицо с гнилыми зубами бросилось ему в лицо. Ян отшатнулся, замахнулся кулаком, но никого не увидел. Только смех эхом пронёсся по лесу. То тут, то там. Всюду. — Смейся-смейся, — Ян озирался, — недолго тебе осталось… Передёрнув плечами, он пошёл дальше.

Эзн, лес, дорога Ионна, д. 2 9 сентября, поздний вечер

Свет в окнах не горел. Ян долго не решался подойти. Он продрог, пока стоял за деревом и ждал знака. Знака не последовало, пришлось идти к дому без него. Взбежал на крыльцо и, прежде чем мозг дал команду к паническому бегству, постучался. Если Талиша убьёт его, правильно сделает. Но никто не открыл. Он прислушался: тишина. Кажется, дома никого не было. Возможно, Талиша позвонила Скею, и они увезли Бекки в больницу? Ян потянул за ручку двери. Заперто. — Талиша! — крикнул Ян и забил по двери сильнее. — Э-эй, есть кто?! Никакого ответа. Дом пустовал. Ян обошёл его по периметру, прошёл в тренировочный дворик, где видел, как Талиша управляет огнём и дёрнул за ручку запасной двери. Заперто. Поглядел наверх и отступил. Пришлось прищуриться и долго вглядываться, чтобы приметить открытое на балконе окно. Не хотел он пробираться в дом друзей без спроса, но Яну позарез нужна была магическая карта. Он почесал затылок и принялся оглядываться, думая, как забраться. Он снова обошёл дом. Зашёл в сарай — его не запирали. Там лежали дрова, сено, топоры, — Яна непроизвольно передёрнуло, — запасы ягод, но ни стремянки, ни чего-то, что можно было бы использовать в качестве подъёмника, не нашлось. Неподалёку от дома, как раз напротив балкона, стояло одинокое раскидистое дерево. Если забраться на него и правильно рассчитать силу прыжка, можно было бы долететь до перил балкона, а там — подтянуться. Была не была! Ян растёр ладони и подпрыгнул к толстому на вид суку, пальцы мазнули по дереву — и Ян приземлился на траву. Айкнул, схватившись за левую руку. Эта неделя оставила на теле немало синяков, а онемение после встречи с призраками прошло не до конца. Сосредоточившись, он снова подпрыгнул, ухватился за сук и, тужась и пыхтя, попробовал подтянуться. Мышцы свело, конечности заболели, но он сумел. Дальше путь пролегал легче — ветви встречались чаще, он цеплялся за них. Карабкался выше и выше. Земля медленно отдалялась, а балкон приближался. Вдалеке блеснуло. Ян замер и присмотрелся — кажется, отец Хика бродил вокруг да около дома Таом, выискивая потерянного сына. «Возможно, скоро найдёшь», — Ян встал на сук, держась за тонкие ветви над головой. Прошёл вперёд, оказываясь в паре метров от балкона. На трясущихся ногах Ян сделал ещё два шага навстречу к цели и остановился — сук прогнулся, значит, дальше он не пройдёт. Отправная точка ясна. «Ну, либо я умру как идиот, либо у меня всё получится», — с этими мыслями Ян отошёл к стволу. Пошлёпал себя по щекам, призывая собраться. — Давай… — И, не глядя под ноги, а глядя только вперёд, на приоткрытую дверь балкона, побежал. Сук хрустнул, прогнулся, Ян прыгнул. Пальцы ухватились за перила, торс столкнулся с деревянными балясинами. Удар. Левую руку обожгло болью, между лопатками защипало. — Грёбаный Эзн! — Ян подтянулся. — Что б тебя, и угораздило же меня родиться с твоими генами или как там правильно, плевать… На этот раз злость дала ему сил не сорваться, а подтянуться и перевалиться через перила на балкон. Пару минут он сидел, утыкаясь