Дети Эзна: Ритуал

Эзн, глубины леса 9 сентября, почти полночь

— Шорд! — хруст веток, а следом — шорох листьев позади. Ян обернулся, готовый бить, но это просто Томса споткнулась об очередную корягу и упала. — Ни хрена не видно. — Талиша стучала смартфоном по ладони, фонарик которого то светил, то нет. — Мы близко? — Чё т у меня так жопа сужается, что мне кажется, что да, и даже ближе! — Смеясь, Иво помог Томсе подняться. Та, почёсывая скрюченными пальцами под шеей, огляделась. — Верно-верно! — Арий стоял рядом с Яном, переминаясь с ногу на ногу. — Знаете ещё как говорят, светел тот путь, что ведёт во мрак! Ян скосил на него недоуменный взгляд. Томса же, почесав бока, ответила за него: — Никада не слыхала, шо б говорили такую хероту! — Вот теперь услышала! — Арий растёр ладони и нервно хихикнул. — П-простите. Я просто немного нервничаю. — Немного? — Иво расхохотался. Ян тоже нервно хихикнул. Да они тут все нервничают и совсем не чуть-чуть! Фонарик Талиши расщедрился на стабильность и вновь, без перебоев, освещал путь. Иво помогал ей светом от своего смартфона, но все же, чем дальше они шли, тем темнее становилось. Казалось, они загоняли себя в тупик, непроницаемые стены сдавливали по бокам и поглощали свет. Они замедлили путь. Держались друг рядом с другом, шли почти на ощупь. То и дело до уха доносились шепотки потустороннего мира или далёкое пение. Ветки хрустели то справа, то слева. За ними наблюдали. Кто и откуда — неизвестно, но взгляд преследователя ощущался постоянно. — Как ты понимаешь, куда надо идти? — шепнул Ян, и его голос чуть не оглушил его же. — Ой, это как-то сложно объяснить, — Арий хрустел ветками впереди, — меня тянет к тому месту, не знаю… Просто на подсознательном уровне, эмоции такие, как нюхательный радар или что-то такое. Инстинкты, может быть? «И это наверняка как-то связано с символами на твоей груди», — понимал Ян, но вслух ничего не сказал. Плеча едва ощутимо коснулось. Ян тут же скинул что-то с себя, но теперь что-то коснулось другого плеча, поясницы, внутренней стороны колена. — Да бл!.. — Он крутанулся вокруг себя, словно это могло помочь, запнулся о корень и чуть не повалился. Успел ухватиться на выступ на стволе дерева. Взглянул в сторону: из-под листвы, освещённой лишь краем света от фонарика Ария, застыло в немом крике лицо. Присмотревшись, Ян понял, что оно просто вырезано из дерева. Народное творчество? Однако стоило ему успокоиться, как глаза дерева посмотрели прямо на него. Свет фонарика оказался направлен на лицо дерева. Веки на нём сомкнулись и закровоточили. — Бедняжки. — Арий встал рядом с Яном и направил фонарик на дерево, за которое ухватился Ян. Оно было исписано рунами. — Души здесь заперты и преданы вечной агонии. Когда я тут был, некоторые из них пытались со мной поговорить. У некоторых получалось. — Значит, ты тоже их видишь. — Ян выпрямился и отошёл от рунического дерева. — А вы тоже?.. Он обернулся, но ни Иво, ни Талиши, ни Томсы не увидел. Фонарик Ария погас. Глаза заволокло тьмой. Тело окутал замогильный холод. То тут, то там слышался шорох листвы. Вой и загадочное пение из глубин леса начало нарастать. — Тэш! — крикнул Ян. Раздался шорох. Ян отреагировал