Точка невозврата

      Падение стало точкой невозврата в их жизни.       Холодный океан обнимал тела мужчин, втягивая их в свою пучину, напрочь отказывая в возможности сделать вдох. Уилл пришёл в себя первый, судорожно хватаясь за рубашку Лектера, который так стремился коснуться спиной морского дна. Профайлер обвивает хрупкое, окровавленное тело психотерапевта и усердно работает ногами. Воздуха в лёгких катастрофически мало.       Удача остаётся на стороне беглецов — Бог точно улыбается им. Грэм сидел на берегу, отчаянно протащив кровоточащего Ганнибала за собой. Алый след крови тянулся за ними, и, распластавшись по песку, профайлер предпринял попытку понести убийцу на руках. В этот момент все было так трепетно, и его избранник был так слаб, будто вот-вот и нить его дыхания канет в лету. Это была бы идеальная возможность закончить историю, стать героем, но Уилл выбирает тёмную сторону. Он выбирает то, что кричит ему сердце, быстро тарабаня в груди и норовя разбить хрупкие рёбра — профайлер выбирает самогó дьявола, на ощупь холодного и полностью промокшего.       Оставаться здесь нельзя. Как бы прекрасен дом Лектера ни был, но нужно податься в бега — с ним, хоть на край мира. Однако сейчас этот край находился слишком далеко, и оба были не в том состоянии; задача была проста как ясный день — добраться до мотеля и заняться ранами психотерапевта, а потом и о себе подумать можно. Уилл прижал мужчину ближе к себе, носом утыкая в свою шею, возможно, пытаясь обеспечить его хоть каким-никаким, но теплом своего тела. Раны Лектера нужно было срочно залатать, но максимум, на что был способен Грэм сейчас — наложить временный «жгут», импровизированно сделанный из оторванной ткани рубашки. Времени было в обрез, и клок тонкой рубахи справлялся, мягко говоря, плохо, отчего шаг профайлера ускорился.       В очередной раз Уилл благодарит Бога, в которого до этого дня он верил смутно. Дешёвый мотель находился относительно неподалёку, и сейчас стоило переждать там. Почти слепая старушка на входе и не заметила, в каком состоянии были мужчины, дав им номер с одной кроватью, объясняя всё легко и просто: «Простите, но вы время видели? Сейчас доступны только односпальные номера.»       Да и к черту. Грэму было глубоко наплевать. Главное — найти бинты и скорее помочь ослабевшему психотерапевту.       Профайлер любезно одолжил аптечку с ресепшена, которая, на удивление, была неплохо снабжена. По крайней мере, там было чем обработать и залатать ранения — это не могло не радовать. Мужчина максимально мягко положил Лектера на постель, которая на ощупь была словно дерево; мотель был явно не из лучших, не стоило ожидать таких шикарных ложей, как в апартаментах Ганнибала.       Отчаянно, но все также аккуратно снимая одежду с психотерапевта, Грэм старался причинить минимальный урон первому, несмотря на то, что сейчас Лектер был без сознания. Стоило сперва обработать раны, чем Уилл и занялся; словно ювелир, тот проходился ватой по каждой ссадине, рвано глотая воздух. Тело ныло об отдыхе, однако начатое предстояло закончить. Бинт, белый, словно снег, ласково ложился на раны Ганнибала, едва пропитываясь кровью. Картина радовала глаз, и губ профайлера коснулась едва заметная улыбка.       Со своими ранами Уилл особо не возился — перебинтовал и на том спасибо. Впрочем, бывало и хуже, поэтому, убрав аптечку на ближайшую тумбочку, профайлер сокрушенно вздохнул. Он смотрел на Лектера, который суетливо вбирал воздух ноздрями, покрываясь бисеринками холодного пота. Грэм опустился, касаясь его лба губами, и обнаружил, что психотерапевта не на шутку лихорадит: лоб Ганнибала просто горел, покрываясь испариной. Сделав вывод, что это следствие ледяной воды океана, а затем беспощадного холода, Уилл накрыл мужчину одеялом, опускаясь рядом. Предварительно профайлер снял мокрую одежду, оставаясь в одних лишь боксерах.       Осмелившись на такую наглость, как обнять Лектера, он сильнее прижал его к себе, обволакивая таким домашним и родным теплом. Дрожь в теле психотерапевта со временем унялась, а рваное дыхание стало более спокойным, равномерным. Это была первая ночь, когда профайлера отпустили кошмары.       Утро обещало быть легче ночи. Солнце пекло прямо в глаз Уилла, отчего тот недовольно заёрзал. В его объятиях ютился самый опасный психопат 21 века, и, хоть мозг говорил не забывать о том, что Ганнибал самый настоящий хищник, остальное тело велело заботиться об, оказывается, уязвимом избраннике. Грэма не заставляли выбирать такой путь, он сам подписался, но, кто не рискует, тот не пьёт шампанского, а в их случае — мучается с голоду. Сейчас им двоим нужны были силы, в первую очередь на физическое восстановление и скорое заживление ран. Профайлер спешно выскользнул из номера, перед уходом зашторив окна и тщательно проверив все входы-выходы.       Узнав на ресепшене, что неподалёку находится небольшое кафе, Уилл направился именно туда. Его максимальный уровень готовки доходил до «омлет и разогретая еда», так что было предпринято решение взять еду на вынос — травить Лектера сейчас не хотелось.       Профайлер зашёл в уютную забегаловку, что была оформлена в пастельных тонах, отчего создавалось ощущение чего-то родного; в нос мягко ударил запах сладостей и пряностей. Насколько понял Грэм позже — корицы и выпечки, отчего его желудок вновь жалобно проурчал, что немного смутило мужчину. Он ощупал свои карманы, найдя от силы долларов двадцать. Глянув на цены, профайлер вздохнув, понимая, что хватает на два небольших куска шарлотки с кофе. Возможно, не самый плохой вариант, учитывая, что Лектер может и вовсе не проснуться.       