Гордыня
5 июня 2022 г., 19:27
…У трёх благословенных жён Ты в небесах обрёл слова защиты И дивный путь тебе предвозвёщен…
— Не хочу показаться пессимистом, но на этом корыте мы до Хантсвилла не доедем. Оно же развалится посреди леса. — Ещё раз напомнить, что с собой я тебя не звал? — Дерек приподнял брови, окидывая собеседника раздражённым взглядом. Лукас уныло вздохнул, признавая поражение и садясь на переднее сиденье ржавой тойоты, которая едва ли была моложе его самого. До пункта назначения ехать чуть больше шестидесяти миль. Придётся перетерпеть. И постараться выжить. На всякий случай, скептически настроенный человек залез в интернет и поискал номер телефона для вызова эвакуатора. — Тут хотя бы есть радио? — с надеждой в голосе спросил Лукас. — Я не слушаю музыку за рулём, — отрезал Дерек. — Почему? — Не люблю, когда меня что-то отвлекает. Поэтому ты тоже помалкивай. — Ты такой милый по утрам. — Снова говоришь, как моя бывшая. Они ехали молча, потягивая кофе из пластиковых стаканчиков. Лукас листал ленту в твиттере, а Дерек курил четвёртую сигарету подряд. Август выдался жарким, и они оба быстро покрылись потом. Кондиционера комплектация тойоты не предусматривала, поэтому все четыре окна были опущены до упора. Ветер развевал каштановые волосы детектива, которые то и дело закрывали ему обзор на дорогу, чем довольно сильно беспокоили пассажира. — Может, тебе их в хвост завязать? — предложил он, после того, как Дерек едва не съехал на обочину, во время очередной борьбы с собственной чёлкой. — Не хочу, чтобы ты случайно сбил оленя или ещё кого-нибудь. — Свои отрасти и завязывай сколько влезет, — буркнул детектив, даже не посмотрев в его сторону, — мне мои не мешают. Я всё прекрасно вижу. Уильямс был с этим в корне не согласен, но настаивать не хотел. Вместо этого он сформулировал другой, более острый и философский вопрос: — И почему ты такой грубый? — Сказал же, что не люблю, когда меня отвлекают за рулём. Если хочешь доехать до Хантсвилла, сохранив при себе все конечности, то, пожалуйста, заткнись. Лукас решил послушаться. Неожиданно воображение нарисовало ему картину того, как он запускает пальцы в густые волосы детектива, стягивая их в маленький хвостик на затылке. Щёки мгновенно покрылись румянцем, и он поспешил снова уткнуться в экран телефона. Дерек и сам толком не понимал причины своего отвратительного настроения. Да, он плохо спал. Матрас на полу был жёстким, и под утро он уже не чувствовал спину. Работодатель храпел как верблюд, отчего Лэнг всерьёз начал переживать, выстоят ли стены его жилища. Но дело было определённо не в этом. Причина была в расследовании. Он впервые брался за работу, которую заведомо не мог выполнить. Да, в его жизни случались провалы (и довольно часто, чего уж там), но сейчас дело было куда серьёзнее, чем его привычная деятельность. Однажды он уже вёл расследование убийства и столкнулся с неудачей. Он хорошо помнил ту пустоту, когда окончательно признал, что виновный в смерти близкого ему человека не будет наказан. Помнил всепоглощающее бессилие от того, что зло осталось на свободе. Как переживёт это Лукас? Сдастся ли, как однажды сделал он сам, или же продолжит гоняться за призраком по всему штату ещё долгие, долгие годы, пока силы не покинут его окончательно? Они припарковались перед небольшим двухэтажным зданием с неоновой вывеской: «Мотель». Судя по обшарпанному фасаду и местами треснутым окнам, заведение было далеким от достойного. Без короткой перепалки не обошлось, но привередливому уроженцу Большого яблока быстро напомнили, что его присутствие вовсе не обязательно, так что тот сразу сдулся и смирился со временными неудобствами. Взяв на регистрации ключи от двух соседних номеров, молодые люди поднялись на второй этаж, чтобы бросить вещи и переодеться. Воспользовавшись передышкой и оставшись, наконец, в одиночестве, Дерек сел на