взмокшим лбом о балясину и ожидая, когда успокоится сердце и боль в теле. Затем, радуясь, что задуманное как-никак удалось, прошёл в дом. Он оказался в комнате Ребекки. «Не смотри, не думай», — приказал он себе и вышел в коридор. Наступил в лужу крови. Она подсыхающим пятном растеклась от перевёрнутого комода до двери. «Не смотри, не думай», — он прошёл мимо, но в горле встал предательский ком, а глаза защипало. Он до последнего надеялся, что Хик играл с его разумом и на самом деле никто не пострадал. На первом этаже, в гостиной, он без проблем нашёл то, за чем пришёл. Видимо, девушки не успели убрать коробку после последнего ритуала, она так и стояла за подлокотником дивана. Крышка поддалась легко — внутри лежала сложенная карта, ещё какие-то артефакты и та самая шкатулка с шариком-навигатором. — Ну давай, Ян, раз вломился в дом друзей, то хоть сделай так, чтобы это было не напрасно. Он разложил на кофейном столике необходимое. Достал из нагрудного кармана пакетик с проклятым цветком, высвободил сухие лепестки и обмазал ими шарик. Подумал, что, возможно, его отпечатки всё спутают и натянул рукав кардигана на ладонь. Обмазал шарик лепестками ещё раз. — Не подведи. — Ян занёс шарик над картой. — Атаи ма. Разжал пальцы. Шарик упал на карту. Замер. Лежал, секунду, пятую, двадцатую… Ян выругался, захотел забрать шарик и попытать удачу ещё раз, но тут шарик дрогнул, словно опомнился, и покатился. Катился-катился, преодолел всю карту и остановился в самом её углу. Как и в прошлый раз, карта медленно начала открывать название и облик того, что Ян искал. «Монастырь братьев Эдан» А ведь в сказке говорилось, что отец Хика часто ходил в монастырь. В последний раз, когда он уходил из него, он потерял сына. Вряд ли то, что источник проклятого цвета находится в монастыре, ошибка или совпадение. Для Яна всё выглядело вполне закономерно. Отлично, осталось вернуться к Стефану, рассказать всё Иво и Томсе, узнать путь до монастыря и… Раздался звук отпираемой двери. Отпирали нервно, пиная. Замок явно не хотел поддаваться, но всё же поддался. — Блядь… — Ян надеялся избежать встречи с Талишей. Дверь с шумом бахнулась о стену. Ян замер, думая, куда ретироваться, но затем решил принять удар судьбы, как полагается тому, кто уже собрал все заслуженные и незаслуженные её удары. Он вышел в коридор. Талиша, замученная и усталая, прислонялась плечом к стене. По щекам текли слёзы. Но, услышав шаги, она вскинула голову и сжала кулак. Пальцы расслабились, когда она увидел Яна. — Запасной ключ над дверью обычно лежит, в углублении. — Кажется, она совсем не удивилась, увидев его. — А, ну я… — Он посторонился, когда Талиша, вытирая остатки слез, прошла на кухню. — Не знал. Извини. Я… Ты… Он так и стоял в коридоре. На кухне послышалось звяканье посуды и плеск воды. Ян запрокинул голову и посмотрел в потолок. Вот и что ему делать? Талиша сейчас такая разбитая, что даже не заметит, если Ян просто уйдёт. С другой стороны, наверное, неправильно оставлять человека, чью сестру ты прибил, одну. Блядство! Он прошёл на кухню. Талиша опиралась на раковину одной рукой, в другой — держала стакан с водой и смотрела в окно. Ян остановился, ощущая напряжение, заполонившее комнату. Секунда, вторая, третья. Они не шевелились. Треск. И стакан раскололся. Вода вперемешку с осколками пролилась на пол, но