Надежда умирает последней.       Протягивая купюры девушке, в голове проскользнула мысль об убийстве той — Грэм был уверен, что юное сердце, аль остальные привлекательные органы могли бы порадовать Ганнибала куда больше какого-то пирога. Однако, сейчас это было опасно, учитывая их статус беглецов.       Уилл любезно улыбнулся девушке, взяв кофе и пакет с упакованным пирогом; запах был весьма неплохой, хотя до поданных блюд Лектером в Балтиморе, откровенно говоря, не дотягивал. Дорога к мотелю прошла весьма незаметно, но, вернувшись, Грэм заметно напрягся — постель была пустой. Его плечи согнулись, а к конечностям прилил холод, сердце защемило от страха. Неужели, пока он отсутствовал от силы полчаса Ганнибала поймали? Быть не может, чтобы психотерапевт решил уйти по собственной воле. Ужасные мысли наполнили и без того гудящую голову профайлера; он поставил пакет и кофе на столешницу, спиной ощущая пристальный взгляд, буквально прожигающий в нем дыру. Грэм неспешно повернулся, увидев родное лицо напротив. На лоб небрежно падали волосы, делая ранее прилизанный образ Ганнибала более свободным; его рубашка была наполовину расстегнута, оголяя подкачанную грудь. Не сказать, что Уилл был заинтересован в особях своего пола, но губы он облизал заинтересовано. Однако то, что манило в убийце больше всего — дикий взгляд коньячных глаз, который был устремлен прямо на Грэма.       — Доброе утро, Ганнибал, — губ профайлера коснулась неуверенная улыбка, будто он прощупывал почву. Вместо ответа, казалось бы, столь хладнокровный маньяк уткнулся в чужую шею носом, шумно вдыхая запах мужчины. Страх, что Грэм ушёл, вновь предал его, медленно отступил, и ранее напряжённые плечи Лектера медленно опустились.       — Ганнибал? Все нормально? — чуть более обеспокоенно, чем полагалось, пролепетал профайлер, ощущая, как его уши едва загорелись от нахлынувшего смущения. Психотерапевт был горячим, не в лучшем смысле, а значит, что жар никуда не делся. Однако то, что мужчина проснулся, было уже вполне приятным сюрпризом. Лектер с трудом отстранился, рассеянно кивая.       — Доброе утро, Уилл, — голос мужчины, казалось, опустился на пару тонов, становясь хриплым и бархатистым, отчего профайлер поёжился. Такой голос казался отдельным сортом дури, которая медленно, но верно охватывала ясный разум мужчины.       — Я принёс перекусить, — губ Лектера коснулась невесомая, но столь очаровательная улыбка, что от неё в груди разлилось приятное тепло.       — Я услышал запах яблок, выпечки и латте ещё у входа, однако я польщён твоей заботой.       — Забыл о твоём нечеловеческом обонянии, — фыркнул Грэм, решив не прятать лёгкую улыбку. Здесь и сейчас они живы, а Ганнибал — страшнейший маньяк 21 века, стоит перед ним и анализирует предстоящий завтрак.       — Я воспользуюсь душем, ты можешь накрыть на стол, если это не покажется сильно сложной задачей для тебя, — психотерапевт, взяв пушистое полотенце с прикроватной тумбочки, спешно удалился в ванную, с трудом не спотыкаясь о собственные ноги.       — Не умничайте, доктор Лектер, — закатив глаза, прокомментировал Уилл, который начал расставлять картонные тарелки и пластиковые приборы на стол. Неплохой завтрак, особенно для такого человека как Грэм: обычное утро, хоть и неофициального, однако работника ФБР проходило быстро — на завтрак тост с маслом, сделанный на скорую руку за пару минут, а если уж сильно везло, Грэм мог отведать омлет, очевидно, не самый лучший в его жизни. Однако жаловаться было не на что, профайлер привык к такому, поэтому каждый раз на ужинах с психотерапевтом, поданная еда казалась неописуемой роскошью.       Когда с приготовлением было покончено, Уилл покорно сел на свое место, ожидая, когда его любовник, если так можно было окрестить Ганнибала, соизволит вернуться из душевой. Ожидать пришлось не более двух минут, Лектер вышел из ванной комнаты, оставшись лишь в истерзанных штанах. Блуза находилась у него в руках, и, Ганнибал, обращаясь осторожно даже с настолько истрепанной вещью, сложил её на тумбу. Рубашка совсем никуда не годилась, если то, что от нее осталось, можно было назвать рубашкой. Мужчина прошёл дальше, присаживаясь напротив и даруя Грэму вид на свою превосходную физическую форму. Профайлер, который хотел было что-то сказать, просто проглотил слова, стараясь выглядеть максимально непринуждённо.       — Bon appétit, Уилл, — и в этот момент ему стало интересно сколько ещё языков знает Лектер? Кажется, если начать считать, то можно сбиться, не дойдя и до половины.       — Наверное, ты не привык к такой пище, — на такое замечание мужчина ухмыльнулся, а вокруг его глаз собрались едва заметные морщинки.       — В нашем положении скверно жаловаться на еду, учитывая, что выглядит шарлотка очень даже неплохо. Хотя, будь мы сейчас дома, с доступом к кухне и продуктам, я бы порадовал наши вкусовые рецепторы чем-нибудь более приличным.       — Не сомневаюсь, от одной лишь мысли гастрономический оргазм получаешь, — поёрничал Грэм, представляя, как психотерапевт накрыл бы на стол, тщательно разложив тарелки с приборами. Он налил бы чай в бледные чашки, украшенные лёгкими, незамысловатыми золотыми узорами.       — Уверяю тебя, мой дорогой Уилл, как ты выразился, гастрономический оргазм настиг бы тебя первым, когда первый кусок блюда коснулся бы кончика твоего языка.       — Не сомневаюсь.       