Дети Эзна: Ритуал

Эзн, дорога в монастырь, лес 9 сентября, поздний вечер

Листья шелестели, ветер холодными липкими пальцами пробирался за ворот. Не успевшая высохнуть земля чвакала под ногами. Иногда пятка проскальзывала по грязи, предвещая падение. Но пока что обходилось без травм. Ян как будто вернулся в Ава-Риву — снова почувствовал себя бандитом. Он шёл не один, а с компанией решительно настроенных людей. И защитились они, как могли. Обвешались оберегами с головы до ног. Не буквально, конечно. Всего-то рассовали по карманам пару стикеров, да надели по кулону. Талиша шла впереди, почти неслась, сминая траву и отбиваясь от еловых лап. В одной руке она держала смартфон, освещающий путь, а во второй — топор. На всякий случай, как она сказала. Ян понимал, что этот всякий случай связан с Ребеккой и намёком, что расплата близка. Томса держалась рядом с Талишей, прыгала за ней, а если слышала вой или другие пугающие звуки, хватала за локоть. Иво же понравилась палка орешника, с которой он методично, пока они шли, сдирал кору. Ян не мог с собой совладать. Он то и дело поглядывал на него через плечо. Хотел видеть его, чувствовать. Быть как можно ближе. Тот, конечно, замечал его взгляды. И вот, когда Ян снова глянул на него, ухмыльнулся, обхватил палку орешника рукой и начал водить кулаком вверх-вниз, а затем ещё и языком по дереву, очищенному от коры, прошёлся. — Придурок. — Ян коротко посмеялся и пнул в его сторону кусочки земли. — Сам такой! — Тот отправил комья грязи в ответ. — Давайте без ребячеств? — Талиша резко остановилась, из-за чего Ян чуть не упал на ровном месте. Она резанула по нему взглядом. Он отступил, примирительно подняв руки. — У меня сестра в больнице, хер знает, выживет ли. Сраный дух-псих ждёт, когда мы приведём к нему его сраного сына призрака-психа. А ещё парни дохнут. Хрен пойми, что с Илаем. А ты, Ян, следующий. Что весёлого? Когда её голос стих, вокруг наступила звенящая тишина. — Ничего. — Яна как будто мама отчитала. — Так а че, плакать, что ли? — бросил Иво, показываясь рядом и втыкая палку в грязь. — Давай поплачем, а кому от этого легче станет? Чё ты завела унылую шарманку? Зарычав, Талиша отвернулась от них и ускорила шаг. — Она усегда тахая, — шепнула Томса и потрусила за ней. Ян почесал затылок и посмотрел сначала на Ария, переминающегося с ноги на ногу, затем на Иво. — Занудная девка, — подытожил второй. — Ой, ну я… — Арий почесал нижнюю губу, — что ты так грубо! Я просто думаю, что надо же кому-то быть серьёзным и собранным, это правильно! Не в том плане, что правильно-правильно, а правильно, что не неправильно. Как бы объяснить. В общем, я к тому, что обижаться на это не стоит. — Да бесит! — Иво прошёл мимо, сбросив с плеча ладонь Яна, попытавшегося его остановить. — Типа мне в жизни серьёзных щей не хватает, бла-бла-бла, давайте без ребячеств, тьфу. Он попрыгал за Талишей. — Эй, Тэшка-манешка! — крикнул он, а в ответ донеслось рычание. — Саечка тебе за-а-а-а!.. — послышался глухой удар. Ян сорвался с места и бросился следом. К счастью, Талиша не убила Иво. Просто опрокинула спиной на землю и всунула носовой платок ему в рот, очень вкрадчиво попросив заткнуться. Платок они вытащили, а вот говорить стали потише. Теперь Талишу с Иво разделяли Томсы и Арий. Второй постоянно оборачивался, чтобы проверить, не отстали ли Иво и Ян. Иногда он улыбался, встречая взгляд Яна, и тут же отворачивался. Иногда спотыкался или врезался в еловую лапу. Яну очень хотелось отстать. Иво бурчал на Талишу, вернее на то, что она чересчур серьёзна, а Ян глядел ему в затылок, оглаживал взглядом оголённое чёрной водолазкой угловатое плечо, оценивал спину, талию, задерживал внимание на пересечённых сеткой бёдрах. Да, очень сильно хотелось отстать, забить на всё и уже проснуться. Желательно, в одной кровати