на звук, обернулся. Едва различимый силуэт на четвереньках юркнул за корень дерева, подняв с земли пару листьев. — Иво? — В свою очередь спросил Арий. — Томса? В ответ — тишина. Глаза постепенно начали привыкать к тьме, и теперь Ян различал силуэты деревьев и множество искорёженных созданий, бредущих по округе. — Мы на месте, — подытожил Арий и судорожно вздохнул. — Я… вообще-то я думал, что что-то такое может случиться… — Да ну? — Ян с трудом сдержался, чтобы не вывалить на Ария вагон претензий. — Да ну?! — Но я же не был уверен на сто процентов! Понимаешь, я чувствую, куда надо идти и меня сюда тянет, просто по причине, как я это понимаю, что здесь на меня была нанесена эта руна и… И для живых путь сюда заказан. Поэтому-то я и пошёл с вами, я очень хотел помочь Илаю, но боялся, что вы просто, даже узнав, где обитает дух, не сможете сюда попасть. Так оно и вышло. Вот только я не понимаю, почему ты прошёл со мной. Снова послышался шорох. Ян обернулся — и силуэты залитых смолой существ замерли. Зато шевелились те, на которых Ян не смотрел. — Им просто любопытно, Ян… — Знаю я их любопытство. — И всё же они не нападали. Ян посмотрел на Ария. Тот с интересом разглядывал руны на ближайшем дереве. — Значит, мы в… межмирье? — Я… — Арий неловко посмеялся, — я не знаю, я не разбираюсь. Я никогда не думал, что столкнусь с чем-то подобным. Завораживает, правда? Вообще-то нет, однако, сейчас Ян не хотел думать об этом. — Главное, что с Иво и остальными всё в порядке. — Даже хорошо, что они сюда не попали. — С ними же всё хорошо? — Думаю… они там же где и мы, только вне, как это сказать, вне межмирья?.. — Арий потёр бровь. — Почти уверен, если мы вернёмся, встретим их! Наверняка мы близки к границе соприкосновения миров. Очень похоже на правду. Остаётся только верить, что с ребятами и правда всё в порядке. — Поворачивать не будем, нужно спасти Илая, если есть что спасать, верно? Губы Ария изогнулись в тёплой улыбке. — Да… Да, идём. Я хорошо чувствую это место. Он протянул ему руку. Ян посмотрел на тонкие пальцы и переплёл их со своими. Вздрогнул — кожа Ария отдавала холодом и какой-то твёрдостью. Непроизвольно он вспомнил ощущения, когда касался Дэмиана. Он словно трогал мертвеца. Ян посмотрел в затылок Ария, ведущего его вглубь тёмного леса. Раздался вой. Арий что есть сил сжал руку Яна, Ян сжал руку того в ответ. Сердце колотилось где-то у горла. Движения залитых смолой существ становились быстрее. Смех, шёпот, шорох листьев и хруст веток слились в какофонию. Земля под ногами превратилась в вязкую. Свет — алый — прорезался сквозь крону деревьев и покрывал дорожку из переплетённых, не до конца зарытых конечностей. Они шли по трупам. — Арий… — Яна начало тошнить. — Я знаю, Ян, — голос Ария дрожал, — я знаю… Хорошо, что Иво этого не видел. Сквозь смесь звуков прорвался вой — отчётливый, громкий, душераздирающий, принадлежащий не зверю — человеку. Человеку на грани помешательства. Он оборвался, сменяясь захлёбывающимся криком, перетекающим в стон и мольбу о пощаде. — Это Илай… — прошептал Арий. — Господи, Ян, кажется, это голос Илая… Тогда им оставалось сделать только одно. Идти вперёд. Над ними светила чёрная луна.