скрипящую кровать, заправленную коричневым покрывалом, и вытащил телефон. Нажав на иконку диктофона, детектив начал запись: «Хантсвилл. Первая жертва — Лейла Уильямс. Студентка. Была убита в октябре две тысячи девятнадцатого года. На момент смерти ей был двадцать один год. Предположительно, мотивом стала попытка самоубийства, совершенная тремя годами ранее. Убийца распорол ей вены на руках и ногах. Тело было найдено в квартире жертвы. Следов взлома не было обнаружено. Следов сексуального насилия тоже. Перед смертью руки и ноги девушки связали, на что указывают следы на запястьях и щиколотках. Веревку найти также не удалось. Общая картина преступления напоминает отрывок из картины Иеронима Босха, на котором изображена «гордыня». Из родственников у неё остался только брат. В отношениях на момент гибели не состояла». В дверь тихонько постучали. — Чем занимаешься? — Лукас стоял на пороге его номера, одетый в хлопковую белую рубашку и льняные брюки тёмно-синего цвета. — Думаю, с чего начать. — Может, поедим? Самое время для ланча. Заодно все и обсудим. Я видел тут неподалеку одну забегаловку. — Десять утра, — возразил Дерек, — какой к чёрту ланч? — Хорошо, — Лукас примирительно замахал руками, — пусть будет поздний завтрак. Идём уже, я слона готов проглотить. Лэнг вспомнил, какие фееричные музыкальные пассажи выдаёт этот человек во время сна и мысленно хихикнул, посчитав поедание слонов — актом каннибализма с его стороны. Спорить Дерек всё же не стал, потому что и сам начал ощущать, как желудок липнет к позвоночнику. На счастье частного детектива, до видавшего виды заведения они добирались в полной тишине. Впрочем, счастье быстро закончилось, потому что внутри его поджидала какофония из голосов, звона приборов и наложенной на всё это жизнерадостной мелодии. Улыбчивый мальчишка-официант с круглым весёлым лицом поставил перед ними поднос с заказом. Лукас взял сочный бифштекс, щедро политый каким-то соусом, и золотистую картошку фри на гарнир. Перед Дереком же предстала тарелка вареного риса и зеленый салат. Пить они оба решили кофе. Холодный латте — для Уильямса и американо без сахара — для Лэнга. — Ты что, вегетарианец? — махнув головой в сторону тарелки детектива, спросил Лукас. — А что, этого не было в моем досье? — ехидно спросил Дерек. — А что, в Алабаме принято отвечать вопросом на вопрос? — парировал изучающий чужие пищевые пристрастия человек. — А ты сам не отсюда? — Нет. В этом городе жила моя сестра. Она переехала после попытки суицида. Хотела начать жизнь с чистого листа. Мы выросли в Нью-Йорке. — Да, я вегетарианец. — Забавно, — хмыкнул Лукас, — ты не похож на того, кто не ест мясо. — А ты не похож на того, кто вообще ест, я же ничего не говорю. Т — тактичность. Лукас улыбнулся и решил сменить тему разговора. — Так с чего ты хочешь начать? — Хочу поговорить с одним парнем. Он работает в Хантсвилл-таймс. Это местная газета. Он делал репортаж об убийстве Лейлы три года назад. Думаю расспросить его поподробнее. Редакция находится в Брандонтауне. Попытаемся застать его на работе или же выяснить, где он живет. — С чего ты решил, что он станет с нами разговаривать? — Может, и не станет, — Дерек флегматично пожал плечами, — всё равно надо с чего-то начать. Ещё я хотел бы восстановить последние месяцы жизни твоей сестры. С кем она разговаривала, куда ходила, что делала. Кто сейчас живёт в её квартире? — Никто. Сестра арендовала её у какой-то супружеской пары, но после убийства я выкупил квартиру и ничего в ней не трогал с тех пор. Полиция и судмедэксперты и так там камня на камне не оставили. — Её телефон у них? — Да. Его забрали как возможную улику. Ноутбук и компьютер тоже. — Не сильно-то им это помогло. — И не говори. У Дерека зазвонил телефон. Чёрт, он совсем забыл про Билли. — Доброе утро, шеф! — воодушевленно выпалил помощник. — Я снова в строю и готов к работе. Но