с одним зелёноволосым парнем. — Почти пришли, — донеслось от Талиши. — Бу-бу-бу… — Иво-о, — Ян не удержался, коснулся его талии под предлогом, чтобы одёрнуть. — Не, ну а че она, вот чё… Остаток пути Ян его успокаивался, уводя разговор в другое русло. Например, не смущает ли его откровенный наряд и не против ли он как-нибудь надеть ещё что-то такое… Ответы он получил для себя удовлетворительные. Их отвлекло пение. Оно слышалось приглушённо за забором из вековых деревьев и — Ян увидел, когда они подошли — из-за каменной изгороди. Время нещадно разрушало её где-то до дыр, где-то до обвалившейся кладки. Наверное, когда-то сюда вели ворота, вставленные в арку, но сейчас от них остались лишь штыри. Дорогу размыло, и только знающие могли углядеть в заросшей тропе подобие пути. Не сговариваясь, они шли по ней очень медленно, вслушиваясь в каждый шорох. — Ночная служба ещё идёт, — шепнул Арий. — После неё обычно монахи идут спать, так что у нас есть время застать там людей и никого не потревожить. Возможно, кто-то из них что-то знает о цветке. — Откуда ты знаешь про службу? — Ян шепнул ему в спину и прокашлялся. Они же одни в лесу, вряд ли кто-то, кроме друг друга, их услышит, но отчего-то казалось, что если они начнут говорить в голос, то нарушат священное пение. — Я просто… — Арий поскользнулся на грязи, ахнул и чуть не упал, но Ян поддержал его за руку. — Спасибо. — Выдохнул. Ян отпустил его, но успел подметить, что кожа Ария на запястье ощущалась ледяной. — В детстве, когда я был совсем-совсем маленьким, меня часто сюда водили. Я помню всё очень смутно, но некоторые воспоминания задержались в голове на грани ощущения. Помню голос аббата, хор монахов, чувства, которые вызывало пение. Оно завораживало. А ещё помню правило вроде «не смотри» или «не разглядывай», как-то так, оно мне казалось очень странным. — И правда странновато, — а вот Иво говорил громко, отчего казалось, что их сейчас услышит весь Эзн, — а я чё-т не подумал вначале, а сейчас подумал. Чей эт монастырь-то? — Он светил по сторонам фонариком смартфона, они дошли до полуарки, слева сверху зияла дыра. — Не вижу никаких символов. А они должны быть, и рун никаких нет, выглядит как-то не по-храмовски, что ли. Это нормально? — Я и не знал, что ты религиозен, — Ян покосился на него. — Бр-р! — Его передёрнуло. — Ваще совсем не-а, нетушки, нет-нет, но кое-что о богах знаю, пришлось, «спасибо» папику. Спасибо было озвучено без какой-либо благодарности в голосе. — Хрен знает. — Талиша пожала плечами и прошла под аркой. Томса, держа её за рубашку, выглядывающую из-под куртки, шла шаг в шаг. — Может, просто монастырь. Типа сюда приходят, ну, уединяться. Они ж отшельники. — Звучит как-то безумно правильно, что даже не верится, — подметил Иво, следуя за ней, Ян держался в двух шагах позади. — Ваще поверить-то можно было, если бы мы были не в Эзне и не повидали всякой фигни, но сейчас тут всё выглядит так, чтоб прям не задумываясь дать деру. — Знаешь, почти всё в Эзне так выглядит, — Ян тоже перешёл с шёпота на голос. — Ежели захошь послушать историю энтого места, энто к Леру, — интонации Томсы подрагивали, как бы она ни старалась держать эмоции под контролем, — щас не до энтого, тоби не кажется? — Хо-хо-хо! — Иво ткнул в неё палкой орешника, но она успела отскочить. — А вот мне кажется, что как раз до этого, Томса-матомбса… — Хватит коверкать имена, — огрызнулась Талиша, но Иво её будет и не услышал: — Да ладно-о загонять-то. Или вы не слышали такую фигню, что всякий храм как бы накапливает энергию божества, которому тут поклоняются? И типа всё у них так устроено, в этих храмах и не храмах, в храмовой сети, мегахрамовой сети, короче, устроено так, что в мире цветёт и благоухает гармония, даже если храмы злодейские. — Нет. — буркнула Талиша. — Ты бесишь. Иво только