***

Ноги проваливались в вязкую грязь по щиколотку. Хлюпанье отражалось в ушах ударом молота, настолько громко звучали здесь звуки, в этом мёртвом месте. И хруст. Хруст преследовал Яна. Когда Ян услышал его впервые, решил, что умрёт здесь и сейчас. Он хоть и старался не смотреть вниз, но помнил, что они идут по искорёженным, залитыми смолой телам. И хрустели именно они. «Не думай, не смотри, не реагируй», — убеждал он себя. Под пальцами дрожала рука Ария. Его громкое судорожное дыхание разносилось по лесу. Он плакал. Не мог не смотреть под ноги. — А-а-а! — Вопль Илая послышался совсем близко. — Не надо! Нет! — Потанцуй, — издевательский голос Иваскеса наполнял собой пространство, словно эхо. — Потанцуй за всех, Кац. Станцуй перед папой. Не хочешь? Не можешь? Сложно-о-о? Хруст — и крик Илая разлетелся по лесу, пронёсся ураганом прямо в лицо Яну. Блядь! — Потанцуй, танцуй, протяни ножку, протяни ручку, это же так просто, видишь? Снова вопль. — Ян… — начал Арий, по его щекам текли слёзы. — Я не могу… — Илай! — Ян не выдержал. — Илай, мы идём! — Зря, зря, зря, — раздались коварные шепотки то справа, то слева. Звуки, кроме болезненных стонов, вмиг стихли. Пространство вокруг зазвенело от напряжения. Почва под ногами стала неустойчивой, ноги вязли сильнее, чьи-то пальцы коснулись ноги Яна, но не схватили её. Холодный ветер полоснул кожу. Под ногами зашевелились трупы. — Арий, — понимал Ян, — надо бежать. — Но… — Бежим! Не отпуская друг друга, они рванули вперёд. Хруст под ногами участился. Мычание заживо похороненных существ окрасилось нотами боли. На стволах деревьев в красном свете появились танцующие тени с зубастыми ухмылками. Они прыгали со ствола на ствол, преследуя беглецов, и беззвучно хохотали. — Ты! — раздался ниоткуда и отовсюду голос Иваскеса. — Он, — дыхание Ария сбивалось, — явно не рад, ух, тебя, видеть!.. — Он меня хотя бы видит! А вот Ян его нет. Они остановились. Невозможно было определить, кому принадлежит мученический стон: Илаю или зомби. — Боже… — Арий прикрыл свободной ладонью рот, обернулся. Ян проследил за его взглядом. Свет красного неба полностью окутывал лес и землю. Выглядывающие конечности увязнувших в чёрную смолу существ оказались переломаны. Воя и мыча, твари старались закопаться поглубже в безопасную трясину, но та их отплёвывала обратно. Прыгающие на деревьях тени всё так же заливались беззвучным хохотом. Они указывали на Яна и Ария. — Где же он, где же он, где же он… — шептал отовсюду Иваскес. — Что ты тут забыл, Ян Гартнет, что ты тут забыл, убийца? — Я никого не убивал! Ухмылки теней стали шире. Он отвлёкся. — А-а! — Пальцы Ария вылетели из его руки. Ян обернулся. Арий упал грудью на смесь из травы и смолы. Пальцы, похожие на острые концы корней, оплели его щиколотку и потянули к толстому, покрытому рунами дереву. Зомби, держащиеся за каждым стволом, засевшие под каждым кустом, наблюдающие с ветвей, только смотрели на них. Но не действовали. — Держись! — Ян бросился следом. Наступив на чьё-то застывшее в немом крике лицо, он нагнулся и сумел поймать протянутую ладонь Ария. Потянул на себя. Арий что есть силы отпинывался от пут, утягивающих его к переплетению корней. Дёрнув Ария на себя, Ян случайно вскинул голову и встретился с белыми глазами, вырезанными на дереве и окружёнными светящимися рунами. «Здесь всё куда живее, чем кажется» Иваскес расхохотался. Смех ледяными руками опустился на плечи Яна, заставляя вздрогнуть, кожу обдало морозом. В спине что-то хрустнуло, плечо передёрнуло. — Ай! — Ян упал на колени, нечто, напоминающее