в офисе никого нет. С тобой всё в порядке? Куда ты пропал в такую рань? Я думал, ты раньше трёх не просыпаешься. — Прости, Билли, вчера объявился клиент, — Лэнг сделал виноватое лицо, на миг позабыв, что собеседник его не видит. — Сейчас мы с ним в Хантсвилле. Потом, скорее всего, придётся съездить ещё в пару мест, так что вернусь недели через две. Может, раньше. У тебя на столе в конверте расчёт за два месяца, остальное будет позже. — Как на две недели? — опешил секретарь/уборщик/менеджер по рекламе. — А как же мистер Джонсон? Он звонил мне вчера. Его пёс снова пропал, и старик думает, что это проделки соседских детей. — Мистер Джонсон — чёртов расист. Его соседи чёрные, вот он и обвиняет их во всём подряд. Думаю, он снова сам спрятал пса. В прошлый раз я нашёл того бульдога в его собственном подвале. — То есть дело, которым ты занят сейчас, намного интереснее? — уточнил Билли. — Всё в этом мире интереснее мистера Джонсона, — с досадой бросил Дерек. — Учебник по квантовой физике покажется тебе просто космической сагой в сравнении с жизнью этого старика. Помощник весело рассмеялся. — Вижу, ты как всегда на позитиве, босс. Я тебя понял. Отошью мистера Джонсона и его пса. Надеюсь, что, потеряв твою поддержку, он не побежит к копам. — Скорее всего, именно так он и сделает. Ладно, Билли, не могу долго разговаривать. Я с клиентом. Как приеду, все тебе расскажу. — Понял, шеф. Удачного расследования. — Бывай. Покончив с едой, молодые люди ещё раз обсудили маршрут, вызвали такси и отправились навстречу с журналистом по имени Оливер. Редакция газеты Хантсвилл-таймс представляла собой высотное здание с панорамными окнами. Дерек успел мысленно посокрушаться на тему того, что в такой громадине легко будет заблудиться, как понял, что трудности начнутся гораздо раньше. Дорогу внутрь им перегородил охранник в строгом чёрном костюме. — Добрый день, господа. Вам назначена встреча? — голос мужчины был вежливым, но не лишенным профессиональной стойкости и напора. — Не совсем, мы ищем мистера Оливера Пэрриша, — отозвался детектив, взглядом предложив Лукасу стоять и помалкивать, что тот, собственно, и делал. Дерек засунул руку в нагрудный карман, вытаскивая фальшивое удостоверение. — Детектив, Дерек Лэнг. Полиция Флоренса. Охранник внимательно изучил документ, но ничего подозрительного, однако, не заметил. Ненастоящий коп самодовольно усмехнулся: подделка отличного качества. — К сожалению, ничем не могу вам помочь, офицер, — секьюрити как-то резко подобрался, словно прямо сейчас его могли скрутить и отправить на допрос. — Мистера Пэрриша на данный момент нет в городе. — А когда он вернётся? — Не могу знать. Он ведёт репортаж со стрельбы в Гувере. Уехал пару дней назад. Думаю, что это затянется ещё надолго. Дерек протянул охраннику свою визитку. — Как только мистер Пэрриш вернётся в Хантсвилл, передайте ему, чтобы связался со мной. — Конечно, офицер. Лукас, благоразумно молчавший всё время, которое они провели в редакции, начал говорить как только они вышли из здания: — Ну, и куда теперь? — Поедем в квартиру Лейлы. Ключи у тебя есть? — Я оставил соседке запасной комплект. — Отлично, вызови такси. — Откуда у тебя значок? — не удержался Уильямс, покорно выполняя просьбу, больше похожую на приказ. — Друг из полиции помог. Иногда в расследованиях это необходимо. — А пистолета у тебя нет? — Есть. — Правда? — Конечно же нет, идиот. — Ты и правда очень милый. А словарный запас? М-м-м-м... песня. Дерек язвительно закатил глаза, но от ответа всё же воздержался.* * *