открыл рот, как их окрикнул Арий. — Эм-м! Извините, пожалуйста, великодушно! Ян остановился и обернулся, все остальные тоже. — Извините! — Арий топтался перед аркой и растирал щеки. — Я, пожалуй, тут постою. Не хочу мешать и всякое такое. Да и воздух тут очень свежий, прямо вдыхаю грудью — и хорошо становится, сказка, лепота. Да и зачем нам такой сворой идти куда-то, да? Я тут поохраняю вход. Спасибо! Ян поймал недоуменный взгляд Талиши и на этот раз был с ней полностью согласен. — Что за выкрутасы? — крикнула она. — Я просто, понимаете, немного, да и вообще… Ян! — Арий словно в туалет хотел, весь жался, суетился. — Подойди сюда, пожалуйста, я сейчас, это… И он скрылся за деревьями. Талиша снова посмотрела на Яна, явно не понимая, что происходит, но кивнула. — Разберись там побыстрее, что ли, — бросила она. Ян выбежал за арку и нашёл Ария за мохнатой елью. Он чуть ли не прыгал то на одной, то на другой ноге. Растирал кулак ладонью и шептал что-то невразумительное. — О божечки, Ян, прости-прости, не думал, что это случится, извини, я так волнуюсь, прости-прости, я просто не ожидал, что всё так выйдет, ох… — В чем дело? — Ян выглянул из-за ветки, посмотрел на недовольных товарищей. Скучать им, правда, не приходилось. Иво мог докопаться до любого и сейчас жертвой стала Талиша. Он то и дело отпрыгивал от неё, а затем, когда она теряла бдительность, снова подпрыгивал, щипал за мочку уха или дёргал волосы, и снова отпрыгивал. Томса пыталась его успокоить, но в результате только получила щелчок по носу. Понадеявшись, что Талиша всё же не сорвётся и не убьёт Иво, Ян снова посмотрел на Ария. — Так что ты хот… — снова захотел спросить Ян, но осёкся, когда Арий обхватил его запястье ледяными пальцами и утянул глубже в лес. — Ты меня пугаешь. — Пока что я тебя не пугаю, а вот сейчас, будь уверен, напугаю, — Арий облизнул губы, тяжело вздохнул и решительно начал расстёгивать рубашку, две пуговицы даже вырвал с нитками. — Арий… — Ян помассировал затылок, наблюдая за ним, — я не против, конечно, особого сближения, но сейчас, как мне кажется, не время… — Арий оголил грудь. — Твою мать!.. Что за… На хрен!.. Это… Это что? На груди Ария был выжжен рунический став. Ян присмотрелся. Он не помнил, какой знак выжгли на Дэмиане, но кажется, точно такой же. Арий поспешил застегнуть рубашку. Ян не понимал. Он смотрел то на скрытый под рубашкой символ, то на Ария. — Иво прав, — губы Ария подрагивали, — этот монастырь обладает сильной энергетикой, которая не пропускает нечто, что связано со мной, видимо... Видимо, с тех пор, как я… получил знак и стал… стал таким. — Таким?.. — Ян заглянул ему в глаза. — Каким «таким»? Блин, Арий, вот почему раньше не показал… — Я обещаю, что всё расскажу подробней! — Арий застегнул рубашку аж до горла. — Только остальным не говори, пожалуйста. Слишком много вопросов будет, я не выдержу столько внимания. Хорошо, лгу, выдержу, наверное, но всё-таки мне будет очень тяжело. Гораздо легче мне было бы рассказать тебе, а ты бы уже как-нибудь донёс до остальных информацию, но, правда, я сам не уверен, что со мной происходит. — Он судорожно глотнул воздуха и продолжил не менее судорожно и сбивчиво: — Я не знал, правда не знал, что всё так получится. Надеялся просто показать место, откуда я сбежал, когда меня похитили. А сейчас… сейчас суть в том, что меня от монастыря как будто отталкивает. Как будто если я перейду черту, войду в арку, меня просто спалит. Я… я правда не ожидал, прости. Не хотел доставлять сложностей. Вопросов у Яна и правда появилось много. — Ладно, я тебе верю. — Но задавать он их не будет. Пока что. — Но пусть с тобой останется хотя бы кто-то, ладно? Не знаю, спрошу у ребят, кто согласится. Арий выдохнул и с благодарной улыбкой посмотрел на него. — Да-да, конечно… Я обещаю, я буду тут. Никуда