Оба мужчины мягко улыбнулись друг другу, сойдясь в одном мнении и приступая к трапезе. Пирог оказался, на удивление, очень даже вкусным, а кофе идеально дополнял блюдо, подарив молочную ноту сладости. Весь завтрак вышел непринуждённым — они не обмолвились и словом, решив наслаждаться утолением голода в приятной тишине.       — Признаю, это было вкуснее, чем я рассчитывал, — поднимая руки вверх в жесте «сдаюсь-сдаюсь», Ганнибал признал это блюдо, вызвав тихий смешок профайлера.       — Великий шеф-повар Ганнибал Лектер признает чужое блюдо? Определённо сегодня пойдёт снег.       — Я не столь самовлюблённый, чтобы не уделить внимание чужому творению, даже в таком исполнении, — Уилл хмыкнул, решив, что это послужит достойным ответом на такое смелое заявление. Мужчина взял опустевшие одноразовые тарелки, и вместе с приборами отправил их в урну.       Лектер наблюдал за движениями профайлера, пока в голове происходил какой-то Армагеддон, не позволяя ему сфокусироваться. Определённо, сейчас организм убийцы переживал не лучшее время, дав слабину в своей непробиваемой броне. Грэм приблизился к Ганнибалу незаметно, по крайней мере, для самого больного, который поднял затуманенный взгляд вверх.       — Нужно проверить температуру, — скорее констатировал, нежели спросил мужчина, едва касаясь пылающего лба Ганнибала губами. Мужчина довольно прикрыл глаза, из-под ресниц наслаждаясь таким хрупким моментом, откидывая беглым взглядом сосредоточенное лицо Грэма. Как показалось Лектеру, касание продлилось несколько больше положенного, что послужило толчком для него. Кровь в венах закипала, металлом ударяя в голову, и сейчас идея коснуться Уилла казалась самой правильной. Он положил ладонь на скулу профайлера, большим пальцем нежно оглаживая мягкую щёку.       — Ганнибал? — его окинули непонимающим взором глаза мужчины, в них был клубок эмоций, распутать который казалось задачей со звёздочкой. Он слабо отстранился, встречаясь с маньяком взглядом и невольно засматриваясь в чарующие коньячные глаза. Сейчас зрачок почти полностью залил радужку, будто Лектер находился под действием серьёзных препаратов, что, на деле, было далеко от правды.       Они никогда не могли обозначить их статус конкретным словом, однако точно знали, что жить друг без друга не смогут. Их «любовь», если такая была, не переходила рамки зависимости друг от друга и невинных касаний, с едва заметным подтекстом на что-то большее. И вот сейчас, быть может, это будет новая ступень, на которую они выйдут, на которую выйти следовало ещё давно. Лектер повёл ладонью дальше, запуская её в волосы Грэма на затылке; он сжал их, едва оттягивая, чтобы в следующий миг собрать все силы в кулак и потянуть профайлера на себя. Уилл, касаясь чужих губ своими, находился в лёгком шоке, скорее от неожиданного поведения доктора. Однозначно, на точно выточенный самоконтроль психотерапевта действовал жар, заставляя потыкать некоторым желаниям, к слову, профайлер был только «за». Он смелее обхватил лицо Лектера, проводя по скулам, о которые, казалось, можно было порезаться. Поцелуй выходил неспешным, на грани целомудренного касания, и это кружило голову. Ощущение того, что он — Уилл Грэм, приручил хищного зверя, от которого вся Европа и Америка была в ужасе, знатно льстило самооценке профайлера, заставляя его мысленно ликовать.       Вскоре им все же пришлось отстраниться друг от друга — воздух всё так же оставался критически важным для обоих.       — Как так вышло, Ганнибал? — с нотками забавы в голосе, пытаясь отдышаться, выпалил вопрос Грэм.       — Что именно ты имеешь в виду?       — Что сейчас, я — агент ФБР, целуюсь с самым опасным преступником 21 века, который пытался меня съесть, — Лектер улыбнулся, издав смешок.       — Мы не можем контролировать, в кого влюбляемся, не так ли? — Уилл, немного удивлённый таким непрямым, но признанием, слегка залился краской, — всё вышло так, как и должно было быть, mano mielas, — проговорил Лектер, прислоняясь своим лбом к чужому.       — Именно. Пара безумных убийц в бегах. Какая романтика, — промурлыкал профайлер, едва касаясь губ мужчины, лаская те кончиком языка, Ганнибал зеркально повторил его действие, скользнув языком в приоткрытые губы, уже смелее лаская чужой рот. Подхватив Грэма на руки, чем психотерапевт весьма удивил первого, Лектер мягко опустил Уилла на постель, приступая покрывать элегантную шею легкими укусами. Проведя носом по пульсирующей артерии на шее, мужчина оставил на ней укус, по контуру которой прошелся кончиком языка.       — Га-аханнибал! — с придыханием выпалил Уилл, словно мороженое в жару растекаясь на кровати. Желание затуманило светлый разум, который так и кричал слово «стоп». Раны ненавязчиво напоминали о себе, неприятно ноя от неправильных движений. Маньяк, улыбаясь словно самый настоящий дьявол, оторвался от увлекательного занятия исследования шеи профайлера.       — Без идиотского лосьона ты пахнешь гораздо лучше.       — Такое чувство, будто ты собрался меня на обед съесть, — Ганнибал издал тихий смешок.       — Я больше не позволю себе потерять самообладание ради мимолётного эмоционального удовольствия.       — Рад это слышать, — голосом, граничащим между шёпотом и рычанием, выдал Грэм, подминая хищника под себя — настал его час действовать. Профайлер, решив не терять времени, опустился к ссадине около плеча, пройдясь по ней языком, и из груди Ганнибала вылетел сиплый стон, а на лице всплыла довольная улыбка — ему определённо нравилось сладкое безумие профайлера.       — Ты невероятен, mano angelas! — маньяк запустил ладонь в непослушные кудри, массируя голову пальцами и ласково сжимая волосы у основания.       — Тебе нравится чувствовать эти острые, колючие ощущения на грани с болью, так ведь, — это был не вопрос — констатация, которая являлась более чем правдивой. Лёгкая боль, которую ему приносил Грэм ласково щекотала его чувства, заставляя грудь вздыматься быстрее. Уилл, опускаясь к более серьёзному порезу, провёл по нему клыками и языком. На кончике языка остался кровавый след, заставляя Лектера влюблённо улыбаться.       — В тебе определённо есть задатки садиста, Уилл.       — И я знаю, насколько ты жаждал этого, — прошептал профайлер на ухо Лектера, невесомо кусая мочку и оттягивая ее. Прорычав, словно хищный зверь, Ганнибал впился в губы мужчины требовательным поцелуем.       — Неужто это пистолет упирается в моё бедро? — приторно сладким голосом проговорил Потрошитель, растягиваясь в улыбке Чеширского кота, — тебя заводит причинение боли? Какой плохой мальчик, — Грэм шумно выдохнул, когда в следующий миг он был прижат лицом в подушку. По его спине прошлись сильные руки, и мысли о «сейчас не время» испарились как ни в чем не бывало. Ганнибал неспешно снял его рубашку, дорожкой из невесомых поцелуев скользя вдоль его позвонков. Такое нежное касание заставило тело пробить дрожью, сопровождаясь табуном мурашек.       — Кто бы говорил, доктор Лектер, — подметил Уилл, ощущая, как возбуждение психотерапевта ненавязчиво утыкается ему меж ягодиц.       — От такого вида я теряю всё самообладание. Что же ты со мной творишь, begėdis? — прорычал Ганнибал, впиваясь зубами в ямочку Грэма на пояснице. Господи, как же сильно его манили эти едва заметные ямочки, когда одежка профайлера не нарочно задиралась вверх. Воистину адское искушение. Возбуждение Грэма стало на грани с болезненным, когда Лектер с рыком потянул его штаны и белье вниз, кусая манящую к себе ягодицу.       — Дьявол, — прорычал Уилл, прогибаясь в пояснице и лишь ближе подставляясь под ласки беспощадного хищника.       — Именно тот, кого ты будешь умолять прибегнуть к чему-то большему, — руки Ганнибала изучающе блуждали вдоль всего тела профайлера: большим пальцем он провел вдоль промежности мужчины, слегка надавливая и вызывая протяжный стон.       — Решил поразвлечься? Самодовольный ублюдок, — Грэм, подавляя нетерпеливый всхлип, ненавидел реакцию своего тела прямо сейчас. Член податливо дёрнулся, выделяя очередную каплю предэякулята.       — Следи за языком, Уилл, иначе мне придётся преподнести тебе урок, — ладонь Лектера скользнула выше, едва касаясь сочащегося смазкой члена профайлера, отчего ток прошёлся вдоль всего тела мученика.       — Блядь, Ганнибал, возьми меня уже! — недовольно прорычал Грэм в подушку, вскидывая бёдра в пригласительном жесте.       — Попроси меня, — взгляд двух безгранично синих океанов нетерпеливо упал на Лектера, одновременно показывая недовольство и безграничное желание.       — Доктор Лектер, прошу, раз уж Вы начали всю эту прелюдию, будьте добры довести меня до оргазма, мать вашу, — приторно сладким тоном отчеканил Грэм, всхлипнув, когда хватка на его члене стала увереннее.       — Уже лучше, Уилл, но твой рот определённо можно занять чем-то более полезным, — профайлер, на удивление послушно приоткрыл губы, принимая в свой рот пару пальцев Ганнибала. Он принялся обильно смачивать их слюной, с пошлым причмокиванием отстраняясь.       — Хороший мальчик, — похвалил его психотерапевт, аккуратно вводя в сочную задницу Уилла один палец. Мужчина закусил губу, стараясь не издать ни звука, лишь ёрзая на простынях. Он подался навстречу, требуя чего-то большего и вскоре получая желанное; второй палец Лектер ввёл не сразу, основательно растягивая Уилла — лишняя боль им ни к чему.       — Прошу, Ганнибал, я больше не могу, — Грэму было абсолютно наплевать, что он выглядел как сучка, и нетерпеливо насаживался на длинные пальцы бывшего хирурга.       — Ты быстро учишься, mano auksas, — вид Грэма, такого открытого и доступного, кружил голову Лектера. Жар затемнял остатки ясного разума, обрывая последнюю ниточку связи с миром. Ганнибал убрал пальцы, и Уилл, не успев озарить его негодующим взглядом, ощутил в себе возбуждение психотерапевта.       — Блядь, — шикнул мужчина, кусая свою губу до крови и роняя алую бусину на простынь. Металлический запах приятно щекотал ноздри, заставляя Лектера голодно облизаться.       Уиллу казалось это пыткой — самой прекрасной и сладкой из всех, что только можно было представить. Ганнибал двигался размеренно, неспешно набирая темп, дабы Грэм метался по кровати, пытаясь сдержать уж больно откровенные стоны. По ягодице профайлера прошёлся шлепок, и он, нетерпеливо всхлипнув, начал вскидывать бёдра навстречу, призывая психотерапевта ускориться и прекратить эту пытку.       В свою очередь, Потрошитель подбавлено улыбнулся, спустив ласки на тормоза и начав двигаться быстрее. Подстраиваясь под ритм, Уилл обхватил свой член, но был остановлен сильной рукой мужчины.       — Я хочу, чтобы ты кончил от ощущения меня в себе, — Прошептал в самое ухо Ганнибал, нагло сминая губы Грэма поцелуем, ласково терзая и кусая их: привкус крови делал ощущения более пикантными и острыми — как же всё это сводило с ума.       — Блядь, я… я. скоро, — осведомил профайлер Лектера, получая шлепок за столь грубую речь. Наверняка, после их развлечений на телах мужчин останутся множество следов, не считая их ссадин и ранений. Он подписал договор с дьяволом, и теперь отступать было поздно. Но, может, оно и к лучшему? Лектер был первым, кто принял, раскрыл его тёмную сторону и не оттолкнул с презрением, как это сделала Алана. От воспоминаний профайлер поморщился — сравнивать их было глупо, словно небо и землю. Ганнибал одержал победу, даже не начав бороться.       — Кончи для меня, Уилл, — приказным тоном потребовал Ганнибал, хищно улыбаясь и щуря глаза — он чем-то напоминал льва своей натурой, но сейчас было вовсе не до сравнений, учитывая, в каком положении находился профайлер. Их ритм ускорился, и, сдавшись первым, Грэм излился на свой живот, беспощадно пачкая простыни. Следом оргазм настиг и Лектера, который решил позаботиться об Уилле, кончив себе в кулак.       — Ганнибал… — дыхание профайлера сбилось, он отчаянно пытался глотнуть воздух, кажется, забыв, как дышать. Потрошитель мягко улыбнулся, ложась рядом с мужчиной, — какой у нас план действий?       — Ты застал меня врасплох с этим вопросом, честно признаться. Нам нужно вернуться в Балтимор… — начал было Лектер, увидев, как глаза Грэма на лоб полезли, — нужно взять больше денег, одежды, подделать некоторые бумаги. Нам нужно сбежать в Европу.       — Ты спятил? Это на тебя так жар действует? Тебя ищет вся полиция Европы и США разом, а меня с тобой в придачу, нас поймают и, раз не убьют, то как минимум лишат свободы, — возмущению профайлера не было предела. Он сверлил избранника взглядом, вызывая сокрушённый вздох.       — Мы будем осторожны, доверься мне, — заверил его Лектер, мягко касаясь губами переносицы. Уилл недовольно выдохнул, но вскоре унялся.       — Я доверяю тебе, Ганнибал. Поступим, как скажешь.       — Я рад это слышать, — прошептал Потрошитель, задумчиво прикрывая глаза, — нужно раздобыть транспорт. Единственный вариант, который нам позволяет бюджет — убить водителя и взять неплохое авто, чтобы быстро проехаться, оказаться в Балтиморе, закончить все дела и отправиться в аэропорт.       — Как ты это представляешь?       — Так же, как и представлял все предыдущее разы. В крайнем случае, на наш счётчик убийств ляжет ещё парочка, — таким спокойным голосом об убийствах мог говорить лишь Ганнибал, невинно улыбаясь.       — Ты псих, — Грэм тихо посмеялся, качая головой.       — В такой же степени, как и ты, mano meilė.       Оба мужчины посмеялись, даря друг другу взгляд полный нежности и тепла. Два психопата, убийцы и каннибала, сейчас лежали рядом, вглядываясь в родные лица друг друга.       — Нам нужно поскорее выселиться отсюда, пока никто не узнал, кто и чем занимается в этом номере.       — Узнай кто, что мы здесь делали — давно бы стал чем-то вроде стейка, — нежно пролепетал Ганнибал. Он определённо был в приподнятом настроении, что немного забавляло выдохшегося профайлера.       — Вы в своём репертуаре, доктор Лектер, — Уилл хмыкнул, лениво вставая. Он схватил одежду с пола, решив воспользоваться душем.       — Я с тобой. Нельзя терять времени, — озвученная причина была далека от реальной, однако мужчины все поняли и без этого. Зайдя в душ, первый в него залез Уилл, прикрывая глаза от ощущения тёплых капель воды. Следом, в душевую зашёл Лектер, и, выдавив на ладони немного шампуня, начал массировать голову Грэма. Он улыбнулся, начиная наносить на тело Потрошителя гель для душа. Оба мужчины начали медленно гладить друг друга, жмурясь от струй тёплой воды. Влюбленные, выйдя из душа, мягко вытерли друг друга пушистыми полотенцами.       — У тебя такая нежная кожа, Уилл, — промурлыкал Лектер, улыбаясь своей фирменной улыбкой Чеширского кота.       — Надеюсь, отведать ты её не намерен, — эта колкость вызвала тихий смешок Ганнибала, который хитро прищурился.       — Посмотрим.       Неспешно натягивая одежду, если её можно было так именовать, они вышли в прихожую. В принципе, что Лектер, что Грэм казались весьма «молодёжными», глядя на дырки на их одежде, если не брать во внимание ужасно холодную погоду.       Психотерапевт хмыкнул, оценивающим взглядом окинув красные ягодицы профайлера — он определённо доволен своей работой.       Одевшись, мужчины приняли попытку привести себя в порядок: Лектер расчесал свои растрепанные волосы, сделав привычную причёску, из которой пара локонов выбивалась на лоб, Уилл пригладил непослушные кудри. Они вышли из номера, предварительно очистив возможный компромат на себя. Бабуля на ресепшене, как вчера, так и сегодня, не узнала в них беглецов.       — Милые, вы в следующий раз на дольше оставайтесь, у нас очень милый город для влюблённых пар, — добрым тоном промямлила она, и Уилл хотел было возразить, как Ганнибал все взял в свои руки.       — Благодарю вас, мадам. Мы обязательно вернёмся ещё, — бабушка довольно улыбнулась, приняв ключ. Она помахала ладонью на прощание, когда мужчины поспешно удалились из отеля.       — Почему каждый воспринимает нас за любовников? Что Фредди, что эта старушка, — Ганнибал тихо рассмеялся.       — А как бы ты именовал нас?       — Это далеко не их дело, кто мы друг другу, — пробурчал Уилл, сокрушённый издёвками Лектера, который улыбался ответу профайлера.       — Впрочем, согласен. Однако, слухи будут везде и всегда, а уж как приятно, когда эти слухи оказываются правдивыми.       — Ты всегда так забавлялся, когда помогал с делами про Чесапикского Потрошителя, будто не ты им являлся?       — Это часто заставляло меня удивляться твоим волшебным способностям и умением понимать мои мотивы, когда остальные оставались в твоей тени. Определённо, это было забавно, — губ мужчины коснулась лёгкая улыбка, которую он едва спрятал.       