Квартира первой жертвы была маленькой, уютной и чистой. Ничто в ней не говорило о совершенном тут тремя годами ранее кровавом убийстве. На фотографиях Дерек уже видел этот огромный деревянный шкаф, пол, покрытый светлым ламинатом, и стены, украшенные чёрно-белыми постерами с изображениями каких-то K-pop групп, но сейчас это всё было чистым, необременённым кровавыми разводами. Огромного зеркала в зоне видимости не наблюдалось. — Зеркало тоже забрали копы? — он знал ответ, но решил уточнить, банально ради того, чтобы нарушить напряжённую тишину. В ответ ни раздалось ни звука. Дерек повернул голову и только в тот момент понял, что Лукас застыл на пороге, не делая попыток войти в комнату. И без того бледное лицо, казалось, стало ещё белее. Взгляд застыл в той точке на полу, где когда-то лежало тело его сестры. До детектива, наконец, дошло… — Это ведь ты её нашёл? — голос опустился до шёпота. Второй риторический вопрос подряд. По побледневшему лицу, расширенным зрачкам и ссутулившейся спине он и так понял, что попал в яблочко. Флэшбеки мелькали в глазах работодателя так чётко и ясно, что Лэнгу показалось, будто он и сам успел посмотреть раскадровку печальных событий. Губы Лукаса предательски дрогнули. Вмиг ослабевшие ноги подкосились, перестав держать хрупкое тело. Реакция у Дерека была мгновенной. Одним прыжком сократив до минимума расстояние между ними, он успел подхватить своего товарища за доли секунды до того, как тот рухнул бы на пол. — Эй, ты чего? — детектив встряхнула Лукаса за плечи. — Если такой впечатлительный, то мог подождать на улице. Я и сам могу всё тут осмотреть. — Я… я… Я думал, что… — голос сломался и дрогнул. — Что ты делал? — язвительно спросил Дерек. — Думал? Мне кажется, твой мозг давно позабыл эту функцию. Сейчас бы в обморок падать при виде места преступления. — Три года прошло. Я думал, что справился с этим. — Вставай, я тебе помогу. Не надо тебе тут быть. Лукас дрожал всем телом. Дерек помог ему подняться и, придерживая за талию, отвёл на маленькую, хорошо обставленную кухню. Усадив всё ещё бледного парня на стул, Дерек вернулся к осмотру места первого убийства. Вытащив телефон, детектив начал делать запись на диктофон: «Комната первой жертвы. Односпальная кровать, шкаф, стол со стулом и стеллаж с книгами. В основном, одни романы. Видно, что жила она тут одна. В шкафу — только женские вещи. На столе — семейное фото. Где-то в горах. Она стоит, предположительно, со своими родителями. В выдвижном ящике стола лежат учебники и тетради. И еще одно фото родителей. Также договор на аренду жилья, датированный две тысячи восемнадцатым годом сроком на пять лет. На этом все. Как убийца проник сюда? Следов взлома не было обнаружено. Почему молодая, одинокая девушка пустила к себе в дом незнакомого парня? Узнать, обращалась ли она за помощью в какие-либо ремонтные службы незадолго до смерти. Уверен, полиция уже шла по этому пути, но, возможно, они что-то упустили». Дерек продолжал бродить по комнате, меряя ее длинными шагами. Он представлял, как убийца вошел сюда. Как еще ничего не подозревающая жертва улыбалась ему. Как он схватил ее и связал, прежде чем убить. «Как он пронес сюда зеркало и чемодан? Вещи довольно крупные. Лейлу ничего не смутило, значит, она знала, что он придет не с пустыми руками. Или же… зеркало уже было тут. Возможно, она позвала кого-то помочь ей его повесить. Но кого?». Немного поразмыслив, Дерек сделал еще одну запись: «Тело жертвы обнаружил Лукас Уильямс, брат покойной». Внезапно взгляд сыщика зацепился за название одной из книг. «Инферно» — роман американского писателя Дэна Брауна. Сама книга, как и ее автор, пользовались большой популярностью во всем мире, поэтому не было ничего необычного в том, что она стояла на полке в квартире молодой девушки. Но название. «Инферно». В дословном переводе — «ад» или «большой огонь». Центральное место в сюжете романа, насколько помнил сам Дерек, занимала «Божественная комедия» Данте. Девять кругов ада, в которых наказывали грешников. Он медленно достал книгу с полки. На первый взгляд, в ней не было ничего необычного. Твердый переплет, стандартная обложка, пожелтевшие страницы. Но на последнем листе, там, где обычно указываются