не денусь. Не доставлю проблем. Просто… как-нибудь сгладь углы, хорошо? — Будь осторожен. — Ян похлопал его по плечу. — Очень осторожен. Я сейчас. Арий кивнул. — Спасибо. Буду. — И что это было? — Сходу заявила Талиша, когда Ян вернулся. Она переводила разъярённый взгляд с Яна на ель, за которой прятался Арий. Вот и что ей ответить? — Ему стало плохо. — Ян очень надеялся, что такого объяснения хватит. — Недавно из больницы всё-таки. Тем более, видимо, у него плохие воспоминания с этим монастырём. — Не ну тут я его понимаю, а че. — Иво рассекал воздух палкой орешника. — У меня ваще со всеми этими религиозными постройками плохие воспоминания. — Нельзя его оставлять одного, — добавил Ян. Талиша вздохнула, опустив плечи, и задумчиво обвела взглядом чёрный силуэт монастыря на фоне темно-синего неба. Хоровое пение всё ещё приглушённо проникало сквозь стены и доносилось до них. Она посмотрела на Томсу, та сжалась в ком. — Ладно! — Она закинула топор на плечо. — Не хочу, чтобы как с Ребеккой всё случилось. Останусь с ним! Послежу за этим неудачником. Мало ли что. Вы идите, монастырь всё равно мужской. На меня там косо посмотрят. — Энто шо значит, — вмешалась Томса, до этого безучастно сидя на клумбе, — а на мене? Талиша осклабилась и пошла к Арию. — Энто ж прям возмутительно, скажу я вам! — крикнула Томса ей в спину, нацепила капюшон до носа и поднялась. — Сидишь, никово не трохаешь, а тоби тута оскорбляют по-всякому! — А че не так? — перехватив палку обеими руками, Иво запрыгнул на клумбу и оказался позади неё. — Че не так, Томас, хер тебе не жмёт ещё скажи? — Отвали ты, я девчонка! — Томса отмахнулась и пошла вперёд. — Где? — Иво прыгал вокруг неё, подзуживая. — Покажи да докажи! Ян прыснул, подскочил к нему и отвесил лёгкий подзатыльник. — Эй! — Иво попытался ткнуть его палкой, но Ян отпрыгнул и показал язык. — Отстань от неё, стервозина. — Как так! — наигранно всплакнул Иво. — Вот вечно тебе лишь бы всяких вонючих мужиков-алкашей защищать! — Идиоты… — Томса отходила спиной к воротам монастыря. — Ой, ой, ой. — Ян присел, уклоняясь от очередного удара палки, поднырнул под руку Иво и обхватил его на талию. Прижал боком к себе. Тот закатил глаза и склонил голову к плечу. — Но в чём-то я согласен, на парня она похожа куда больше, чем ты. — Хэй! — на этот раз возмутились оба, а продолжил только Иво:. — Я тебе сейчас эту палку знаешь, куда засандалю? — и оттолкнул Яна. Ян, хохоча, прыгнул за спину Томсы и выставил её как щит против палки Иво. — Та шо ты!.. — Томса скрестила руки, опасаясь, что Иво ненароком стукнет по голове. — Та вашу ж мать! Связалася с идиотами! Фехтовальщик из Иво вышел и правда так себе. Целясь в Яна, он попал Томсе по ноге, бедру, боку. И один раз всё-таки сумел ткнуть Яна в плечо, просто потому что щит из Томсы получился тоже неудачный. Она закрывала его лишь наполовину. — Та мы ж в святом месте! — заорала Томса. — Ироды треклятые, постыдились бы! — Так точно, мистер Яичко! — Иво послал ей воздушный поцелуй. Томса не выдержала, нагнулась, схватила камень и бросила в Иво. Попала в плечо. Злобно хохоча, довольная собой, она вывернулась из хватки Яна и побежала к воротам. — Кто последний, тот дурак! — хлопнув в ладоши и указав на Иво, Ян, смеясь, побежал за ней. — Ну всё, сил жалеть не буду! — И Иво, размахивая палкой, ринулся следом. Как-то так, не особо соблюдая тишину и подбирая слова, они пробежали по брусчатке, стиснутой желтыми кустами и старенькими клумбами. Взбежали по широким ступенькам и оказались перед огромными дубовыми дверями в два, а то и три стандартных этажа. — Ух… — Ян вытер пот со лба, осматривая улетающие ввысь деревянные полотна. Говорят — Ян по телевизору слышал, — что у архитектуры есть характер. И у этого здания он казался надменным и тяжёлым. Свет от фонариков Томсы и Иво