Талиша этого будто и не заметила. — Прости, — вырвалось у Яна. Он понимал, что вряд ли Талиша знает, чей образ принял Хик, убивая её сестру, а даже если и так, вряд ли обвинит Яна. И всё же Хик пришёл в их дом из-за него. — За что ты извиняешься? — Талиша посмотрела на порезы на ладони. Сжала кулак. — Эт всё Хик. Пришёл. А я была слаба после пожара. Он взял и… Или ты знаешь? Она посмотрела него. — Ты знаешь, что с Бекки и Илаем? Блядь-блядь-блядь! Конечно, он знает! Он даже знает, что удар был нанесён топором! Потому что сам же его и нанёс. — Да. — Он не мог врать. Она не стала уточнять откуда. Просто кивнула, набрала ковш воды из ведра и всполоснула руку над раковиной. Та вмиг окрасилась кровью. Она выдернула остатки стекла из кожи, снова всполоснула руку и села за стол. — Она… — Ян неловко массировал запястье о запястье, — как она?.. — В коме. — Талиша качнула головой, глянула в окно. — Услышала крики. Во сне. Я услышала. Когда вышла, увидела кровь и Бекки. Илай орал. Когда сообразила, выбежала наружу, но ни Илая, ни сраного, — она ударила кулаком по столу, — Хика не было. Вызвала Скея и скорую. Скей быстро пришёл, поколдовал, что-то сделал. Она продержалась до приезда скорой, и там, дальше, пока мы несли её и пока ехали. Не суть. Скей держится рядом с ней. Она жива. Просто… Она поджала губы. Просто сложно мыслить рационально, когда страдают близкие. — Мне правда очень жаль. — Заткнись. — Талиша подняла на него глаза. Даже в темноте он видел синяки под ними и лопнувшие капилляры. — Не надо думать, что всё тут вертится только вокруг тебя. Это было наше решение. Помогать тебе и бороться с Эзном, я имею в виду. — Она тяжело вздохнула. — Но какого рожна Хик тронул кого-то ещё? Раньше такого не было. — Почему она не прочла его мысли? — Ян почесал висок. — Или мысли духа ей неподвластны? Талиша дёрнула щекой. — После ссоры с Адамом она приняла лекарство. Испугалась себя. Её заносит, бывает. Короче выпила чё т, чтобы не слышать мысли, вернее, чтобы слышать как-то далеко. Я не шарю. — Ясно… — Как всё удачно сложилось для Хика. Ян сел напротив неё. — Арий выжил, ты знаешь? — Да? — Она мотнула головой. — Не. Рада за него. Радости в голосе не слышалось. — Я к тому, что Хик взбешён. Его жертвы выживают, его желание мстить растёт, а у него не получается получить то, что он хочет. Как-то так. Он пошёл за Илаем, а Бекки… встала на пути. Он бы и на тебя напал, и на любого, кто оказался рядом. Он взбешён. — Пусть бесится. — Талиша ударила кулаком по столу. — Посмотрим, как он побесится, когда я ему его духовую голову в духовую задницу засуну. — Я поэтому и здесь, — Ян старался говорить спокойно, опасаясь, что Талиша начнёт всё крушить и ломать, её эмоциональное состояние вполне оправдывало её поведение, — кажется, мы поняли, что происходит. Ярость в глазах Талиши бушевала огненным смерчем. Однако она, взяв волю в кулак, кивнула. — Говори. — Ты увер… — Говори. Он не стал спорить. Рассказал всё, что случилось после пробуждения в больнице. Объяснил, зачем проник в дом. — Знаю я этот монастырь, — снова перебила его Талиша, — он далеко от Эзна. Вернее, от города. От центра самого. В лесу. Монахи оттуда редко заходят в центр. Там живут. Как городок в городке получается. Туда только мужчин берут, женщин не пускают. Бекки как-то попыталась туда проникнуть. Получила потом по