Уилл, качнув головой, спрятал появившийся алый оттенок в области щёк. Мужчины направлялись в сторону безлюдных дворов, где угнать машину было бы проще некуда. Их взору открылось пару интересных вариантов:       Honda Accord — авто Латинского производства, идеальная гармония между удобствами человека и характеристиками автомобиля, что сейчас было на руку двум парням. До ста километров в час, эта малышка разгонялась за шесть секунд, а значит, что в случае провала плана скрыться они смогут. Машина была завораживающе чёрного цвета, отражая лучи солнца, откидывая их «зайчиками».       Второй вариант оказался более простым — Renault Sandero. Вполне безопасное, тихое авто, которое в тяжёлую секунду не подведёт. Разгоняется до ста километров в час куда медленнее — это занимает около десяти с половиной секунд, что казалось перспективой похуже. Сама машина была в белом цвете, с удобным багажником.       — Что думаешь, Уилл? — Ганнибал спокойно улыбался, осматривая варианты для угона. Профайлер хмыкнул, выбрав, кажется, более очевидный вариант — Хонду. Лектер, впрочем, был только «за», наблюдая за действиями своего избранника.       Возможно, судьбу кто-то подкупил, но у машины было приоткрыто окно. Грэм сунул руку в отверстие, открыв дверь. Психотерапевт сел рядом с ним, наблюдая за тем, как мужчина активно трёт один кусок провода о другой.       — Позволь мне, — Лектер улыбнулся, взяв концы проводов, и, одним резким движением завел чёрную красавицу. Сейчас дороги открыты хоть куда, однако путь лежит обратно домой. Уилл выехал на трассу, проезжая вдоль берега.       Сомнение подкрадывалось к профайлеру, но менять что-то было как минимум поздно: они ехали в чужой машине, нагло украв её и направлялись в самую горячую точку, будто не их сейчас ищет вся полиция, словно ищейки.       Лектер внимательно оглядывал всех, кто проезжает неподалёку — несмотря на спокойствие удава, внутри он был на стороже. Оба были на стороже. Не только из-за полиции и всех тех рисков, а и по отношению друг к другу — они предавали, они были преданы, и сейчас доверие между ними вновь обретает крепкий фундамент, дом на котором мужчины будут строить вместе.       — Сверни, Уилл, — приказал ему Лектер, и профайлер не смел ослушаться. Они поехали на склон, где дорога петляла вверх, где начал оседать первый снег.       — Ты уверен, что мы правильно свернули?       — Так будет короче. Я обнаружил этот путь относительно недавно. Надеюсь, его не замело снегом по колени, — Грэм фыркнул — снега было достаточно, чтобы набрать его в лёгкие кроссовки.       К счастью, машина с лёгкостью справилась с таким препятствием как непогода, несмотря на летнюю резину. Мгновение, и мужчины парковались на заднем дворе Лектера, проникнув в дом сквозь чёрный вход.       Ганнибал шёл первым — как-никак, он знал свои апартаменты лучше кого-либо другого. Уилл хвостиком следовал за ним, оглядываясь каждые секунд тридцать. Его предчувствие остро кололо куда-то в спину, и это уж больно не нравилось мужчине. Поднимаясь по этажам наверх, они вскоре настигли спальни Лектера — роскошной, словно некого божества, императора. Сравнивать её с той каморкой в мотеле было бы неуважением высшей степени, чего Грэм, к удивлению, делать не стал.       — Я удивлён, здесь все на своих местах.       — Твоя спальня завораживает, — Ганнибал мягко улыбнулся, достав что-то из прикроватной тумбочки.       — Будь у нас другое положение, я бы с радостью продемонстрировал тебе все привилегии этой шикарной кровати, — промурлыкал он, протягивая Грэму поддельный паспорт.       — У тебя всё схвачено.       — Я планировал этот момент давно, — с задумчивым видом, Лектер рассматривал бумаги, складывая их на постель. Ганнибал открыл шкаф — прекрасный набор костюмов, и все смотрелись просто сногсшибательно.       — Если бы я отказал тебе?       — Ты бы не отказал, Уилл.       — Не будь так самоуверен, — рыкнул профайлер, подарив Лектеру недовольный взгляд.       — Ты бы не смог жить без этого ощущения опасности, не смог бы отказать себе в искушении уехать ото всех, когда я раскрыл и принял твою тёмную сторону, а ты — мою. Ты всё сказал сам, когда вспорол живот Красного Дракона, и волшебным образом спас нас, — вся речь Ганнибала звучала более чем логичной, но было в ней что-то смущающее Уилла. Принятие всего его, всех его недостатков тепло грело сердце — раньше с ним такого не было. Пока профайлер погрузился в свои собственные мысли, Лектер не стал терять времени: костюм, специально подобранный для Грэма, лежал на постели, ожидая своего хозяина, пока сам психотерапевт принялся снимать с себя верх одежды, изрядно потрепанной.       — Примерь, Уилл. Уверен, мой портной подобрал лучшую огранку для такого бриллианта, как ты, — Лектер улыбался, оглядывая Грэма, который словно девчонка не первом свидании незаметно смущался от невинных комплиментов. Мужчина взял костюм, выпорхнув из комнаты.       Когда Уилл закончил со своими переодеваниями, выглядел он весьма неплохо, как бы сказал Ганнибал — stebuklinga. Мужчина зашёл в комнату, где его ожидал Лектер в своём привычном амплуа элегантного аристократа, от вида которого у многих девушек, а может и парней подкашивались коленки.       — Выглядишь прекрасно, — прошептал Грэм, улыбаясь. Он был счастлив, хотя такое понятие было крайне редким в обиходе профайлера. Психотерапевт, поправляя воротник своего клетчатого пиджака, довольно улыбнулся; расстояние между ними сократилось мимолётно, и ладони мужчины легли на щёки Уилла. Их губы едва соприкоснулись, сталкиваясь в невинном поцелуе.       — Я могу сказать то же и про тебя, mylimas. Тебе определённо идёт официальный стиль с лёгкой небрежностью, — Грэм слабо улыбнулся, едва касаясь губ психотерапевта.       — Нам нужно собираться, и, желательно, замести следы, — полушёпотом выпалил Уилл, казалось бы, очевидную вещь.       — Я взял деньги, и сложил некоторые вещи в чемодан. Все документы при мне. Можем выдвигаться?       — Куда мы направимся?       — Что насчёт Франции? Романтичная страна, с архитектурой и неплохим алкоголем. Сначала проведаем Париж, затем Марсель, а после…       — Я не против, — Грэм повёл плечом, прикрыв глаза. Он прислонился своим лбом ко лбу Ганнибала.       — Нужно ехать, Уилл, — Ненавязчиво напомнил Лектер, своим носом касаясь чужого носа — так называемый «Эскимосский поцелуй», также известный как «Кунику».       — Знаю, — профайлер отстранился, из комнаты удаляясь первым, а следом за ним вышел и Ганнибал.       — Предстоит взять билеты на ближний рейс, желательно ночной. Я покажу тебе Париж, Уилл.       — Обязательно, — его губ коснулась счастливая, однако сдержанная улыбка. Мужчины вышли из дома, присаживаясь в угнанный автомобиль. Причин задерживаться здесь не было.       В этот раз за руль сел Ганнибал, решив сменить профайлера. Аэропорт, который входил в часть их плана, находился на окраине. Ехать предстояло не менее получаса — город не был особо большим. Лектер глянул в зеркало, заметив машину, которая следовала прямо за ними.       — Мы возьмём два билета на ближайший ночной рейс, чтобы лететь без лишних забот. И затем, когда прилетим, снимем неплохой домик, желательно где-то не в людных местах, — Грэм кивнул в ответ, полностью соглашаясь с психотерапевтом — лишние шум и морока им ни к чему. Мужчина выжал педаль газа почти до упора, быстро набирая скорость.       — Ганнибал? — непонимающе оглянулся Грэм, замечая пару машин полиции, которая, обогнав следующую за ними машину, навязчиво преследовала их. Лицо психотерапевта наполнилось серьёзностью и некой обеспокоенностью, когда он свернул на склон, — чёрт! — только и ругнулся Уилл, удивляясь, каким боком они ещё живы. Машина с неимоверной скоростью ехала вниз, и, успевая вовремя затормозить, Лектер резко повел автомобиль вправо. Полиция всё ещё сидела на их хвосте, пытаясь обогнать мужчин — очевидно, быстрая Хонда была отличным решением. Пытаясь стрелять в них, вершители закона едва задела сиденье Уилла, царапая покрытие. Ганнибал резко остановился, отчего две полицейских машины, в попытке подбить Хонду, просто-напросто столкнулись: носы обеих авто размазались конкретно — если люди внутри и живы, то как минимум ранены. Лектер остановился, выйдя из машины, он достал пистолет из кобуры полицейского, расправляясь с оставшимися в живых. Грэм вышел следом, тяжело вздохнув, оба решили взять машину полиции и проехать ещё миль двадцать, остальной путь преодолев пешком. Выпнув трупы ногой, Лектер сел за руль, решив оставить оружие себе и избраннику, который тяжело выдохнул, сев рядом.       — Чёрт, — прошептал профайлер, пока психотерапевт, как ни в чем не бывало, выехал на главную трассу, оставляя убийства позади.       — Всё обошлось, — управляя машиной одной рукой, Ганнибал взял мужчину за руку, крепко сжимая ладонь в своей. Поднеся кисть Уилла к своим губам, он оставил невесомый поцелуй на ней.       Паркуясь за минут шесть ходьбы до аэропорта, оба подписали себе смертный приговор, а палачи их — удача и судьба, повезёт-не-повезёт. Оружие осталось в салоне, предварительно подвергнувшееся тщательной отчистке. Они прошли к стеклянному зданию, и, мимолётно касаясь рук друг друга, зашли внутрь. Миллионы людей кружились, словно пчёлы в огромном улье, под внимательным надзором работников. Уилл, приняв каменное выражение лица, совершенно спокойно прошёл вместе с Лектером вглубь толпы.       Всё проходило на удивление неплохо: Ганнибал, обладая искусным актёрским мастерством, нагло лгал о своей личности, подтвердив всё документами, то же самое сделал и Уилл, чьё лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, хотя внутри все сжималось спазмом напряжения.       — Расслабься, Mylimas, всё проходит просто чудесно, — на самое ушко прошептал Лектер, довольный исходом их оправданного риска. Сейчас двое мужчин, приобретя билеты, сидели в зале ожидания, и голова Грэма опустилась на плечо психотерапевта, который едва заметно улыбался такой картине.       — Рейс только через пару часов, ты можешь передохнуть, — сладким, словно мёд голосом, прошептал Ганнибал куда-то в макушку избранника. Он оставил мягкий поцелуй, получая в ответ довольное мычание.       — Я не собираюсь спать, зная, в каком мы состоянии. Не хватало уснуть в аэропорту, а проснуться в заключении. — Фыркнул Грэм, прикрыв глаза, что словно медленно наливались свинцом.       — Доверься мне, Уилл. — На плечо профайлера легла рука психотерапевта, который обнял мужчину, прижав к себе. Он шумно вздохнул, послушно прижимаясь и потакая своему желанию задремать. Всё было хорошо, так почему бы и не расслабиться в руках самого опасного убийцы 21 века? Мысль позабавила Грэма, заставляя его улыбнуться — ситуация выглядела до безумия идиотской.       Проснулся Уилл из-за того, что щекой больше не ощущал опору в виде плеча Лектера. Он мгновенно раскрыл глаза, подрываясь на ноги. В глазах было замешательство, и Грэм принялся обеспокоенно смотреть по сторонам.       