данные об издательстве, он заметил небольшую деталь. Синяя печать была нанесена поверх логотипа. «Superbia» — гласила надпись. Дерек, недолго думая, открыл браузер. — Гордыня на латинском? — удивился Лукас, когда детектив вошел к нему, показывая книгу. — Ага. Мне стало интересно, почему среди второсортных любовных романов на полке твоей сестры стоит произведение Дэна Брауна. — Как полиция не заметила этого? Это же улика! — Тогда они еще не знали, что всю эту кашу заварил религиозный фанатик, — подметил детектив. — Книга довольно популярна. Даже фильм по ней сняли. Думаю, она не вызвала ни у кого подозрений. — Почему он оставил ее тут? Зачем подписал? — Не знаю. Может, побоялся, что его замысел не смогут понять? — А другие жертвы? По моим данным, на месте преступлений не было обнаружено никаких печатей. — Ты же не коп. Они могут и не раскрывать всех подробностей кому попало. Ну, или в полиции действительно работают люди, которые слепы, как новорожденные котята. Лукас растерянно покрутил в руках книгу. — О чём она? — Ты что, не знаешь? — Если бы знал, не стал бы спрашивать. — Ну, там человек пытается остановить распространение смертельного вируса, находя подсказки в изображении ада Данте, — объяснил Дерек. — Если коротко. — И как? Остановил? — В книге — нет. В экранизации, насколько я помню, остановил. — И как нам поможет эта информация? Зачем убийца купил книгу, поставил печать и оставил ее тут? — Когда найдем его, обязательно об этом спросим, — детектив снова почувствовал раздражение. — Ха-ха-ха. — На самом деле, это пусть и небольшая, но зацепка. Смотри, вот тут, внизу, видишь штрих-код? Дерек ткнул пальцем вниз последней страницы. — Вижу, — кивнул Лукас. — Это значит, книгу взяли напрокат. Найдем, откуда она, и узнаем, кто ее брал. — А если ее взяла сама Лейла? — Тогда либо наш убийца взял печать, чтобы оставить ее в рандомном месте, либо же он уже был в квартире до убийства и видел книгу на полке. Тогда печать он сделал специально, чтобы нанести именно на «Инферно». — Не думаю, что он стал бы ставить надпись в случайном месте. Он так тщательно все спланировал. — Кстати, об этом. Куда все-таки делось зеркало? И откуда оно взялось? — Полиция забрала его. А взялось… — Лукас замялся, уводя взгляд в сторону. — Что? Говори давай. — Я его купил. — Зачем? — Зачем людям зеркала? — вспыхнул Лукас. — Лейла разбила старое. Пожаловалась мне. Я заказал ей новое. — Почему она его не повесила? — Оно было слишком большим. Сестра хотела вернуть его и купить другое. Но так и не успела. — Кто знал об этом? — Не имею понятия. Служба доставки, я, сама Лейла. Соседи могли видеть, как его затаскивали. Полиция опросила всех, кого смогла найти. — Странно это все. Ты прав: убийца все тщательно распланировал. Он знал, что в квартире уже есть то, что ему нужно, — немного подумав, детектив задал ещё один вопрос: — Как Лейла разбила старое зеркало? — Сказала, что случайно запустила в него пульт от телевизора. — Случайно? — Дерек с сомнением посмотрел на собеседника. — Ну, может, и нет. Я не знаю. — Твоя сестра ходила к психологу? — Да, каждые две недели после того случая. — Есть контакты ее врача? — Полиция его уже допрашивала. — Я же не полиция. Они не заметили книгу. Могли и еще что-то упустить. — Его зовут Джозеф Смит, — сдался Лукас. — У меня есть его номер. — Прекрасно. Позвони и договорись о встрече. И если ты, принцесса, пришёл в себя, то давай уйдем отсюда. У меня мурашки по телу от этого места. Лукас показал ему средний палец и потянулся в карман за телефоном.* * *