первое число. Ян никогда не отличался религиозностью. Мама всегда говорила, что человек должен выбрать путь, а боги могут помочь в выборе. Но она никогда не наседала, не заставляла читать молитвы. Да и в школе велась политика: всему своё время, свой путь ищут всю жизнь. Но вопрос родился сам собой: — Какому богу они поклоняются? После всего увиденного он не представлял, что в Эзне возведён храм в честь какой-нибудь Литианы или какого-нибудь Эйла. — А вот хрен проссыт. — Талиша поморщилась. — Тайно живут. — Не удивлён даже. — Ян покачал головой, обдумывая, что делать дальше. — Могу отвести, — прервала его мысль Талиша. Ян удивлённо посмотрел на неё. — Хик напал на Бекки. Я ему кости переломаю. — Он же дух, — Ян усмехнулся, — у него нет тела. — Тогда сломаю ему то, что у него есть! Талиша ударила двумя кулаками по столу, тяжело задышала. Злость, с которой она говорила, была ему знакома. Эта злость привела его к тому, что он с ожогами проснулся в больнице. Впрочем, другого выбора Ян всё равно не видел. Если Талиша знала расположение монастыря, тогда она и проведёт к нему быстрее всех. — Он будет мучиться еще больше, чем при жизни, — кулаки Талиши сжались. — Этот ублюдок… — Тэш… — Что «Тэш»?! — Она вскочила. — Ты вообще не знаешь, как мы тут жили! И будем жить! Ты пришёл, ты ушёл! И так было хреново! А теперь из-за сраного обиженного мордоворота моя сестра в коме! Я его!.. Удар в окно заставил их обоих вздрогнуть и повернуться. Прямо на них смотрел светлый, золотистого цвета дух, держащий свечу, заточённую в фонаре. Одуловатое лицо прижималось к стеклу, не оставляя следов. Оно будто растекалось по нему. Чёрные глаза блестели. Он вскинул свободную руку, и его ладонь прилипла к окну. Губы раскрылись в немом крики. — Какого… — Талиша сжала кулаки, в глазах читалась ярость. — Я не дам вам уничтожить его… — С каждым словом свет, исходящий от духа, тускнел. — Моего сыночка… Нет… Он растворился в стекле, только фонарь парил за окном. Стены задрожали, по дому прокатился вой. Ян закричал: — Мы не собираемся убивать его! — Говори за себя! — Талиша достала из кармана зажигалку. Поднесла к ней ладонь со светящейся красным руной. — Я их всех убью, этих падл! — Да блин, Тэш! — Ян понимал, что убедить человека в подобном состоянии трудно, но другого выхода не было, он не знал, как бороться с духами физически. — Он чувствует твою злость на него, успокойся! Мы не сможем его победить! От стен начал исходить запах гари. — Хочешь меня сжечь?! — Пламя от зажигалки собралось в шар перед ладонью Талиши. — Ну попробуй, тварь! Я — и есть огонь! Сказанула она, конечно, красиво, но: — Нет, мы хотим спасти Рафаэля! — крикнул Ян. — Рафаэль… — Запах гари отступил, тряска прекратилась. — Вас обманули! — Ян озирался по сторонам, но по-прежнему видел только парящий фонарь за окном. Свеча почти сгорела. — Я знаю, где твой сын! — Р-р-р… — Талише явно не нравились дипломатические переговоры. Однако она погасила зажигалку, только огненный шарик парил перед её ладонью, постепенно уменьшаясь в размерах. — Где… где мой сын… — Дух снова оказался прижатым лицом к окну, его кулак давил на стекло, в черных глазах появилась мольба. — Где мой сын!.. — Не трогай нас, и я приведу его к тебе. — Обещай! — Гнев духа снова сотряс стены дома. — Я обещаю. — Клянись! Клянись именем своей матери! Клянись, что не