вылавливал только ту часть, куда был направлен свет. Стоило Яну посмотреть левее или правее, он видел сплошную черноту. Хоть луна и светила высоко в небе, а звёзды сияли ярко, всё равно казалось, что её свет сюда не долетает. Ему это показалось плохим знаком, но поворачивать никто не собирался. — Ну что ж, помолимся, дети мои. — Ян повернулся к спутникам, сложил ладони лодочкой и поклонился. — Чтобы нам вынесли цветник проклятых цветков, мы его прямо тут сожгли, и всё закончилось. — Аминь, — хором произнесли Томса и Иво, второй ещё и поклонился, опираясь на палку. Ян повернулся к двери. Занес кулак, чтобы постучаться, но увидел кнокер. Да, наверное, чтобы оповестить о приходе, одного удара кулаком по такой дверище будет мало. Пальцы обхватили кольцо — ай! — и вмиг разомкнулись. Ян отшатнулся. — Эй, ты че? — Иво подошёл. — Не знаю… — Яну показалось, что кольцо под его пальцами шевельнулось, будто змея с жёсткой чешуёй. — Показалось, наверное. «Очень надеюсь» Ян снова обхватил кольцо, чувство, что под руками что-то ползёт не пропало. Он три раза стукнул кольцом. Гулкий звук раздался, казалось, на все здание и эхом прокатилось от стен. Заглушил даже хоровое пение. Стая ворон, каркая, сорвалась с крыши и улетела прочь, кружась в тёмно-синем небе. Он отнял руку от кольца и посмотрел на ладонь. Свет фонарика Томсы освещал лишь край, но этого хватило, чтобы увидеть россыпь царапин. «А тут-то что за чертовщина?» Послышался скрип засова. А затем неприметная деревянная щеколда слева на двери отодвинулась. — Я могу вам чем-то помочь, господа? — В прямоугольном окошке появились огромные глаза, внимательно оглядывая каждого. Иво, похихикав, толкнул Томсу в плечо. Та, нахохлившись, шлёпнула его по запястью и отступила. — Добрый вечер. — Ян подошёл к двери, опуская руку. — Или, вернее, уже ночь. Он улыбнулся. Судя по глазам, послушник совсем молод. Возможно, чуть старше них. — Извините, что так поздно, — продолжил Ян, — но нам нужна срочная помощь. Возможно, мы можем поговорить с кем-то из служителей, кто знает, что это такое? Ян достал из нагрудного кармана пакетик с проклятой жиазией. — Это шутка? — Брови послушника сошлись к переносице. Он как будто и не заметил, что ему показали. — Мы не занимаемся ботаникой. Почему вы пришли к нам? — Э-э-э… — Ян растерялся. Не будет же он говорить, что этот цветок-обещание наложил на двух духов проклятье, и Ян с компанией пытаются его снять, а волшебная карта ясно дала понять, что «дом» этого проклятого цветка именно в монастыре. — Я вам сейчас объясню! — Томса поравнялась с Яном, её голос изменился, приобрёл глубину и мужественность. — Нам сказали, что этот прекрасный цветок… — Она даже говорила теперь грамотно и внятно, — …впервые был выращен здесь, на территории вашего монастыря. Это некий символ этого места. Нас что, обманули? Послушник снова посмотрел на цветок в пакетике. — Кто вам такое сказал? — Он явно впервые видел нечто подобное. Теперь замялась Томса. Видимо, не могла сообразить, на чей авторитет сослаться. Стефана? Валерио? Нестора?.. — Арканад сказал, — тут подключился Иво. — Мой батя, между прочим. И снова послушник нахмурился. Но прежде чем Ян или Томса успели что-либо сказать, бросил: — Подождите несколько минут. — Посланник закрыл окошко и ушел. Ян и Томса повернулись к Иво. — У твоево оцца шо, имя магическое какое? — Иногда мне так кажется. — Иво озорно улыбнулся. — Я вам отвечаю, когда я называю его имя, реакции самые разные. Ну, по крайней мере, в магическом соо или в там лакшери фирмах. Иногда можно и по шапке получить, но чаще всего Арка везде знают и с ним и его детьми шутить не особо хотят. Я типа подумал, вдруг сработает? Ян покивал, вспоминая всё, что успел услышать об отце Иво. — Мне уже даже интересно посмотреть на него. — Вот тебе точно не стоит! — Поче… — Но