Джозеф Смит назначил им встречу в маленьком ресторанчике в центре города. К вечеру духота только усилилась, и молодые люди с наслаждением вошли в зал, обдуваемый мощными кондиционерами. Они прошли в забронированную заранее кабинку и в ожидании психолога сделали заказ. — Ты расскажешь мне, как это произошло? — спросил Дерек, когда молодая официантка поставила перед ними тарелки с едой и, пожелав приятного аппетита, закрыла за собой дверь. — Что именно? — уточнил Лукас. — Как ты нашел тело сестры. — Мы сильно поругались. Она не разговаривала со мной несколько дней. Трубки не брала, на сообщения не отвечала. Я сорвался с учебы и прилетел в Хантсвилл, чтобы поговорить с ней лично. А когда пришел к ней домой, нашел ее лежащей на полу в луже крови. — Из-за чего вы поругались? — Из-за наследства. Родители погибли в аварии за год до смерти Лейлы. Отец оставил завещание, по которому все их имущество перешло ко мне. Думаю, они сделали это из-за ее нестабильной психики. Я не собирался бросать сестру. Я полностью финансово ее обеспечивал. Но в тот раз она попросила слишком много. Я начал спрашивать, что случилось и зачем ей нужна такая сумма. Она психанула и бросила трубку. — Удалось узнать, зачем ей деньги? — Нет. — Сколько она попросила? — Двести тысяч. — У нее могли быть долги? — Возможно. Я следил за ее кредитками, но она могла брать наличные. — Она что-то употребляла? — Если ты про наркотики, то нет. Экспертиза ничего не обнаружила. В дверь кабинки постучали. Психологом Лейлы был высокий, худощавый человек средних лет с проблесками седины в густых черных волосах. Молодые люди встали, чтобы пожать руку вошедшему. — Спасибо, что согласились встретиться с нами, мистер Смит. — Лукас, рад тебя видеть. Признаться, я был удивлен твоему звонку. Три года уже прошло. Даже не знаю, чем могу вам помочь. — Это Дерек Лэнг. Частный детектив. Я нанял его, чтобы расследовать убийство Лейлы. Он хочет задать вам несколько вопросов. — Конечно-конечно. Я буду только рад. — Итак, мистер Смит… — начал Дерек. — Можно просто Джозеф. — Хорошо, Джозеф. Как долго Лейла ходила на ваши сеансы? — Около двух лет. Она пришла ко мне сразу после переезда в Хантсвилл. — У нее было много друзей в этом городе? — Не особо. Она плохо сходилась с людьми. Я помню не очень хорошо, но, вроде, была одна девушка из института. Аманда, кажется. Лейла говорила про нее чаще, чем про других. — А враги у нее были? — Скорее всего, нет. Кроме нее самой. — А любовники? — Насколько я знаю, нет. — Как она пережила смерть родителей? — Очень тяжело. Тогда она ходила ко мне практически каждый день. Много плакала. Я боялся, что она снова сорвется, но она смогла с этим справиться. — Незадолго до смерти она просила у Лукаса крупную сумму. Для чего? Джозеф заерзал на диване. — Не знаю. Она не говорила ни о каких крупных покупках. — Она любила читать? — О да, постоянно рассказывала о своих любимых романах. Иногда она приносила их с собой и читала прямо у меня на сеансах. — Ты с ней спал? Вопрос раздался как гром среди ясного неба. Лукас открыл рот от удивления. Дерек внимательно наблюдал за реакцией доктора. Зрачки расширились. Он машинально покрутил свое кольцо на безымянном пальце. На лбу проступили капли пота, хотя в помещении было довольно прохладно. — Что вы себе позволяете?! Она была моей пациенткой! Я не стану это терпеть! Прости, Лукас, но твой друг переходит границы! Джозеф вскочил с места, собираясь покинуть ресторан, так и не дождавшись своего заказа. Дерек резко схватил его за руку. — Вы не ответили на вопрос, Джозеф. Это же так просто. «Да» или «нет». Лейла была привлекательной девушкой. Уверен, в полиции вам уже задавали этот вопрос. Почему сейчас вы так занервничали? Потому что я спросил про деньги, так ведь? — Отпустите меня немедленно! Или я позвоню в полицию! — И заодно позвоните своей жене. Ведь как только вы выйдете из этого здания, я пойду сразу к ней. Спрошу, были ли у вас долги пару лет назад, и, если да, то почему деньги для вас искала одна из ваших пациенток. Джозеф устало опустился на кресло. Администратор ресторана заглянула внутрь кабинки, услышав крики. Получив сигнал от доктора, что все в порядке, девушка прикрыла дверь. Психолог