обманываешь меня! Да что б его! — Мы не обязаны это делать, — прорычала Талиша, — уверена, если помучиться, я смогу его убить. — Это не решит проблемы, — шепнул Ян. — Ты же сама сказала, когда мы были у Людовики, что нужно уметь договариваться, иначе никак. Зарычав и стиснув зубы, Талиша взмахнула рукой. Шарик огня рассеялся. В тот же миг Ян сказал: — Клянусь. — Матери! — Дух не исчезал, стены вновь затряслись. — Скажи имя матери! Да что б его!.. — Маргарита. Я клянусь именем своей матери, Маргариты, что приведу к тебе сына. Вы встретитесь. Тряска исчезла. Лицо духа отлипло от стекла. Он отступил, а затем достал из фонаря свечу и начал выводить ей символы в воздухе. Они не исчезали, складывались в зеркальное отражение букв. Он написал: «Терек Мар». К последней букве дух совсем пропал из виду, затем исчез фонарь, а потом начали гаснуть буквы, начиная с первой. — И что это значит? — Ян почесал затылок. — Терек Мар. В груди что-то сжалось. На языке появился неведомый ранее вкус, как будто он попробовал саму магию. Удивлённый, он коснулся губ пальцами. Талиша хмыкнула, посмотрела на него, затем в окно. — Похоже на имя. Может имя истинное сказанул? Хотя почему вслух не сказал? Хрень какая-то. Но точно могу сказать, обменялись вы, короче. Знаешь, что будет, если не выполнишь обещание? Кердец твоей мамке. — Я верну ему сына. Талиша уткнула кулаки в бока и покачала головой. Затем кивнула. — Покажу, где монастырь. Вместе пойдём. Дело личное уже. — Только постарайся не злиться. — Ян мягко улыбнулся. — Не обещаю. В принципе, он тоже не мог обещать, что будет спокоен. — Это шмотки Марка, что ли? — Талиша ухмыльнулась, глядя на его штаны. — Мои промокли, больше не было никаких. У Томсы было под рукой только это… — Томса, значит… — Талиша выглядела задумчивой. Пожала плечами. — Ладно, была не была. Интересно, как он к тебе отнесётся. — Кто, Марк? — Ага. — Она размяла спину. — Вы с ним обязательно встретитесь. Если выживешь. Обнадёжила она, конечно. Талиша прошла к выходу из кухни. — Твой мобильник наверху, кстати. Если не разряжен, можешь написать, что ты у меня. Или я могу, чтобы твой номер не светился. Как хочешь. — Давай ты, — Ян благодарно улыбнулся, — я не хочу видеть… — Он осёкся, вряд ли Талиша хотела сейчас слышать его нытьё по поводу матери. — Давай ты. Она вышла с кухни. Ян остался один и позволил себе слабость: со стоном выдохнул и плюхнулся лбом на столешницу.

***

Он уснул. Его разбудил стук в дверь, а затем громкий крик: — Ау-у! Говорят, тут крутейшая тусовка-морковка! И мы не против её повертеть! Иво. Ян очнулся с улыбкой и сонно посмотрел в сторону арки. Послышались шаги — Талиша прошла по коридору и открыла дверь. — Не многовато ли вас припёрлось? — бросила она. — У самый разус! — заквохтала Томса. — Это нещастье девяти ночей тута? — На кухне. — Здравствуй, Талиша… — послышался голос Ария. Ян не успел удивиться его приходу, потому что на кухню завалился Иво. — Пальма-а-а! — Он не переоделся, на нём как влитая сидела всё та же водолазка, оголяющая плечо и пупок, взгляду открывались всё те же вырезы на бёдрах. — Чё как дельцы? — Уже лучше. — Ян выпрямился, растирая глаза. — Как дома? Гаспар и отец не остановили тебя? — А они меня видели? — Иво бросил рюкзак на стол и сел рядом с Яном, забросив свою ногу через его колено. Ян сразу накрыл его бедро