его прервал скрип открываемой двери. Ян обернулся. Послушник в чёрной мантии и повязкой на лысой голове, глядя под ноги, позвал их внутрь. Ян посмотрел сначала на Томсу, та топталась на месте, явно не решаясь пойти первой, а затем на Иво. Тот, пожав плечами, шагнул навстречу открытой двери. — Аббат дал согласие принять всех троих, — промямлил послушник, когда они зашли внутрь. Иво сразу чихнул, а затем ещё раз и ещё. В нос бил почти что до слез из глаз запах ладана и плавленого воска. Яну и самому пришлось ненадолго зажать нос и постепенно его отпускать, чтобы привыкнуть к резкому амбре. Когда он открыл глаза, то всё помещение, казалось, поглотил туман. Но одно хорошо, множество свечей на канделябрах и алтарях позволяли больше не пользоваться фонариками. — Я попрошу вас двоих надеть мантию. — Послушник не осмеливался поднять взгляд на Яна или Иво. Просто вытянул руки с одеждой. — Так же прошу оставить палку здесь. Вы в святом месте. Попрошу уважать наши традиции. — Пф-ф! — Иво закатил глаза и стукнул Яна по плечу кулаком. — Ты погляди, важный какой. А может, ваш аббат сам сюда придёт, раз он весь такой традиционный? Послушник от такой наглости даже выпрямился, но тут же отвёл взгляд. — Иво… — Ян коснулся его плеча, намекая, чтобы он остановился. — Нет, ну а че они. — Иво фыркнул, схватил Яна за затылок и отвёл в сторону. Томса сразу же оказалась рядом. Иво понизил голос до шёпота. — Чё-то мне не нравится всё это, Пальмец. Запустили нас, понимаешь ли, только когда я сказал про батю. Выглядит всё как ловушечная ловушка. Ты уверен, что эти парни не извращенцы какие? Так типа всё и начинается, давайте наденьте мантии, я отведу вас к нашему главному, а этот главный потом кровавые оргии будет устраивать с нашими трупами. — Та, шо-т мне не по себе от энтого места. — Томса поёжилась. Ян не чувствовал какого-либо дискомфорта, кроме как психологического. Да, местечко с религиозным уклоном, но не такое уж и жуткое. Не как в лесу или больнице, к примеру. Бежать сломя голову не хотелось. Но, судя по взглядам Иво и Томсы, только ему. Они бы с радостью убрались отсюда как можно скорее. — Извините, вы передумали? — послышался недоуменный голос послушника. — Секундочку! — бросил ему Ян, а затем зашептал остальным: — А у нас есть выбор? Аббат может знать, откуда цветок, это раз, два, может быть, вы располагаете временем, а я нет. Илай вообще, может, мёртв. Что вы предлагаете? Хотите, подождите тут, я схожу один. — Так можна? — сражу же оживилась Томса. — Ты же сама сюда рвалась! — Та, но… — Да я не о том… — Иво тяжело вздохнул. Его пальцы отлипли от затылка Яна. — Блин, Пальма, конечно, мы тебя не бросим, — кашель Томсы он не заметил, — хрен ты один пойдёшь. Ладно-ладно, просто надо по сторонам смотреть и быть капец осторожными. И, если увидишь руны, сразу говори. Руны — это плохо, сечёшь? — Секу, блин, не парь меня, я понимаю, во что ввязался. Иво внимательно поглядел ему в глаза. Очень внимательно. Вот теперь Яну стало не по себе от этого серьёзного проницательного взгляда. — Не, мне кажется, ты до сих пор не врубаешься. Он посмотрел на послушника, а затем откинул палку орешника. Та со стуком ударилась о скамью и упала. — Давай сюда свою мантию, мышь церковная. Буду мистером монашкой, святой овечкой-барашкой. Послушник не спросил, что это могло означать. Просто передал одежду и снова опустил взгляд. Оружие они оставили у двери, затем надели мантии поверх своей одежды. Посмотрели на Томсу. Та топталась на месте, выкручивая указательный палец. — Не ссы, Томас, вместе помирать веселее. — И с этими словами Иво расхохотался и подхватил её под один локоть, а Ян, улыбнувшись, подхватил под другой. — Просто помни об отце, — шепнул он ей. — Да вот гляжу я, через что приходится идти, — призналась она. — И что-то как-то забыть хочется.