обхватил голову руками. — Я любил ее. — Что? — Я любил ее. Я собирался развестись с женой, чтобы быть с ней. Теперь вскочил уже Лукас. Он схватил доктора за рубашку, приподнимая того с места. — Что ты сказал, урод?! Ты ей в отцы годился! Она пришла к тебе за помощью, а ты трахал ее?! — Лукас, успокойся, иначе нас отсюда выкинут. — Дерек за локоть притянул парня к себе. Тяжело дыша, все снова расселись по местам. Официантка принесла заказ доктора, но аппетит у того уже абсолютно пропал. — Как долго вы встречались? — как ни в чем не бывало продолжил сыщик. — Около года. — Зачем ей понадобились деньги? — Мы собирались уехать. По брачному договору, при разводе все осталось бы моей жене. Мы с Лейлой хотели начать жить заново. Купить дом где-нибудь поближе к морю. Пожениться. Даже о детях думали. — Перед смертью она разбила зеркало. Что вам известно об этом? — Мы поругались. Она не хотела больше скрывать наши отношения. Она кинула в меня пульт от телевизора, но промахнулась. Почему вы спрашиваете об этом? К ее смерти я не причастен. У меня железное алиби. Полиция сто раз проверяла. — Тут я с вами согласен. Ее убили не за прелюбодеяние, а за гордыню. Вас бы, к примеру, этот убийца сжег бы заживо. — Что? — Да так, просто к слову. В последнее время в ее жизни появлялись новые люди? — Если и да, то я не знал. Наши отношения под конец стали напряженными. Мы много ругались. Она даже отменила пару сеансов. — Хорошо, спасибо, доктор. Не смею больше вас задерживать. — Я же могу надеяться на то, что этот разговор останется между нами? — Конечно, Джозеф. Лукас яростно сжимал кулаки. Он продолжал сидеть, сцепив зубы и прожигая взглядом свою нетронутую курицу. Дерек спокойно жевал салат. — Расслабься, приятель. Твоя сестра была взрослой девушкой. — Почему она мне ничего не сказала? — А ты ей все рассказывал? Лукас сердито выдохнул, поднимаясь со своего места. — Идём, мне надо выпить. Если Дерек и возражал против данного высказывания, то вида не подал, покорно следуя за своим работодателем.* * *
Они вернулись в отель, когда первые рассветные лучи солнца уже появлялись на крышах домов. Дерек ввалился в свой номер и, не раздеваясь, рухнул на кровать. Он вздрогнул, когда рядом с ним упало еще одно тело. — Какого черта? Иди к себе! — Он с силой толкнул Лукаса в спину. — Мне лень, я уже лег. — Я три часа слушал в баре твое нытье, — сквозь плотно стиснутые зубы процедил детектив. — Оставь меня одного, матом тебя прошу. Неожиданно Лукас развернулся к нему и, обхватив шею детектива, с силой притянул к себе его голову. — Ты че творишь, придурок? — успел выкрикнуть Дерек, прежде чем губы Лукаса накрыли его собственные. Сказать, что Дерек офигел — не сказать ничего. Поистине, последнее в чём он нуждался в тот момент — так это пьяные приставания парня, у которого на лицо беды с башкой. Поцелуй вышел рваным, почти болезненным. Дерек ощущал, как во рту вкус его виски смешивается с текилой, которую пил Лукас. Их языки сплетались в каком-то яростном танце, пока, наконец, Дерек не принял решение остановить этот кошмар.Он с силой оттолкнул Лукаса, предварительно прокусив его губу до крови. Раздался тихий вскрик. — Какого черта? Больно же. — Лукас смотрел на него обиженным взглядом, прижимая ладонь к лопнувшей губе. — А какого черта ты ко мне целоваться полез? — раздражённо буркнул детектив. — Чтобы ты перестал меня прогонять. — Вот теперь я с тобой точно в одной комнате не останусь. — Почему? Я, вроде, неплохо целуюсь. — Иди сними себе кого-нибудь и целуйся сколько влезет, а я спать хочу. — Так ложись, кто тебе мешает? — Ты! Дерек аж протрезвел. — Не прогоняй меня, пожалуйста. Эти слова были сказаны очень тихо, едва различимо. В следующий момент Лукас устало прикрыл глаза и рухнул на спину. — Не притворяйся, что спишь. Я не собираюсь тащить тебя на руках в твой номер. Ответом ему был лишь звонкий храп.