липкие корни, вынырнуло из смолы и обвило его запястья и бедра. Обхватило шею. Блядство! Но он не отпускал Ария, а тот цеплялся за его запястье мёртвой хваткой. — Заявился в мой мир! — Ледяное дыхание обжигало затылок, шею, уши. — Наглый юнец! Кем ты себя возомнил?! На что ты рассчитывал! Танцуй, Ян Гартнет, танцуй! — Не поддавайся! — голос Ария не отрезвил. Не отрезвил от боли, что наполнила тело. В глазах потемнело. Он отпустил Ария, не в силах терпеть перестройку собственных костей. Он попытался обхватить себя за плечи, но его руки крепко держали липкие корни. Очередной хруст в области лопатки — и Ян закричал. Как этому не поддаваться?! Его кости жили собственной жизнью, ломались, сдавливали органы, вызывая сбои в организме и дикую агонию. Слюна наполнилась кровью. Лёгкие сдавило. Кричащего Ария утащило под дерево. Блядь! — Нет! — Он попытался протянуть к нему руку. Но в поясницу будто бы вонзили нож. Вопль сорвался с губ. — Ты не лучше меня, ты не лучше меня, ты не лучше меня… — разносился шёпот Иваскеса, — не лучше, не лучше, не лучше… Путы, овившие ноги, запястья, сгибы локтей, плечи и шею, подняли Яна. Он начал двигаться, но не по собственному желанию — им управляли как марионеткой. С каждым движением, с каждым вздохом слышался хруст внутри. Тело разрывало от боли. Его будто выворачивало наизнанку. Крик Яна, полный мольбы, тонул во множестве чужих стонов и вое. Он вспомнил о богах, о Шадиане и Лире, чьи храмы посещал хоть иногда, о Стинии, Литиане. Об Эзне! Если Эзн хотел привлечь его на свою сторону, самое время действовать! — Ха-ха-ха, — Иваскес держался рядом, совсем близко, но вплотную не подходил, Ян никак не мог его увидеть, — что за грусть, Ян Гартнет? Улыбайся, Ян Гартнет. Улыбайся, танцуй, сделай папочке весело! Папочке… точно! Ян ведь не просто так сюда пришёл! — Отец не бросал тебя, Терек Мар! — прокричал Ян, но хватка лиан не ослабла, судорожный танец не прекратился. Не то имя? — Слышишь, Рафаэль! — Это не моё имя! — огрызнулся Иваскес. И множество голосов взвыли вместе с ним. Яна опрокинул лицом в смолу, он уткнулся лбом в ладонь мертвеца. Приподнялся на дрожащих руках. Путы, руководившие танцем, исчезли. — Это не его имя! Не моё имя! Не его имя! Не его! Не его! Не его! Смеющиеся тени на деревьях увеличивались, уменьшались, сужались, становились угловатыми и округлыми, однако ухмылки не пропадали. — Папочка не услышит… — старческий голос Иваскеса сменился детским. — Папочка не придёт! — Не его имя, — шептали голоса, — не его… Всего одна передышка, но и ей Ян обрадовался. Он приподнялся, сил хватило сесть на колени и вскинуть голову — на него бежала тварь. Раскрытая чёрная пасть бросилась ему в лицо. Ян упал на бок, смола под локтём хлюпнула. Тварь пробежала на ломаных, выгнутых в обратную сторону ногах, развернулась, а затем, побежала обратно. В существе угадывались черты Иваскеса: заплывшие белым глаза, вытекающие из глазниц, остатки усов и бороды. Хромота. Но конечности были удлинены. Огромный чёрный рот словно застыл в немом крике. И тварь в новом прыжке бросилась на Яна. Блядь! — Снесённый тушей, Ян повалился на спину и вонзил пальцы в подбородок твари, так и норовившей сомкнуть челюсти на его лице. Мышцы напряглись, в мозгу клокотала истерика. Огромная сила твари побеждала. Предплечья Яна нещадно дрожали, не выдерживая натиска, а раскрытая в немом крике пасть приближалась. — Бля-я-ядь! — заорал Ян из последних сил отталкивая Иваскеса. — Скажи, что скучаешь по папочке, — насмешливо каркал тот, чёрный язык вывалился из