Руки легли на плечи профайлера сзади, кажется, обнимая его, что заставило мужчину осторожно глянуть, кто это был? Разыскиваемый объект мягко улыбался, сдерживая смех от реакции Грэма.       — Я здесь, Уилл, я здесь.       — Не уходи один, — прошипел профайлер, сжимая ладонь психотерапевта в своей нарочито сильнее, чем следовало. Мужчину это лишь забавляло — дерзость со стороны его избранника была лишь перекрытием обеспокоенности.       — Ты волновался, — утверждение со стороны Лектера звучало весьма самоуверенно, хоть и, безусловно, полностью правдиво. Вместо ответа Грэм стиснул зубы, отвернувшись от раздражителя.       — Ты невозможен, Ганнибал, — пробурчал профайлер, когда на его ухо опустился нежный поцелуй. Кончики ушей едва заметно приобрели более багровый оттенок.       — Больше я тебя не оставлю, — слова теплом отозвались в груди Грэма — такое для него было ново, и он, решив сделать двойной праздник — вновь потакать желаниям, накрыл губы Лектера своими. Поцелуй вышел ласковым, трепетным и едва пылким, когда кончик языка коснулся губ профайлера.       — Который час? — оторвавшись от желанного, но до такой степени раздражающего избранника, Уилл задал весьма логичный вопрос.       — Около восьми. Перекусим? — прошёл всего-навсего час, но профайлер чувствовал себя в разы лучше. Он рассеянно кивнул.       — Надеюсь, здесь есть что-то съедобное. Как твоё самочувствие? — такое трепетное отношение со стороны Уилла приятно радовало Лектера, отчасти вгоняя в лёгкий шок. Мужчина коснулся лба психотерапевта губами, отмечая, что тот стал значительно прохладнее.       — Мне однозначно лучше.       — Рад слышать. Значит, можем отправляться на поиски еды! — радостно пролепетал Грэм, подорвавшись с места. Ганнибал тихо посмеялся, следуя за ним.       Их выбор пал на небольшой ресторан, где можно было съесть миниатюрный стейк. Официант казался куда более привлекательным предложением, но сейчас было не время, а уж тем более не место. Мужчины выбрали себе скромную долю мяса, пожаренным с розмарином, чесноком и сливой, вяленую свёклу и порцию риса вдобавок. Выглядело все неплохо, однако всё ещё не уровень Лектера.       — Приятного аппетита, Уилл, — любезно улыбнулся психотерапевт, приступая к трапезе. Стейк едва заметно сочился кровью, что вызвало слабую улыбку профайлера. Прожарка балансировала между рэйр и медиум рэйр, идеально гармонируя.       — Как часто ты ел настоящее мясо, а не людей, поданных под видом молодого бычка? — Грэм хмыкнул, хитро щуря глаза.       — Бывало, — Лектер кинул на него взгляд, в котором блистали огоньки азарта. Он отправил в рот кусок свинины, задумчиво хмыкнув. Грэм довольно ел своё мясо, прикрывая глаза в ощущении наслаждения и желанного насыщения. Свекла, в свою очередь, оказалась не менее успешней мяса: зерна горчицы были смешаны с луком, едва политы соком апельсина — все смешанные вкусы приятно баловали рецепторы, заставляя довольно улыбнуться.       Заказав лёгкое, однако весьма дорогое вино в дополнение к основному блюду, любовники неспешно наслаждались алкоголем, разговаривая о дальнейших планах. Ганнибал крутил бокал в руках, наблюдая, как алая жидкость внутри целует прозрачные стеночки ёмкости, волнуясь, словно море.       — В первую очередь, мы обязаны посетить Люксембургский сад, я настаиваю. Затем, я хотел бы сходить в Лувр и однозначно Версаль. Может, даже запечатлеть пару картин, — мечтательно вёл Лектер, улыбаясь в свой бокал. Он пригубил, пробуя на вкус «Chateau Petrus» 1989-го года. Глубокий, но столь сбалансированный вкус вина не мог не радовать такого ценителя, как психотерапевт: нотки сушёных фруктов игрались и идеально смешивались с терпкими оттенками кофе и пряностей. Грэм довольно облизал губы, слизав лёгкий осадок от вина, ощущая невесомое, но длительное послевкусие сладости. Мягкий и шелковистый вкус алкоголя обволакивал полость рта и горло, расслабляя напряжённое сознание. Определённо, это была лучшая часть ужина.       — Иногда мне начинает казаться, что это не попытка скрыться из страны, а медовый месяц.       — Воспринимай это как желаешь, Уилл, — Лектер позабавлено посмеялся, отпивая немного из бокала. Грэм спрятал лёгкую улыбку, отправляя последние капли вина в рот.       — Хочу подняться на самый верх Эйфелевой башни. Почувствовать, каково это.       — С радостью поднимусь с тобой хоть куда, Mylimas, — голос Лектера стал сладко пьянящим, словно то вино, что они на пару прикончили пару минут назад. Вся их трапеза продлилась недолго, учитывая, как быстро они скоротали мучительные часы ожидания. Наевшись от души, мужчины аккуратно вытерли губы предоставленной салфеткой. Предварительно рассчитавшись с официантом, они вышли в зал ожидания, проходя на посадку в самолёт.       — Момент Икс, — Лектер улыбнулся, погладив профайлера по руке, вызывая приятный табун мурашек. Уилл хмыкнул, и, протянув посадочные талоны, проскользнул внутрь. Ганнибал потянулся следом, расслабленно опуская плечи.       Мужчины, держа друг друга за руку, прошли к своим местам. Грэм пропустил психотерапевта к окну, сам устраиваясь рядом. Голова профайлера опустилась на плечо возлюбленного, а веки, налитые металлом, покорно опустились.       — Доброй ночи, Mano meilė, — прошептал Ганнибал, оставляя невесомый поцелуй на виске бывшего работника ФБР.       За окном виднелась только непроглядная тьма, а полёт предстоял быть длительным; провести неподвижно более двенадцати часов казалось не лучшей перспективой, однако другого выбора не было. Лектер прикрыл глаза, склоняя голову к профайлеру и нырнул в мир снов вслед за Уиллом.