ладонью. — Я ж типа ураган. Прям сверхураган. Виу-виу, и всё, нет меня и твоего коня. Он громко рассмеялся, а затем убрал ногу. Почесал шею и резко заорал: — Ну чё, мы там будем духов изгонять? Я типа оберегов натырил на три жизни вперёд! — Молоца, можешь не вопить. — Томса зашла следом. Посмотрела на Яна и в её взгляде если и скользнуло облегчение, то совсем беглое. — Видать, Хик занят Илаем, раз тоби по дороге не прибил. — Видать, — Ян не стал спорить. Он напрягся, только когда на кухню зашёл Арий. Арий хотел зайти скромно, потупив взгляд, а в итоге споткнулся о порог и завалился на пол. Никто даже не успел ему помочь, Талиша, шедшая сзади, ещё и наступила ему на пятку. — Со мной всё хорошо, я в порядке! — Арий вскочил, поправляя причёску и отряхивая рубашку в клетку. — Всё прекрасно! — Эдак ты себя сам прибьёшь не ровен час, — подметила Томса, а затем потрясла головой. — Лан, неважно, давайте к делу! Она плюхнулась за стол напротив Иво и Яна. Арий сел рядом с ней, а Талиша стояла во главе стола, сложив руки на груди. Помимо ярости в её глазах застыла мрачная решимость. — Как ты? — Ян не удержался от вопроса, посмотрев на Ария. — Хорошо, всё хорошо. — Он покашлял в кулак. Тусклый локон выпал на лоб, но он его заправил. — Полиция сейчас занята патрулированием и поиском тебя, поэтому мы с Томсой без проблем сбежали из больницы. К тому же меня все равно собирались завтра выписывать. Я попросился. Не хочу занимать место, другим людям нужнее и вообще… Ой, я опять заговорился, извините. Иво рассмеялся. — Болтай-болтай, Арияшка! Мы твой голос давно не слышали! — Это правда, — Ян улыбнулся. Смущённый, Арий отвёл взгляд. Затем, правда, снова посмотрел на Яна, а затем на Иво. — А вы?.. Сердце у Яна ёкнуло. Но Арий не успел договорить, Томса перебила. — Кароч, Янцо, ты узнал, худа нам идти за проклятым цветком? — Да. — Ян кивнул на Талишу. — В монастырь братьев Эдан, Тэш знает дорогу. А что насчёт Хика и Илая? — Мне кажется, — Арий почесал щёку, — я запомнил путь, который проделал, прежде чем меня нашёл шериф. Я почти уверен, что Илая утащили туда. То место оно… особенное. Очень. Понимаете, там… — Та энто неважно! — Томса отмахнулась. — Проблема проклятья в цветке? В цветке! Так шо давайте падём в монастырь! — Она глянула на Иво. Тот делал вид, что внимательно её слушает, а сам пинал Яна коленкой в коленку. Ян игру поддерживал. — Обереги-то принёс, гришь? — До фига и больше. — Иво похлопал по рюкзаку на столе. — Тогда идём уже! — Талиша мялась на месте. — У меня кулаки уже чешутся! — Кого ты собралась бить? — Арий посмотрел на неё огромными серыми глазами. — Мне казалось, Томса сказала, что мы хотим снять проклятье, а значит, спасти духа, а не… — Посмотрим. — Талиша похрустела шеей. — Та-та, пошлите! — Томса схватила рюкзак Иво, тот расхохотался. — Погодите! — Ян не успевал за происходящим. — Может быть, мы уже всё обсудим ещё раз, чтобы не… Но Талиша и Томса ушли. Арий, прикрывая рот ладонью, с ужасом посмотрел на Яна, а затем кинулся за девушками, умоляя не рубить сгоряча. — Но мы же даже не знаем… — Ян опустил руки, озадаченно глядя в коридор, —… что будем искать и вообще… — Ай да наперегонки, Пальма? — Иво вскочил и шлёпнул его по заднице. Нет, ну что уж теперь! — Не отставай. — Ян щёлкнул его по носу и, едва не сбив стул, кинулся к выходу. Иво побежал следом.