пасти, коснулся лба Яна, — позови папочку на помощь, убийца! Зови-зови-зови! Удар! Голову Иваскеса откинуло к угловатому плечу, и он, неловко перебирая конечностями, накренился. — На хрен пошёл, урод! Ещё два удара палкой — и Иваскес скатился с Яна и отпрянул. Илай, прихрамывая, подошёл к Яну. Одна из рук Илая висела безжизненной конечностью, вся одежда пропиталась чёрной смолой и кровью. Ян ухватился за протянутую палку, и Илай рванул на себя. Ян поднялся, но его пошатывало. Илай держался не лучше. Он дышал ртом, глаза закатывались, пот стекал на ресницы. Что-то звериное проявлялось в поведении Илая. Его карие глаза то желтели, то темнели. Изо рта вырывалось тяжёлое дыхание вместе с рычанием. Сидя на изогнутых четвереньках, Иваскес выжидал. Чёрная пасть обращалась то к Яну, то к Илаю. Затишье продлилось недолго. Ян не успел придумать, что делать дальше, когда Иваскес оттолкнулся задними ногами от корней дерева и лягушкой прыгнул на Илая. Тот умудрился встретить его ударом палки по лицу и устоять на ногах. Иваскес отскочил, снова отбежал и напал с наскока. Ян оглядывался в поисках оружия — хотя бы той же самой палки. Но натыкался взглядом только на торчащие конечности и корни. — Ян! — вдруг раздался голос Ария. Он жив?! Ян отвлёкся — и его толкнуло в бок. Иваскес пробежал мимо и на этот раз сумел повалить Илая. Ян обернулся и пнул Иваскеса в бок. Илай врезал кулаком по отвисшей челюсти. — Палка! — прорычал Илай, утыкая ладонь в подбородок Иваскеса. Ян нашёл оброненное оружие сразу. Обхватил двумя руками, занёс — и, вложив в удар всю силу, обрушил на морду Иваскеса. Тварь завопила так, что Ян чуть не оглох. Инстинктивно он заткнул уши, и только позже сообразил, что стоило проигнорировать шум и защититься. Потому как Иваскес воспользовался заминкой. Длинные ледяные пальцы сомкнулись на горле Яна и оторвали от земли. — Ты-ы!.. — крик Иваскеса звучал как будто не из тела, а отовсюду, чьи-то чужие голоса кричали ему в унисон. Вой наполнял болото. По округе носились чьи-то тела — черные, облитые смолой. Они роем мошек мелькали поблизости, но не нападали. Но и не помогали. Илай, хватая ртом воздух, зажимал рану на плече. Он терял остатки сил. А Ария Ян больше не слышал и не видел. Никто Яну не поможет. Сам он ослаб, чтобы достойно защищаться. — Ты! — хватка Иваскеса стала жёсткой. Ян захрипел. — Самое мерзкое, самое гадкое, самое ничтожное человеческое создание, которое мне когда-либо встречалось! Ты все лезешь и лезешь! Суешь нос, куда тебя не просят, прямо как он… На миг хватка Иваскеса ослабла. Как если бы он отвлёкся, силясь вспомнить, кто «он». Вот оно! Последний шанс! — Рафаэль… — прохрипел Ян. — Отец не бр… — Не называй меня так! — Пальцы вновь сдавили шею. Дышать стало нечем. — Не называй его так! — Р-ф-ль… Яна отшвырнуло, он ударился спиной о ствол дерева, руны на нем вмиг вспыхнули, но тут же погасли. — Не моё имя! — верещал Иваскес и множество голосов вопило вместе с ним. — Не моё имя! Не его имя! Имя не моё! Не его имя! Имя! Имя! Имя! Всего лишь имя! Имя! Имя! Имя! Его крутило на месте. Шёпот отражался от стволов деревьев, листьев, корней. Трупы в трясине выныривали и смотрели на него безглазыми глазами. Ян, кашляя и растирая горло, отползал. Он двигался к Илаю. Тот, улёгшись на локоть, полз к нему и смотрел только на него. Сейчас только они были друг у друга. — Не моё имя! Не моё! Убей его! Не моё! Обманывает! Не моё! Вторженец! Нет-нет! Убей! Убью! Папа! Папа-а!.. Ян поднялся и, проваливаясь по колено в смолу, добрел до Илая. — Живой?! — Сложно судить… — прохрипел Илай. Ян взял его за локоть на здоровой руке и помог подняться. Пока Иваскес спорил с собой и чьими-то голосами, они отошли к переплетениям корней одного из деревьев. Старались перевести дух. — Он сейчас снова нападёт, — прохрипел Илай. — Этот говнюк… Имя его отвлекает, но ненадолго. И эти твари… — Он посмотрел на зомби рядом. — Они не нападают. Когда я пытался сбежать, нападали. Сука… Он поморщился, снова сжав рану на плече. — Стефан что-то говорил такое… — Ян не сводил глаз с Иваскеса. — Духи добро помнят. Или не духи, а лес? И если лес проклят, то он, как и любое живое существо, хочет освободиться от проклятья. Возможно, поэтому зомби не нападают на него. Возможно, Ян что-то сделал, чтобы завоевать их расположение, ведь раньше они на него нападали. — Ян! — послышалось сбоку. Ян вздрогнул и обернулся. Арий, перемазанный в смоле, стоял рядом. Через его шею проходил шрам от ветки. — Есть песня, какая-то песня… — Он боится песни. — За спиной Ария стоял труп Дэмиана. Такой же изувеченный, как и Иваскес. На груди светилась руна. — Песни. Духи спасают себя и живых от него. Когда могут. Когда хотят. Ты слышал эту песню. Он говорил так, словно был не уверен в том, что говорит. Словно забывал все слова. — Дэм?! — Илай ошарашенно смотрел на него. — Привет, Тигр. Глаза Илая округлились, но он не успел ничего сказать или сделать. — Не моё имя! — Иваскес вернулся в себя. — Не моё имя! Не моё имя! Э-эзн, исполни договор! Черные путы щупальцами вырвались из смолы и потянулись к четвёрке нарушителей. — Ты знаешь, о какой песне идёт речь?! — Ноги Ария обвило. — Твою!.. — путы сковали Илая. Знает. Надо только вспомнить! Он слышал её не раз! Ян судорожно соображал, пока путы очередной раз сковали его, начали выворачивать кости. — Иллюзия, это неправдивая боль… — шептал Арий, но тут же закричал, когда конечности захрустели. — Танцуй, танцуй, танцуй! — Перекошенная морда Иваскеса повернулась к ним. Пасть раскрылась. На четвереньках, двигаясь боком, он попрыгал к ним. — Танцуй, Ян Гартнет! Тварь бросилась на него — Ян не сопротивлялся — и прижала к стволу дерева. Их взгляды снова встретились. В белых глазах Иваскеса появился ранее не виденный Яном огонёк жизни. — Хромоногий и косой… — Ян не умел петь, голос дрожал, — не дружил он с головой… — Нет! — Иваскеса как обожгло, он отпрянул, ломанные конечности окутали голову, спасая от звуков. Путы ослабли. Дэмиан и Арий помогли Илаю подняться. Голос Яна стал уверенней: — Ничего он не умел… — Нет-нет-нет!!! — Иваскеса буквально наизнанку выворачивало. — …только песни папе пел… — Остановись, Ян Гартнет! — Иваскес дрожал, ноги подкосились. Он упал коленями в смолу. — Днём и ночью завывал, — Ян махнул остальным рукой. Они начали отходить. — И навек во тьме пропал. — А-а-а! Нет-нет! Я здесь, папочка, здесь! Я умею! Я всё умею! Понимаю!.. Зомби расступались, позволяя им уйти. Глаза, вырезанные на деревьях, наблюдали за ними, но тоже не останавливали. — Хромоногий и косой… — Они почти миновали трупное болото, — искалеченный душой… Стопа коснулась твёрдой земли. — … от бессилия зверел… — НЕТ!!! — …злостью сердце всё изъел… Стояла неестественная тишина, слышались только всхлипывания Иваскеса да голос Яна. Монстр дрожал, словно вот-вот взорвётся на миллионы частиц. — …ревность обратив в кинжал, — Ян сам не понимал, почему помнил песню целиком, но ему будто кто-то помогал, направлял его мысли, — …каждого уничтожал. — А-а-а! — Иваскес взревел. — Бежим, Ян! — послышался голос Ария, и Ян, развернувшись, рванул что есть сил.

***

Трупное болото осталось позади. Красный свет медленно рассеивался, уступая место привычной ночной мгле. То по бедру, то по плечу хлестали ветви. Они так и норовили опрокинуть Яна в грязь. Собственное дыхание стояло в ушах. Арий, Дэмиан и Илай бежали впереди. Фонарик в кармане брюк Ария чудесным образом включился и теперь маячил тусклым светлячком. Вой прилетел в спину, холод коснулся затылка. Грёбаный корень! — Ян споткнулся и повалился. Только рискнул встать, как его скрутило ветвями и перевернуло. Песня-песня-песня! Надо петь! — _Хромон…_ — Но пальцы Иваскеса сомкнулись на его языке. — Я разорву тебя в клочья, Ян Гартнет! Иваскес потянул его за язык, очередная боль пронзила тело Яна. Дно полости рта и в гортани так закололо, что показалось, будто язык и правда вырвут. Через секунду, вторую, третью… Точно бы вырвали, но тут на Иваскеса налетел Дэмиан. Его дубовые пальцы вонзились в глаз твари. Хватка на языке исчезла, Ян закашлялся. Иваскес попытался скинуть Дэмиана, но тот держался крепко. — Беги! — крикнул Дэмиан. — Блядь… — Ян отполз, освобождаясь от ослабших пут. Обернувшись, бросился к тусклому огоньку. Добежал до Ария. Тот пытался в одиночку дотащить Илая, но в итоге они едва ли не ползли оба. Ян подскочил к ним, перекинул руку Илая себе через плечо, и они продолжили путь. — Бежим, бежим, бежим! — подгонял их Ян. Арий обеспокоенно глянул через плечо. — А Дэмиан… Раздался визг. Глухой удар. А затем снова зашелестели листья, по земле пополз шорох, за спиной ломались ветки под быстрым бегом твари. Иваскес нагонял! — Блядь, блядь, блядь! — Только бы выбежать отсюда, только бы успеть. — Гляди! — Арий указал на свет фонарика вдалеке. Либо им казалось, либо там ходили живые, и, если учесть все варианты, скорее всего — Иво, Талиша и Томса. — Давай, Жижа, мы почти вырвались! — крикнул Ян. Илай зарычал. Тело напряглось. Он зарычал — и его шаги ускорились, они рванули к свету. — Это мы! — в свою очередь завопил Арий. — Помогите! Дыхание Яна сбивалось. Он спиной ощущал приближение потустороннего холода — Иваскеса. Ян физически почувствовал, как длинные пальцы касаются плеча. Фонарик светил на одном месте. Оставалось совсем чуть-чуть до спасительного света! Но вот перед ними кто-то выпрыгнул. Тяжёлая рука легла на плечо Яна и оттолкнула, спасая от ледяных пальцев Иваскеса. — Получай, ублюдок! — И, обхватив топор двумя руками, Талиша опустила его на морду подлетевшей твари. Ян, Илай и Арий шагали как пьяные. — Я больше не могу… — простонал Илай, сжав кулак. — Вы хде были?! — послышался голос Томсы. — Пальма, живой? Иво… Всё, Ян тоже выдохся. Хрипя, он выпустил Илая из рук, и тот завалился на траву вместе с Арием. Ян тоже упал бы, но Иво поддержал его. Ян обнял его и повернул голову. Топор Талиши рассёк воздух — на этот раз Иваскес успел отскочить. Но прошлый удар разрубил голову твари от макушки до уха. Один глаз был проколот, очевидно, Дэмианом. На четвереньках тварь прыгала туда-сюда, уходя от ударов Талиши, но не намереваясь отступать. Однако и Талиша не думала подпускать его к остальным. Или оставлять в живых. — Илаю нужно в больницу, — Ян посмотрел в глаза Иво. — Отведёте? — Так-то те тоже, пальмец, ты еле стоишь или типа перед кипишем надел супергеройские труселя? — В смешливом голосе Иво послышалась неподдельная тревога. Он боялся за Яна. Ян был уверен, что сейчас ему не лгали. — Давайте-ка пока Тэшка не прибила духа, придумаем что-ни… Ян притянул его к себе и поцеловал. Всего на секунду. Но и эта секунда показалась ему бесконечностью, придавшей неземных сил. — Э-э… — Глаза Иво округлились. — Приехали… — пробурчала Томса, помогая Арию выбраться из-под Илая. — Ой, как это мило… — прошептал Арий. — Сразу заметил между ними искру и не говорил вслух, но считал… ай! За спиной слышались визг твари, ругань Талиши и звук ударов топора по различным поверхностям. Это напомнило всем, где они. — Мы с Тэш справимся, — Ян не намеревался оправдываться за поступок, он делал то, что хотел, потому что, возможно, не переживёт ночь. — Уходите в больницу, предупредите Стефана или, не знаю, шерифа. Да хоть весь город. Иво разомкнул губы. Его пальцы впились в кожу на спине Яна. «Он не хочет меня отпускать», — понимание, что Иво им дорожит — действительно дорожит — пусть и на эмоциях, придала решимости. Ян вырвался из его объятий. — Илаю нужна помощь. Иво сомкнул губы и, отведя взгляд, бросился на помощь Томсе. Та никак не смогла бы удержать на себе тяжёлого Илая. Ян тоже больше не смотрел на Иво — он подбежал к Талише. Талиша только приготовилась обрушить на Иваскеса очередной удар, как Ян окликнул её. — Постой! Но она завершила удар. Иваскес, впрочем, уклонился. Из чёрной пасти свисал слюнявый язык. Череп отслаивался на две части. Иваскес смотрел на Яна, но не нападал — боялся разъярённой Талиши. А та действительно разъярилась. Она как будто чуть увеличилась в росте, её окутывала едва заметная огненная аура. — Не мешай, Гартнет! — Даже ее голос звучал потусторонне. — Мы обещали его отцу, помнишь?! Я своей матерью поклялся! Нам нужно бежать к твоему дому! И снова в уцелевшем взгляде Иваскеса блеснуло подобие жизни, в движениях безумного хищника чувствовалась нерешительность. Недоверие. Он понимал Яна, он все прекрасно понимал. Он не совсем выжил из ума! — Легче убить! — Талиша приготовилась броситься на Иваскеса, тот завизжал, принимая оборонительную стойку. — Нет! — Ян чуть не попал под удар топора, но схватил Талишу за свободную руку. Ладонь не обожгло, но сильно согрело, как если бы он коснулся горячей батареи. — Отвали! — Талиша, не сводя глаз с Иваскеса, попробовала вырваться из хватки. — Тэш! Он не погибнет вот так просто! Ты убьёшь тело Иваскеса! Но он же дух, вы сами говорили! Он придёт снова! Мы должны его изгнать! Это единственный шанс! «Послушай же меня, послушай!» — Договариваться, ты сама мне сказала! Мы должны уметь договариваться! Талиша зарычала и отступила. Но топор всё ещё держала на изготовке. — Аха-ха-ха… — Иваскес захлёбывался от смеха, часть головы почти отслоилась и шлёпала его по плечу, — наивность, Ян Гартнет! Я приду за тобой! Приду за каждым из вас, милыми сыночками! Он осторожно подползал к ним. Чёрная смола вытекала из раны. Смех вырывался из уродливой глотки. Ян держал Талишу за локоть и отступал, уводя её за собой. Талиша повиновалась. Все трое давали друг другу передышку. Дух перед ними или нет, но пока что он заперт в теле, а тело измоталось за время противостояния. К тому же на своём трупном болоте Иваскес вёл себя уверенней. Значит, здесь его сила не так велика? К тому же взгляд духа всё еще выглядел осознанным. — Ты готова, Тэш? — шепнул Ян. — Знаешь, куда бежать? — Свой дом я из любой точки этого сраного леса отыщу. Тогда… Ян вдохнул полной грудью, набирая воздуха на последний рывок. — Попробуй догони, Рафаэль! Он дёрнул Талишу, и она бросилась вперёд. Ян ринулся за ней. — Имя!!! — Иваскес понёсся следом. — Не мое имя!!! Талиша, полная сил и ярости, хотя огненная аура погасла, прыгала через корни и поваленные стволы деревьев. Ян с трудом поспевал за ней. Ноги и лёгкие горели, всё тело превратилось в натянутую мышцу, готовую вот-вот порваться. Лишь бы тело не подвело, лишь бы дух отца Иваскеса ждал в назначенном месте, лишь бы они всё рассчитали правильно! Лишь бы он ещё раз увидел Иво. И маму. Он не может продолбаться снова! Только не перед ней! Он перепрыгнул через корень. Проскользил по грязи, но не упал. И не упадет. Даже если все конечности откажут, он не остановится.